Красная нить

Ощущение грядущих неприятностей было настолько сильным с самого утра, что у Тобирамы Сенджу злостно ныли зубы, и чесалась пятка. Почему-то левая. Здраво оценивая ситуацию, младший из братьев Сенджу мог с уверенностью сказать, что запланированная встреча с Хьюга для заключения предварительных договорённостей не закончится для их клана ничем хорошим. И как в воду глядел. Появившиеся Учиха были при полном параде, Тобирама сдержал порыв протереть как следует глаза, когда в статной женщине рядом с Мадарой опознал организатора недавней «эпичной битвы» и предшествующей попойки с каким-то кочевником. Её можно было описать всего одним словом: «безупречно». То-то же Хьюга всполошились, буквально прожигая спину Учиха. Насколько Тобирама знал, им ничего не было известно о сменившемся окружении проклятого клана. Появление такого союзника в корне меняло расстановку сил, и в отличие от его клана Учиха должно быть привязали бывшую Узумаки так, что в законности её союза с Мадарой никто не сможет усомниться, даже имея такое желание. Его удивило то, что Исами шла не позади своего супруга, как было положено при демонстрации брака, а рядом, отставая едва ли на шаг, что показывало главенство мужчины при заметном равноправии. Знающие люди должно быть уже отметили эту деталь, как и то, что аловолосая Химе облачилась в традиционные для Учиха цвета. Он не забыл, сколько крови Сенджу на руках Учиха, но и не приуменьшал счёта смертей Учиха на собственном счету. Порочный круг взаимной ненависти никогда не угаснет. Слишком свежа боль потерь для обоих кланов. Сейчас, смотря на своего извечного недруга, Тобирама понимал, что Учиха вовсе не забыл о смерти брата, как могло показаться на первый взгляд. Всё-таки этот… Мадара действительно был Главой клана, поставивший благополучие Учиха выше своей ненависти. Наступив на горло своей гордости, он заключил с Сенджу мир, они все устали от войны. Но понимал ли он, что эта короткая передышка может дорого ему обойтись? Большинство собравшихся в этом месте считали, что Сенджу прижали Учиха, склонив тех к невыгодному для последних договору. Они все словно шакалы скалились на темноволосых шиноби, только выжидая возможности цапнуть побольнее, вырывая кусок. На деле же, как бы Тобирама не превозносил заслуги своего клана, Учиха превосходили их во многих битвах, порой беря не количеством, но тактикой. Должно быть их Советничек постарался, вынюхивая информацию о противнике. Наличие среди проклятого клана, подобных известному в определённых кругах Ясуши Учиха, скрадывало большинство слабых мест, обнажая недочёты противника. Этот Ясуши всегда бил в слабые места не гнушаясь методами. После смерти Изуны он практически всегда находился поблизости своего Главы, прикрывая его спину, даже от своих. Заметив его внимание к своей персоне, Учиха чуть склонил голову, приветствуя, и тут же отвернулся, занятый беседой с другим представителем своего клана. Появление делегации Узумаки стало для многих сюрпризом.

