Illusion of freedom

      Jamie T. — Back In The Game       Утро началось для меня не так приятно, как я рассчитывала. Вместо щебетания птиц, я услышала громогласные выкрики друзей, которые и стали причиной моего подъема. Я была одна, что говорило о том, что, скорее всего, было не совсем утро, потому что по выходным Ширан никогда не просыпался раньше двенадцати. И все же они могли так не визжать, зная, что кто-то, возможно, еще спит!       Понимая, что их вопли не дадут мне спокойно насладиться остатками не увиденных сновидений, я все же решила встать, чтобы хотя бы узнать причину такого ора. И лучше бы я осталась в палатке, потому что как только я оказалась на открытом воздухе, первое, что я увидела — это копну кудрявых волос и всех ребят, что восторженно глядели на парня, словно перед ними стоял сам Иисус.       Какого черта он тут забыл?! Он ведь должен сейчас помогать маме, или зависать с какой-нибудь девушкой, или его попросту должен был сбить трактор, но никак, никак он не может быть тут!       — Что здесь происходит? — прошипела я, схватив за руку проходящую рядом Эмили.       — Ты про Гарри?       — Да! Что он здесь делает?       — Когда мы с Троем проснулись, он уже был в лагере, — пожимая плечами, ответила Стенфилд.       — Ох, а вот и она. Эй, Челс, смотри, кто к нам приехал? — воскликнул Эдвард, сияющий, как новенький пени.       — Утро доброе, Дэниелс, — последовал знакомый хрип.       — Если оно доброе, — буркнула я.       — Давай собирайся, соня. Через час нам пора выдвигаться, — добавил рыжий, протягивая мне бутылку минеральной воды.       — А сколько сейчас время?       — Почти два.       — Ого, долго я спала.       — Чува-а-а-ак! Ты все-таки приехал?! — прозвучал ирландский акцент, и я увидела радостного Найла, со всех ног мчавшегося навстречу кудрявому барану.       — Тише, брат. Ты так меня с ног свалишь.       — Просто я чертовски рад тебя видеть! Как ты сюда добрался?       Да! Как ты, блядь, сюда добрался?! И почему тебя по дороге не съел медведь или не утащила стая бешеных белок?!       — Дай я скажу, — вмешался Луис. — Просто он и дня не может прожить без меня, вот и примчался сюда на своем «харлее».       — Точно. А вообще я просто не мог пропустить это событие, к тому же, сестра перенесла встречу до следующих выходных. Поэтому я не стал терять время и, как только обо всем узнал, сразу рванул сюда.       — Ага, не забудь еще добавить, как ты следовал моим четким указаниям, — начал умничать Томлинсон.       — Да, если бы не Лу, я бы еще долго искал это место.       Как жаль, что ты не заблудился, чертов козел!       — Ну, ты идешь, Челс? — спросила Люси, слегка помятая после бурной ночи.       — Да, пошли, — пробубнила я, бросив на Стайлса взгляд, полный негодования, который он принял, точно вызов, в ответ расплываясь в дерзкой ухмылке, что озаряла его смазливое лицо.

