Comatose

Коматоз - я медленно умираю, ты наркоз, понимаю.(с) Skillet

Наша сделка с Куан Чи почти завершена. Я вышел в полуфинал Смертельной битвы и победил ненавистного мне врага. Воин, олицетворявший в себе всю мою ненависть, пал, и согласно нашему договору я мог покинуть колдуна. Но как бы не так… Я ошибался. Просчёт стоил мне свободы, потому как демон, которого пробудил во мне Куан Чи, не мог существовать самостоятельно и автономно – его нужно было питать снами самого Ада. Пожирая чужие боль и страдания и вечно нуждаясь в них, как огонь в дереве, я стал зависим от своего гнева даже после смерти Саб-Зиро. Меня не покидало чувство нереальности происходящего, даже когда обожжённый череп с хребтом гулко разбились о каменные плиты зала во дворце Шанг Тсунга. Мне не стоило рассчитывать на честную сделку, потому что я видел глаза Би-Хана в его последний час – они были полны страха. Этот сукин сын никогда не испытывал страх! Я помню нашу прошлую встречу в темнице душ и ни один мускул на его лице не дрогнул, хотя он знал, что сражается с демоном, а не с человеком! Он шёл на битву с гордостью и уверенностью в победе, вызов и безразличие, читавшиеся в его глазах, даже тогда, когда мои пальцы с силой сдавили его плечи, утаскивая в ад, ни на секунду не позволяли мне поселить в нём столь желанный страх. Да, я знал, что он не сможет сражаться долго в отсутствии влаги. Я увеличил шансы на свою победу нарочно, но тогда я ещё держал в голове, что Би-Хана надо было оставить в живых. Я хотел унизить его, надругаться над его гордостью, сломать его уверенность, посеять разлом между его амбициями и реальностью. В прошлый раз этого ублюдка спасла фляга с водой. В турнире смертельной битвы он рассчитывал на быструю победу и наивно полагал, что участникам запрещается покидать пределы дворца Шанг Тсунга. Спасительной фляги при нём не было, и, когда он впервые захрипел и закашлялся от недостатка жидкости в теле, я ликовал и упивался этим моментом, нарочно растягивая поединок, уворачиваясь от его смешных бесплодных атак, и смеясь над его немощностью. А потом… я устал играть с ним, устал смотреть в душу, полную горечи осознания своего возможного конца. Я ликовал, когда вырванный из недр его мерзкой души страх взметнулся в пространство в умоляющем стоне. Но я почему-то почувствовал, что Саб-Зиро боится не меня, не своей смерти, а чего-то, что давно его мучило и не давало покоя. Я увидел в голубом отблеске его демонических зрачков то, что когда-то видел в своих. Этот воин очень хотел жить. Но жить ради кого-то, кого он оставил там – на Земле. Отчаяние завладело Би-Ханом, и я мог даже ощутимо дотронуться до его болезненно взметнувшейся ауры. Он отчаянно не хотел умирать как тот человек, который оставил неотложное и очень важное дело. Словно он не выполнил обещания. Я не мог разглядеть шевеления его губ, шептавших чьё-то имя, но я успел расслышать «лучше я, чем он». Он произнёс это так, чтобы я слышал, чтобы осознал, что именно этими словами он признаёт за мной моё превосходство и победу. Он понял, что проиграл! Я заподозрил неладное слишком поздно, когда гнев и жажда мести застилали мне глаза. Видения, явленные Куан Чи перед смертью Саб-Зиро рвали остатки моей души на части. В тот миг я хотел плакать, потому что узрел последний вздох моей возлюбленной: её перекошенное от страха лицо, изломленные болью окровавленные губы. Горечь пожирала меня, не давая возможности очистить свою душу слезами утраты. А когда я увидел своего сына… Как думаете, мог ли я тогда вспомнить об обещании данном Рейдену? Мог ли я желать воскрешения своего клана, если его убийца не понес заслуженного наказания? Я забыл обо всём. Я впустил дух проклятого воина Скорпиона, содержавшегося долгие времена в кобальтовых копях Шао Кана в свою душу, и она превратилась в пепел. Вы думаете, я заслуживаю жалости? Я сам ступил на этот путь. Мне и отвечать за свою слепоту. Приготовившись к церемониальному сну, я стоял в окружении