Сборник драбблов на разные темы

Ноги тонули в теплом ковре, и Лерин улыбалась, вспоминая, как они с Драманом его покупали. Ей нравилось, как мех касается кожи. Ей нравилось, что Снежный Медведь теперь не страшная сказка, которую рассказывают детям, а сырье для мягких, пушистых ковров, полностью потерявший всю свою мистическую жутковатость. Больше никто не рассказывает в День Смены Времен леденящие душу сказки, никто не закрывается в домах зимней ночью, и никто не дрожит, вспоминая свои грехи за прошедшие Четыре Цикла. Все празднуют, веселятся, и нет места страху в жизни ее детей. Это же замечательно, разве нет? — Лерин улыбнулась своим мыслям еще раз, и прямо так, босиком, пошла на кухню, готовить праздничный ужин. За окном завывал ветер, снег бился в окна и двери, но все близкие Лерин были дома, и она была довольна. Это раньше в такие ночи нужно было сидеть в полной темноте и молиться, вспоминая наставления Снежных Жрецов, а теперь можно было просто сходить на кухню и приготовить что-нибудь вкусное, раз уж им не спится. Идя на кухню, Лерин услышала, как Бабушка Вайола что-то рассказывает ее двум сорванцам в гостиной, и замерла на пороге, прислушиваясь: — Когда-то, дорогие мои, в эту ночь приходило Наказание. Если ты был завистлив, жаден, злобен, если ты вредил другим, воровал и отнимал последнее, если в твою голову приходили злые мысли о близких — то именно в такие ночи, как эта, приходила расплата. Снежный Медведь являлся в дома к злым и жестоким людям, вскрывая их страхи, и пожирая заживо испуганных и плачущих детей, стариков и женщин. И виновник их боли должен был увидеть смерть всех, кто ему дорог. Снежного Медведя охраняли духи льда, и они же помогали ему вершить свое страшное правосудие… — Ух ты! — перебил бабушку кучерявый ангелочек Миокл, — а Снежные медведи не рассердятся, что мы из них ковер купили? Этот момент выбрала Лерин, чтобы выйти к семье. — Это все глупости! Страшные сказки для малышни! Не надо им такого рассказывать, спать будут плохо, — зло прокричала она, глядя на свою мать. — Я в детстве их ненавидела, твои сказки! — Это не… — начала было бабушка, а дети обернулись к своей всегда спокойной, доброжелательной матери, и глаза их были похожи на плошки, так расширились от удивления. — Сказки! — Лерин даже ногой топнула. — И я никогда не желаю слышать эту дрянь в своем доме! Пойдемте, маленькие мои, мама для вас пирог с яблоками испечет. Услышав «пирог с яблоками» Миокл и Шоук радостно побежали на кухню, не замечая, как мама вытирает злые слезы, а бабушка укоризненно качает головой. Лерин же прожгла мать злым взглядом и ушла вслед за ними. В ее голове крутились мысли о том, как мать уже достала портить каждый праздник своими жуткими историями, и как было бы здорово, если бы она занялась чем-то полезным. Или вообще померла уже наконец и освободила Лерин от воспоминаний. И только шкура снежного медведя, лежащая на полу спальни Лерин сверкала красными глазами в темноте.