***

      Haim — Forever       Hey you!       Remember me? Remember love?       Remember trying to stay together?       Десятки тысяч пар глаз были прикованы к женскому трио, что задорно играли рок, заставляя толпы кричащих людей двигаться в такт заводным ритмам гитарного соло. И лишь одна девушка выделялась из всеобщей массы. Она так отчаянно дергала копной волнистых волос, что развивались на ветру, что, казалось, словно с их помощью она прогонит свои мысли. Ведь все это выглядело, будто девушка действительно пыталась освободить себя от чего-то, сбрасывая невидимый груз со своих плеч с помощью танца.       Can’t you make this sane?       I know, I know, I know you ain’t the one to play the game.       Тысячи глаз, десятки тысяч, были устремлены на сцену, но только не эти. Молодой парень, чья фигура возвышалась над многими находившимися поблизости людьми, продолжал смотреть в одну точку, фокусируя взгляд малахитовых глаз всего лишь на одной девушке, что находилась под куполом забвения, постукивая ножкой в такт мелодии.       My time, you took it all.       You tried to see.       You tried to bring yourself up without involving me.       Ей казалось, будто музыка играла только для нее, ведь маленькая история, умело отыгранная на площадке, была так похожа на ее собственную. Словно кто-то уместил события ее жизни в трех маленьких куплетах этой песни, рассказывая обо всех переживаниях, о той боли, которой она терзалась, проливая горькие слезы в подушку.       Forever I’ll see you and me,       Forever I’ll try for you and I       Он не знал, что в это время творилось у нее в голове, но был уверен, что эти прикрытые глаза скрывали причину ее частых эмоциональных срывов и вредной привычки заливать горе стаканом спиртного. Ему, по сути дела, было наплевать на нее, но все же что-то заставляло его поступать наперекор здравому рассудку, вытаскивая эту девчонку из проблем, что преследовали ее, словно тень. И ведь она не была похожа на круг его знакомых девушек. Она не носила изысканные платья. Вместо дорогих украшений, ее тело было усыпано цветными рисунками, что рассказывали о ней гораздо больше, чем она сама. А ее манера выражаться была гораздо ниже планки, которую он считал приемлемой. И все же он снова игнорировал собственные убеждения, когда она в очередной раз начинала срывать голос, а он затыкал ее рот поцелуем. Она бросала ему вызов своей дерзостью, а он всегда был готов его принимать, обнажая перед ней свое честолюбие.       I’m tired of fighting the good fight,       If you say the word then I’ll say goodbye.       Может быть, ее друг был прав, и она действительно держалась за прошлое? Может, она просто привыкла чувствовать себя несчастной? Или боялась, что обретенное счастье сделает ее слабой и уязвимой? Возможно, она слишком долго находилась под чьим-то давлением, забывая о том, что сама в праве распоряжаться своей жизнью. Для нее это было сродни с литургическим сном, в котором она находилась все эти пять лет. И теперь, когда она начала строить жизнь заново, собрав себя по крупицам, она точно могла сказать, что теперь была готова проснуться.

***

      Kings of Leon — Use Somebody       Вас когда-нибудь посещало чувство полного умиротворения? Когда вы знаете, что находитесь именно в том месте и в окружении именно тех людей, что позволяют вам почувствовать себя значимым и нужным?       Как странно порой устроен наш мир: только вчера моя душа была наполнена горечью, а уже сегодня, с приходом нового дня, я чувствую себя поистине счастливой. И не важно, что это счастье будет мимолетным, и, возможно, уже завтра я снова проснусь с тяжелым сердцем. Главное — что происходило здесь и сейчас. И сейчас я ощущала себя вольной птицей, перед которой открывался весь мир. И неважно, что будет потом. Ведь у каждого чувства есть свой срок годности, и моя эйфория уже завтра может обернуться отчаянием. Но сейчас мне было все равно. Сейчас я жила. Впервые за долгое время я чувствовала себя живой. Я улыбалась и знала, что мир отвечал мне тем же.       — Вот ради таких моментов и стоит жить, — над ухом прозвучал низкий голос.       Видимо, я была настолько поглощена атмосферой концерта, что не заметила его присутствия.       — Что?       — Их музыка. Они…       — Потрясающие, — закончила я.       — Да, — согласился шатен, и я впервые увидела на его лице искреннюю улыбку.       Мы никогда не ладили. Он всегда искал повод меня подстегнуть, в то время как я искала способ показать свое превосходство. Но сейчас, оказавшись с ним в месте, которое объединяло тысячи непохожих друг на друга людей, мне впервые не хотелось быть грубой. Его улыбка была настолько доброй и располагающей, что у меня возникло желание ответить парню той же монетой.       — Так значит, ты тоже являешься их поклонницей?       — Да. Причем, уже несколько лет.       — Я тоже, — ответил Стайлс, снова переводя восхищенный взгляд на сцену.       Музыканты продолжали исполнять любимую песню, приводя народ в неописуемый экстаз. За что я всегда любила музыку — так это за одухотворенность, которую она дарила, заставляя человека забывать обо всех проблемах и просто наслаждаться ее чудодейственным эффектом полного отречения. Тебя могут одолевать страх, ненависть, разочарование, но все это меркло, пока ты находился во власти красивой мелодии, что действовала, словно успокоительное.       — Они просто Боги! — воскликнул переполняемый эмоциями Эд.       — О, да-а-а-а, — подхватила я.       — Вы слышите, сейчас будет этот божественный проигрыш!       Как только послышались первые аккорды гитарного соло, я почувствовала прикосновение теплой руки, что коснулась моей, переплетая длинные пальцы с моими.       — Просто слушай, — прокричал парень.       И я слушала. Слушала, как мое сердце начало колотиться со скоростью в тысячу ударов, а по коже прошел приятный холодок возбуждения. Я была окрылена. Слушая музыку, подпевая давно заученным словам, я была настолько счастлива, что даже мой разум погрузился в состояние покоя, забывая дать команду держаться от кудрявого парня подальше. Хотя это и так было лишним, потому что, находясь с ним, я чувствовала себя свободной.

