Царь змей

      Дождь барабанил по крыше, погружая дом в таинственную атмосферу. Кое-где тихо рокотал гром, видимо, уже не так сильно злясь на людское племя. В разбитые окна, иногда подсвечиваемые молниями, задувал холодный сквознячок, но огонь в камине грел намного сильнее. Вокруг было темно из-за чёрных туч за окном, но костёр сумел осветить своим мягким светом часть дома, отогнав голодную темноту куда-то вглубь него. Светлые драные занавески тихо колыхались, напоминая в этот момент каких-то привидений, не сумевших упокоиться и перейти в мир иной. В комнате пахло затхлостью и очень старыми травами, которые висели по углам комнаты, полностью покрывшись паутиной. Казалось, они защищали дом от чего-то ужасного, притаившегося за входной дверью. Рядом стоял добротный стеллаж, полностью забитый книгами о магии и ворожбе. Около огня стоял прохудившийся старый чугунный котелок, грустно взирая своим дырявым боком на происходящее в этом мире. Деревянные стены кое-где покрылись плесенью и мхом, которые уже навсегда въелись в доски. В старом шкафу, пропахшем нафталином, висели шерстяные кофты умершей ведьмы, которые немного, но успела поесть жирная белёсая моль. Вокруг стояла мёртвая тишина, которую нарушали только треск огня и сопение рыжеволосой девушки, уютно устроившейся на коленях у парня.       Иван нежно гладил Таню по голове, задумавшись о чём-то. Ему определённо нужно было сходить в сельскую библиотеку. Говорят, там можно найти много интересного, ибо некоторые книги пролежали в здании со времён конца IХ века.       Блондин сорвал со спинки кресла плед и укрыл им Гроттер, завернув ту в кокон. Осторожно подняв её на руки, он встал и переложил ту на своё место. Рыжая беспокойно заворочалась, но глаз не открыла. Валялкин как можно тише прошёл по скрипучему полу к выходу, прихватив найденный тут старый дождевик. Набросив его на плечи, он вышел из дома, плотно прикрыв за собой дверь.       Уличная погода совсем не радовала, но обычный ливень был куда лучше бешеного торнадо.       Кстати о торнадо.       Иван обернулся, задрав голову к небу. Где-то на западе от деревни клубился свинцовыми облаками верх хобота, который был крайне маленьким — видимо, ураган отошёл довольно-таки далеко, что не могло не радовать. Вытерев с лица капли дождя, валенок пошёл дальше. Библиотека как и магазин находились прямо посередине села, поэтому от дома ведьмы, жившей в одиночестве на отшибе, идти было долговато. Дождь лил ровной стеной, а деревья, которые смогли остаться не поломанными, качались от ледяного ветра. Людей на улице не было совершенно, поэтому ветеринар не боялся, что его заметят. Найденный плащ оказался дырявым, поэтому футболка и джинсы парня быстро намокли. Под ногами хлюпала жижа, в которой вязли кроссовки. В некоторых местах они просто скользили, опасно таща блондина в сторону огромной лужи посреди дороги, по которой бежала не переставая сильная рябь. Тогда Ваня хватался за росшую рядом высокую, но намокшую траву, и оная безжалостно резала руки. Когда вдалеке замаячил тёмно-коричневый дубовый бок библиотеки, Иван вздохнул с облегчением, припустив чуть быстрее, чем шёл до этого.       Дверь оказалась открыта. Впрочем, её никогда не закрывали — деревенские воры вымерли вместе с мамонтами, посему на книги никто не зарился. Обычно тут сидела сухонькая старушка в больших очках-телескопах с неизменным «Ревизором» Гоголя, которая и вела учёт всех книг. Но сейчас тут никого не было, что и не мудрено: бабулька-то старая, а здание не отапливалось, поэтому заболеть тут было — раз плюнуть. Пройдя вглубь библиотеки, Ваня снял плащ и бросил его на стол, с которого и начинался своеобразный читательский зал. Переходя от стеллажа к стеллажу, Валялкин начал старательно вглядываться в выцветшие надписи, стараясь не проглядеть нужную.       