***

Встретившись взглядом со старшей сестрой, Исами рвано выдохнула и чуть дёрнула супруга за рукав, привлекая внимание, хотя тот уже и сам заметил незваных гостей. — Не вмешивайся сегодня, хорошо? — Уверена? — Учиха одарил своим вниманием как-то сразу подобравшихся аловолосых мужчин, чья уверенность по мере приближения к ним становилась менее кричащей. Ответить она не успела. Клановые идиоты решили вынести сор на всеобщее обозрение. — Мы выражаем вам вотум недоверия, — проклиная додумавшегося до демократических замашек предка, Исами размышляла о видимом упадке качества воспитания. Неудивительно, что каждая шваль теперь считала своим долгом указать, как действовать Главе аловолосых демонов. Торжественный момент был испорчен презрительными взглядами в исполнении Учиха, и что удивительно, Хьюга. Первые понятно им по статусу положено, а вот вторые… Видимо их недовольство было вызвано полным пренебрежением к сиятельным персонам одарённого геномом клана, которые должны были стать самой главной обсуждаемой темой. До появления Узумаки, конечно же. — Кто конкретно выражает? — Она заинтересованно подалась вперёд, рассматривая опешивших от такого свидетелей милой беседы. — Разумеется, Старейшины клана, — высокопарно выдал главный парламентёр, презрительно морща тонкие губы, отчего они становились похожи на недодавленных опарышей. — Какая жалость, что их здесь сегодня нет, — с видимым расстройством Исами всплеснула руками и тут же резко дёрнула замешкавшегося мальчишку на себя. С лёгкостью компенсируя разницу в физической силе чакрой. — Иначе, — Исами с едва сдерживаемой яростью выдохнула взмокшему выскочке прямо в ухо, — я бы с удовольствием выпустила их требуху прямо здесь. — Ах, ты демонское отродье! — Мальчишка оказался совсем безнадёжным, вернее клиническим идиотом и в лучших традициях Наруто, который сдабривал всё происходящее далеко не лестными комментариями, кинулся на неё в лоб. Скользящий шаг в сторону и первый атакующий пролетает мимо, не успевая отреагировать на её детский манёвр. Шаг. Звон цепей, дерзнувшего напасть на Главу Узумаки. Исами с восторженным любопытством смотрела, как по цепям противника пробежала сеточка трещин. Прыжок и раскрывшаяся печать ловит не успевших отскочить Сенджу. Болезненные стоны тех, кто недооценил фуин. Запах обгоревшей плоти. Она не сразу поняла, чего они добивались, но оценила сообразительность. Подыграть им что ли? — Остановите их! — Очнулся-таки старший Сенджу. Дёрнувшихся в сторону сражающихся Узумаки остановил голос причины начавшегося конфликта. — Всем стоять! — Младшая Химе, выплеснувшая часть собственной чакры, мигом охладила пыл возможных помех. — Мадара, ну хоть ты, — Хаширама сменил тактику, но Учиха и с места не сдвинулся, игнорируя попытки добиться его реакции на происходящее. — Меня любезно попросили не вмешиваться. — Но твоя жена может пострадать! — Патетичные речи друга уже очень давно не задевали ничего внутри, как бывало раньше. Может быть, он просто перерос свою детскую наивность? Хаширама же всё ещё верил, что мир возможен без жертв, возведя это в абсолют и не замечая более ничего вокруг. Его сила позволяла ему игнорировать мнения большинства, даже его неугомонный братец не мог и слова поперёк сказать. Но когда-нибудь и на такого «Бога шиноби», как Хаширама Сенджу найдётся своя управа. Все они заплатят свою цену за всё, что совершили, за благие намерения обычно страдают те, кто этих благ и не желал вовсе. — Да? — Учиха иронично выгнул бровь. — Очень сомневаюсь. — Но он не мог не видеть, что девушку целенаправленно «сопровождают» куда-то. Вероятно, Исами тоже это видела и решила удовлетворить своё непомерное любопытство. В конце концов, позиция невмешательства не затрагивала остальных Учиха, готовых среагировать в любой момент. Ну вот, как он и думал. Пространство ощутимо дрогнуло, как только Исами пересекла невидимую ранее границу. Она среагировала на чистых инстинктах, собираясь разрушить чужой фуин, чьё создание не могли организовать те, кто нападал сейчас. Ощутимо накалилась цепочка её нового украшения. Хлопок. Мимолётная тяжесть меча в руке и чужая вязь рассыпается хлопьями пепла, оседая на алых прядях. Своевольно появившийся чёрный клинок предпочёл сразу же исчезнуть после шуточной демонстрации своего нрава. Приласкав напоследок остальных Узумаки. В своей манере. Издевательской такой. Потому что Узумаки ожидали от неё всего, но никак не палёных волос, что скукожились, как старые груши, оголяя полысевшие черепа с уже намечающимися пузырями ожогов. Пожалуй, истинное положение вещей оказалось куда плачевнее, чем она предполагала сначала. Но как смогли три человека довести сплочённый ранее клан до такого…жалкого состояния? Неужели жажда власти настолько сильно корёжит мировоззрение? Дед, отец, брат. Была ли это лишь их вина? Ломать — не строить. Весь кропотливый труд, взращивающий традиции в молодом поколении пошёл биджу под хвост за какую-то сотню лет. Остались ли вообще те, кого молва прозвала аловолосыми демонами не за красивые глаза? Все нити, сплетённые в клубок, которые она ощущала, как биение своего сердца были одинаковыми, но всё-таки разными. Тусклые, дряхлые, с заметными проплешинами, истончившиеся, угасающие. Сейчас её сил хватит лишь на слабый импульс, но… Лучше уж так, чем просто дожидаться закономерного исхода, даже если пробудятся единицы. Узумаки возрождались и из меньшего, стряхивая пыль с позабытых устоев. Кровь важна, но если они утратят себя — это куда хуже. Слишком давно у них не было встряски, впрочем, если верить словам песчаного демона, это не надолго. Не проснулся бы второй Цуруги. Исами едва слышно хмыкнула, резкий отток сил накатил волной слабости. Рискованно было делать это здесь, но так даже лучше, в скоплении такого количества чакры она быстрее восстановится, наверное. Спонтанные решения иногда приносят самый нежданный результат. — Знаешь, Исами, кажется у нас проблемы, — как-то обречённо пробормотал Наруто.

