Хозяин заколдованного леса.

Сиэль напрягся сильнее от слов девушки и ощутил как руку его сжимают сильнее, почти до боли. Неужели эта особа явилась сюда для того, чтобы предупредить о возможной смерти? Слабо верилось. Сиэль нутром чувствовал, что она здесь для своих же интересов, подстроить что-то мерзкое. — Как скоро? — Не знаю точно. До лета, — брюнетка хмыкнула, садясь на стул напротив. — Ее сила — забирать жизни. Она смерть, — мужчина чуть развернулся к мальчику, мягко целуя в лоб. — Так ты что, серьезно? — девушка поморщилась, скрестив руки на груди, — А ведь многие утверждали, что я твоя избранная. — Хватит, — мужчина закрыл глаза. Пусть он и уважал подругу детства, но стать ему чем-то большим она не могла. — Хм… Ну, я предупредила. Просто не хочется, чтобы ты умер из-за этого, — она окинула мальчика презрительным взглядом, — выродка. Себастьян не выдержал вставая с кровати. — Уходи, пока я еще за себя отвечаю. В его голосе явственно слышалась угроза. — Все-все, ухожу, любимый, — она в секунду оказалась с ним рядом, звонко чмокнув в щеку, и тут же обратилась кошкой, выпрыгивая в окно. Сиэль дернулся как от удара, услышав вновь с чьих-то уст презрение в его сторону. Выродок. То, с каким омерзением девушка это произнесла все ещё звучало в ушах, било по вискам. И то, как незваная гостья покинула их мальчик уже не видел. Его воспоминания вернулись, он вновь увидел себя десятилетним ребёнком, которого все шпыняли и поливали грязью. Эта девушка все испортила, вывернув душу наизнанку и то, с каким упоением она поцеловала Себастьяна ещё сильнее подорвало мальчика, но он ничего не мог сделать. Лишь в бессилии сжимать кулаки. — Сиэль, — Себастьян присел на корточки перед мальчиком, беря его руки в свои, нежно целуя пальчики. Мальчик дернулся, отдергивая руки и перебираясь на кровать с ногами. Сиэль не сразу осознал, что перед ним Себастьян, а не те ужасные люди… сейчас он уже не беспомощный ребёнок и все осталось в прошлом. — Кто она? — Подруга детства, — спокойно ответил мужчина, садясь рядом с мальчиком. — Подруга? — нервно усмехнулся мальчик, прижимая к себе ноги, — Её поведение было довольно низкого уровня. Нужно оказывать больше уважения таким старым друзьям. — Сиэль, — мужчина мягко приобнял мальчика за плечи, — она просто давняя знакомая. Не более. — Поэтому она говорила о избранности? Ну да… равная тебе, прекрасная, способная постоять за себя подходит куда больше на роль избранницы. В то время как я… жалкий человек, могу умереть, — Сиэль сжался сильнее, закрыв глаза. Смерть не раз дышала ему в спину, и сейчас все повторяется. Мальчику возможно осталось несколько месяцев, а они даже не знают что послужит причиной… — Малыш, не важно, кем она себя считает, — Себастьян осторожно пересадил ребенка себе на колени, — я люблю тебя, только тебя. И я не позволю тебе умереть. — Откуда она вообще взялась? — Сиэль сжал рубашку мужчины, уткнувшись лбом в его грудь. Ему хотелось бы верить, что Себастьян защитит и на сейчас, но… этот случай отличался от остальных, что не давало покоя. — Оттуда же, откуда и я, — мужчина усмехнулся, сильнее прижимая мальчика к себе.- Обычно она является когда человек уже при смерти… Но сейчас, она решила предупредить. «Предупредила… что же она раньше не появлялась?..» Как бы Сиэль негативно к ней не относился, но она действительно помогла, пусть и в своих интересах. — И что это может быть? — Что угодно, — Себастьян устало вздохнул, откинувшись спиной на стену. Сиэль замолчал, переваривая сказанное. Что угодно. Теперь придется следить за каждым шагом. — Насколько её предсказания правдивы? — после долгого молчания спросил Сиэль. — Она-сама Смерть, — Себастьян усмехнулся, почти до боли сжав объятия. — Она не ошибается. Сиэль еле слышно пикнул от стальных объятий. — Ты ведь не запрешь меня в доме? Себастьян промолчал. Запирать он не хотел, но выпускать мальчика из дома в подобной ситуации опасно. И он знал, что Сиэль никогда не одобрит этого решения. — Все ясно. Сиэль закрыл лицо в груди мужчины. Сидеть столько времени в четырех стенах, это слишком