Пол громко скрипел, под потолком летали мухи, живущие тут далеко не первую неделю, а по углам скопилась паутина. Старые светильники изредка мигали, нагнетая собой атмосферу какого-нибудь очередного фильма ужасов. Иван поёжился от холода, но тут ему стало не до этого: перед его глазами предстала нужная табличка с надписью «Мифология». Радостно улыбнувшись, парень свернул в сторону книг.       Некоторые из них были настолько стары, что надпись, обычно располагавшаяся на корешке, давно стёрлась, поэтому блондину приходилось действовать в некоторых случаях просто наугад, но он и не сомневался в своём везении — дар быстро находить то, что нужно, был у него с самого рождения и не раз выручал из разных ситуаций. Вот и сейчас в руках Валялкина быстро оказалась нужная книга, которая представляла собой довольно потрёпанную жёлто-коричневую книжечку с отклеившейся обложкой, на который курсивом была нанесена красная надпись «Царь змей», а внизу располагались два золотых глаза, которые, казалось, так и прожигали взглядом. Ваня хотел было уже вернуться в читальный зал, но тут открылась дверь, и библиотека наполнилась звуком «музыки ветра», висящей при входе. Не теряя не секунды, валенок юркнул в стоящий у стены шкаф с дверцами, в котором хранились газеты их села с самого первого выпуска. Затворив за собой дверь, петли которой были, к счастью, смазаны, Иван прислушался: в дом определённо вошла девушка, на что указывал цокот каблуков, а молодой ворчащий голос только подтвердил его догадки: вошедшей являлась не дама среднего возраста.       Лиза отряхнула свой зонтик, оставив того в углу у входа, и направилась в сторону стеллажей. На секунду ей показалось, что в библиотеке кто-то есть — она даже остановилась как вкопанная. Закрыв глаза, девушка сосредоточилась на помещении, но почему-то кроме крыс больше ничего здесь не почувствовала. Хмыкнув, Зализина пошла дальше. Или это был очень сильный маг, в чём она сомневалась, или у неё просто началась паранойя на почве ревности, во что блондинка охотно верила.       Перед её глазами очень скоро возникла табличка «Оккультизм», будто напоминая, ради чего она сюда пришла.        — Грёбанная Гроттер! — передёрнув плечами, произнесла Лиза достаточно тихо, но её слова гулко разнеслись по пустой библиотеке.       Где-то послышался шорох, но ведьма не стала отвлекаться на такие мелочи. Пройдя до шкафа с надписью «Привороты», она резко остановилась, нервно облизнувшись.       «Он был в бордовой книжке с чёрным корешком размером с ладонь», — припомнила девушка, проведя длинным ногтем по книгам.       Вытаскивая каждую книжку, хоть немного напоминавшую нужную, Зализина принялась за поиски, недовольно что-то бурча в адрес Полоза и рыжеволосой.       Иван в это время всё ещё сидел в шкафу. Ноги его уже затекли, но он стойко держался. Неожиданное восклицание вошедшей заставило его вздрогнуть, отчего несколько газет с шумом съехало с общей горы парню под ноги. Валялкин затаил дыхание, боясь, что его разоблачат, но цокот каблуков был от него достаточно далеко. Тут всё смолкло, видимо, путница нашла то, что ей было нужно.        — Ага! — шёпотом воскликнула ведьма. — В первую ночь потеряешь ты покой. Во вторую ночь будешь сам не свой… Это он!       Блондинка прижала книгу к груди, на миг улыбнувшись, после чего быстро вылетела из библиотеки, прихватив зонтик.       Выждав ещё несколько минут для верности, Ваня вылез из шкафа. Отряхнув футболку от налипшей паутины, он направился в сторону читательского зала.       Книга оказалась похожей на научную, но парню это было только на руку. Удобно устроившись на стуле, валенок принялся читать.

***

      Тане снился очень странный сон, в некоторых местах граничащий с кошмаром.

