"Я - кто?! Сенсей?": Изменяющий судьбы (Книга 2)

Встав из-за стола, я воплотил двух клонов, которые появились без дыма и изменились мгновенно, без всяких перетеканий одной формы в другу. Просто мигнули, и вот уже два крошечных комочка серого меха юркнули с рук за декоративные вазы на шкафу. Вполне вероятно, что раз за переговорку заплачено, то бухать с горя Цунаде с Шизуне будут именно здесь. Я бы так и поступил, если бы пил. Хоть я и добился того, чего хотел, сам разговор оставил после себя тягостное ощущение. Переставив местами пару похожих на стопки пиал, оглядел зал ещё раз. Шкафы-витрины с двух сторон, заставленные посудой для саке, будто на выставке, почти закрывали скоммунизженный у Гато ковёр, повешенный на стену, но смотрелось это довольно органично. На самом же деле, этими наборами из переговорной можно было пользоваться, и стоили они копейки. Идея была не только в том, чтобы клиенты сами выбирали себе нужное количество токкури или пиал. Ещё я хотел заработать на битых чашках-плошках: купил самые симпатичные из копеечных наборов, их разбили — в оплату ущерба цену удвоил, а разницу в карман. В итоге должны были получиться пёстрые разномастные наборы, где все бутылочки и пиалы разных цветов и форм… прям по названию заведения. Должно же тут остаться хоть что-то пёстрое после того, как интерьеры обновлённой (переселившейся на второй этаж) «Пиалы» стали сплошняком из красной ткани, позолоты и зеркал — вроде и дорого-богато, а на самом деле обошлось мне достаточно дёшево — спасибо за это Гато. Про родню, может, говорить и не стоило, — размышлял я, тасуя пиалы в наборах, — но если бы выгорело — то Корень и Умино на Каменистом могли бы подзаработать на заказе от Цунаде. Да и, если честно, молчать уже не было сил! Но эта силиконовая бахча тут же решила, что я решил торгануть своими! Хер твоему бастарду дубовый, а не Хонока! Порыв вдохновения пропал, как и появился — так же внезапно, будто его придавило плитой тягостных мыслей, а я оставил стеллаж в покое и потащил домой свой кровавой слизи, костей и жил мешок*. По пути домой (плёлся я по улицам медленно, размышляя о всяком) меня догнали воспоминания от клона про разговор Цунаде и Шизуне. Эмоции сменяли одна другую, как в блядском калейдоскопе! Хотелось хорошенько проораться от бешенства, брезгливости, бессилия и моральной усталости! Нет, я не ждал от них благодарности или хотя бы понимания моих мотивов. Я не настолько наивен. Но неужели принцесса Сенджу, саннин и Хокаге банально не может подняться над эмоциями и размышлять трезво? Сделать ну хоть какие-то выводы из произошедшего? Эти две дуры даже не хотят задуматься над тем, что они тоже где-то и в чём-то ошиблись. У них во всём виноват плохой Ирука! А ничего, что под этой бумажкой стоят подписи Хьюга, Юхи, Майто Гая, Инузука, Акимичи и Нара? Самых разных людей, в том числе тех, кто меня не любит и презирает. Но хорошо хотя бы то, что Саске получит свою тайную миссию. Хотя и тут надо будет всё проверить. Когда воспоминание закончилось, я чувствовал себя выгоревшим мёртвым деревом. У меня не было сил, даже злости не осталось на окружающих. Но ведь Наруто как-то выстоял? И Гаара… А мне ведь куда проще. Я взрослый, у меня семья, и если не друзья, то приятели, есть интересная работа — резать глотки и прекрасное хобби — книги писать для детей и взрослых. Но как было бы проще, если бы меня слушали и слышали! Был бы я сильнее, с моим мнением считались и к нему прислушивались бы без этих танцев с бубнами. Вот кто посмеет дерзить Гааре? Дураков нет! А те, что были — закончились. А мне приходится доказывать всем, что белое — это белое, а чёрное — это блядские Кумо! Да и хрен бы с тем, что меня просто не слушают, у меня корона не упадёт. Проблема с тем, что Цунаде, как когда-то писал классик «Правитель слабый и лукавый». А ещё — достаточно подлый, предпочитающий использовать кого-то втёмную и подставить ради своих интересов. Я когда мангу читал, на это не обращал внимания, а вот сейчас пришло понимание — как дубинкой по голове стукнуло! Она же всю дорогу подставляла всех! Джирайю, Шикамару, Наруто, Какаши, снова Наруто, опять Узумаки, потом снова Джирайю, опять Наруто. И что бы там Сисястая не подписала, действовать она будет ровно так же! Просто потому, что иначе она не умеет! И что нам тогда делать? Но самое хреновое — она своей подлости даже не видит. Взяла, подставила Шикамару и наследников кланов. Ей прилетела ответка. Она же только удивляется: «Как вы посмели»? Да так и посмели! К тебе же, дура, всё бумерангом возвращается! И не клятый Ирука Умино тут виноват — я только слегка скорректировал направление недовольства местной знати. Всё остальное она сделала сама, своими руками. И когда оказалось, что к ней относятся ровно так же: ей постоянно что-то недоговаривают, откровенно лгут, её используют, у неё случился разрыв шаблона. «Как же так?! Как посмели, смерды?!» И она совершенно не умеет держать удар. Настолько, что прекратила встречу, услышав небольшую и вполне заслуженную колкость, хотя это ей было выгодно вытягивать из меня информацию о том, кто и в чём ещё её поимел. Отправить бы её к Хиаши на перевоспитание! Да хотя бы к Яманака! Несмотря на то, что Ино её батя многое позволяет и прощает, та ни за что бы так себя вести не стала! Цунаде же совершенно не подходит на роль правителя! Как я этого раньше не понимал?! Где были мои глаза и мозги?! Мол, если в каноне каге, то всё нормально, всё так, как должно быть! А оно не нормально! У нас меньше, чем через три года, полный пиздец начнётся, который Цунаде не вывезет! И сделать ведь ничего нельзя! Мне некого продвинуть ей на замену. Какаши будет просто инструментом советников, как та кукла Петрушка, которую на руку натягивают. Больше того — он же всеми силами будет стараться нагадить. Сам. По своей инициативе, шавка блохастая! А если Какаши перекрыть кислород, то никого не останется. Великая скрытая деревня Коноха без Хокаге! Боги, до чего же это дерьмовая шутка! Ну, а