несправедливо. От обиды хотелось слезы лить, но мальчик понимал, что своими капризами делу не поможешь. Это не игра, и на кону стоит его собственная жизнь. Придется смириться. — Я тоже не буду уходить, — Себастьян погладил ребенка по спине, как бы прося прощения, — слишком опасно теперь оставлять тебя одного. — А как же обходы? — Сиэль поднял взгляд. — Надеюсь, до лета ничего не случится, — мужчина мягко улыбнулся, целуя мальчика в губы. Сиэль приподнялся на коленях мужчины, позволяя зайти чуть дальше, углубить поцелуй, огладить тело. Мальчик обвил шею Себастьяна, жадно сминая губы с тихими стонами. Начиная сходить с ума от стонов мальчика, мужчина подхватил ребенка за ягодицы, приподнимая и прижимая к себе плотнее. Сиэль пустил в ход зубки, нежно царапая, и с громким чмоком отстранился, рвано и жарко дыша в припухшие губы. Его руки зарылись в волосах мужчины, а сам приподнялся так, что оказался с Себастьяном одного роста. Тело бросало в жар, всем нутром он желал ощутить больше ласк. Мужчина припал губами к шее мальчика, проводя по ней языком, как когда он был зверем, но сейчас все ощущения были иными. Все воспринималось иначе. — Себастьян!.. — Сиэль задрожал, не сдержав стона, что вылился в имя любимого. — Нужно остановиться. Я не сдержусь, если мы продолжим, — мужчина с большим трудом отстранился, рвано дыша. — Опять… — Сиэль все ещё слегка вздрагивал в руках мужчины, и до сих пор ощущал на коже обжигающие поцелуи, что так сильно сводили с ума, — стоит нам оказаться чуть ближе и ты останавливаешься… почему? — Я боюсь, что ты возненавидишь меня из-за… — Себастьян замолчал, опустив глаза. — Что? — мальчик оторопел. — Это может быть больно. И твое прошлое… — мужчина осекся, прижимаясь к ребенку. Сиэль дернулся. За томным ожиданием и нетерпением пришел страх и дрожь. Горячие поцелуи мужчины, что все ещё чувствовались на коже, стали обжигать сильнее, болезненно. Грубые прикосновения и омерзительные слова над ухом… Сиэль тихо болезненно простонал, закрыв лицо в ладонях. Лучше бы Себастьян молчал. Не напоминал вновь. — Прости, — мужчина ударился головой о стену, проклиная себя за неосторожные слова. — Его нет… его больше нет… нет, — шептал Сиэль, закрыв глаза, не отнимая рук и восстанавливая дыхание. За самовнушением он успокоится, придет в себя. Картины прошлого меркли, дрожь медленно отпускала. Сиэль глубоко вздохнул, отнимая руки от лица. — Я… справлюсь. Все будет хорошо, — он вновь прижался к груди Себастьяна. — Я рядом, — мужчина крепко обнял, целуя прикрытые веки, нежную кожу щек, мягкие, сейчас чуть сжатые губы. За легкими прикосновениями приходило спокойствие. Разум очистился и мальчик не думал ни о чем. Все заботы пропали, страхи покинули, а на их место пришло умиротворение. До тех пор, пока внутри живота все не скрутилось в тугой узел. Сиэль схватился за болящее место, согнувшись. — Меня пора кормить, — слишком по-детски пробурчал он, прикрыв один глаз, когда спазм повторился. — Как прикажешь, — мужчина усмехнулся, щелкнув пальцами. В руке тут же появилась тарелка ароматной похлебки. — Вперед за стол. Ребёнку не нужно было повторять дважды. Он сел на свое место, съев все до самой последней капли. Или еда Себастьяна была насколько вкусной, или он просто жутко проголодался. А может и все вместе. — Спасибо, — улыбнулся Сиэль, — все хотел спросить…, а ты вообще ешь? — Нет, — мужчина оторвался от разглядывания пейзажа, переводя взгляд на мальчика, — не человеческую пищу. — М? — Сиэль поднялся со стула, вставая позади мужчины.