Хозяин заколдованного леса.

Но расслабляться было рано. Хоть рыки поутихли, но хижину продолжали окружать. Звери никуда не исчезли, они лишь усмирили свой пыл, выжидая. Сиэль поднялся, ухватил покрепче мантию на плечах Себастьяна и потащил в сторону кровати. Не с первой попытки, но ему удалось уложить мужчину на постель. Сиэль перебрался к нему и прижался к боку, закрывая глаза. Он не знал, когда Себастьян сможет очнуться. Знал лишь то, что на последние силы ему удалось перевоплотиться и возможно поставить слабую защиту, поэтому звери выслеживали и не предпринимали попытку вломиться в хижину. Так проходило время, Себастьян не приходил в себя. День сменился вечером, камин не горел и в помещении стоял жуткий холод. Мальчик прижимался к мужчине, как только мог, стараясь согреться и успокоиться. Страх сковывал каждый раз, когда за дверью и окнами начинали шуршать и царапать, а уж когда волки начинали выть, мальчик и вовсе хотел слиться с Себастьяном, молясь всем вышним силам, чтобы он очнулся, смог успокоить и защитить. Но шло время, а он оставался неподвижен. — Себастьян… — Сиэль слегка приподнялся на локте, заглядывая в бледное лицо, кончиками пальцев касаясь холодной кожи, — очнись, пожалуйста… Я прошу тебя… не смей умирать… ты и не с таким справлялся… залечить раны ведь такие пустяки для тебя, — горько усмехнулся Сиэль. Ком в горле мешал говорить, а глаза вновь начало щипать, — просыпайся, Себастьян… я люблю тебя… очень сильно люблю…, но ты вновь уходишь от меня… не нужно, пожалуйста… вернись ко мне… вернись, — он зажмурился, не сдержав первую слезу. Сквозь окружающую его тьму, мужчина слышал тихий молящий голос. Он с трудом заставил себя открыть глаза, постоянно ориентируясь на голос мальчика. — Сиэль, — Себастьян почувствовал рядом с собой дрожащее тело ребенка, сразу прижимая его к себе. Он слышал, как за окном бродили дикие звери, выжидая. Мужчина щелкнул пальцами, тут же воссоздавая барьер вокруг поляны. Сиэль не верил. Тихий хриплый голос казался ему слуховой галлюцинацией, но когда родные сильные руки прижали к себе, мальчик не выдержал и, прижавшись настолько крепко насколько мог, заплакал. — Прости, прости меня за все это, — мужчина нежно гладил Сиэля по спине, крепче к себе прижимая. Еще одним щелчком пальцев он развел огонь в камине. — Себастьян… — мальчик поднял голову, слишком резко стукнувшись своим лбом в лоб мужчины. Руки перебрались с плеч на лицо, нежно обводя контуры, — ты здесь… здесь… Себастьян… — слезы не останавливались, как и слова, слетающие с губ. — Я рядом, — мужчина мягко притянул к себе ребенка, целуя в губы, — ничего больше не бойся. Сиэль вымученно улыбнулся через слезы. Его все ещё трясло, но больше от того, что мужчина, наконец, пришел в себя и они вновь вместе. — Я скучал по тебе… очень сильно. — Сиэль, — Себастьян горько усмехнулся, понимая, как недолго продлится это счастье, — прости меня. Мальчик смахнул слезы, улыбка исчезла, а лицо стало хмурым. От взгляда Себастьяна ему стало не по себе. Он ещё не до конца успокоился, а теперь и вовсе готов был впасть в истерику. — Ты расскажешь мне? — Сиэль, — мужчина крепче прижался к ребенку, смотря ему прямо в глаза, — я не могу. — Почему? Почему не можешь? Что со мной произошло? Почему я остался жив? — пальцы сильнее впивались в предплечья мужчины, — Какова цена? — голос дрогнул, когда в голову пришла совершенно безумная догадка. Все не прошло просто так. Чем-то пришлось пожертвовать. Но чем? — Я, — тихо выдохнул мужчина, крепко закрывая глаза. Тайна, что он пытался сохранить все это время, так просто слетела с его языка, и теперь ничего не могло предсказать реакции мальчика. Сиэль не совсем понял брошенное слово, но, осознав, отпрянул. — Ч-что? — Сиэль, — Себастьян с тихим стоном сел на кровати, — в ту ночь, когда ты болел, она приходила, чтобы… забрать твою жизнь. Я не мог этого позволить, поэтому… Сиэль, — мужчина выдохнул, закрывая рот ладонью. Он не может. Он просто не может сказать, что им не быть вместе… — Что? Что, Себастьян? — Сиэль резко оказался рядом, сжимая плечи мужчины, лихорадочно взирая, — говори. Нервы ни к черту. Мальчик чувствовал, что если Себастьян ответит что-то ужасное, он свихнется. — Малыш, — внезапная мысль посетила голову мужчины и он нежно, успокаивающе погладил