***

Проблемы в понимании блондина начинались с очередного фортеля Учиха и заканчивались Четвёртой мировой войной шиноби. Понятие надо сказать весьма и весьма растяжимое, но проигнорировать явно проскальзывающие панические нотки никак не получалось и Исами плюнув на всё, ухнула в подсознание. На первый взгляд ничего не изменилось, и паника Наруто была не обоснованной, но продвигаясь по туннелям вглубь, она неожиданно осознала, что пропало тянущее ощущение крови, вместо которой теперь была кристально чистая вода, ну, или почти чистая. Сей феномен требовал детального разбора. Завернув в сторону знакомого зала Узумаки, словно натолкнулась на стену. Искристая чакра, бесцеремонно ощупав её, мягко пропустила девушку, вызывая всё больше и больше вопросов. Какого демона, спрашивается? Прибавив шаг, она практически влетела в круглое помещение. Посветлевшие стены вместо привычных серых были исписаны алой вязью символов, сплетающихся из более тонких, образуя пока ещё схематичный рисунок. Здесь даже пол был пронизан ими, будто венами. Хорошо, хоть без спецэффектов обошлись, но куда подевались трупы? Она, разумеется, только рада такой смене обстановки, но как бы это проблемами не аукнулось потом. Задрав голову, Узумаки упёрлась взглядом в высокий белый потолок, унизанный расходящимися в разные стороны добротными толстыми трубами, насыщенно чёрного цвета. Красный, чёрный, белый. Говорящая палитра цветов, учитывая, что клановое кимоно она ещё не сняла и вписывалась в обновлённый интерьер очень гармонично. — Приплыли, — в центре огромного бумажного веера, органично вписавшегося во всё…это, располагался камон клана Узумаки. Красный, мать его, водоворот! — Я прибью его, — зарычала девушка гневно сжимая кулаки. До этого момента она как-то думала, что всё не так уж и плохо, но это уже ни в какие ворота. И если бы не Наруто, то ещё бы долго находилась в счастливом неведении. Где он, кстати? — Эм, Иса, — неуверенный голос блондина раздался откуда-то сбоку. Она обернулась на голос. — Индра-сама? — Нет, это не Прародитель Учиха с кем она имела счастье пообщаться лишь однажды, хотя похож. Очень. — Кто ты? Черноволосый подросток озорно улыбнулся, сверкнув алым отсветом в бездонно угольных глазах. — Моё имя Акира. И я никак не ожидал, что мы встретимся так рано, — эта странная оговорка сразу насторожила её, а вот имя показалось смутно знакомым. Исами сама удивлялась своей спокойной реакции, хотя этого Учиха (фамильное сходство прямо-таки на лицо), никак не могло быть в этом месте. Он ощущался, будто был её частью, но не чужеродной, как это было с Наруто, а… родной? — Какого биджу здесь происходит? — Она едва не упала от нахлынувшей волны чужих эмоций, что сейчас раздирали её своей искренностью и яркостью. Трепет и какая-то тихая радость в противовес ещё не остывшей злости на Мадару и собственную глупость. — Ох, прости, я забыл, что уже сейчас возможен такой эффект. — Акира, как и всполошившийся Наруто, придерживая её с обеих сторон усадили на относительно сухое возвышение, находящееся прямо под символикой двух кланов. — Это невозможно, — бормотала Узумаки, оказавшаяся не настолько не подкованной в этом вопросе, как можно было ожидать от тех, кому покровительствует водная стихия, — рождаясь лишь один раз моя душа не может узнавать твою! — Я же говорил, мы встретились слишком рано, — Учиха отошёл на шаг от неё, удостоившись пристального взгляда «другого», кто не был такой же частью этой аловолосой женщины, как он. И никогда не станет, Учиха слишком собственники для такого. — Изменения этого места, как думаешь, с чем они связаны? — Оно стало таким из-за перестройки моей системы циркуляции чакры в ходе принятия полномочий Главы клана Узумаки. — Шмыгнула носом девушка, тщательно вытирая кровь, хлынувшую из него минутой ранее. — Отчасти верно, но разве не видишь что оно чистó? — Неясное подозрение плотно укоренилось после этих слов, но до сих пор это выглядело слишком невероятно, чтобы поверить в такую возможность. — Но разве..? — Ты приняла руку и доверилась