алых языков пламени и размышлял над тем, что само моё существование потеряло свой смысл. Я отомстил за смерть своего клана и своей семьи, я пролил жертвенную кровь над могилами своих братьев, но лично для меня ничего не изменилось и не закончилось. Я всё так же зол и всё так же бесконечно одинок. Значит, пришло время забытья. Я устал и мне хочется покоя. Вечного сна… Братья… Сын. Жена. Я иду к вам… Я не жив и не мертв. Боль, которую я испытываю во время битвы, ничем не отличается от боли живого человека, но я никогда не смогу показать своего лица и я не смогу заплакать. Мне было отказано в этом простом незатейливом ритуале, чтобы я постоянно подпитывал демона внутри себя, усиливая и увеличивая его мощь в несколько раз. Месть, скорбь, боль, ненависть, жажда крови – всё это только усиливало моё демоническое пламя, генерируя из мук моего духа, что томился в своем собственном Аду. Но теперь покой. Теперь сон и забытье… Я приготовился к последней части прочтения сутры погребения и упокоения, однако пламя вокруг меня отчего-то стало тревожно ластиться, как нашкодивший пёс. Его языки проходили сквозь меня, отвечая на призыв колдуна, и я вскипел от возмущения такой наглостью. По моему мнению сделка между нами давно была расторгнута со смертью моего врага и несколькими победами на турнире. Словно призрачный кокон вокруг меня стало вращаться изломанное более сильной волей заклинание, будто разорвавшиеся четки мои усилия впасть в забытье посыпалось угольками к моим ногам. Я вздёрнул голову вверх, видя, как раскручивается надо мной зеленовато-черный портал. Энергия пробужденного Солнадо! Вот откуда черпает силу Куан Чи! Я попытался воспротивиться призыву, отсечь его от своего разума, сбросить как ошейник, но у меня ничего не вышло. Понимая, что до перемещения у меня остаются считанные секунды, я решил воспользоваться моментом и выкрасть часть демонической силы портала. Возможно, я не пожалею об этом, а пока… Арена. Прямо за моей спиной я чувствую взгляд проклятого Короля Драконов – Шао Кана, и мне становится не по себе. Оно и не мудрено, так как Куан Чи привил мне раболепие и страх перед императором, будто сделал меня и его игрушкой тоже. Глаза слепил яркий свет эденийского солнца, и я не сразу понял, кто стоит передо мной, пока некромант не огласил на всю арену: - Скорпион, убийца твоего клана жив. Он пришёл глумиться над тобой и твоим павшим ребенком. Каков наглец! Убей его. «Саб-Зиро? Но это невозможно!». Я подумал, что это какая-то шутка, пока не ощутил первый болезненный спазм во всём своём теле. Сомнения и боль, неуверенность в своей победе моментально дали демону мести внутри меня пищу, наделяя дьявольской силой. Всё это пока что были только крохи взбунтовавшегося во мне не понимая что происходит. После призыва я ещё не совсем отошел от влияния сутры упокоения, и мои реакции были замедлены. К тому же я не спешил, как бешеный пёс кидаться на врага, прекрасно осознавая, что я не могу ошибаться – Саб-Зиро мёртв, пал от моей руки. И когда глаза мои привыкли к земному свету, а из образовавшегося блика, сделав шаг навстречу, вышел воин, я почти отшатнулся назад. От непонимания, от ощущения лживости своей победы. Я почти поверил в то, что передо мной в ритуальных доспехах, в которых не то, что сражаться - двигаться трудно, стоит Би-Хан! Нет. Это просто не возможно. Саб-Зиро был рационалистом и хитрецом. Он прекрасно понимал разницу между реальностью боя и его фатальностью в случае неправильного распределения сил. Би-Хан был закален в боях, и по рассказам многих демонов использовал только проверенные вещи. Это какая-то глупая шутка? Я ведь вижу, что передо мной стоит самозванец. Юнец, которому от силы двадцать шесть лет! Щенок! Да кем он себя возомнил? Решил поглумиться надо мной? С чего бы? Я с неуверенностью взглянул на перекошенное от отвращения и злобы лицо Куан Чи, на едкий смешок Шанг Тсунга, на ожидающее какой-то забавной развязки выражение Шао Кана, а потом