Это была казнь. Посредин площади развели огромный костёр, рядом с которым толпились люди. Огонь чадил, отчего всё вокруг пропахло дымом. Облака были скрыты под тёмно-серым туманом гарева, а рядом стояли инквизиторы в чёрных робах, о чём-то переговариваясь. Скоро должна была начаться казнь — девушка это знала точно.       Но вот уже на аутодафе привели молодую женщину с кудряшками чёрного цвета. Гроттер показалось, что она ей кого-то напоминает, но вот кого именно вспомнить не смогла. Отовсюду послышался нестройный хор молитв, заставивший рыжеволосую в недоумении поднять голову. Ведьма, что нынче горела в огне, улыбалась, смотря куда-то вглубь толпы. Это выглядело настолько сумасшедше и зловеще, что Таню прошиб холодный пот, а когда женщина повернулась к ней своим лицом, то у рыжей закружилась голова от страха.        — СПАСИ ЕГО! — как гром среди ясного неба раздался неживой голос черноволосой, запечатлевшийся в её мозгу, наверное, на всю оставшуюся жизнь.       В голове сразу же возник логичный вопрос: «Кого спасать?!», но задать его Гроттер не успела, ибо с тоской почувствовала, что просыпается.       А ведьма всё так же горела в огне, теперь уже с улыбкой смотря на неё.

      Рыжеволосая резко открыла глаза. Грудь тяжело вздымалась из-за пережитого сна, а спать более не хотелось. Таня приподнялась на кровати и огляделась. Вани рядом не было, что заставило её сначала заволноваться. Закутавшись в плед, которым, видимо, и укрыл её заботливый парень, рыжая ступила на пол босыми ногами. Пройдя к огню, где сушилась обувь, она натянула на себя кроссовки и взяла с полки старую восковую свечу, которую после зажгла от костра. Чихнув, Гроттер-младшая сильнее завернулась в одеяльце и обернулась. Длинный шкаф заинтересовал её больше всего, поэтому рыжеволосая, не задумываясь, подошла к нему, осветив корешки книг. Большинство из них были об оккультизме и язычестве, поэтому не представляли для девушки никакого интереса. Пройдя чуть дальше вглубь дома, она заметила непримечательную книжечку с надписью «Сказки», что было довольно странно для такого места. Книга была очень старая: изумрудная обложка потрепалась, а золотая надпись на ней давно вытерлась, оставив после себя только вмятину, напоминающую о былом.       Сев на близстоящий стул, девушка открыла её. На первой странице пестрела знакомая надпись, а углы были изрисованы красивым узором. На следующей странице была изображена надпись «Ханс Кристиан Андерсен» и картинка: красивый молодой человек, вокруг него свиньи, а рядом стоят и восхищаются придворные дамы. На следующей был нарисован прекрасный лебедь, со стоящим рядом уродливым птенцом. Таня её перевернула, и так уже зная, что будет написано дальше. Она не ошиблась: на пожелтевшей бумаге чёрным шрифтом выделялось «Гадкий утёнок». Рыжая с детства любила эту сказку, поэтому с удовольствием перечитала её ещё раз. Далее находились и другие рассказы автора: «Дюймовочка», «Свинопас», «Огниво», «Оле-Лукойе». Как же рыжеволосая обожала эти произведения!       Перевернув последнюю страницу сказок, Гроттер наткнулась на другого автора: Павел Бажов. Он был ей также очень хорошо знаком. Ожидая увидеть там какой-нибудь известную сказку типа «Серебряное копытце» или «Медной горы хозяйка», а увидела… сказ «Про Великого Полоза».       Резко захлопнув книгу, Таня со злостью поставила её на место. Идиллия да и шаткое душевное равновесие полетели к чертям, а недавно приснившийся сон снова некстати всплыл в памяти. Вспомнился рассказ Леопольда о его матери, почему-то точь-в-точь похожий на женщину из сновидения. Да и слова «спаси его» самой Чуми наводили какую-то странную тоску, похожую на ту, что давно пряталась глубоко в душе. Девушка до сих пор не понимала, к кому они относились. Может быть, к Ивану? Он ушёл, даже не оставив записки… А если с ним что-то случилось? Если он попал в ураган? Да и вообще, зачем он ушёл? Может, его заставили или украли?..       