Такого не бывает

Тихонько скрипнула дверь, и вместе с этим колыхнулся невесомый тюль над окном. Незваный гость проник в смиренную обитель, где омега, удобно устроившись на подоконнике, читал незатейливую книгу, не замечая ничего, что творится вокруг него. В последнее время книги для Ника стали глотком свежего воздуха в душном помещении, он мечтал в книгах, переживал вместе с героями произведения и забывал о своих "земных" неприятностях. - Кхем… - Лерт несколько раз прокашлялся, привлекая к себе внимание. Хрупкая фигурка за полупрозрачным тюлем дёрнулась, сверкнул испуг в невинных глазах, а затем юноша улыбнулся. Редкий день в поведении Ника можно было узнать прежние черты. Он сначала бывает грубым и вредным, потом ранимым и депрессивным, иной раз пытается покурить украдкой, дабы позлить Кира, а иногда читает спокойно себе книжку о каких-то далёких мирах, витая в другом измерении. - О, Лерт, ты чего-то хотел? – улыбнулся омега, спустив ноги на пол и отложив книгу в сторону. - Ну, - бета вздохнул, будто перед прыжком в бездну, и сделал шаг навстречу юноше. – Тебя ведь бросил твой альфа, да? - Что?! – встрепенулся Ник, но тут же вспомнил легенду, выдуманную совместно с братом, и, опустив голову, едва заметно кивнул. - Я понимаю, что тебе неприятно вспоминать об этом, прости, что напомнил, но… - тут он сделал многозначительную паузу и приблизился к омеге настолько, что Ник замер и нервно сглотнул, не решаясь поднять взгляда от пола. Лерт осторожно взял парня за руки, ладони у него были тёплыми, чуть шершавыми, а вот у омеги они казались ледяными, но при этом нежными и гладкими. Большим пальцем бета погладил тыльную сторону узких ладошек, он улыбался, а Ник это чувствовал, отчего на его щеках алел предательский румянец. - Я могу быть твоим альфой, - наконец закончил парень, решительно притянув омегу к себе. Только сейчас Ник впервые почуял резкий запах альфы (именно альфы!), ударивший в нос. До этого момента он никогда не ощущал подобного аромата, исходящего от Лерта, да и не слишком был похож этот парень на альфу, чтобы к нему с осторожностью приглядываться. Испуганно дёрнувшись, омега оттолкнул от себя сожителя и закусил нижнюю губу. Он не мог открыто признаться в том, что у него есть его заботливый и любимый альфа, но и промолчать тоже не мог. Отчего-то подобный жест со стороны Лерта вызвал волну ощутимого трепета и тепла внутри. Это было так противоестественно, что Ник возненавидел себя за эту маленькую слабость. - Прости… - виновато заговорил альфа, отступив на пару шагов, чтобы не нарушать личного пространства омеги. – Я не думал, что тебе это так неприятно… Во всяком случае, я всегда готов помочь тебе… - С-спасибо, - пробормотал едва слышно охрипшим голоском Ник, не отрывая взгляда от всё ещё по-доброму улыбающегося парня. Его только что отвергли, но у него не было и капли злобы. Он продолжал улыбаться, поселяя в душе необходимое тепло. Почему он такой? Таких индивидуумов не бывает на этом свете… Если бы он грубо набросился на Ника, то Ник бы ничуть не ощутил себя виноватым перед ним, а сейчас… Лерт казался таким добрым, таким правильным, что омега невольно задумывался над тем, что что-то испытывает к этому альфе... Но это же неправильно!.. Ник ненавидел себя за эти мысли. - Ладно, пойду приготовлю что-нибудь на обед, - вернул к реальности омегу голос Лерта. – Если что-нибудь понадобится – зови. - Х-хорошо… Лерт вышел, аккуратно закрыв дверь. И почему так гадко на душе? Что это вообще за чувство, будто бы это его альфа? Нет, его альфа – Кир, его любимый брат, а Лерт… Этот странный парень вызывает смешанные чувства. Он не такой, как Кир, - он совсем другой. Он не обижается, не злится и не ругает. Он слишком правильный… Таких не бывает… *** Темно. В окно едва ли пробивается слабый свет уличных фонарей, шумит на улице трасса и раскинувшиеся под окном кусты. В какой-то момент стремительно обрушились с неба дождевые капли на землю, застучали по крыше барабанной дробью. Ник вздрогнул в объятиях брата, прижался ещё сильнее к нему и порывисто вдохнул столь манящий аромат. Кир – его альфа, его любимый мужчина и отец его ребёнка. Кир заботливый и добрый, а когда он улыбается, то становится теплее в этом холодном мире. Ник внутренне убеждал себя в этом, дабы