— А что тогда? — Лес питает меня, в благодарность за защиту, — Себастьян повернулся к мальчику, обнимая. — Питает? Воображение посылало картину с безграничной энергией ярких цветов, что обволакивало тело мужчины и впитывалось под кожу. Мальчик мотнул головой, прогоняя странную картину. — А что произойдет, если ты покинешь эти леса? — Я привязан к этой земле, и все же не думаю, что со мной что-то случится, — Себастьян улыбнулся, крепче сжимая объятия. — Но сколько ты уже защищаешь эти леса? — Всю жизнь, — в глазах мужчины поселилась грусть, — столько, сколько я себя помню. Сиэль протянул руку, нежно касаясь его щеки. Своим прикосновением он хотел донести куда больше чувств, чем простыми словами и показать, что теперь Себастьян не одинок. — Спасибо, — мужчина сжал руку мальчика в своей, нежно целуя ладонь. — Ты самое дорогое, что у меня есть, — Сиэль приподнялся на цыпочках, оставляя на губах легкий поцелуй. Себастьян подхватил мальчика на руки, углубляя поцелуй, чувствуя, как неистово забилось его сердце. Сиэль тихо вскрикнул от неожиданности, но этот звук потонул в поцелуе и мальчик обвил шею мужчины руками, а ноги сцепил на его талии, создавая некую опору. Себастьян прихватил мальчика за ягодицы, не сильно сжимая. С губ сорвался приглушенный стон, и мужчина поспешил заглушить его жарким поцелуем, направляясь в сторону кровати. Сиэль, несмотря на жаркий напор, целовал как можно нежнее, не сдерживая тихих стонов. Когда его аккуратно опустили на кровать, нависнув сверху, Сиэль так и не отцепился, прижимая Себастьяна ещё ближе. Мужчина застонал отчетливей, переходя на шею мальчика, нежно ее целуя. Он не смел заходить дальше, пока ребенок сам ему это не позволит. — С-себастьян… — Сиэль хватал ртом воздух. Его сжигало изнутри, тело желало больше прикосновений и мальчик чувствовал тягучее томление внизу живота. Мужчина стянул с себя рубашку, снова припадая губами к его шее, нежно прикусывая кожу. Он запустил руки под кофту Сиэля, проводя ими вверх, задевая маленькие бусинки сосков. Мальчик задрожал от удовольствия, слегка прогнувшись в спине. Руки жадно оглаживали крепкое подкаченное тело без малейшего изъяна. Сиэль просто наслаждался новыми ощущениями, подстраиваясь под ласки с все более громкими стонами. — Себастьян… там… жарко. — тихо скулил мальчик, потеревшись о мужчину. Себастьян не сомневался, что сейчас его глаза пылают не хуже пожара. Он спустил штаны с бедер мальчика, освобождая уже стоящий и сочащийся смазкой член. Из горла вырвался несдержанный рык, и Себастьян припал губами к внутренней стороне бедра ребенка. С губ слетел тихий вскрик. Сиэль закрыл рот обоими ладошками, смущаясь себя же. И то, что делал с ним Себастьян… мальчик не мог противиться этой страсти, Мужчина резко вернулся к губам Сиэля, отстраняя ладони и нежно целуя, не сдерживая стонов. Он осторожно раздвинул ноги ребенка шире, фиксируя их у себя на талии. Сиэль ощущал себя сплошной эрогенной зоной. Где бы не коснулся Себастьян, в какой бы участок тела не впились его горячие губы, мальчик не мог сопротивляться, и наградой мужчине были сладкие несдержанные стоны. Сиэль плохо соображал. Глаза заволокло мутной пленкой. Он тянулся к единственному, кто вышибал последние остатки разума и вцеплялся в него со всей силой, что ещё оставалась в теле. — Се…себастьян, — мальчик задыхался, сжимая ноги на талии мужчины сильнее и нагло трясь о него. Мужчина несдержанно зарычал, уткнувшись носом в плечо Сиэля. Одной рукой он опустился ниже, нежно проводя пальцами по сжатому колечку мышц, одновременно материализуя на них смазку. Мальчика слегка подбросило, когда его стали гладить… там. Он тихо проскулил, сомкнув руки на плечах мужчины, немного приподнявшись и запустив пятерню в мягкие волосы. — Малыш, расслабься, — мужчина чуть прикусил мочку уха мальчика, после проводя языком по его шее, заканчивая нежным поцелуем в губы, одновременно вводя первый палец. За ласками пришла боль. Не сильная, но Сиэль сжался от необычной заполненности внутри. Он зажмурил глаза и слишком часто задышал. В голове проскальзывали прошлые картины криков, боли, грубых прикосновений, крови. С губ вновь слетел жалобный скулеж, потонувший в поцелуе. Сиэль цеплялся за Себастьяна, словно за спасительную соломинку. — Расслабься, прошу, — мужчина осторожно пошевелил пальцем, медленно выходя и входя обратно. — Я никогда не сделаю тебе больно. Сосредотачиваясь на тихом, с легкой хрипотцой, голосе, Сиэль попытался сделать так, как его просили, но это мало помогало. Холод какой-то смазки отвлекал от легкой боли и на смену ей приходил дискомфорт. Сиэль сам отыскал губы Себастьяна, притягивая ближе. Мужчина нежно