Куратор

*** Мой новый куратор в другом отделении – миловидная женщина лет сорока пяти – была сущим ангелом. Я курировала всего одну палату, уходила в два часа дня и меня ни разу не отчитали. В общем, скука смертная. Ольгу Александровну я больше не видела. Но как же я скучала по ней! По взгляду, голосу, легкой почти незаметной усмешке на тонких губах. Несколько раз я порывалась заглянуть в бывшее отделение, но каждый раз что-то останавливало меня. Она снилась мне. Быстрые, отрывочные сновидения, после которых странно ныло в груди. Я все ждала, когда пройдет. Не проходило. Однажды в нашем отделении появилась Женя. Как всегда в приподнятом настроении она зашла в ординаторскую с заявками в руке. - Больная Костина? – спросила она. - Это моя, - я поднялась, ища историю болезни на столе. - А, это вы, - она как-то сразу стала серьезной, - идем. Женя общалась только с пациенткой и не задала мне ни одного вопроса. Она сделала запись в истории прямо в палате. - Доктор, проводите меня, - в наших отделениях двери запираются на ключ, - закроете. Я искоса взглянула на нее. Хирург была необычайно сосредоточена. Когда мы оказались у двери, она ткнула в меня бумагами: - Знаете, нельзя быть такой дурой. Я опешила. - Простите? - Ладно, Оля, - хирург покачала головой, - она всегда упрямее любого осла была. Человек всю жизнь сопротивляется своей натуре, понимаете? Обрекла себя на одиночество, - девушка вздохнула, - мне показалось, вы более настойчивы… - Вы хотите сказать, - я не поверила своим ушам. - Должна она уже встретить человека, способного пробить этот ее.., - она показала руками какую-то фигуру, - панцирь! – Женя вдруг засмеялась, - Вы ведь к ней неравнодушны, – тихо добавила хирург. Я кивнула. Женя взяла меня за плечо: - Я уверена, она сильно скучает. Сегодня, кстати, Оля уходит домой в пять, - она хитро улыбнулась. - Спасибо, - искренне поблагодарила я. *** Я ждала Ольгу Александровну у выхода из больницы. Она заметила меня, но прошла мимо. Я догнала ее: - Здравствуйте. - Что вам нужно? – сразу спросила она. - Вы, - очень серьезно ответила я, а Ольга Александровна остановилась. - Кажется, вы в прошлый раз меня не поняли, - начала она. - Нет, - перебила я, - это вы меня не поняли. Я не могу без вас. Ольга Александровна покачала головой и пошла дальше. Я двинулась за ней (не сдаваться!). Она больше не говорила со мной. Я просто шла рядом. Вместе мы доехали до метро. - Вы, что, собираетесь проводить меня до дома? – не выдержала она на эскалаторе. - Да, - я широко улыбнулась, - и всю ночь стоять под вашими окнами. Простите, но на гитаре я не играю, обойдемся без серенад. Она отвернулась. А я сдержала обещание. Умудрилась не потерять ее из виду в самый час пик и выяснила, где она живет. В подъезд я, правда, не попала. Но очень надеялась, что ее окна выходят во двор. Там я и устроилась. На качелях. В десять вечера сбегала в магазин и вернулась с едой. Холодало. В час ночи пошел дождь. Вот это мне повезло! Я, естественно, без зонтика. Благо, дождь был слабый. Моросило. Вся эта охота мне даже нравилась. Наверное, я ненормальная. К тому времени только в одном окне на пятом этаже горел свет. Хм… В два часа ночи энтузиазма у меня поубавилось. К тому же, я все-таки промокла и уже замерзла. Поднялась и начала ходить по двору в надежде согреться. К дому подъехало такси, из него вылезла какая-то парочка. Обнимаясь, они направились к подъезду. Счастливые. Может, перехватить машину? Нет. Я с грустью проводила такси взглядом. - Вы все еще здесь? – услышала я вдруг голос Ольги Александровны. Она стояла рядом в расстегнутом пальто. - Прекрасная ночь, верно? – я шмыгнула носом и взглянула на нее, - не спится? Она закатила глаза и потянула меня за рукав. - Идем. Как только мы зашли в квартиру, я поняла, насколько сильно замерзла. И тут же чихнула. - От вас одни неприятности, доктор, - заметила мой бывший куратор, протягивая мне полотенце и какую-то одежду, - ванна там. - А вы со мной? – я совсем обнаглела. - Не зли меня, - очень строго произнесла она. - О, мы уже на «ты», - я хихикнула и еле успела закрыть