без страха. Иногда маленькая искорка может привести пламя и осушить море. — О чём вы говорите, даттебайо? — Блондин смотрел на них и никак не мог взять в толк смысл рваных, будто бы неполных реплик. — Так значит..? — Исами подняла на мальчишку полные надежды глаза. — Ты снова родишься в этом мире, — тепло улыбнувшись, подтвердил Учиха, — но прежде он, — неясный кивок в сторону Наруто, — должен вернуться на своё место. Чем дольше осколок его души будет находиться в тебе, тем сильнее будет боль при приближении к остальной части. — Я предполагала что-то подобное, — рассеянно пробормотала девушка себе под нос, — но отступать не в моих правилах. — Она упрямо вскинула подбородок, словно говоря, что никакими доводами её не переубедить. Упёртая просто до невозможности. — Знаю-знаю, — согласно покивал Учиха, оглядывая это место, — мне ещё не скоро представиться возможность, но может, сыграем? — Гобан из тёмного дерева возник, словно из воздуха, как и два вида камней в специальных керамических чашах. — Ставка? — Узумаки задумчиво закусила нижнюю губу. Она довольно долго не играла в го, но желание вспомнить былой накал пересилило осторожность, да и привыкнуть к этому месту не помешает, иначе в следующий раз попасть она сюда сможет лишь с помощью медитации. — Мы же взрослые люди, — фыркнул Акира, — желание, конечно. — Никаких невыполнимых просьб, — сразу же добавила Исами, привычно зачёрпывая рукой камни. — Хорошо. Чёт, — Подросток довольно хмыкнув, забрал чёрные камни. Наруто стараясь не отсвечивать, наблюдал за ходом игры. Он не хотел отвлекать, да и не особенно разбирался в этой игре для стариков, коей, как выяснилось «болела» Иса, азартно загонявшая своего оппонента в одну лишь ей видимую ловушку. Давно он не видел её такой счастливой, будто переключатель какой-то щёлкнул, и аловолосая скинула мишуру серьёзности. После смерти брата она почти не улыбалась и очень редко расслаблялась. В ней снова проснулась та озорная девчонка, что приставала к Сенджу в образе Такео и это действительно радовало его. Хотя Исами и не ударилась в отчаяние, но всё равно закрылась, и он никак не мог вытащить её из этого кокона. Учиха на удивление быстро справился с этой задачей. И теперь с самым серьёзным видом поддавался, достоверно изображая досаду, правда, не долго. Вскоре он активно включился в игру и теперь заметно теснил девушку. К концу игра стала совсем напряжённой, казалось, будто между ними сейчас молнии сверкать начнут. Исами неожиданно запрокинула голову назад и расслабленно выдохнула сдавленный воздух. — Полкамня, а ты хорош. — У меня был лучший учитель, но ты почти одолела меня. Особенно опасно было здесь, — Учиха ткнул в правый верхний угол. — Если бы я смогла разделить твои камни там, то исход был бы совсем другим. — Согласилась Узумаки, как-то устало потерев лицо. Умственное напряжение иногда выматывало сильнее физического. — Так что ты хочешь? — Ох, — черноволосый подросток резко дёрнулся, — похоже, моё время уже заканчивается. — Ты будешь в порядке? — Неожиданная забота, должно быть, удивила не только Акиру, но и саму Исами. Впрочем, она не отрицала, что этот Учиха был ей близок по духу. Одна только игра смогла лучше описать его натуру, чем многочасовые разговоры. — Не беспокойся, — мальчишка порывисто обнял её, — обещаю, что схвачу тебя за нос при следующей встрече. Мой меч останется с тобой до того момента. И ещё… — Его тело почти полностью исчезло, когда он прошептал что-то на ухо мигом вспыхнувшей, как маков цвет, Узумаки. Видимо это так потрясло её, что она тоже покинула свой внутренний мир, вслед за черноволосым мальчишкой, как-то очень лукаво улыбнувшегося в последний раз. Это был самый эмоциональный Учиха, которого Наруто помнил за всё свою насыщенную жизнь, но это не исключало его скрытной природы и того, что он вообще появился. На этот счёт у блондина были свои догадки, но говорить о них Исами он не хотел. К тому же, чутьё подсказывало, что желание этого Учиха переплюнет всё, что доселе творила его сумасбродная родственница.