Или с Глебом? Да, она ему, конечно, уже не нужна, но на него мог кто-то напасть! Обычно у царей во все века было много врагов.       Гроттер нервно заходила по квартире. Что же делать? На глаза попался прозрачный шар, видимо, предсказательный. Руки сами потянулись к нему. Смахнув с чистого хрусталя пыль, Таня сжала его в ладонях. Переживания накатывали на душу мёртвыми волнами, заставляя возвращаться к словам ведьмы снова и снова. Захотелось вдруг встретится с Глебом, чтобы просто у него спросить: зачем он так с ней поступил? Ведь она любила его… Да, правда, любила, что толку скрывать это даже от самой себя. И ведь ей всегда казалось, что их чувства взаимны. Ну, не стал бы он просто так добиваться её и ждать, как все рассказывали, почти полвека!       Боги, как же всё запутано.       И Иван, и Арина… они все говорили, что он её использовал. А родители вообще его недолюбливали! Им не нравилось, что она якшается с ним. Гробыня… ведь она тоже не очень-то и любила, когда он крутился вокруг Гроттер. Но рыжая давно знала подругу, поэтому была уверена: та не стала бы знакомить их против собственной воли. Если бы Полоз ей не нравился, Склепова точно не подпустила бы его к девушке.       Почему всё так сложно?!       Таня прислонилась горячим лбом к холодному шару.       Как же хочется наконец-то в этом разобраться!       Хрусталь под её пальцами начал светиться. Рыжеволосая этого пока не замечала, потому что глаза её были плотно закрыты, но через несколько секунд он настолько стал ярким, что смог осветить дом умершей ведьмы. Вокруг стало ясно как днём, и Гроттер-младшая удивлённо открыла глаза. Шар налился телесно-белым цветом. Внутри что-то проступало… какой-то силуэт. А вокруг… пещера, кажется. Да, точно, пещера.       Почему-то она показалась девушке отдалённо знакомой.       Она была тут когда-то.

       — Танька, стой! — слышит девочка весёлый голос своего лучшего друга. Ей лет девять, не больше.       Сегодня они с Ягуном и Ванькой пошли гулять в лес, находившийся рядом с их деревней. Погода стояла просто замечательная: грело жаркое солнце, прохладный ветерок обдувал разгорячённые лица детей, облака на небе складывались в причудливые фигуры, птицы пели свои чудесные трели, а вода в соседней речке была как парное молоко.        — Догоняй! — кричит рыжеволосая, заливисто хохоча.       Мальчики успели уже достаточно отстать. Ей даже на руку: она первая сможет попасть на поляну. Говорят, там видели золотую змею! Нет, змей, конечно, в последнее время развелось много, но чтоб золотая… Такого друзья ещё не видели.       Пробежав ещё немного, девочка вдруг споткнулась об корень одного из дубов, растущих вокруг. Поняв, что стремительно теряет равновесие, она попыталась ухватиться за дерево, но не успела и полетела вниз.       Гроттер думала, что изучила весь лес вдоль и поперёк, а оказалась в одной из неизвестных ей ранее сторон оврага, в котором раньше протекала река. Сейчас — летом она достаточно сильно обмелела, поэтому все эти внезапные обрывы стали достаточно частой и большой опасностью для грибников с охотниками.       Склон оказался состоящим из острых камней, травы и сухой земли. Таня уже подумала, что точно разобьётся, ибо зацепиться при падении не за что не получалось — руки совершенно не слушались, будто онемели, да и болели жутко, — но тут она вдруг резко остановилась, напоследок приложившись головой об камень. Осторожно открыв глаза, рыжая увидела голубое небо над головой. Поняв, что всё-таки осталась жива, девочка поднялась с песка. Перед её глазами предстала большая пещера, находившаяся внутри обрыва. Наверное, когда здесь протекала река, это углубление было хорошо скрыто под толщей воды, а сейчас, вот, открылось, и, скорее всего, она первая, кто его нашёл.       