поцеловал мальчика, осторожно вводя второй палец, растягивая. Сиэль дернулся и снова сжался. Боль не отходила, с каждой секундой её становилось все больше. — Малыш, — Себастьян разорвал поцелуй, наклоняясь к уху мальчика, — не сжимайся. Я не смогу сделать тебе приятно, если продолжишь так сжиматься… Может, мне остановиться?.. — Мне больно… — Сиэль уткнулся лбом в лоб мужчины, кусая губы, — Себастьян… я хочу… твоих ласк… пожалуйста… — Обещаю, боль пройдет, — мужчина вновь провел языком по шее ребенка, спускаясь ниже, нежно кусая ключицы, посасывая соски. Он всячески старался отвлечь мальчика от неприятных ощущений, компенсируя все умелыми ласками. На смену боли стало вновь приходить наслаждение и неутолимый жар. Мальчик отцепил ноги от талии мужчины, для удобства расставляя их шире. Пальцы Себастьяна внезапно что-то задели внутри, отчего в глазах мальчика взорвался фейерверк, он выгнулся дугой, царапая плечи мужчины и не сдерживая громкого стона. — Ч-что… это? — Сиэль жадно хватал воздух ртом, желая, чтобы Себастьян повторил это еще раз. Мужчина лишь усмехнулся, снова задевая наконец-то найденную точку, одновременно вводя третий палец. Чувства смешались. Сиэлю было больно, но в тоже время он сгорал от желания. Такого он ещё никогда не испытывал. — С-себа-а…стьян!.. — руки, что до этого сжимали простыни, потянулись к мужчине. Его голос охрип, а губы саднили от постоянного покусывания и жадных поцелуев. — Я хочу тебя… — мужчина держался из последних сил, и лишь на понимании того, что мальчик боится, и любое неосторожное движение может подорвать его доверие. Себастьян не переставал задевать бугорок внутри Сиэля, медленно раздвигая пальцы. — Я-я тоже… — Сиэль облизал губы, вновь прикусывая, — хочу… по-другому… хочу… Он не знал как попросить, не знал, что конкретно хотел. Пальцы доставляли неописуемое удовольствие, чему Сиэль не мог до конца поверить, но этого было недостаточно. Мальчик ощущал это, каждая частичка тела просила нечто большее и Сиэль извивался в руках мужчины, жадно выпрашивая. — Я не могу больше, — выработанное столетиями терпение дало сбой. Мужчина вытащил пальцы, заменяя его своим уже изнемогающим членом, медленно входя головкой. Зрачки расширились, пальцы мертвой хваткой вцепились в его плечи, губы раскрылись в немом крике. Это не шло ни в какое сравнения с пальцами. Большое, горячее, пульсирующее… и это медленно в него входило, заполняя. Его растягивали и Сиэль с трудом сдерживал подступающие слезы. О наслаждении вновь было забыто, но надеясь, что это вновь его ошибочное мнение, готов был терпеть эту боль. Сиэль чувствовал, как мужчина осыпал его тело поцелуями, отвлекая и пытаясь заглушить болезненные ощущения. Себастьян проникал все глубже и мальчик не сдержал слез. — Больно… — прокусив губу, он зарылся в волосы мужчины, сильно сжимая и притягивая к себе, чтобы заглушить боль в поцелуе. — Прости, — Себастьян вошел до конца, на мгновение останавливаясь, жарко целуя мальчика, и начиная медленно, осторожно двигаться. Мальчик цеплялся из последних сил. Терзая губы Божества он словно хотел передать ему часть боли, что испытывал. Но все изменилось, когда мужчина добрался до желанной точки. Волна дрожи и нового возбуждения прошла по телу, перекрывая боль, но до конца не избавляя. По тому, как изменился характер поцелуя, Себастьян понял, что наконец попал в ту самую точку. Он немного увеличил темп, уже мало чем себя контролируя и только лишь укусы лежащего и отчаянно цепляющегося за него ребенка, немного отрезвляли, не давая сорваться. Сиэль вновь сцепил ноги на талии мужчины, прижимаясь теснее. С губ срывались все более громкие стоны, пока не переросли в крики. А Себастьян увеличивал темп и менял угол проникновения, вышибая из мальчика воздух и последние остатки разума. Чувствуя, что они оба близятся к разрядке, мужчина пропустил руку между их разгоряченных тел, сжимая член мальчика в своей руке. Одного прикосновения хватило, чтобы Сиэль получил первый в своей жизни оргазм, громко и протяжно застонав, выгибаясь дугой. Мужчина, понимая, что не продержится больше, вышел