***

Ясуши негодовал, Ясуши зверствовал, Ясуши был готов самолично воздвигнуть памятник тому умнику, кто вынудил Узумаки сотворить такое. О, Ками, они серьёзно вляпались, но Советник Учиха был готов воспарить и буквально излучал лучи счастья, раздражая своим довольным видом Нори-сан и остальных Старейшин, не попавших на сей эпический, незабываемый, восхитительный момент о котором они даже не подозревали, но слухи скоро дойдут и до них. Он даже представить себе не мог, что нашло на Узумаки, когда та, приложив своих противников какой-то техникой, застыла ненадолго, явно восстанавливая дыхание. Заметно покачнувшись, она резко обернулась в сторону Главы, смотря на него нечитаемым взглядом. Потом чеканным шагом приблизилась и, не обращая никакого внимания на находящего в шоке Хашираму, рывком притянула Мадару, уравнивая их разницу в росте и пробурчав что-то, поцеловала. А учитывая, что в этот момент в их сторону смотрели если не все, но очень многие, то этот поступок ввёл присутствующих шиноби в качественный ступор. Особенно выделялся старший Сенджу, находившийся в непосредственной эпицентре событий. Он настолько растерялся, что на миг напомнил ребёнка, который никак не мог выговорить и слова, то открывая, то закрывая рот. Встреча союзников окончательно сорвалась, когда сам Учиха свёл лёгкое касание губ в настолько непристойный, жаркий и ярко демонстрирующий принадлежность Исами поцелуй, что проняло даже престарелого Сарутоби, покрывшегося пятнами румянца. — Срамота, — довольный голос пожилой женщины явно из Сенджу отвлёк тогда самого Ясуши. — Как бы не озлобились старые пни. Ты уж присмотри за ними, мальчик. — Похлопав опешившего мужчину по плечу, до дрожи странная незнакомка степенно удалилась. В словах её была доля истины. Учиха и без того не слишком привечали, а после такого уж точно. Сегодня они наконец-то вынюхали слабость Главы Учиха и не оставят это без внимания. Что ж, Ясуши ожидал чего-то такого с момента как прочёл скрытый договор. Но всё-таки они же быстро вернутся, да?

***

Черноволосый мальчишка довольно усмехнулся. Он был удовлетворён происходящим, иначе эти двое никогда бы не сблизились. Конечно, это было не совсем честно по отношению к девушке, но если бы ему предложили выбирать, то он сделал бы это снова. Исами слишком осторожна, не демонстрирует свои привязанности, что вполне ожидаемо для мира, где постоянно ожидаешь удара в спину. А так всего лишь немного подтолкнул её. Сама бы она никогда не посмела, даже подумать о подобном, хотя Учиха умеют ждать, но он боялся, что у них и без того мало времени. И ещё… эгоистично хотел увидеть её снова. Теперь шансы на это значительно возросли. Даже если им придётся знакомиться заново. Он надеялся на хорошее имя.