Руки рыжеволосой оказались покрытыми небольшими порезами, одежда испачкалась в песке, а кроссовки стали просто им набиты. Аккуратно встряхнув футболку и «выпотрошив» обувь, Гроттер подошла к пещере. Там никого не было, поэтому она, не задумываясь, вбежала внутрь.       Пол состоял из песка вперемешку с ракушками и маленькими камушками. Чуть в глубине ко всему этому разнообразию прибавились золотые чешуйки. Их было настолько много, что они переливались под ногами, и казалось, что ты стоишь не на земле, а на горе золотых монет. Света хватало достаточно, но в более тёмную погоду без фонаря тут было точно не обойтись.       Девочка затаила дыхание, приблизившись к стене пещеры. На ней были вытесаны какие-то странные чудные рисунки. На одном она увидела большого змея, который окольцевал своим хвостом всю Землю, на другом он же сидел на чёрном троне, слева от него стояла девушка с фиолетовыми волосами, а справа женщина. На другой картинке была изображена удивительной красоты молодая девушка с рыжими кудряшками, в светлом платье, стоящая на краю обрыва.       Сердце Тани дрогнуло. Обрыв определённо был похож на этот, а девушка…        — Та-а-анька! — услышала Гроттер голос Вани.       Девочка резко развернулась и выбежала из пещеры. На самом верху обрыва стоял белобрысый парень.        — Что случилось? — крикнул он.        — Случайно упала! — как ни в чём не бывало ответила рыжеволосая, улыбнувшись.       Рассказывать об этом месте она не захотела никому, ибо душу не покидало ощущение того, что она стала свидетелем чей-то тайны, так надёжно ранее скрытой от других.

      Таня очнулась от старого, давно забытого воспоминания, захлестнувшего теперь её голову, а в это время картинка в шаре изменилась. Гроттер увидела парня, без сознания валяющегося на полу. Голова его была разбита, а смоляные волосы слиплись от крови. Одежда была порвана, а подушечки пальцев стёрты до мяса. Рядом с ним стояла медноволосая девушка со злой улыбкой на лице и что-то тихо ему говорила. Видимо, ей нравились его страдания.       Рыжая не сомневалась в том, что это была та самая пещера: вот рисунки на стенах, те же самые чешуйки, да и чувство дежавю не покидало её душу.       В это время видение в хрустале дало увидеть ей лицо черноволосого, потому что незнакомка, до сих пор стоящая к малютке Гроттер спиной, взяла лицо парня в свои руки с длинными наманикюренными ногтями, покрытые бардовым лаком.       Дыхание перехватило. Нет… нет, она не могла сомневаться! Эти острые скулы, губы, которые она успела изучить досконально, высокий лоб, цвет волос…       Шар полетел на пол, разбившись на тысячи осколков.        — ГЛЕБ! — воскликнула Таня, схватившись за голову. — Во что ты снова вляпался, придурок?! — закричала она в пустоту. Как же ей хотелось знать ответ на этот вопрос.       Слёзы покатились по лицу.       Видеть всё время уверенного в себе, непробиваемого и несгибаемого Полоза в таком состоянии… Это было жутко. В это не верилось, но всё-таки это было так. Девушке вдруг захотелось узнать, кто же была та самая медноволосая девушка, но шар, к сожалению, был уже разбит, а магические вещи склеиванию не подлежали.       Бросившись в неведомом порыве к огню, Гроттер быстро залила его водой, стоящей рядом в ведре, схватила старый фонарь, бросила в карман спички и, накинув на плечи второй дождевик, выбежала под дождь, льющий стеной.       Но сейчас её волновало совершенно не это: все мысли занимал глупый черноволосый парень, и всё равно, что она ему совсем не нужна.