мальчика по спине, перемещая руку на затылок, — не волнуйся, молю тебя. Она воспользовалась мной. — Воспользовалась? — Сиэль скривился, словно ему сказали какую-то мерзость. Себастьян лишь кивнул, в ожидании смотря на мальчика. Пересилить себя он все же не смог, и это его слабость. — Что же она сделала? Сиэль ослабил хватку, но его все ещё трясло. Теперь внезапное выздоровление вполне объясняется, но мальчик так и не услышал истину. — Ей нужна была моя сила. В своих целях, — Себастьян осторожно прижал к себе мальчика, смотря на него с утаенной болью в глазах. — В своих говоришь… — мальчик опустил глаза, покусывая губу. Недосказанность все ещё витала в воздухе, — она ещё вернется? — Не думаю, — Себастьян сильно сжал губы, закрывая лицо в плече Сиэля. Ложь была отвратительна, и она все равно со времени раскроется… Мужчина был противен себе. Сиэль приподнялся на коленях, обнимая мужчину крепче. Больше никаких вопросов. Он хотел просто успокоиться и забыться в родном тепле. Закрывая глаза, Сиэль с удовольствием вдыхал привычный запах мужчины. Всегда легкий и свежий с нотками холода. — Не закрывайся больше в себе. — Хорошо, — приглушенно ответил мужчина, крепче сжимая мальчика в своих объятиях, желая заполнить образовавшуюся в душе пустоту. — Себастьян, их больше нет? — мальчик слегка вздрогнул в объятьях мужчины, когда вспомнил о том, что их окружала стая диких и злобных зверей. — Нет, — мужчина провел рукой по спине мальчика, уткнувшись ему в волосы, — нам ничего больше не грозит. Прости, что тебе пришлось пережить подобное. — Лес умирал… и ты слабел. Я никогда такого не видел… за все то время, что нахожусь рядом с тобой… ты сильно меня напугал. Но я рад, что сейчас тебе лучше. — Прости, — Себастьян рвано выдохнул, зажмуриваясь. Все это время он был просто эгоистом. Считал, что отдаляясь он облегчит страдания мальчика в будущем, но не смог преодолеть сам себя. И сейчас, понимая, насколько это воссоединение не долгое, мужчина только вздрагивал, осознав, как сильно за подобное может возненавидеть его Сиэль. — Что с тобой? Тебе все ещё плохо? — Сиэль обеспокоено замер, когда ощутил как Себастьян дрожал. — Нет, не волнуйся, малыш, — мужчина слабо улыбнулся, прижимаясь губами к макушке мальчика, — со мной все хорошо. — Правда? — Сиэль взглянул с затаенным волнением. — Правда, — Себастьян наклонился к губам мальчика, нежно целуя, запоминая каждую секунду, проведенную с ним. За мнимым спокойствием хранилось слишком много проблем. Ещё многое им предстояло пережить, когда время играло против них. Смерть затерялась, но она может вернутся, и это нельзя было оставить без внимания. — Я люблю тебя, — Себастьян закрыл глаза, соприкоснувшись с мальчиком лбами, — Всевышний, как же сильно я тебя люблю… От слов мужчины сердце застучало сильнее. Сиэль повел головой, как маленький зверек слегка потеревшись носиком о чужой. Нежность переполняла его. — И я тебя люблю. Всего люблю. Мой самый лучший… любимый. Себастьян не выдержал, затыкая мальчика поцелуем. Это было слишком. Мужчину переполняло отчаянье, и он не удержал шальную слезу, что очертила его щеку, падая на кровать. Он углубил поцелуй, проникая языком дальше, все что угодно, лишь бы хоть немного разбавить эту тьму. Мальчик не ожидал столь яростного напора и не успел прийти в себя, когда в рот нагло вторглись, сплетаясь языком с чужим. Сиэль слабо застонал, его охватил жар и он стал подстраиваться под Себастьяна, что выходило плохо. Мужчина словно хотел пометить, заклеймить его. В поцелуе не было ни капли нежности, вместо неё плескалось безграничная тоска, тихая ярость и боль. Руки Себастьяна стали хаотично блуждать по телу мальчика, теснее прижимая его к себе. Он чуть снизил темп поцелуя, позволяя Сиэлю подстроиться под него, и медленно перекатился, нависая теперь над мальчиком. Сиэль отстранился, когда нужно было глотнуть воздуха. Глаза затуманились, оглядывая любимого, но… наткнувшись на его взгляд, сердце мальчика болезненно сжалось. — Почему ты так смотришь на меня? Себастьян не ответил, впиваясь губами в его шею, ставя засос, и тут же зализывая. Он спустился ниже, к груди Сиэля, обводя языком соски, чуть с ними поигрывая. Мальчик запутался одной рукой в волосах любимого, чуть оттягивая назад, и откидывал голову, открывая больше