Царь змей

      За старым окном сплошной стеной лил дождь. Непогода бушевала уже не первый день. Это сильно тревожило местных жителей: реки начинали выходить из берегов, затапливая близ находящиеся дома. Старая деревянная рама с облезшей краской вздрагивала. Казалось, в неё кто-то стучится. Несмотря на то, что в помещении должно было быть тепло, сельская библиотека никогда не являлась тёплым зданием. Здесь вечно стоял холод даже в самый жаркий день. Иван продрог до костей. Парень неприязненно передёрнул плечами и раскрыл старинный, жутко толстый с таким трудом найденный томик.       Заглавия гласили:

      I. Гномы. История маленького народа.       II. Духи смерти.       III. Девять псов ада.       IV. Всадник апокалипсиса.       V. Царь змей, Полоз...

       — Ага! Вот он! — воскликнул донельзя счастливый Иван, и его голос эхом пронёсся по библиотеке. — Та-а-ак, страница триста семьдесят пять...       Спешно перелистав пыльные, пожелтевшие листы книги, Иван наконец нашёл нужную информацию.        — Царь змей, или Полоз — огромный змий, способный превращаться в человека. Каждый такой змей уникален, каждый имеет свои особенности. Что это за способности доподлинно не известно, только сказывают, что в силе с ним поквитаться никто никогда не сможет. Он очень могуществен и хитёр. Живёт в великолепном дворце, который находится в городе змеев — Ирии, что под землёй. Не путать Ирий — город змиев, и Ирий — параллельный мир драконов. Известно также, что Полоз ходит по миру да ищет невесту себе, а как находит — забирает её в своё царство. Если девушка, полюбившаяся змию, не идёт с ним по доброй воле, он может её зачаровать, а коль зачарует, сделать её прежней никому, кроме него же, не под силу. Даже если спрятать девушку там, где у царя не будет власти (а известно лишь одно такое место — Неизведанные земли). Зов змея будет так силён, что она сама пойдёт к нему... — полушёпотом зачитал Валялкин, а затем, осознав написанное, воскликнул: — Таня! Нельзя допустить, чтобы она ушла!       Ванька вскочил, бросив раскрытую книжку прямо на столе, и ринулся к выходу из библиотеки.       На улице буйствовала непогода, выл сильный, повальный ветер. Всё так же продолжал лить, стуча тяжёлыми каплями по крышам и размокшей земле, дождь. В небе сверкали частые молнии, которые, казалось, вот-вот пронзят небо насквозь, и оно обрушится. Трава и почва превратилась в какую-то вязкую субстанцию противного болотного цвета, но Ваньку это ни капли не волновало: он бросился к дому ведьмы.       Ветки хлестали парня по щекам, оставляя неглубокие царапины, в кроссовках снова неприятно захлюпало, а от косого дождя всё тело словно покрылось ледяной коркой, прекращая что-либо чувствовать, кроме холода. Но даже это сейчас не волновало парня. Он хотел спасти Таню, совершенно не веря в то, что рыжеволосая сама могла влюбиться в Полоза.       Наконец добравшись до места назначения, Иван буквально влетел в домик, но никого там не обнаружил.