пока мне надо как-то выживать под командованием капризной дуры, не умеющей чем-либо управлять, но зато до дрожи меня ненавидящей. Вопрос, как бы мне при таких вводных не сдохнуть? Домой я вернулся через балкон, чем немало удивил Анко. — А если бы я шторы задёрнула, ты бы тут так и стоял, уткнувшись лбом в стекло? Вместо ответа, я поднял супругу на руки и отнёс на кровать, чтобы лечь к ней на колени и рассказать, что произошло со мной за день. Да что уж там… поныть, чтоб пожалели. — Ты хамил Пятой! Я бы хотела возмутиться твоему безрассудству… — Но? — подсказал я, задумчиво потирая ладошку Анко. — Понимаю, — второй рукой любимая наглаживала мне голову, — что выбора тебе не оставили. — Угу… — тяжко вздохнул я. — Выбор, на самом деле, был — сидеть и не отсвечивать. И смотреть, как всё рушится, причём с ускорением. Кланы ссутся отстаивать свои интересы, Пятая боится разочаровать старпёров и творит всякую дичь от великого ума. И только Старые гниды ничего не боятся, а всё гребут и гребут… — И Джирайе уступать я не хочу, — непроизвольно оскалился, сердито рыкнув. — Я чуть не поседел, когда этот мудень пришёл, и с детской непосредственностью, тварь седая, заявил, что потерял Наруто! Чему он может научить? Как ловко и незаметно в банях ковырять щели для подглядываний?! Писать посредственную эротику?! Беззвучно дрочить?! Анко хихикнула: — Прости, вырвалось. А как же расенган? — Так это техника Минато. Её и так должны были Наруто передать. И к тому же расенган это недоделка — не жалко. Фуин, которое способно запечатать чёрное пламя из уникальной техники Учиха, он так и не показал, как бы Наруто не просил. С таким сенсеем можно деградировать и научиться быть литературным негром. — Литературным кем? — Это когда за тебя твою работу пишет другой, а ты просто своё имя на обложку приписываешь. А про то, что в прошлом у предков Кумо была сложная судьба, я уже говорил. Жаль, не в настоящем... Нажаловавшись, я так и заснул в обнимку с Анко. Вместо помывки у меня была техника стерилизации, а одежду я просто рядом с кроватью скинул. Надеюсь, с балкона никто не уведёт мои сандалии. А ночью меня донимали кошмары, которые утром я не мог вспомнить, да и не хотел. Точно знаю, что снилось что-то плохое. Перевернувшись на другой бок, я услышал шорох одежды. — Уже проснулся? Разлепив глаза, заметил, что супруга куда-то собирается, натягивая через верх сетчатый комбинезон. — Ты на работу собралась? Зачем? — и не дав изумлённой Анко слово сказать, добавил, — Когда можно остаться дома и позаниматься всякими глупостями. Чтоб не беспокоить Анко ещё больше, я не мог сказать, что дело не в желании, а в том, что мне нужна её поддержка сейчас. Что мне неспокойно. Не мог сказать, что чувствую себя белкой, запертой в раскалённом добела колесе, и если остановлюсь, то тут же сдохну. Заметив, что Анко не спешит нырнуть ко мне под одеяло, печально вздохнул и постарался перевести тему: — Морино-сан ещё не вернулся? — Нет, но скоро должен. — Жаль я не могу глянуть, как он охренеет от новостей. — похихикал я с натянутой улыбкой. — Ты же объяснишь ему, что я это затеял не для того, чтобы он на жопе волосы рвал? Чернушный юмор лез в те моменты, когда мне было особенно погано. К счастью, Анко ничего не заметила… — Ирука, — поморщившись, любимая мимолётно улыбнулась, но тут же закрылась, якобы, праведным возмущением, — фу-у! Как ты можешь такое говорить?! За прошедшее время я подумал о том, что мой маленький переворот против Цу — это, наверное, не совсем то применение его голосу, которое ожидал Ибики. Анко укорила меня за хамские шутки, напомнив, что я снова влез в политику, пнул Кумо и упустил Саске. И это всё ни разу не повод для шуток! — И ещё мне придётся объясняться за гибель Иширо! А у нас и так не хватало сотрудников. Я вздохнул и уже серьёзно сказал. — Анко, родная и любимая, прекрати истерить и вибрировать от возмущения. На вашем департаменте свет клином не сошёлся. А Иширо вообще предатель и получил по заслугам. Мне немного неудобно перед Морино-саном исключительно потому, что я невольно поставил его в оппозицию к Хокаге. Но это в первую очередь выгодно ему самому — состоять в «Единой Конохе». Но если он не хочет быть в самой крупной и сильной партии нашего общего дома, то он сам себе враг. «Единая Коноха» и для него тоже лучший выход. Если, конечно, он не получает удовольствия от уплаты дополнительных налогов и лишения своего клана законных льгот и привилегий. — Если ты таким образом будешь извиняться, Ибики-сан точно свернёт тебе шею, — фыркнув, сказала недовольная жена, явно чем-то обиженная. — Милая, я не буду перед ним извиняться, потому что я ни в чём не виноват. Он просил меня проголосовать вместо него — я это сделал. Проголосовал ровно так, как было выгодно ему. А Иширо был предателем — и это уже недоработка вашего департамента, а не моя. Он мог триста раз сказать про похищение сестры, но предпочёл молча подыгрывать врагам. Его убийцы пленены и в ваших казематах — так что пусть скажет мне за это спасибо. Но я понимаю, что мои действия могли создать Морино-сану некие неудобства, и поэтому мне неловко, но не более того. А шучу я над всем этим, потому что это выглядит реально смешно, вот и всё. Анко беспомощно покачала головой, не зная даже, что на это сказать. — Тогда оставь лучше мне разговоры с Морино-саном. — Воистину так! Моё величество оставляет это на свою скромную подданную, — царственно сказал я, положив на голову подушку вместо короны. — Да иди ты! — ответила Анко, чмокнув меня в бровь перед уходом и, давясь от смеха, поскакала на работу — бить и мучить. Наруто умчал куда-то рано утром, оставив только записку, что вернётся к ужину. Так что, оставшись один, я сделал зарядку-разминку, помылся, позавтракал, а потом потащился собираться в Госпиталь — решать вопрос с главой хирургического отделения, так как посчитал, что это будет ненапряжно. Ох, как же я ошибался… — Добрый день, Уношики-сан — поприветствовал я коллегу, старательно скрывая настроение