***
- Эрик, послушай же меня! Сколько я не пытался тебя забыть – просто не смог. Я в каждом встречном видел тебя. Да, ты видел меня с тем омегой. Да, мы поцеловались, но я сразу же понял, что мне это противно и я больше так не мог. Я пытался полностью уйти в работу, но из этого ничего не вышло, мне только дали отпуск, я пытался найти другого, но находился лишь жалкие копии тебя. Ты – единственный, кто мне нужен в этой жизни! Это и еще многое я слушал на протяжении минут десяти, не перебивая и не встревая. Хоть мне до ужаса было приятно подобное, и внутри я уже чуть ли не рыдал от счастья, но снаружи продолжал показывать свое безразличие к окружающему меня миру. Ну, говорит он и говорит. Пусть хоть еще полчаса тирады тут воспроизводит, я не сдамся. Хотя кого я обманываю, но сейчас мне захотелось увидеть его лицо, скажи я про ребенка или другого альфу, что я и решил сделать. - Все сказал? А теперь выслушай меня. Того тебе было все равно. Ты отпустил меня и ничего не сказал. Совсем. Два месяца тебе было не до меня вообще. Ты не подумал своей светлой головой, что за этот срок у меня мог кто-то появиться, что я мог обзавестись семьей и другим альфой, который бы вот так просто не отпустил меня? Может быть, он уже поставил мет… - а вот тут я, кажется, погорячился. Учитывая то, что Кайм сейчас побледнел, и его глаза были полны ярости, а кулаки он сжал так, что костяшки побели, я уже хотел сказать, что ничего такого не было, но тут же стал воспевать небеса, что не сделал этого. Почему спросите вы? Все очень легко. Он сказал то, после чего я вряд ли бы смог отказаться или сказать что-то вообще. - Так значит? Другой альфа? Семья? Так знай. Мне все равно, что у тебя есть сейчас, я в любом случае добьюсь тебя снова. Если хочешь, буду как в самом начале – бегать за тобой везде и всюду, провожать до дома, дарить сладости, водить в кино, быть ТВОИМ ангелом-хранителем, который будет оберегать тебя и согревать душу. Я готов на все, что ты скажешь. – Здесь он ненадолго остановился, а потом глубоко вдохнул, после чего улыбнулся и продолжил: - Да и тем более от тебя совсем не пахнет альфой, да и твой запах еле чувствует… А вот что было сейчас, я не понял. Стоило ему запнуться на этом слове, как он тут же сорвался с места и побежал сначала в кухню, а затем в ванную. Он что подумал, что пью подавители или что-то в этом роде? Вернулся он довольно быстро, после чего озадачил меня вопросом «Почему?». Я не знал, как мне ответить и что вообще делать. Опустив голову и спрятав глаза челкой, я одним движеньем откинул одеяло, которым до сих пор скрывал свой животик. Объяснять, что это и откуда не пришлось, чему я немного обрадовался, но зато этот убитый взгляд я не забуду никогда. Взгляд, который был пустым, губы, которые замерли в беззвучном крике, кажется, и лицо на котором не было абсолютно ничего. - Я не спал ни с кем, кроме тебя… - единственное, что смог проговорить я и уже собрался вставать и уйти, лишь бы не расплакаться от такой безысходности, но стоило мне встать и сделать пару шагов, как я тут же был прижат к сильному и теплому телу. Прикрыв глаза по моим щекам все же стали скатываться капли слез, но я так ничего и не предпринял. Мог бы обнять, мог бы поцеловать или что-то еще, но я просто стоял в объятиях и слезы скатывались по щекам. Казалось, что само время остановилось на этот миг, но в скором времени меня подхватили на руки и стали кружить по комнате. С визгами «Дурак, отпусти» я все же добился этого, но потом, будучи на земле, отвернулся спиной к Кайму, скрестил руки на груди и промямлил: - Я тебя еще не простил. – Ох, лучше бы я этого не говорил. Правда. Дальше была ночь примирения, состоящая из поцелуев и взаимных ласкательств. До чего-то большего не дошло, ибо я не дал, хотя и очень хотел, потому что нечего оставлять беременного омегу одного на произвол судьбы.***
С того момента прошло около трех лет. Я стоял около одного из детских садов с нашим сыном-альфой, и мы вместе ждали Кайма. Да, он как всегда опаздывал, а мы как всегда мерзли. Что поделать. Оно того стоило, ведь дальше нас ждал ужин дома в его исполнении и теплая обстановка. "А вот и он. Объятия, поцелуи и груда недовольства с моей стороны. А что еще можно ожидать от человека, который простоял под снегопадом около двадцати минут, согреваясь одними прыжками и хождением туда-сюда?". Тем более с ребенком, которому тоже было холодно и он, видимо, как и я, мысленно проклинал отца за то, что тот опаздывал. Знакомая ситуация, правда? Но все те страдания стоили ее повторения.