***

      Таня брела по лесу. Было темно и жутко. Корявые ветки цеплялись за длинные рыжие пряди, рвали одежду, которая и так, впрочем, находилась в плачевном состоянии. Обычно летние ночи тёплые и светлые, но эта оказалась исключением. Было очень холодно, что наталкивало на мысли о... пустыне. Да, именно о пустыне. Когда Гроттер была в классе восьмом, наверное, она готовила реферат на тему «Климат пустынь», и с тех пор навсегда запомнила: жарко в пустыне только днём, ночью температура опускается до минусовой. Именно поэтому одежды тех, кто путешествует по пустыне, и тех, кто в ней живёт, сделаны из плотной ткани, которая днём охлаждает, а ночью греет.       Но вдруг деревья начали расступаться на её пути, словно указывая направление, в котором ей следует идти. Ветви больше не цеплялись за волосы, колючие кустарники будто и вовсе исчезли, а трава словно начала нести девушку в нужном направлении, мягко пружиня под ногами и подталкивая. Вокруг зажглось тысяча огней, освещая темноту золотистым светом. Деревья выстроились в ряды по бокам от тропинки, образуя длинный коридор, словно кричали «Иди туда!», и Таня пошла. Она слишком волновалась за Полоза и слишком хотела его найти.       Что-то резко пронеслось рядом, сбив Гроттер с ног. Таня ошалело вскочила на ноги и огляделась, но ничего не увидела. Девушка нахмурилась, а после медленно выдохнула, осознав, что нет времени стоять на месте, нужно идти дальше. Глеб ранен, а она испугалась не пойми чего и застыла. Разозлившись на саму себя, внучка Феофила стремительно зашагала вперёд, не оглядываясь и не останавливаясь, осознавая, что за собой может понести минута промедления. Наконец впереди показался долгожданный обрыв. Татьяна, шедшая довольно быстро, позволила себе остановиться на пару секунд и передохнуть. Осталось совсем немного.       Таня стремительно приблизилась к некогда берегу, а ныне обрыву реки, и внимательно осмотрелась. В целом погода была весьма неплохой. Речка текла спокойно, небо, которое только что было затянуто пеленой из чёрных грозовых туч, сейчас начало стремительно очищаться и светлеть. Через пару минут на нём не осталось ни облачка, зато на светлой лазури появилось солнце, приветливо и ласково начав освещать всё вокруг. Вход в пещеру остался таким же, каким помнила его Таня: выложенным из светлых, хорошо обработанных водой камней.       Гроттер глубоко вдохнула, аккуратно подошла к кромке и начала спускаться, придерживаясь за мощные корни деревьев, торчащие из-под земли. Тёмно-изумрудная трава, ещё мокрая от прошедшего дождя, скользила под ногами. Девушка, впрочем, довольно быстро спустилась ко входу в пещеру на мягко пружинящую землю. Несмотря на странности погоды и резко появившееся солнце, это углубление в скале не освещалось тёплыми лучами, что навевало некий страх, но рыжая не решила медлить и тихо зашла туда.       В пещере было темно. Камни покрылись чем-то склизким и неприятным на ощупь. Пол, усыпанный золотым песком и такими же чешуйками, наоборот, был сухим и сыпучим. Таня вздрогнула от непонятного шороха, коленки начали подкашиваться, но девушка смогла взять себя в руки. Наконец Гроттер дошла до конца, осветила фонариком всю пещеру и задержала дыхание от страха: в углу лежало тело. Чёрные волосы человека словно ручьями стекали на пол, на спине запеклась кровь. Рыжая, аккуратно ступая, подошла к нему. Сердце пропустило удар, а затем начало биться словно сумасшедшее.       Глеб.       На глазах предательски выступили слёзы. Таня поставила фонарь рядом, села на песок и, стараясь не причинить лишней боли, перевернула царя змей на спину, положив его голову себе на колени. Чёрные волосы спутаны, с виска стекала кровь. Он был обессилен.       «Что с ним такое сделали?!» — ужаснулась рыжеволосая.       Вдруг Глеб разлепил свои веки и взглянул на девушку мутными чёрными глазами.       Он долго смотрел на неё. Зрачки были странно расширены, а зрение расфокусировано.       «Похоже, он не узнаёт меня. Мне это не нравится.»       Прошло несколько кошмарных секунд, и Бейбарсов произнёс:        — Я, видимо, умер. Никогда не думал, что умирать бывает так приятно, — Таня шмыгнула носом, чтобы не разреветься.        — Дурак, — буркнула она.       Царь довольно улыбнулся.        — Люблю тебя, Гроттер, — тихо прошептал он, и мертвецки бледное сияние окутало его тело.