за располагающей улыбкой. — Меня зовут Умино Ирука, и я могу помочь решить вашу проблему. Коллега был лыс, жилист, мордой лица напоминал Гоблина, который переводчик, и выглядел лет немного за сорок. Хотя Араигума как-то упоминал что ему уже хорошо за пятьдесят. Видимо, ведёт здоровый образ жизни. Мы прошли в его кабинет и после коротких, но энергичных расшаркиваний перешли к сути дела. — Итак, вы хотите официально стать кланом шиноби, — раскрыл я блокнот и приготовился записывать. — В чём проблема? — Я начну с того, что у нас есть, а потом перейду к сути, Умино-сан, — жестом предложил Уношики-Пучков присесть на смотровую кушетку, а сам присел на стул рядом. — В моей семье, кланом это называть ещё рано, есть десяток активных шиноби, включая даже одного специального джонина; кроме того, ещё пятеро детей прямо сейчас учатся в Академии шиноби, есть несколько семейных техник — как нашей собственной разработки, так и трофеев. С деньгами у нас тоже всё нормально. Мы не нищие, пусть и не богачи. Земли у нас, может, и нет, но есть определённые накопления, клановый взнос в казну Конохи мы заплатить сможем. Я покивал, глядя на лежащую на столе маленькую розовую резиновую свинью-пищалку. — Очень впечатляюще. Я думал, всё будет куда хуже. И в чём же тогда проблема? — Требования к основанию клана шиноби сейчас безумно завышены. Он должен иметь не просто какое-то жилье в Конохе, но землю под клановый квартал, и не менее пятнадцати шиноби. А добиться этого очень сложно. Потому что землю под клановый квартал нам никто не продаст, пока мы не клан, да и стоит она безумных денег... Заметив мой взгляд, Уношики добавил: — Это моя внучка оставила. Сказала, будут коллеги сильно ругаться, нажми на свинью, она запищит, и они успокоятся. У нас тут порой бывают очень оживлённые споры… Я согласно кивнул, улыбаясь. Сато тоже растянул губы, по-тёплому, как может дедушка улыбаться любимому внуку, косясь на игрушку. Выглядело это немного странно. — Да, — сделал я пометку, — землю людям без клана сегодня получить практически невозможно. Требования явно завышены. Ободрённый доктор энергично покивал:  — Вот и я о том же! Вы сами знаете, что обычно всё должно быть наоборот — клан приходит, и ему дают территорию под заселение, бесплатно или за небольшие деньги. Да пусть хотя бы по рыночной цене, но в рассрочку! Да и пятнадцать активных шиноби набрать не так-то просто. Все сильные и перспективные не хотят признавать власть глав клана, или уходят в уже существующие. Тут я поёрзал, припомнив сирот. Надо бы у Анко спросить, куда их дели, когда мы умчались вслед команде Чипа и Дейла (В роли Чипа — Нара, а в роли Дейла — Наруто). И всё же, даже витая в облаках, я не прослушал, что говорил медик:  — Но даже если бы всё это у нас было, это ничего бы не гарантировало. За присвоение статуса клана должно проголосовать более половины действительных глав кланов. Сами понимаете, собрать тридцать девять, а лучше сорок голосов в Совете кланов в свою пользу крайне сложно. Я прожил уже большую часть жизни и хочу до её конца увидеть, как свершится мечта моего отца, а до него — деда. У деда были самые хорошие шансы, он не успел до того, как кланы ужесточили критерии. Да вы, наверное, знаете. Я честно признался, что не знаю, напомнив про амнезию, в ответ на недоумённый взгляд Сато. Оказалось, что в начале своего правления Третий начал создавать кланы шиноби из семей своих союзников, чтобы получить перевес в Совете Кланов. Старые кланы это заметили и быстро ужесточили требования. Да так, что теперь попасть в их число практически невозможно. А ведь были желающие! В этот момент я мысленно обматерил Енота. С его-то слов всё было проще простого, якобы требовалось только чтобы я озвучил и поддержал идею о предоставлении семье Уношики статуса клана. А в реальности всё как всегда, то есть в десять раз сложней. Опять мне говна на лопате подсунули — жри, Ирука, не обляпайся. У нас ещё есть! И это после того, что я для них сделал! Кучу интересностей натащил, Госпиталь защитил, кстати, рискуя своей жизнью и жизнями своей команды! Интересы его постоянно отстаиваю. Снова притащил всякого интересного и полезного… Не, парни, так дело не пойдёт… Надо будет поговорить по этому поводу с Енотом, а то он уже совсем краёв не видит. — И до сих пор есть, — продолжил Сато изливать своё возмущение. — И во многих таких семьях сейчас больше шиноби, чем во многих кланах, заседающих в Совете! Но уже много лет у нас нет возможности стать полноправным кланом из-за политических игр и тупых законов! Именно поэтому нам нужна ваша помощь, Умино-сан, потому что сделать всё по закону невозможно! Ну да, а тут я, как крёстная фея — взмахнул лапкой и все проблемы в миг испарились! Но делать нечего, надо помогать! — Теперь понимаю. — кивнул я. — Какую нишу вы хотите занять? С тех пор, как наёмничество перестало быть у шиноби единственным способом заработать, у нас появились специализации, как у простых торгашей. Может быть, это косность мышления, наподобие специализации специальных джонинов, но редко кто развивал больше одного-двух направлений, которые, зачастую, естественно перетекали из одного в другое. Сарутоби тут, конечно, отличились, взявшись за всё, до чего могли дотянуться. А в итоге — преуспев в политике, управлении Конохой и торговле, сильно просели в личной силе. Ну, не хватает времени на всё, хоть ты тресни! Не всем же быть Профессорами или Ниндзя-защитниками. — Как шиноби мы хотим быть кланом полевых медиков, которые с возрастом и ростом навыков уходят в Госпиталь или в частные клиники, как Хьюга. В частном бизнесе хотим заниматься тем же самым. Понятно, что наш маленький клан не составит конкуренции ни Хьюга — как медикам, ни Акимичи — как фармацевтам. — Какие кланы могут за вас проголосовать? Ответ меня удивил.  — Като. С Аи-сан мы открыли одну маленькую частную клинику. Кобе Мичиса — он мне должен одну услугу, Юрай Аджин — он мой хороший знакомый, ещё я надеюсь на голоса Шинзо Рюто, Руричи Джирочо, а также Ибагами Мичико. — Като-сан поможет в любом случае, или только если вы пойдёте на поклон к Пятой? — сразу уточнил я. — В любом, — без сомнений заявил хирург. — Хорошо. Моё принципиальное согласие у вас есть, но «Единая Коноха» партия большая, и состоит не из одного меня, я там всего лишь лидер. — Отличная шутка! — заржал местный Гоблин. Я тоже посмеялся. Да, необходимость снижения критериев принятия в ряды кланов шиноби очевидна и давно созрела. И начать надо именно с этого, потому что одно дело — внаглую нарушать закон, а другое — изменять уже устаревший. В первом случае клановый статус Уношики могут попытаться оспорить мои недруги, во втором же случае им придётся заткнуться. — Изменение текущего закона — это будет первый шаг, он займёт какое-то время. Может месяц, может два, а может и все три. После этого на очередном собрании "Единой Конохи" будет принято решение о том, что мы вас поддержим всей партией. Разумеется, при определённых условиях. — Внимательно слушаю. — Ваш клан вступит в нашу партию, и минимум три или пять лет вы там будете. Гоблин покивал, что сам планировал к нам примкнуть. Хорошо. Не надо будет объяснять сопартийцам, зачем всё это надо лично им. — А чего хотите лично вы за свою помощь? — спросил меня Уношики — Давайте всё-таки на «ты», Сато-сан. Я собираюсь стать ирьенином А-ранга и освоить модификации тела. С первым мне есть кому помочь, да и сам, как говорят, не совсем уж дурак, а вот со вторым мне понадобится ваша помощь. — О какой модификации идёт речь? — загорелись профессиональным энтузиазмом глаза у медика. — Гибкое тело, особо прочные сухожилия, розовые волокна, ускоренный метаболизм, укреплённые кости, повышенный иммунитет к ядам, усиление чувств восприятия, что-то ещё? Всего сразу побольше заверните, и можно без хлеба! — подумал я. — Расскажите, пожалуйста, обо всех вариантах… Взяв лист бумаги и планшет, Сато начал рисовать схемы и иероглифы. — Сначала нужно выбрать, чего вы хотите. Как вы обычно сражаетесь? Припоминая, я покосился наискось вправо вверх: — Обычно я стараюсь безо всякого боя воткнуть врагу танто в спину или оглушить его. Если не получается, то стараюсь загнать или заманить его в фуин-ловушку с помощью иллюзий и там подорвать. Если много слабых противников, то, благодаря доспеху чакры, я атакую с воздуха и заливаю их градом ядовитых сенбонов и кунаев со взрыв-тегами. Если не получается, то я сражаюсь Мечом Бога Грома и танто в ближнем бою. — Впечатляет, — искренне сказал доктор. — Но из этого не совсем понятно, что вам нужно. Ну ладно, я начну сначала. Есть базовые и простые модификации, которые подходят всем или хотя бы большинству. Если вам нужна физическая сила, скорость и мощь удара, как бойцам тайдзютсу, то вам нужны модификации в таком порядке... Тут Гоблин показал мне кисточкой на лист с надписью «Вариант 1». — В большом квадрате упрочнение сухожилий, иначе в какой-то момент они не выдержат и порвутся из-за силы ударов. Это простая и отработанная модификация. Для неё даже медиком быть не надо, у многих, на самом-то деле, такая есть. Упорными тренировками можно добиться того же результата, как Майто Гай и его ученик Ли, мы просто предлагаем быстрый и безопасный способ, без утяжелителей, специальной диеты и невыносимых нагрузок, хотя и всё это тоже можно применять для улучшения результата. — Дальше, — Сато провёл стрелочку немного вбок, к первому квадрату, — усиление всех типов мышц ко второму квадрату через подавление одних белков и стимуляцию других, либо же, — второй квадратик, — трансформация белой и красной мышечной ткани в розовую. В обоих случаях возрастают все параметры, но, как по мне, так сначала стоит испробовать второй вариант, а уж потом прибегать к первому, потому что в противном случае все усиления мышц пропадут. — А почему тогда усиление первое, а не второе? Гоблин задумался. — А ведь правда… тут дело в привычке, усиление начали практиковать первым, вы ведь знаете про невероятную физическую силу Цунаде-самы? — Я думал, это из-за её контроля чакры… — Из-за этого тоже, но она и без чакры очень сильна. Ладно, давайте дальше. Сила ударить есть, сухожилия тоже выдержат нагрузку, но все равно кожа периодически лопается, да и кости могут сломаться. Значит, переходим к пункту три — более прочная и эластичная кожа. Но тут начинаются проблемы. И процесс модификации небыстрый, и надо довольно долго принимать лекарства, и вообще, контролировать своё состояние и, если надо — уметь вмешиваться. Тут лучше быть ирьенином хотя бы B-категории, хоть вы уже… И здесь придётся выбирать. Ирьенин дорисовал ещё два квадратика. — Прочная кожа — стандартный вариант, очень плотная и толстая кожа, способная минимизировать урон. Дополнительный слой обеспечивает лучшую защиту. Второй вариант — эластичная кожа, также защищает лучше, чем обычная, но, в основном, за счет того, что лучше тянется, растягивается просто очень хорошо! А третий вариант, на мой взгляд, самый оптимальный, это гибрид первого и второго варианта. Кожа и лучше тянется, и одновременно прочнее и толще. Но увы, этот вариант не подходит для финальных вариантов развития. — Что за финальные варианты? — насторожился я. — Терпение, сейчас я к ним перейду. — Дальше начинается выбор, — стрелка от квадратика с "Прочная кожа" идет вниз, — уходим мы в силу, выносливость и прочность, или же в скорость, ловкость и гибкость, — стрелка уходит вниз от квадратика "Эластичная кожа". Сато написал в первом квадратике слово "Черепаха" и пояснил, что так мы обозначаем первый вариант. — Это особо прочные кости, при этом выращиваются и дополнительные, защищающие особо уязвимые органы. Отсюда и название — панцирь черепахи, которое потом ещё сократили. Также ускоряется выработка костной ткани. Очень хороша для железного кулака и подобных ему стилей. Естественно, возникают проблемы с гибкостью, и не все готовы работать так усердно, как Майто Гай, чтобы это предотвратить. В общем, живучесть, сила и ускорение восстановления ткани и костей