***

      Air — Playground Love       Вот и подошел к концу второй день фестиваля, оставляя за собой кучу впечатлений и поистине захватывающих воспоминаний, что отложатся в памяти на всю жизнь. И если, проснувшись, я пребывала не в самом лучшем расположении духа, то сейчас меня захлестывали эмоции, от которых кружилась голова.       — Это было просто нереально! — скандировал Луис.       — Это точно, — согласились остальные.       — Пожалуй, это было самое лучшее выступление.       — А мне еще понравились те девчонки на разогреве, — возразил выползающий из палатки Найл, поправляя сползающие с бедер джинсы.       — Аха-ха-ха, и как ты только умудрился потерять свой ремень? — спросила я, согревая замерзшие пальцы у костра.       — Да хрен его знает? Я понял, что его нет только когда одна девушка начала таращиться на меня, наверняка, думая, что я какой-то озабоченный маньяк.       — Подумаешь, с кем не бывает, — отмахнулся Томлинсон.       — О, да, ты в этом деле явный спец, — усмехнулась Эмма, прижимаясь ближе к парню.       — Он ведь всегда оставался без них после вечеринки, — добавил Брикс.       — Это было еще в школе! — возмутился Томмо.       — Ну, конечно, — хором ответили ребята, заливаясь лошадиным ржачем.       — Кстати, а куда делись Стайлс и Ширан?       — Должно быть, пошли любоваться луной, — съехидничал Зейн, и все снова покатились со смеху.       — Да не, рыжий сегодня не намерен устраивать «Горбатую гору», тем более на сегодняшнем концерте он встретил какую-то знакомую из Лондона, — вступилась я, защищая гетеросексуальную ориентацию друга.       — А Гарольд, вроде как, обзавелся подругой, — добавил Хоран, и я ощутила резкий холодок обиды.       — Вопрос — надолго ли?       — Ну, если она большую часть времени будет молчать, то, возможно, на месяц, — задумчиво произнес Малик, почесывая подбородок.       — Ты куда? — спросила Люси.       — В туалет, — беззвучно ответила я, направляясь в кусты.       — Я с тобой! — сказала Мэмфорд, выбираясь из объятий Аарона.       — Все в порядке?       — Конечно, — соврала я, пробираясь вглубь лесных зарослей.       На самом деле, я не знала, была ли я в порядке или нет, потому что этот маленький факт из личной жизни Стайлса явно не пришелся мне по душе. Но другой вопрос — почему?       — Думаю, здесь нас точно никто не заметит.       Пока мы с Люси справляли нужду, до моих ушей начал доноситься знакомый голос лучшего друга.       — Да нет, все нормально, — на этот раз я отчетливо расслышала Стайлса, чей убедительный тон заставил меня напрячь слух еще сильней.       — А Челси? Она тебе нравится?       Мое имя разнеслось в лесной тиши громким эхо, что заставило мою подругу устремить свои большие глаза в мою сторону. И хоть на улице уже давно стемнело, отдаленный свет костра все же давал мне почувствовать ее взгляд на себе.       — Не-е-ет. Что ты. Она не мой типаж.       Его слова вновь задели мои чувства, оставляя за собой тянущийся шлейф разочарования.       — А он нравится тебе? — зазвучал встречный вопрос блондинки.       — Конечно, нет!       Разве мог один приятный жест дать почву полагать, что этот парень мог мне понравиться? Определенно, нет! Да пусть он хоть звезду с небес достанет — это все равно не остановит меня испытывать к нему лютую ненависть.       — Ну ладно, я просто подумала…       — Что? Что мне могла понравиться эта малолетка?       — Я не знаю, просто вы всегда так ведете себя… — снова замялась подруга, видимо, пытаясь подобрать подходящие слова.       — Словно ненавидим друг друга. Да.       — Не совсем.       — Нет, Мэмс. Я ненавижу его, он ненавидит меня. Все предельно просто, — отрезала я, направляясь обратно к лагерю.       — Я бы так не сказала, — прошептала девушка, но я ее не услышала, так как была чересчур поглощена окутавшей меня злобой.       — Наконец-то все в сборе! — прозвучал низкий голос кудрявого идиота.       По всей видимости, они вернулись сюда другим путем.       — А в чем дело?       — Ребят, я хочу поделиться с вами одной очень важной для меня новостью.       Ed Sheeran — Wonderwall (Acoustic)       Со стороны мы были похожи на рыцарей круглого стола, собравшихся возле костра, в ожидании послания от нашего рыжеволосого Короля Артура. Посмотрев в лицо друга, я заметила его легкое волнение, и это выглядело чертовски мило, учитывая, что он практически всегда, в какой бы сложной ситуации не находился, сохранял спокойствие. Но я прекрасно понимала его чувства, ведь на кону стояло очень многое. Он был на пути к воплощению своей давней мечты, которой болел с одиннадцати лет, и я знала, насколько этот шаг был для него важен.       — Давай уже, брат, скажи нам!       — Да, объяви ты уже в открытую, что готов вести Гарри к алтарю, — выкрикнул Луис, и остальные поддержали его шутку задорным смехом.       — Мы решили подождать до колледжа, — ответил Ширан, бросив многозначительный взгляд в сторону сидящего рядом Стайлса. — А вообще, я хотел сказать не это, — вздохнул парень, и все поняли его сигнал, меняя ухмылки на серьезное выражение лица.       — В общем, как вы уже знаете, я пробыл в Лондоне чуть больше, чем планировал, — в ответ все утвердительно кивнули. — Там мне улыбнулась удача, и я впервые играл в клубе, чья публика была гораздо больше, чем тридцать человек.       — Бля, чувак, это же так круто! — начали аплодировать ребята, но потом поняли, что это было еще не все, чем хотел поделиться Эд.       — Так вот, мое выступление очень понравилось владельцу этого клуба, который отчасти является другом моего босса, и он предложил записать несколько моих песен на лейбле одного его знакомого, — закончил Ширан, выжидающе посмотрев на ребят.       — Господи, брат, я так рад за тебя! — воскликнул радостный Лу.       — Да, ты так к этому стремился, — поддержали остальные.       — Вы просто представить себе не можете, как я счастлив! — обрадовался рыжий, задыхаясь в дружеских объятиях восторженных ребят.       — Ну что, когда можно делать предзаказ на «itunes»? — спросил Трой.       — Точно! — согласились остальные.       — И вообще, может, сыграешь нам по-старинке?       — Ага, а то потом будешь выступать на стадионе «Уэмбли» и забудешь, как начинал строить карьеру, репетируя в подвале бабушки Сета, — добавил Брикс.       — Ну, до этого еще далеко, — засмущался Ширан. — Но обещаю, что выделю для вас места в первом ряду.       — Это уже другое дело!       — А что будем играть?       — Нашу любимую! — загудел народ.       — Ох, ну хорошо, любимую — так любимую, — ответил Эдвард, вытаскивая акустическую гитару из старенького потрепанного чехла.       Пока лучший друг настраивал инструмент, мы все придвинулись ближе, образуя плотное кольцо вокруг потрескивающего костра.       — Ну что, готовы?       — Да-а-а! — хором ответили ребята.       — Тогда поехали, — и его пальцы начали медленно перебирать струны, исполняя кавер «Wanderwall» всеми любимых братьев Галлахеров.       Today is gonna be the day       That they’re gonna throw it back to you       Это было поистине волшебно — сидеть в окружении старых друзей и слушать прекрасное пение Эда, чарующий голос которого заставлял почувствовать благоговейный трепет.       And all the roads we have to walk along are winding       And all the lights that lead us there are blinding       Теплая обстановка дружеской посиделки под открытым звездным небом создавала необычайно семейную атмосферу, перенося каждого обитателя круга в его приятные воспоминания. Все были поглощены восхитительной музыкой, кроме сидящего напротив меня Стайлса, чей пристальный взгляд исподлобья продолжал изучать мое лицо. Я же не могла так просто сидеть, делая вид, будто я не замечаю, как он пытается прожечь во мне огромную дыру. Во мне еще не угасло то негодование от услышанных слов. И, честно признаться, я даже не знала, почему они меня задели. Ведь я сама понимала, что он так же категорически не переваривает меня, как и я его. И, тем не менее, что-то продолжало грызть меня изнутри.       I don’t believe that anybody feels       The way I do about you now       Я не знала, почему я почувствовала себя уязвленной, но мне вдруг резко захотелось сделать что-то такое, что заставило бы Стайлса почувствовать себя так же. Но так как мы сидели в плотном кругу, а идея сжечь парня на костре была не столь уместна, что мне не оставалось ничего другого, как придвинуться ближе к Зейну и положить руки в карман его ветровки. Но как назло это не вызвало реакции у кудрявого барана, в то время как Малик воспринял мой жест не иначе, как попытку провести остаток вечера в его компании, поэтому он снял ветровку, накидывая на мои плечи.       Because maybe       You’re gonna be the one who saves me?       Но как только Зейн пересел назад, заключая меня в объятья своего горячего тела, я увидела, как темные брови Стайлса сошлись в угрюмой складке, заставляя меня ликовать.       And after all       You’re my wonderwall

***

      И вот снова я вертелась, как юла, в попытке приткнуть свое тело. Было уже давно за полночь, и мне хотелось как можно скорее провалиться в сон, позволяя измотанному за весь день организму перевести силы. Как ни странно, но после костра Зейн больше не пытался сблизиться со мной, чему я была рада. Наверное, это и вправду был дружеский жест, и он действительно думал, что я замерзла, а вовсе не пыталась позлить Стайлса, который весь вечер вел себя крайне тихо. Даже в момент, когда мы оказались с ним практически наедине, он сохранял гробовое молчание, копаясь в своем телефоне. На самом деле, я не знала, чего именно я хотела добиться от парня. Хотела ли я вызвать его злость или же разглядеть в глазах ревность. Так и не в силах ответить на свой вопрос, я забылась беспокойным сном, пока меня не разбудило чье-то прикосновение.