снова на самозванца. На миг мне отчетливо показалось, что я всего лишь соломенная кукла, которая обязалась развлекать своими умениями искушенную толпу. И только этот воин в знакомой до рези в глазах синей форме ждал от меня чего-то, что могло завершить весь этот театр абсурда. В этот момент я буквально допустил миг сомнений в своё мертвое сердце, и мой выбор между правдой и приказом со стороны колдуна стал колебаться. По внешнему виду самозванца из Лин Куэй можно было понять, что он уже с кем-то сражался. Да. Точно. Хотя он и приложил много усилий на предыдущую битву, по прожженным в некоторых местах кислотой доспехам не трудно догадаться кто был твоим первым противником, мальчишка. Рептайл. И если ты одолел его столь быстро, значит, мне не следует сдерживаться. Но грудь чужака вздымалась ровно, а голубые глаза без демонического оттенка в них несли в себе разрушающую силу гнева. Нет-нет! Меня не обманешь. Би-Хан всегда был спокоен и ни разу не проявил хотя бы какую-то эмоциональную заинтересованность в поединке. Только перед смертью я разглядел в его глазах боль и бессилие, и только лишь потому, что… - В чём дело? Ты не Саб-Зиро! – мой голос мне самому показался наполненным каким-то разочарованием и немного обескураженным тоном. Я очень боялся, что меня снова обманули… Использовать мою жажду мести в своих целях? Непростительно! Воин в ритуальных доспехах павшего некогда криоманта громко возвестил на весь Колизей: - Я из его семьи и из его клана и я сражаюсь за его честь! Честь? У Би-Хана? У этого мерзавца, который перешагнул через мой труп в Храме Стихий как через легкую преграду, будь я камнем или вещью? Нет, я, конечно же, поступил бы на его месте так же. В мире ниндзя нет слов о пощаде, если стычки не избежать. Но разве я был виноват в том, что этот идиот ввалился в Храм как медведь? Он…он… Ему мало было одной лишь только моей смерти! Надо же, я его настолько сильно оскорбил своей дерзостью проникнуть за картой без прямых столкновений с охраной, что он решил истребить за это весь мой род! Сволочь! - У него не было чести! В этот миг я почувствовал, как обуял меня первородный гнев, как демон в моей душе радостно потер ладони и принялся поглощать мою боль и ненависть. Я вспыхнул, в прямом смысле этого слова, но юнец даже глазом не мигнул – его решительность пугала меня и настораживала. Он слишком молод, слишком неопытен, это ведь так видно, что он ещё не умеет управлять своими способностями как надо. - За брата! – прокричал он, нанося первые удары. Эти ярость и отчаяние, словно цунами, обрушились на меня градом ударов. Конечно, я отбил их все, но моя память стала играть со мной злую шутку. За время наших поединков с Би-Ханом я успел выучить всю динамику его размашистых движений. Более того, я знал, что Саб-Зиро был слишком тяжелым для быстрых стилей, так как его движения из Шотокана были убийственно сильны, но неповоротливы. А самозванец двигался легко, быстро, его стиль позволял находить в моих атаках брешь и немедленно контратаковать, пробивая уязвимые точки. И это несмотря на тяжелые доспехи?! Я провел несколько контратак, пробовал сбить нахала с ног, но он врос в землю словно камень. Так значит, его учили китайским единоборствам. Я стал позволять ему задевать себя, чтобы использовать его силу против него, и пока дела шли только лишь в рукопашную, я прислушивался к своим ощущениям и мыслям. Несомненно, они были похожи, но настоящего криоманта всегда определяет только одно – умение создавать лёд, а этот воин не спешил показывать свои способности, если таковые вообще имелись. - Ну что же ты, малыш, даже не поцарапал меня. Какой же ты Саб-Зиро, если едва успеваешь отразить мои атаки? Я издевался над своим противником стараясь лишить его выдержки. Он внезапно понял, что я ещё ни разу не использовал свою демоническую силу, и это разъярило его до такой степени, что я пропустил неплохой удар в челюсть. - Неплохо для самозванца. Но я хотел узнать… Это, что, всё