в ущерб ловкости и скорости. Также не стоит забывать, что при невосприимчивости к ядам вы не сможете использовать и некоторые из популярных составов стимуляторов. — Понятно, — кивнул я. — А второй вариант? — Змей, — озвучил Гоблин название, вписанное в квадрат, — названо создателем в честь самого себя. — Самокритично… — заметил я. Врач засмеялся. — И надо признать, ему подходит. Прежде всего Гибкое Тело. Модификация позволяет человеку вытягиваться так, что любая змея позавидует. Едва ли вы видели Орочимару в деле… — Видел, — прервал я врача, — долго потом лечился. — А, ну тогда вы всё знаете, — с уважением посмотрел на меня Сато. Ну да, встретиться с Орочимару как с врагом, и выжить — это показатель. Пусть это был и не сам Орочи, а его змеёныш — Кабуто. Отделал он нас тогда знатно. Но, тем не менее, Орочимару я в деле видел, сам он там тоже присутствовал, да и я потом довольно долго (по моим меркам) в норму приходил, так что я нигде не соврал. — Но Гибким Телом всё не ограничивается. Улучшаются обоняние и чувство вкуса. У Змей плохое зрение, вот этим они его и компенсируют, а Орочимару таким образом усиливал свои сенсорные способности. Иммунитет и сопротивление ядам переходят на другой уровень, больше того, модифицируются зубы, появляются убираемые в пазухи дополнительные клыки, способные выдвигаться, когда нужно, и вкалывать в жертву токсины и препараты по желанию хозяина. Впрочем, тут достоверно неизвестно, было ли это разработкой Орочимару, следствием его сродства со своим призывом, или же частью его улучшенного генома. Также появляется контроль над метаболизмом, увеличивается скорость, кожа становится еще более прочной и тянущейся, и помогает за счёт снижения температуры тела лучше маскироваться… — Гоблин чуть не причмокивал. — Мечта, а не модификация. Самая хорошо продуманная и проработанная из всего, что у нас есть! Гений делал! А я вот, наоборот, скис. Нет, не от того, что мне впаривают поделку Орочимару. У меня нет предрассудков, я всем этим вивисекторам не доверяю одинаково. И вообще, надо подумать, взвесить все "за" и "против", потому что от того, какую начальную модификацию я выберу, придётся плясать дальше. — Сюда же можно отнести ещё два усиления, — сбоку на листе Сато увлеченно рисует ещё два квадратика, — Совершенный Иммунитет и Сопротивление Ядам. Это, как вы понимаете, абсолютный иммунитет и устойчивость к ядам и токсинам. Названия весьма условные, но суть передают. Шиноби вообще довольно устойчивы и к болезням, и к отраве, но эти модификации позволяют перевести эту устойчивость на совершенно иной уровень. Все эти усиления достаточно универсальные, их можно использовать при любом развитии. А без них пытаться хранить яд в своём организме, или, тем более, его синтезировать — невозможно. Ещё есть ограниченная эхолокация, повышенная устойчивость к холоду, улучшенные лёгкие, малая регенерация и… и вроде, всё. — Звучит всё это великолепно, но я вижу ряд проблем. Во-первых, мой доспех не растягивается, а менять я его не хочу, потому что он позволяет мне летать. Во-вторых, я сенсор и получить сенсорный шок — это не моя мечта. Да и не уверен, что у меня мозгов хватит воспринимать столько разных источников информации. Однако, становиться неуклюжей черепахой я пока тоже не готов, для меня жизненно важна скорость. Ещё большая незаметность — это великолепно… Её у вас, случаем, нет? — Только в наборе Змей… Хотя, знаете, можно попробовать собрать индивидуально, но потребуется время на подгонку и доработку. Всё-таки эти модификации идут комплексно и их объединение долго тестировалось. И ещё предупреждаю сразу. Финальные модификации дают приличное усиление, но это, по сути, направленные мутации, так что побочки будут обязательны, особенно если вы не ирьенин S-ранга. Хорошо подумайте об этом. — Ну, тогда начнём с того, что я могу потянуть из ветки ловкость-скорость, а дальше будет видно. И кстати, а что там насчёт варианта два? — О, это куда сложнее, — погрустнел хирург. — Первый вариант для бойцов, он хотя бы проработан. Второй — для мастеров ниндзютсу и тайдзютсу. Смысл его в том, чтобы изменить свойства чакры пользователя, усилив те или иные его особенности. Орочимару-сан, к сожалению, не успел доделать расчёты, но дал нам направление. Вероятно, сам он всем этим уже пользуется. Да… будь я более принципиален, мне бы никогда не довелось услышать, как в Конохе высказываются о профессионализме Орочимару его бывшие коллеги. Да и я с ними согласен, что Змей умён, хоть он и отбитый вивисектор-экспериментатор до мозга костей. — А почему это вариант один? — Потому что он был первым. Мы называем его Путь Эволюции Человека, потому что практически все имеющиеся в нём способности, так или иначе, уже есть у большинства людей. Причём некоторые из них встречаются в активном виде даже у обычных людей, не из кланов, и не из шиноби. В данном варианте это просто собрано в единое целое и развито на новом уровне. Это как ускоренная эволюция. Такие полезные особенности при правильном подходе могут отпечататься в геноме и передаться по наследству вашим будущим детям. И, даже если они не будут активными, то их легче будет пробудить и развивать. — Второй путь, или вариант два, мы называем путём Асуры, воинственного демона. Он состоит в том, чтобы сделать из человека боевую машину путём хирургии и имплантаций. Обычно это происходит так: кто-то удачливый находит некий артефакт древности, или что-то похожее. Из последних находок в этой области можно выделить трубки, как у Заку, был такой подросток из Отогакуре на последнем чуунинском экзамене. У парня в руки были имплантированы трубки, которые позволяли бить струями сжатого воздуха, при том, что сам он стихией Ветра не обладал. К счастью, он погиб, и мы смогли взглянуть на эту гениальную идею… Я подумал, что Заку бы с Гоблином не согласился. — Впрочем, путь Асуры я вам не советую, даже несмотря на схожесть методов… — Простите? — Последние пару десятилетий его использовали для создания