из Сиэля, кончая себе в руку, падая рядом с ребенком. — Себастьян… — ощущая пустоту внутри, Сиэль осторожно перевернулся на бок, обнимая мужчину. — Как ты, малыш? — Себастьян прижал мальчика к себе, нежно целуя в лоб. — Я ещё не испытывал такого… никогда, — Сиэль попытался поджать ноги к себе, но это движение отозвалось не сильным жжением. Мальчик скривился, поджав губы. — Больно? — Себастьян обеспокоенно приподнялся, виновато смотря на Сиэля. — Терпимо. Не волнуйся, — Сиэль постарался лишний раз не двигаться, расслабляясь. — Прости, — кажется, Себастьяна не слишком успокоили слова мальчика и он только крепче прижал его к себе. Сиэль обхватил широкую спину руками как только мог. Взгляд зацепился за собственные отпечатки пальцев на плечах, а на спине, мальчик даже не сомневался, есть красные полосы, если не царапины. — Боже… я как дикий. Себастьян улыбнулся, мягко целуя мальчика. — Спасибо. — За что? — За эти следы, — мужчина счастливо улыбнулся, — я их сохраню. — Не нужно, эти синяки будут жутко смотреться и… — Сиэль смутился, опустив глаза, — напоминать о сегодняшнем. — Вот именно, — Себастьян счастливо рассмеялся. Сиэль коснулся щеки мужчины, нежно обводя пальчиком родные контуры лица. Прошло ведь не так много времени с тех пор, когда мальчик узнал его человеческую форму. И хоть Сиэль и скучает по старому облику, но без присутствия Себастьяна как человека он больше не видит своей жизни. Себастьян нужен ему. Нужен как воздух. — Люблю, — Сиэль потянулся за новым поцелуем. — Я не смогу жить без тебя, — мужчина жарко выдохнул мальчику в губы, нежно целуя. Слова мужчины напомнили о том, сколько осталось ребёнку до его смерти. И созданная ими идиллия рухнула. Сиэль сжался в объятьях, прекращая поцелуй. — В чем дело? — Себастьян не понял, в чем причина внезапной смены настроения мальчика. — Ни в чем. Все хорошо, — натянуло улыбнулся Сиэль, пряча взгляд. — Я же вижу, — мужчина нахмурился, приподнимая голову ребенка за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. — Все это ненадолго. Если не получится все решить, я… — Сиэль вздрогнул, накрывая своими ладошками руку мужчины. — Малыш, — Себастьян не отрываясь смотрел в бездонные глаза ребенка, все сильнее чувствуя, что его жизнь совершенно пуста без этого хрупкого создания, — я ни за что не позволю тебе умереть. Буду рядом, не отойду ни на шаг… Никто не посмеет к тебе прикоснуться… Он говорил, а на глаза ребёнка наворачивались непрошеные слезы. Сиэль верил ему. Теперь уже ничто не сможет обратить эту веру в прах. Но что-то внутри его грызло. Предчувствие, что даже под защитой Божества может что-то пойти не так. Это сводило с ума. — Даже смерти не отобрать тебя у меня, — мужчина уткнулся своим лбом в лоб ребенка, прикрывая глаза. — Я не хочу уходить от тебя, — прошептал мальчик, сжимая его руку в своих сильнее, — я потерял надежду на счастье, пока не встретил тебя. До сего момента вера в то, что меня полюбят…ее не было… Но ты… за все то, что ты сделал для меня… я не знаю, как можно любить сильнее. Словами трудно передать… и если что-то случится с тобой… я умру. — Сиэль, — мужчина ясно почувствовал, как его сердце в страхе забилось. Он крепко сжал мальчика в руках, делая объятия стальными, — все будет в порядке. Ты мой избранный, и если я и проживу вечность, то только бок о бок с тобой. — Но истинный ли я? — Сиэль уткнулся носом в грудь, цепляясь также крепко. Когда жизнь вдруг стала так коротка, мальчик сильнее стал задумываться о «вечности». Но возможна ли она? — Никто кроме тебя, — Себастьян уткнулся в макушку мальчика, зарываясь носом в мягкие волосы. Больше не нужно было слов. Двое любящих сидели в объятьях друг друга, и это давало куда больше спокойствия, тепла, защиты и покоя. Так мысли быстро исчезали из головы. Сиэль расслабился в руках Себастьяна, закрывая глаза. Его все сильнее тянуло в сон и даже боль отступала на второй план. Мужчина с облегчением почувствовал, что мальчик в его руках успокоился, и теперь медленно засыпает. Он мягко уложил его на подушки, накрывая сверху одеялом и ложась рядом, нежно обнимая.