доступа к шее, когда Себастьян ставил метки, вторая прошлась по плечу, нежно переходя к предплечью и сжимая тонкими пальчиками. Мужчина спускался все ниже, к ткани штанов, оглаживая тело мальчика руками, после он снова поднялся к его губам, даря нежный поцелуй, стягивая всю нижнюю часть его гардероба. — Себастьян, что ты? — договорить Сиэль не мог, теряясь в забытых ощущениях, когда дыхание стало тяжелым, а внизу все горело огнем. Мальчик хотел прикоснуться…там, и стыдился даже мыслей об этом. Мужчина провел языком по его шее, спускаясь к груди, чуть прикусывая соски, и доходя до низа, целуя внутреннюю сторону бедра Сиэля, осторожно раздвигая его ноги. Мальчик сдерживал стоны и звуки, слетающие с губ, были похожи на скулеж. Он сжимал в руках простыни. Открыть глаза было так стыдно, но все же Сиэль взглянул на любимого из полуопущенных век, раздвигая ноги шире. — Себастья-ян… — Сиэль, — тихо произнес мужчина, поднимаясь к лицу мальчика, снова целуя. Он медленно ввел один палец, осторожно им двигая. Задыхаясь, мальчик старался не напрягаться и позволить мужчине зайти дальше. Крепко зажмурив глаза, Сиэль вцепился в его плечи. — Расслабься, малыш, — мужчина нежно спустился поцелуями к его груди, посасывая соски, стараясь всячески отвлечь. Сиэль следовал словам любимого, позволяя зайти дальше и ввести второй палец. Боль сменялась наслаждением, когда Себастьян задевал что-то внутри, что заставляло мальчика стонать сильнее и желать большего. Мужчина медленно начал вводить третий палец, растягивая, но при этом не переставая целовать. Сиэль поддавался навстречу, желая взять больше, но этого было недостаточно. Он прижимался теснее, ногтями оцарапывая кожу. — С-себастьян… м-м… не мучай, — рвано сквозь стоны произносил мальчик, закрывая глаза. — Малыш, — мужчина с трудом оторвался на ребенка, рассматривая его, запоминая каждую деталь, каждую впадинку на его теле. Он медленно вынул пальцы, сразу подставляя свой уже давно возбужденный член, осторожно входя. Сиэль принял его. С болью, страстью, с тем, что заставляло сгорать в этом жарком плену. Их тела слились в одно. Их дыхание поделилось на двоих. Их губы соприкоснулись в сладостно-горьком поцелуе. До тех пор, пока они вместе. До тех пор, пока есть время. Объятья сильней, а крики громче. И на последних рывках их накрывает оргазм. — Сиэль, — горячо выдыхает мужчина, кончая глубоко в мальчике, крепко сжимая его в своих объятиях. Он осторожно перекатился на свободную часть кровати, тем не менее и не думая отпускать ребенка. Сиэль слегка поерзал и ощутил не сильное жжение, и как из него стало вытекать семя мужчины. Было до ужаса стыдно, и мальчик спрятал пылающее лицо в груди. — Ты единственный, кого я полюбил, единственный, кто стал мне так дорог, — мужчина уткнулся носом в волосы мальчика, вдыхая его сводящий с ума запах, — моя жизнь была такой серой без тебя… — Пятьсот лет, — вспоминая о столь огромном возрасте, Сиэль снова ощутил себя никчемным рядом с таким Божеством, — почему именно я? — Если бы я знал, — мужчина грустно усмехнулся, — но ни разу за всю свою жизнь я не чувствовал себя более живым. — Ты наш хранитель, — Сиэль приподнял уголки губ, пальцами выводя замысловатые узоры на груди мужчины, — и мой личный, что не дал заблудиться во тьме. Глаза начинали слипаться. Мальчик с трудом удерживал в себе желание забыться сном. Он хотел ещё немного побыть в сознании, слышать голос любимого. — Я всегда буду рядом. Буду охранять твой покой, — мужчина не сомневался в своих словах. Даже если помолвка состоится, никто не помешает ему защищать этого ребенка. — А сейчас спи. Еще слишком рано. А когда проснешься, я буду рядом. Он не мог противиться этому голосу. Перед тем, как уйти в царство Морфея, мальчик ощущал объятья сильнее и теплое дыхание на макушке. Чувствуя, что мальчик в его руках уснул, Себастьян со стоном закрыл глаза рукой. Это все было слишком. Он не мог понять, в какой именно момент он поступил не правильно, где именно он оступился… Все эти мысли не давали ему покоя, и по щеке измученного мужчины скатилась пока первая слеза. «Страдай. Страдай за свое бессилие. За то, что не смог защитить самое дорогое. И теперь живешь в страхе перед каждым днем. Скоро я приду за тобой. И ты знаешь это, волчонок. Ты будешь моим. Навечно».