убийц. Имплантированные ядовитые иглы, зубы, когти, шипы и прочие разновидности оружия скрытого ношения для внезапной и смертельной атаки. Какая гадость… И ведь, сто пудов, у Шимуры были такие. Надо будет потом у него спросить, почему он от таких бойцов отказался. А если не отказался, то узнать про них подробнее, что-то я не помню, чтобы такие упоминались… — Сейчас подобные модификации распространены разве что у мастеров-марионеточников из Суны. Это они заменяют себе органы на широкофункциональные протезы, постепенно превращаясь в марионетки. А вот этих помню, да. Сасори и его бабушка Чиё, два киборга на пердячем пару, палках и чакре. — К сожалению, этот путь зависит от того, есть нечто для имплантации или нет. У нас самих разработки достаточно скудные. Могу отметить только подкожную броню и второе сердце. Первое — это обычная броня-сеточка из особо прочного и нержавеющего сплава с высоким процентом чакрапроводящего металла. Дорогая, легкая, незаметная. Может спасти жизнь. Ну, а второе сердце защитит от риска инфаркта или смерти от удара. И, что важнее — позволит быть быстрее, сильнее, выносливее, даже получить дополнительную стихию, если она была у предыдущего владельца сердца. Из минусов — придётся поработать над плотностью сосудов и давлением — а то погибнете от инсульта. — А что на счёт слышимости и ран? Ведь если два сердца стучат в унисон — то и звук от них громче, к тому же два сердца повышают давление, так как у нас два насоса. При ране на бедренную артерию истеку кровью за пол-секунды? — Ну, вы сами говорите, что в доспехе воюете. Он должен заглушить громкость двух сердец. А вот над давлением придётся поработать, это действительно проблема. — Два сердца мне не нравятся тем, что так меньше места лёгким. — Не переживайте, это как раз решаемо. И больше по этой теме особо сказать нечего. Давайте рассмотрим третий вариант — путь Химеры. Вы же знаете, как саннины получили своё звание? — Да, в битве с Ханзо Саламандером. — А тот, в свою очередь, как раз самый яркий представитель пути Химеры. Он имплантировал себе несколько органов Чёрной Саламандры, тем самым став столь же ядовитым для окружающих людей. Проблемы ровно те же, что и со вторым вариантом. Есть что-то по-настоящему крутое? Можно попробовать. А обычно нет, и к тому же каждый такой проект модификации уникален. Плюс ещё больше рисков, чем со вторым вариантом. Там осложнения возникают с тем, как организм примет артефакты, а здесь есть ещё и сложность того, приживутся чужие органы или нет. Поговаривают, кстати, что именно так Орочимару стал сеннином. Он просто приживил себе части змеи, и с её помощью накапливает природную энергию. Помимо приживления каких-то частей есть и вариант с проведением ритуалов сродства, такое практикуют Инузука и Абураме, но об этом мы мало что знаем. Есть ещё вариант химеризации посредством природной энергии, когда фильтром выступает призыв, придавая энергии, а значит, и принимающему её отшельнику, свои черты — вы это, возможно, могли видеть на примере Джирайи-сана или клана Хошигаки из Тумана. — А почему приживление чужого сердца — это путь Асуры? Гоблин задумался. — Не знаю, как-то так сложилось, что если имплантируют оружие, приживляют какие конструкты или сердца других людей — это все ещё путь Асуры, а если призывных зверей или ещё кого нечеловеческого, то путь Химеры. И собственно, по нему всё. Четвертый вариант — путь Узушио, или путь Призрака. — Это потому, что они вымерли? — не смог не схохмить я. — Нет. Сначала его так назвали, потому что впервые использовали именно там, для сокрытия своей чакры и потому, что внешне он никак не заметен. Заключается в том, что чернилами, невидимыми после высыхания, на тело наносят фуин-печати. Или в тело, например, на кости, внутренние органы и куда угодно ещё. Проблема заключается в том, что найти сейчас фуин-мастера, разбирающегося в медицине и способного на такие вещи, задача крайне сложная. Насколько я знаю, таким образом можно было защититься от гендзютсу, улучшить контроль и скрытность, при необходимости усиливать чакрой защиту внутренних органов, и даже упростить создание определённых техник, но при этом и сложностей там очень много. — Интересно… Я и не думал, что у шиноби Конохи есть столько возможностей стать сильнее. Уношики поморщился. — Ты всё правильно думал, Умино-сан. У большинства таких возможностей нет. Как ты, наверное, заметил, для большинства модификаций помимо работы ирьенинов нужно что-то ещё: артефакты, дополнительные органы, высокий уровень знаний и навыки ирьенина, сторонние специалисты вроде фуин-мастера. Не говоря уже о том, что к любой деятельности по модификации организма, даже самой безобидной, профаны и неучи относятся с огромным подозрением. Так что о большинстве этих модификаций люди просто не знают. Клановым хватает своих, а у бесклановых ресурсов нет на все эти улучшения. Да и не всякий доверит ирьенинам Госпиталя что-то такое делать. Например, последний путь — Демона, он вообще был под запретом личным приказом Третьего. — А это что за путь? — насторожился я — А это Шестой вариант, обычно до него даже не доходим, но раз мы его с вами коснулись… Путь Демона, или иначе Стервятника, самый древний и самый простой: замена своих органов улучшенными чужими. Как мы знаем, зачастую ценность того или иного генома на восемьдесят-девяносто процентов заключается в каком-то органе. Самый простой пример — это додзютсу вроде шарингана или бьякугана. У некоторых кланов есть особые органы, либо сильно изменены обычные — лёгкие, печень, почки, спинной мозг, особые сухожилия и так далее. Кстати, можно потребовать пересадить вам спинной мозг Кагуи, раз уж вам так повезло… Хотя лучше позвонок, а ещё лучше два! Заодно и подрастёте, — загорелся энтузиазмом Гоблин-вивисектор. — И место под второе сердце появится! Вот на что-на что, а на рост я не жаловался — собирать лбом паутину с потолка мне бы не хотелось. Да и привыкать к новым габаритам придётся долго… Хотя тут такие шкафы с антресолями