Хейл! Сядь на место!

Джон сидит за столом с сыном и впервые его угнетало молчание отпрыска, который нехотя ковырялся в своей любимой лазаньи, что было весьма странно. - Ничего не хочешь мне сказать? - Смотря, что ты хочешь услышать. Если снова тема о Перрише, я умываю руки. Стайлз не хочет смотреть на отца, ведь после утренней ссоры был еще неприятный осадок. Джон делает вид, что все в порядке, но не Стайлз. Джон отходчивый человек и это прекрасно, но Стайлз не может забыть грубость отца и слова застрявшие в голове. - Я сегодня в ночную, - поднимая грязную посуду со стола, между делом кивает мужчина, понимая, что сейчас с сыном бесполезно говорить. И отчасти это его вина. Но дело уже сделано. - Угу, будь осторожен. - Как и всегда. Дверь закрывается за спиной и Стайлз чувствует чуть ли не физическую боль от этого долбанного одиночества. Закончив с ужином, он быстро все убирает и бежит в комнату, принимает горячий душ и можно спать. Отец вернется ближе к семи утра, значит, дверь можно запереть. Все равно Стайлз встает еще раньше. Стилински вздрагивает, когда слышит треск разбитого стекла и потому, сквозь страх, выходит из душа, попутно одевая халат. И не дай бог это будет Хейл и он снова сломал лампу или еще что. - Хейл, твою мать! Окно, ты серьезно?! Стайлз раздраженно смотрит на осколки стекла на полу и на лежавшем на полу парня, который не подавал признаков жизни. И потому первая волна злости сменяется на непонимание и недоумение. - Дерек, с тобой все в порядке? Выглядишь хреново. Стайлз тянет руку к плечу парня и поэтому делает шаг ближе к Хейлу, который неожиданно хватает омегу за лодыжку и тянет на себя. Хватка настолько сильная, что Стайлз вскрикивает и пытается отойти, хотя это было очень сложно сделать. - Дерек, пусти! Ты что, пьян?!... О мой бог! - в ужасе визжит Стилински, встречаясь с искаженным лицом парня - не напоминающие человека черты, больше звериные. Стайлз затыкает свой рот руками, вглядываясь в голубые светящиеся глаза. Из под верхней губы виднелись клыки и Стайлз с ужасом понимал, что перед ним сейчас какой-то монстр, не понимающий, что делает. Очередное сопротивление Стайлза приводит к тому, что Дерек(не Дерек?) отпускает ногу и резко встает. Он бросается на парня, впиваясь отросшими когтями в бока, а после и зацепив грудь. Из-за порезов белый халат тут же окрашивается в красный, а крик парня тонет в зверином рычании. - Господи! Господи, что это? Меня сейчас сожрут... Аиий..! Стайлз зажмуривается до белых пятен, когда чувствует чужой язык на своей щеке. А после и то, как когтистая рука разрывает последние куски халата, касаясь шершавой рукой нежной кожи живота. - Дерек... Чертова хрень, очнись! Нет... Прошу тебя! Стайлз проглатывает слезы, когда его коленки касается эрекция полу-человека. Это пугало его до потери сознания, но он боялся закрыть глаза, потому что когда его шеи касаются клыки, он думает, что это конец. - Уррр... - непонятно рычит нечто и ластится щекой к открытой части ключицы, а после этого нечто засыпает, сжимая парня так, словно он плюшевый мишка. - Боже...Помогите... - тихо скулит Стилински, понимая, что ни за что не скинет эту тушу с себя. Страх не отступал, словно был комом в горле. И так пол ночи Стайлз не смог сомкнуть глаз, чувствуя боль в теле и открытых ранах, пока организм не выдержал и не отключился. Сквозь дрёму Стайлз облегченно вздыхает и переворачивается на бок, моля всех святых к утру остаться со всеми частями тела.