отделаться от навязчивых мыслей о дневной неприятности. Кир не проснулся, поморщился во сне и засопел умиротворённо, а Ник осторожно выбрался из кровати, ступил босыми ногами на холодный пол и зябко передёрнул плечами. Холодно. В несколько шагов он добрался до двери и неспешно пошёл по коридору. Страшные тени в дикой пляске вились по стенам, преследуя и без того перепуганного омегу. Парень не понимал, что он делает. Он не чувствовал, что это реальность, поэтому так смело, не задумываясь, открыл дверь в комнату, в которую ранее никогда не заходил. Комнатка была небольшой, но уютной. В одном углу диковинные тени изображали чудовище с вьющимися лапами-щупами, а в другом стояла гитара. Ник слабо улыбнулся. Всё в том же бессознательном состоянии омега добрался до постели, в которой спал юноша. Длинные русые волосы разметались по подушке, выражение его лица выражало крайнюю степень спокойствия, какое, казалось бы, передалось и Нику. Омега присел на корточки возле постели Лерта, коснулся робко щеки альфы и приблизился к его лицу. Тёплое дыхание пощекотало кончик носа Ника, отчего он вновь улыбнулся. Затем омега с долей сомнения обнял ладонь безмятежно спящего парня. От Лерта тоже приятно пахло, его тепло тоже казалось родным, но как такое может быть? Почему Ник пришёл сюда, не опасаясь быть пойманным за этим маленьким преступлением? Почему он не отверг внутри это чувство сомнения? Он ведь любит Кира, а Кир любит его… Но почему его тянет к другому альфе? - Ммм… - замычал, просыпаясь, Лерт и неохотно приоткрыл глаза. Увидев перед собой Ника, парень рывком принял сидячее положение и уставился на ночного гостя. Омега смутился, развернулся и собрался уйти, но был пойман за руку. - Ты чего здесь делаешь? – шёпотом спросил альфа, утянув юношу к себе в постель и закутав в одеяло. - Гуляю… - буркнул Ник, отбрыкиваясь от Лерта. - Вот же… угораздило тебя сегодня «гулять» ко мне пойти… - Я не к тебе! – почти вслух заголосил Ник, но испуганно притих и присмирел. За окном грохнул раскат грома, и сверкнула молния, озарив всю комнату серебристым светом. Ник прижался всем телом к Лерту, вцепившись пальцами в его предплечье до синяков, и задрожал. Альфа тяжело вздохнул и погладил юношу по макушке, привычно улыбнувшись и потянувшись за резинкой для волос, но его ладонь нагло перехватили. Лерт изумлённо поглядел на омегу, который, сам не осознавая что творит, мигом забрался к нему на колени, закусив губу. Потом Ник подался вперёд, неуверенно скользнул языком по обветренным губам альфы, а тот ответил. Горько-сладкий поцелуй был долгим и глубоким. Сначала неуверенным и робким, но в дальнейшем смелым и решительным. Первым и последним. Когда омега отлепился от искусанных губ альфы, то не сразу уловил тот момент, когда его наглым образом придавили к постели. Ник в этот миг ожидал всё что угодно, но никак не этого: - Не делай больше подобного, слышишь? - серьёзно заявил Лерт, нависнув над удивлённым омежкой. – Ты ведь жалеть об этом будешь всю жизнь. - Я… - начал было Ник, поднявшись на локтях, но его остановили и заставили молчать. - Я знаю, чем вы с Киром занимаетесь. Я не осуждаю вас, нет, но просто… - он замялся, поглядел куда-то в сторону, а затем с тяжёлым вздохом завершил: - Просто я почувствовал что-то к тебе. Я не буду вмешиваться в вашу жизнь, правда. Можете продолжать считать меня простачком. Так будет даже легче. Лерт поднялся с постели и протянул руку поражённому до глубины души омеге, чтобы помочь ему встать и отвести его к Киру. Губы Ника задрожали, он сорвался с места и, грубо оттолкнув альфу с дороги, понёсся прочь из его комнаты. Ник был глубоко оскорблён, в его душе ёрзала эта гадкая и склизкая змея вины, терзало сердце не сомнение, а уже сильная обида. В его голове боролось множество чувств, он не понимал сам себя, он чувствовал лишь то, как по щекам катятся слёзы то ли от обиды на Лерта, то ли из-за вины перед Киром. Хрупкий, вновь воссозданный мирок в один миг рухнул, разбив мечты и разрушив планы. Сейчас Ник хотел лишь одного – остаться в гордом одиночестве, без единого альфы, дабы привести спутанные чувства в порядок. В душе он любил лишь Кира, но его тело влеклось к Лерту неосознанно. Возможно, Лерт был его альфой по природе, но любил-то он Кира и никого больше…