попадаются, что я на их фоне как школьник выгляжу. Того же Виктора вспомнить! Или Кисаме, или того же Какузу, не к ночи будь помянут, судя по инфе из Бинго. — Идея неплохая, — осторожно согласился я, — но можно ли сначала узнать, от какой болезни умер Кимимаро, и не пойдёт ли она в нагрузку к его способностям? — Мы это немедленно проверим! Осторожно выдохнув, и понадеявшись, что они это не на мне будут проверять, я решил поинтересоваться остальными путями: — Но это же шестой путь, Уношики-сан? А есть же ещё пятый? Гоблин снова поморщился. — Есть, Путь Вознесения, и в теории он самый полезный и эффективный, лишенный каких бы то ни было недостатков. По крайней мере, должен стать таким, когда его наконец доведут до ума. Путь генной терапии, позволяющий приживить геном. Как показала практика, можно пробудить спящее наследие у бастарда. Но тогда из шестидесяти детей выжил только один, и непонятно, была это случайность, или ключ к решению проблемы. — Тот парень, что может использовать Мокутон, и которого чуть ли не каждый год переименовывают? — Именно. Ну, раз вы знаете, то понимаете все проблемы. Это рискованно, даже несмотря на недавно полученные от вас данные. Но да, в теории этот путь самый перспективный. Все модификации были не мгновенными, а весьма длительными. Непростыми, требовательными и, кстати, весьма дорогими. А сила мне нужна была сейчас! Уже вчера! Потому что иначе Джирайя за два с половиной года сделает из Наруто дебила, похерив весь мой труд! — Я слышал, есть препараты, повышающие скорость роста мышечной массы, и некоторые другие. Они все входят в разные пути, или у них есть свой собственный? — Да, они применяются в нескольких вариантах развития. Я слышал, что ваша контора даже попыталась на основе фармакологии сделать свой путь усиления ценой серьёзного уменьшения продолжительности жизни и ухудшения здоровья. У нас такого варианта нет, да и был бы — не предложил. Там список побочек в разы больше, чем список возможной пользы. После беседы с врачом я, полный впечатлений, зарулил к Хиаши. — Мы можем говорить откровенно? — после расшаркиваний спросил я. — Да, конечно. Нас никто не подслушивает. — Вы же знаете, я не столь давно нахожусь в политике и не столь хорошо вижу намерения собеседников как вы, Хиаши-доно. — О, благодарю за столь высокую оценку, но вы преуменьшаете свои способности и заслуги. — И, тем не менее, я не совсем понимаю, что двигало Акимичи-саном. Хьюга поморщился. — Акимичи-сан привык ощущать себя по-настоящему большим человеком. — Легко разбирал по косточкам поведение толстяка Хиаши. — Глава Великого клана, очень богатый человек, лидер своего кланового объединения, и, самое главное — особо близкий и доверенный союзник Сарутоби Хирузена. У Чоуза-сана было всё: сила, власть, авторитет, влияние, богатства, вассалы и союзники. Он привык ощущать себя небожителем, который одним своим словом может разрушить репутацию и карьеру почти любого шиноби или гражданского в Конохе. Я так понимаю, вы знаете, что было после вашего ухода? Я кивнул. — До окончания вашего разговора с Инузука-сан. Клон был один. — Тем лучше. Так вот, Акимичи-сан посчитал, что вы — чисто номинальная фигура, марионетка, а вот он — большой и важный человек, возможный ценный союзник, поэтому я буду вынужден спустить ему и его вассалу любое хамство. Принижая и оскорбляя вас, он тем самым также девальвировал вас и стоимость тех услуг, которые вы ему и всем нам оказали. Тем самым Чоуза-сан давал понять, что он ничего и никому не должен — ни вам, ни мне. Я понятливо кивнул. — Вроде как выслушали черноногого, поговорили с уважением, по плечику похлопали одобрительно, сняли свои претензии, и даже доверили выполнить за них грязную и опасную работу — повздорить с Пятой. Что ещё смерду надо? Я ведь уже должен был от счастья кончить до потолка, потому что высокородные до меня снизошли? Хиаши поморщился. — Очень наглядно и, пожалуй, даже слишком наглядно, но, в общем, верно. Благодарят за большие услуги равного по статусу, а нижестоящему достаточно похвалы и какой-то мелочёвки в качестве одобрения. Не признавая ваш статус как равного, Акимичи-сан этого и добивался. Я же указал ему на недостойность такого поведения, и на дверь. На языке аристократов подобное означает, что Чоуза-сан теперь должен не только за себя и за вассала, но и за неприемлемое поведение в адрес друга и союзника хозяина дома. И пока не расплатится, никаких общих дел у нас быть не может. Теперь стало ясно, из-за чего был весь сыр-бор. Если непонятно, о чём идёт речь, значит, речь идёт о деньгах. Или о власти. Или о каких-то иных ресурсах. А ещё анализ Хиаши натолкнул меня на одну интересную идею… Но додумать её мне не дал вопрос Хьюга. — Я слышал, что вы уже пообщались с Цунаде-самой. Как прошла ваша беседа? — Хуже, чем ожидалось, но лучше, чем могло быть. Она подписала необходимые нам документы, но наши с ней разногласия никуда не делись. После чего я коротко пересказал Хьюга ход нашей беседы. Хиаши то и дело таращил глаза на особо острых моментах повествования, но не перебивал. Под конец он выдал вердикт. — Это больше того, на что мы надеялись. Мы думали, что Цунаде-сама ничего не подпишет, но хотя бы начнёт с нами переговоры. В этом смысле ваша миссия была успешна. С другой стороны, многие вопросы между Администрацией Хокаге и "Единой Конохой" ещё придётся урегулировать. Но хотя бы начало положено… Так, я не понял, Хьюга у нас что — супероптимист? — Я так понимаю, что наши обязательства перед Акимичи и Нара выполнены в полной мере? Мы будем об этом сообщать или пусть гадают? На мой взгляд, второй вариант интереснее. По крайней мере, пока они не придут с вирой и извинениями. Хиаши едва-заметно поморщившись, кивнул: — Мы им отчитываться не обязаны. — И кстати, у вас с Инузукой-сан, случаем, не было никаких договорённостей с Шикаку Нара по поводу командования его сына во время преследования Саске Учиха? — Не было. А почему вы спрашиваете? — У меня появилась идея, как получить