***

— Знаешь, мне кажется, что всё происходящее в моей жизни связано с Учиха, — Мадара на это только хмыкнул, Исами выглядела такой забавной сейчас с настоящим гнездом на голове. Он боялся представить на что похожи его собственные волосы, задумчиво перебирая тяжёлые алые пряди, надеясь, что они находятся хотя бы в стране Огня, а то кто знает куда их могло занести, учитывая несколько неадекватное состояние обоих. Узумаки в очередной раз перевернула всё с ног на голову. — Ты сама Учиха, не забыла? — Забудешь тут, — пробормотала девушка, рассеянно покручивая в пальцах сушёную травинку, — скажи, может ли душа прийти раньше тела? — Для её клана не был возможен такой исход, потому что «память» имели только те, кто рождался снова. Узумаки же…делали всё, чтобы закрыть барьер для посторонних. Для тех, кто может явиться в любой момент, и уничтожить всё. Гуляющие по мирам, кажется, под таким прозвищем фигурировали эти существа в Хрониках. Однажды одна из них появилась в этом мире, но отличалась неприсущим им мирным нравом. Она не убивала больше необходимого, но и забирала только тех, чья искра жизни почти потухла. Нельзя сказать, что её «правление» было светлым, но и тёмным его тоже не назвать. Пока, у одного её отпрыска не взыграла жажда справедливости… Она принесла в этот мир чакру и техники, но это стало знаком для остальных. Что здесь есть чем поживиться, ведь даже кот предпочитает играть с живой мышью, которая сопротивляется… Так куда интереснее. Раньше, когда стихии играли, куда большую роль в жизни шиноби, было намного проще. Умение использовать стихию, а не преобразовывать её из нейтральной чакры ценилось, а покровительство их было сродни мировоззрению для только формирующихся костяков большинства кланов. Сейчас же для многих осталась лишь стихийная чакра, корнями уходящая в покровительство, но уже не имеющая тесной связи, скорее наследственный признак, закреплённый множеством поколений, что могли «слышать» и не умереть при этом. Однако духовный путь остался. Почти религия. Все души умерших Узумаки никогда не рождаются снова. Это их плата, их долг и обязанности перед Стражем. Каждая душа уходит к барьеру, сливаясь с ним, подпитывая огромный колпак, что закрывает их мир от странников. В одну реку нельзя войти дважды, так и аловолосые демоны, несмотря на свою долгую жизнь, могут познать её лишь один раз. Когда-то давно её предки запечатали «гостя» в теле водного духа, что был покровителем клана. Добровольная жертва, чьё тело стало основой для Острова Узумаки, а энергия долгое время поддерживала основной барьер. Тот из чьей чешуи они создают «маски», вырезая вечное напоминание, чтобы оттянуть визит шинигами. Только вот, «гость» оказался куда сильнее и был создан барьер уже над Островом. Узумаки были уверены, что их «гость» давно мёртв, но его сущность всё ещё жива. Оно выжидает, и видимо, его время уже близко. Знойное дыхание за спиной, что можно ощутить кожей. Предчувствие. Отвратное ощущение приближающейся смерти. Узумаки падут совсем скоро… — Если только часть памяти уже принадлежит пламени, но это редко происходит, ведь душа должна чувствовать своё место. — Благодаря Учиха она сможет снова родиться. Это щедрый дар, даже учитывая то, что она ничего не будет помнить. Если посмотреть с этой стороны, то… — Вот паршивец! — Неожиданно вспылила Исами, резко подскочив. — Встретимся как же. Всё продумал, стервец, попадись мне только… — Что случилось? — Твоя дурная наследственность, — буркнула Узумаки едва слышно, гневно копошась в его руках и старательно избегая встречаться взглядом. Она выглядела странно смущённой, словно только что поняла что-то сокровенное для себя. Потому осознание того, с кем она играла в го, выбивало любые цензурные мысли из головы. — Теперь всё станет сложнее, — мужчина легко поцеловал Узумаки в лоб, что заставило её удивлённо вскинуть брови и упокоиться заодно от неожиданности не иначе. Такой жест никак не вязался с суровым Главой клана, кем обычно был Мадара. Кто бы подумал, что так всё выйдет? И более того, она вполне счастлива, находясь в какой-то невиданной дыре, явно в стогу из-за чего всё тело зудит, да ещё и в обнимку с Учиха. Хотя, говоря откровенно, к этому всё и шло, пожалуй, она поблагодарит кое-кого при встрече. Жаль не удалось узнать результаты тотализатора, организованного неизменным Советником. Эта язва заявил, что, дескать, у неё в этом деле шкурный интерес, вот и идете вы Исами-сан, куда шли, пока он добрый. — Чему быть, того не миновать, — философски изрекла девушка и попыталась встать. Ключевое слово попыталась. — Интересно, кто сорвал куш? — Видя недоумённый взгляд, Исами с удивлением уставилась на Учиха. — Только не говори, что ты не в курсе тёмных делишек Ясуши-сана. Что, правда, не знаешь? Дорогой Советник организовал ставки, Иори говорил, что его дядюшка подошёл к делу со всей ответственностью и учёл всё, что может произойти у… — Мадара смотрел, как Узумаки увлечённо рассказывает о происках Советника, загибая пальцы. Некоторые пункты его откровенно позабавили, о них он и, правда, не знал. Но этот куш всё-таки сорвал Кагами, хорошо изучивший его супругу, да и проницательности мальчишке было не занимать. Только он не скажет ему об этом, хотя мальчик и сам сможет догадаться, но он сильно привязан к Узумаки и вряд ли клан будет в курсе текущего положения вещей. Это к лучшему. Он и так повёл себя как мальчишка и подставился так же глупо. Это не похоже на него, но в тот момент, когда Исами прильнула к нему. Он почувствовал, что если даст ей отстраниться, то будет жалеть об этом до следующей жизни. Похоже, её импульсивность всё-таки передаётся воздушно-капельным путём.