дверь в ванную, когда в меня полетел собственный ботинок. - Между прочим, - громко проговорила я из душа (между ванной и кухней было небольшое окно, и я знала, что Ольга слышит меня), - вы больше не мой куратор, и я не обязана соблюдать субординацию. - Ты поэтому приперлась ко мне посреди ночи? – ответила она мне с кухни, громыхая какой-то посудой. - Как я уже говорила, - я вдруг улыбнулась, - ты мне нужна. Ольга ничего не ответила. Как оказалось, мне выдали домашние штаны и футболку. А у нас почти один размер одежды. Оля была на кухне, варила кофе. - Вкусный, - я отхлебнула ароматного напитка, - спасибо. Ольга сидела напротив и задумчиво смотрела на меня. - Если я с тобой пересплю, ты от меня отстанешь? – вдруг спрашивает. - Зря ты, - я поднимаюсь, - от себя не убежишь. Ольга… уже давно не Ольга Александровна. За что ты так? Вижу, что хочешь. Чувствую, что нравлюсь. Что за странная игра? Я сделала все, что могла. Больше я в этом не сомневалась. Говорить, кажется, больше не о чем. Отправилась на поиски своей одежды. Когда я начала переодеваться, Оля появилась на пороге ванной: - Куда собралась? - Домой, - я не смотрела на нее. Молча девушка отобрала мою одежду и кинула ее прямо на пол. Я пораженно уставилась на нее: - Ты что.. Но выражение ее лица заставило меня умолкнуть. Никогда я не видела ее такой. Столько грусти и боли в глазах. Сильная и строгая Ольга Александровна? Стерва? Теребит край футболки и смотрит в пол. Мягко заставляю ее посмотреть на себя. - Прости, - тихо говорит она, - я так скучала… Притягиваю девушку к себе и нежно целую. Она с готовностью отвечает на поцелуй и первая проникает языком мне в рот. Ммм… Оторвавшись, я целую ее шею, одновременно лаская грудь. Слышу тихий стон. - А у кого-то давно не было, - язвительно замечаю я, за что тут же получаю сильный укус в плечо, - ай, аккуратнее! Оля смеется. Затем прижимает меня к стене: - Раздевайся. Я подчинилась. Ольга скидывает с себя одежду и прижимается ко мне всем телом, садится на бедро. Я вдыхаю ее запах. Чувствую мягкое упругое тело. Мы целуемся так, что у меня голова кружится. Она вся мокрая, ей хочется большего. Скольжу пальцами к низу живота, она послушно раздвигает ноги. Ласкаю клитор, сильнее, чувствительнее. Ольга изгибается с легким стоном. - Подожди, - вдруг прерывает она, - пойдем в спальню. Мы на кровати. Я жадно ласкаю ее языком, пальцами. Оля вцепилась мне в волосы. - Не останавливайся, - шепчет она, - пожалуйста. Конечно, нет. Как я могу? Она уже на грани. Чувствую, как сомкнулась мягкая плоть вокруг моих пальцев. Оля изгибается, замирает и выдыхает. Я осторожно вынимаю пальцы, не прерывая других ласк. - Иди ко мне, - она тянет меня вверх и целует в губы. Поцелуй быстро становится страстным. Мне кажется, я сейчас кончу прямо так. Ольга все чувствует и быстро спускается ниже. Ох… Ей нравится мучить меня. Она осознанно останавливается на самой грани, не давая мне закончить. Я вся дрожу, даже руки онемели. - Хватит, детка, - шепчу я, - пожалуйста. - Ты такая вкусная, - заявляет она, - я просто не хочу, чтобы это заканчивалось. - Я убью тебя… Она тихо смеется. Но все-таки доводит все до конца. Меня накрывает такой волной наслаждения, что я почти теряю сознание. - Теперь ты поняла? – шепчет, нежно целуя меня в шею. Я киваю, - я научу тебя, - обещает девушка. *** - И чего я тебя так боялась? Лучи солнца пробиваются сквозь плотные занавески. Субботнее утро. Ты смеешься: - Легко тебе сейчас говорить, - приподнимаешься на локте и быстро чмокаешь меня в губы, - а сама вся дрожала, только заметив меня, - устраиваешься на моем плече. - Это я от возбуждения, - с серьезным видом заявляю в ответ. Не выдерживаю твоего ироничного взгляда и прыскаю. Ты улыбаешься. Мягкой, теплой улыбкой. Осторожно касаюсь твоего лица: - Ты очень красивая. Молчишь. Беру твою руку – тонкие длинные пальцы – прижимаю к губам. - У каждого человека есть история, из-за которой он перестал доверять людям, - ты замираешь в моих руках, - у меня тоже есть, - целую тебя в макушку, - но это не значит, что мы должны перестать верить.