виру с Нара-сана, но это возможно если только вы с Цуме-сан ему ничего не обещали. — Удачи вам с этим. Несмотря на терзавшее его любопытство, Хьюга не стал уточнять детали. Ну и правильно, раз я не претендую на его доходы с Акимичи и Нара, то и ему неприлично спрашивать, что и как я хочу слупить с того же Нара. Хотя, думаю, он и так догадается. — И ещё вопрос, Хиаши-сан. Скажите, а после гибели клана Узумаки и Четвертого, кто прибрал их библиотеку? Случаем, не Нара? А то терзали меня смутные сомнения на тему того, где Шикамару научился воду запечатывать в свитки, что он продемонстрировал во время боя с Какузу. Если сами Нара не развивали фуиндзютсу и имеют только его базис, то где Шикамару нашёл информацию? Он что, корпел над печатями месяцами и даже годами? Учил, развивался, практиковался, да? Даже не смешно. Я не просто так сравнивал раньше искусство фуиндзютсу со всяким сложным лично для меня, как гуманитария — физикой, химией, программированием. У меня вся эта хрень такие ассоциации вызывала, потому что это непросто. Это при том, что мозги на чакре работают лучше и быстрее, память близка к идеальной, прежний я имел вполне приличные (как для боевика) знания в этой области, а сам я благодаря школе и университету имею хорошую базу знаний, умею логически мыслить, находить закономерности, анализировать и быстро учиться. И, несмотря на всё это, я не мастер в фуиндзютсу. Больше того, я отстаю от Наруто, просто потому что он гений в этой области, ему это всё интересно, и он реально тратит на это всё много времени. Конечно, в первую очередь благодаря теневым клонам, но и сам занимается. А чтобы лентяй взял и легко выучил сложный раздел… гений он там, не гений, но тут надо пахать и экспериментировать, а не один раз прочитать. Хотя в то, что он это где-то прочитал — в это я ещё поверю. Но точно не сам он своим умом дошёл. Тут должна быть школа, или хотя бы толковый и подробный учебник, и скорее всего — от Узумаки. Ну, а если Шикамару сам до всего додумался, то я просто слюнявый дебил на его фоне. А это обидно! — Насколько я знаю, именно клан Нара получил свитки с информацией о фуиндзютсу, — кивнул Хьюга. — Но я удивлён тем, что вы это знаете. Ну, хоть тут манга не подвела! Вслух, конечно же, я сказал совсем другое. — У меня свои источники, — улыбнулся я, — а есть ли способ узнать, что именно прибрали Нара? — У меня в архиве есть опись библиотеки Узумаки, отданной Нара, если желаете, мы вам его передадим. — Это было бы прекрасно. — Посланник передаст её вам сегодня. И конечно, то, что я передал вам эту опись — должно остаться строго между нами. — Я именно так и подумал. Ну точно, догадался. Отослал теневого клона в квартал Нара — передать приглашение Шикаку встретиться в восемь часов вечера в Пёстрой Пиале, пообедал и вместе с Наруто потащился на тренировку, оставив дома теневого клона в качестве автоответчика. После тренировки, чистый и прилично одетый, я ждал свою вторую половинку. Раньше, чем Анко, пришел тот же самый посланец, что и вчера, и передал папку с бумагами. На них сохранился оттиск печати Третьего Хокаге. Её будто бы специально ставили слабой рукой, чтоб сложнее было прочесть. Даже при беглом знакомстве было понятно, что я на правильном пути. Анко не разочаровала, придерживая подол песочно-жёлтого кимоно с красными и оранжевыми кленовыми листьями (как и у чёрного кимоно — листья не поднимались выше колена), спустилась по лестнице цокая новенькими гета. — Ну, как я тебе? — пригладила воздух над объёмным пучком, заколотым двойной золотой шпилькой с большой бусиной, тама-кандзаси. — Всё никак не привыкну, — широко улыбнулся я, — какая ты у меня красивая, женственная… С каждым новым комплиментом Анко грозилась сравняться цветом с коралловой бусиной, так что она просто потянула меня за рукав юкаты на улицу, отправив клона замкнуть за нами. Благо, со стороны квартиры все замки у нас закрывались без ключей. До назначенного времени я решил с Анко погуляться по парку под барьером-зонтиком. — Ты хочешь что?! Ты с ума сошёл! — взвилась жена после того, как и я изложил ей план. — Милая, я будто предложил тебе заняться любовью на улице, ты не могла бы объяснить, чем плоха моя идея? Анко покраснела и часто-часто замахала веером себе на лицо. Только немного успокоившись, она пояснила: — Ты собираешься шантажировать Джонина-командующего! Я вздохнул. — Дорогая моя, ты слишком долго работала в своём департаменте. Шантаж — это у тебя на работе. А здесь я запрашиваю виру за обиды, причинённые мне кланом Нара и их людьми, и взамен отказываюсь от претензий и от мести. Он может отказаться, на свой страх и риск. — И всё равно, это безумие! Да и зачем там я? — Во-первых, тебя почаще нужно выводить в свет как Умино. Я, знаешь ли, очень хочу, чтобы все знали, что ты моя жена и что я тебя очень люблю и ценю. Присутствия на посиделках партии мало, — поцеловал я тыльную сторону ладони Анко. — А во-вторых? — позволила супруга притянуть её к себе. — Во-вторых, твоё присутствие придаст веса моим угрозам, — прошептал на ушко любимой, ехидно скалясь, — ведь именно ваш департамент помогает во время экзаменов и оценивает участников наряду с другими. Анко взяла себя в руки, сделав короткую дыхательную гимнастику: — Ладно. Это всё? — Нет. И, в-третьих, если Шикаку-сану откажут мозги, и он попытается атаковать, то сразу два доспеха чакры его тени не потянут, так что он даже пытаться не будет. Или ты бросишь меня одного и будешь рисковать моей жизнью? — Ах ты биджев шантажист! — сверкнула Анко взглядом. — Ладно, я с тобой, но это только потому, что ты не оставил мне выбора! Радостно оскалившись, обнял любимую, томно прошептав ей на ушко: — За твои жертвы я рассчитаюсь. Отплачу вкусняшками и натурой. — Не паясничай, — и, хотя Анко дулась, но отпихивала меня расслабленными руками, позволяя себя целовать, — Это серьёзно! — Конечно, солнце моё, очень серьёзно. Анко не сдалась окончательно только потому, что мы были не дома. Так что руки пришлось убрать.