что ли? В моём голосе слышался смешок, хотя нутром я чувствовал, что это ещё не конец. - Это только начало! – взревел на всю арену молодой синоби. И тут я увидел то, что так боялся увидеть. На кончиках пальцев юнца стали всполохами пробиваться сине-белые искры, и в воздухе запахло весенним снегом. Такое знакомое до дрожи в коленях чувство словно дежавю. Я был не просто изумлён, я был в полном замешательстве. Так, значит, это правда? Саб-Зиро жив? Я неуверенно покосился на Куан Чи, тот только поморщился. - Хватит с ним играть. Убей его. Странно. Если я представляю интересы Внешнего мира, то за что бьётся этот идиот в тяжелых доспехах? За брата? Тогда это какая-то чушь. Би-Хан представлял… И тут я, осознав, как далеко зашёл в своей мести, стал складывать частички утерянной в ярости моего духа мозаики. Я не мог сражаться с Би-Ханом без вызова непосредственно, но я так же не мог сражаться с представителем Внешнего мира. Нет выгоды в том, чтобы два бойца из одного лагеря убивали друг друга, лишая Шао Кана шансов на победу. Либо император настолько самоуверенный, что в его глазах мы не больше, чем пешки. Тогда почему он так перестраховывается? Пока я думал, мой оппонент успел выстрелить в меня кольцом холода. Лёд на время сделал меня своим пленником, и я мог только наблюдать, с какой отчаянной яростью молодой криомант наносил мне серию сокрушительных ударов. Я впервые за всё это время оказался отброшен почти к краю арены и впервые едва поднялся с колен. Но мои мысли были поглощены только тем, почему я должен сражаться с этим ублюдком сейчас. Месть? Он не Саб-Зиро! Меня убили ради того чтобы… разменять? Сделать рабом некроманта и тоже самое сделать с моим врагом, что если это правда? Я сам видел, как Куан Чи подобрал все до последней косточки и бережно отнёс это к себе в лабораторию… - За Земное Царство! – не унимался обезумевший от ярости самозванец. Я переместился ему за спину и наградил несколькими сериями коротких ударов, но юнец исчез прямо у меня из-под носа, и вместо его спины я раздробил руками его ледяного клона. А дальше, я уже просто не смог пошелохнуться, так как мои ноги сковала крепкая прозрачная снежная корка. Юный воин избивал меня до тех пор, пока я не упал на спину не в силах подняться с мягкого песка Колизея. В этот миг я посмотрел в его глаза и увидел, что только этот человек может вырвать меня из рук лжи и смерти. Только он может, не осознавая этого дать мне покой, потому что стыд за свои заблуждения уже сжигал меня изнутри. Меня использовали, обманом заставили подчиняться, навек соединили мою душу с проклятым демоном и теперь я буду вечность служить в угоду всяким колдунам и честолюбивому Императору! Разве о таком конце я думал как сильнейший воин клана Ширай-рю? Мой враг занёс руку для финального удара и тут… Какие-то странные существа вырвали его победу из его рук. Они окружили юного воина по всем сторонам и стали пронзать его тело электричеством, будто он был подопытным кроликом, а не человеком. Конечно, сначала я подумал: « Это шанс!». А потом, я узрел кое-что, что только подтвердило мои догадки. Куан Чи потирал руки, будто ждал такой развязки. Где-то в моей голове уже раздавались механические слова, что произносили два ублюдка в доспехах. Они присягали на верность Императору, только в обмен на то, чтобы забрать этого мальчишку. Значит и он утратит свою душу? И он станет игрушкой в чьих-то руках? Ну, уж нет! Я собрал остатки своих сил и почерпнул из сложившейся у меня в голове картины новый фолиант такой сильной ненависти, что моё перемещение не заметил даже Шао Кан. Схватив самозванца Саб-Зиро за плечи, я переместился вместе с ним далеко в горы, туда, где нас будет трудно найти. Здесь в самых безжизненных пещерах Внешнего мира слишком много кобальтовых пород, лишающих сил любого демона или колдуна, так что на время я сам стану бессилен. Но зато я смогу хотя бы раз в жизни найти правильный путь и сделать так, как просил меня Рейден.