A modo mio...

Снова открываю глаза, но я уже не в лаборатории, нет, это точно не она. Моргаю несколько раз и осматриваюсь вокруг. Я стою рядом с обломками какого-то здания объятого ярким пламенем, достигающего самых небес и освещающие ночное небо. Чувствую в руках тяжесть и перевожу взгляд на них. В руках, крепкой хваткой держу огромную, черную косу, по лезвию которой сползают куски мяса и капает кровь. Тех необычных ногтей нет и странной одежды тоже, только белая сорочка измазанная кровью. Кровь - сама жидкость да и само слово стало чем-то обыденным и неотъемлемой частью. Смотрю на развалины былого здания и немного помедлив иду к ним. Может кто-то остался в живых? Может хоть кто-то объяснит мне, что здесь произошло и как я оказалась на улице? Проходя мимо кирпичных стен, осматриваюсь по сторонам. В ноги неприятно впиваются осколки стекла и острых камней, но я не обращаю внимания. Опираясь рукой о несломленную стену, иду дальше. Неожиданно, нога за что-то зацепляется и я падаю на землю, еще больше раздирая кожу. Посмотрев на причину падения, я увидела, что мою ногу держит чья-то рука. Вот именно, что "чья-то", ведь у нее попросту не было хозяина. Я запаниковала, глаза резко расширились, а зрачки уменьшились до неимоверных размеров, выдавая неподдельный ужас. Резко стала дергать ногой. Когда я скинула лишнюю конечность, то на локтях стала отползать в противоположную сторону, но наткнулась на что-то холодное, скорее всего обломки. Повернув голову дабы убедиться в своей правоте, я встретилась с пустым взглядом. Глаза, как два пустых стеклышка, как будто смотрели сквозь меня и где-то, глубоко в них, до сих пор не стих страх. Лицо было искривлено в гримасе ужаса, кожа цвета мрамора и холодная, как метал, сквозь нее отчетливо просвечивали нескончаемые нити голубоватых вен, а рот приоткрыт в немом крике. Паника накрыла меня с лихвой и я, как испуганный зверек, отпрыгнула от трупа, не отводя от него взгляда. Оглядевшись вокруг, я увидела, что повсюду разбросаны ошметки чужих тел, развалы украшают разносящие смрад органы, а земля покрыта алым налетом. В кровавых лужах отображается пышущий во всей красе огонь, будто приглашая в эту красную негу и обещая показать самые глубины ада. Щеки обожгли горячие слезы, а губы то и дело, растягивались в странной улыбке. Хотелось рассмеяться, выплеснуть все эмоции наружу, но почему-то я не могла издать ни единого звука. Так хотелось поверить, что это всего лишь сон, всего лишь очередная галлюцинация от дурацких экспериментов. Хотелось поверить, что вот, сейчас я очнусь в своей сырой камере, на жесткой кровати, а голова будет лежать на ветхой подушке с порванной наволочкой. Я ущипнула себя, в надежда на пробуждение, но ничего не исчезло, тогда упав на землю, придвинула к себе ноги и руками стала раздирать их до крови, хотелось поверить, что это только сон, что если я причиню себе больше боли, то смогу очнуться, но нет, видимо я не проснусь. Руки постепенно остужали свой пыл и вскоре просто гладили ноги, размазывая по ним кровь. Искусанные губы, тонкой полосочкой то и дело, что подрагивали. Грязное лицо исполосовано мокрыми дорожками. Неожиданно поднялся гулкий ветер, неся за собой могильный холод. Со стороны леса, из-за деревьев выходят две высокие фигуры полностью окутанные черными одеяниями, что мрачными нитями следовали ветру. Их силуэты сливались с ночным мраком, их тень следовала за ними будто охраняя и лишь разбушевавшийся огонь позволял разглядеть темные очертания, непоколебимо идущие в перед. Они идут по направлению ко мне, я в этом уверена, живых тут больше нет. Когда подходят ближе, то я слышу звон цепей, как будто они играют собственную мелодию. Мелодию, несущую не самые хорошие известия. Мелодию, несущую за собой страх и отчаяние. Мелодию, несущую за собой смерть. Когда до меня осталось меньше метра, они остановились. Их движения резки и отточены, будто говоря, что они не простые зрители, а непоколебимые участники сия представления. Я смогла их рассмотреть. Высокие, с ужасающей аурой, на голове одного из них цилиндр, все тело в бинтах. Похожи на деревянных марионеток, в руках умелого кукловода. Они не теплые, они холодные - мертвые, но почему-то двигаются. Мертвые - которые еще живы. Неожиданно один из них протянул руку в мою сторону и в ту же секунду на моей шее сомкнулся железный ошейник, на руках наручники, цепь которых уходила куда-то в недра его одежды. Ледяные, тяжелые оковы опустились к основанию шеи и балластом тянули вниз, руки готовы были оторваться от тела и с гулким звуком упасть на землю. - Мы стражи неприступной тюрьмы Вендикаре. За содеянное, ты будешь отбывать в ней свое наказание, за сопротивлением следует неминуемая смерть, - могильным голосом сказал он и, развернувшись, направились обратно куда-то в лес, утягивая меня за собой. Они шли быстро и я за ними не поспевала. Ноги все в крови, больно наступать, видимо осколки впились в кожу. По всему телу ужасная усталость, клонит в сон. Очередной раз споткнувшись, я не устояла, упала на землю и не смогла встать. Пару метров меня волочили по земле, из-за чего тело покрылось мелкими царапинами и грязью. Старые и только недавно покрывшиеся багровой коркой ранки, снова раскрылись. Кровь вновь тонкими струйками потекла по телу, раскрашивая его в причудливых узорах. Грязь забивалась в открытые раны, доставляя лишний дискомфорт. Видимо почувствовав лишний балласт, остановились. Через пару секунд, меня с легкостью подняли и закинули на плечо, продолжая свой путь. Ужасно хотелось спать, но я просто боялась окунуться в мир Морфея. Просто боялась, вдруг я почувствую ту боль снова? Вдруг все повторится? Но организму было наплевать и он сдался, лично отдав в руки злосчастному Морфею, не спросив моего мнения, как всегда. Пробуждение было не из самых приятных. Меня скинули на землю, все вокруг захрустело, как будто мнешь фольгу, и резкий холод прошелся по телу. Холод как в той воде, леденящий душу. Тело среагировало быстрее и я моментально подпрыгнула в попытке убежать от этого, избежать боли последующей за облегчением. Приземлившись на ноги, я снова почувствовала холод, но не во всем теле, только в ступнях. Открываю глаза и смотрю на землю. Она вся... Продолжение следует...