Любопытство - не порок, но оно наказуемо.

По-настоящему спокойным я ощутил себя в тот момент, когда пересек порог дома, где меня уже ждали близкие и такие забавные мафиози. Макс, как обычно, шутил на довольно пошлые темы, заставляя окружающих то хмуриться, то загибаться от смеха. Этот высокий детина, коих были единицы даже из числа довольно пугающих личностей, быстро раскрыл личность довольно славного малого. Приятное русское лицо с такими чуть округлыми чертами, небольшие глаза, словно в его роду проскользнуло пара китайцев, небесно-голубого цвета и добрый нрав - делали свое дело. Неподалеку от «Сушки», как ласково называла Макса Мария в минуты доброй воли, стоял «Жора», настоящее имя которого до сих пор остается для меня тайной за семью печатями. Этот парень, ниже меня ростом, но существенно шире в плечах, изображал отсутствие, будто не вслушиваясь в шутки своего лучшего друга, на самом деле улыбаясь, когда истории Макса переходили дозволенную для эротики черту. Практически прилипнув к главному шутнику нашего дома, стоял Jlexa с улыбкой во все свои тридцать два. Он, в отличие от остальных, был впечатляющим красавцем, которого, как я понял, в свое время хотели использовать для более серьезных целей (чуть не подумал «радужных», но в свете последних событий...), вот только этому помешала твердолобость Лехи. Простой, как пареный картофель, улыбчивый до безобразия, высокий статный мужчина с волосами цвета спелой пшеницы и глазами ярко-зеленого цвета... Впечатляющее сочетание внешности, брошенное на произвол судьбы из-за легкости мышления их владельца. Димон, которого иной раз называли «Демоном» из-за особенностей ведения его боя, сидел на стуле, прикидываясь, будто ему безумно интересно следить за внешними камерами, когда до его смены еще день или два. Он закрыл рот ладонью так, чтобы никто не видел его ухмылку на пол лица, но стоило мне только окликнуть парней, как он отлепил ее и радостно замахал мне рукой. - Рио вернулся! — хлопнул себя по колену Димон, будто без этой фразы никто бы не понял, что именно произошло. - Привет, парни, - поприветствовал я закадычных друзей. - Быстро ты, - заметил Макс, и если бы я не устал после полета, то мог бы ответить куда злее на его наглую выходку и тайный намек во фразе. - Дела быстро решились, - решил не вдаваться в подробности я, подходя к этой четверке. В кресле неподалеку вогрузился еще один знакомый мне субъект, имени которого я не знаю, но кличка «Гвоздь» быстро засела в голове. Довольно неприятный тип со своими какими-то тараканами насчет меня. Благо мы редко сталкиваемся. - Определенно, дела, - проговорил Гвоздь, фыркнув куда-то в экран. На секунду парни возле меня замолчали, впиваясь взглядом в парня. - Не обращай внимания, Рио, - предложил мне Макс. - Кстати, - резко хлопнул он в ладоши, явно получая какое-то несказанное удовольствие от самой мысли сказать это, - ты знаешь, что у дона Сильво случилось недавно? - М-м-м? - не сказать, что уж совсем не заинтересовался я. Вообще, я многого в себе не понимаю, но как бы это смешно не казалось, но объяснить или, точнее, оправдать свои действия могу. … - Ты, Рио, зря себя ругаешь, - поразила меня как-то Мария своим умозаключением. - Я не ругаю себя... - Я же вижу. Не надо отнекиваться, - усмехнулась девушка, укутавшись по самый нос теплым одеялом. - Ты постоянно тяжело вздыхаешь и вообще ведешь себя... после встречи с Армандо чуть ли не хуже, чем до. - Я многое испортил. - Глупости! — фыркнула блондинка, откинув в сторону мягкую ткань. Она нежно обняла меня сзади и уткнулась носом в плечо. - Ты не должен себя корить за случившееся, как бы нелепым оно не было. - Но... - Т-с-с, Рио. Ты — ребенок, который никогда не знал ласки, тот, кто не умел реагировать на чужие эмоции, что уж говорить о своих чувствах. Тебя делали оружием, идеальным, холодным, но просчитались, потому что, - она прикоснулась к моей груди, - внутри тебя бьется горячее сердце. Тебя нужно было лишь подтолкнуть к этому, а не водить за нос. Какое-то время мы молчали, каждый думая о своем. Я смотрел на то, как в воздухе витала пыль, словно мелкие песчинки, имеющие цель и заворожено танцуя в свете солнечных лучей. - Скажи мне, Рио... Что на самом деле тебя связывало с этой парочкой Сильво и Вернер? - Я не знаю, - честно отозвался я, уткнувшись в собственные ладони. - Но я... я думал, что имею право считать их своими друзьями. А они стали единым целым... Ха! Третий лишний. - Рио, мой бедный маленький ребенок, - ласково проговорила девушка, поцеловав меня в шею. - Мы все калеки в этом мире пороха и стального оружия. Мы калеки сердца, которое становиться слишком черствым. Балансировать между миром любви и нашим миром практически невозможно. А ты... ты из мира любви. Оставайся таким, Рио. - Это уже невозможно. Я слишком повяз. Мария ничего не сказала, никак не нарушив безмолвие в спальне. … - Рио? Ты слушаешь? - вывел меня из воспоминаний Макс, толкнув в плечо. - Да... О чем ты говорил? - Ха! Ну друган, ты даешь! - хмыкнул Леха. - Макс говорил о том, что недавно Сильво лишился еще одного бойца. - М-м-м, - слабо кивнул я, - И кого? - Какого-то мальца. Блондинистого того и противного... На «Г» звать. Сердце застучало быстрее. - Гримм, - приложил я к губам пальцы. - Как давно? - Может несколько недель назад. Просто как-то об этом старались не говорить, а до нас слушок дошел только сейчас. - Подожди, а... А Альберт знал? - Наверняка. Он же с высшем руководством общается, - окончательно добил меня Жора, задумчиво проведя большим пальцем по легкой щетине на подбородке. Не знаю как я оказался в кабинете моего бывшего лучшего друга, но очнулся я уже когда прижал его к стене, давя на горло локтем так, чтобы он и дернуться не смел. - Какого черта мне никто не сказал, что Гримм погиб? Наверное, не стоило и удивляться, что я почти тут же услышал звук взведенного курка, приставленного к моей голове. - Отпусти моего брата, Рио. - Мария, все в порядке, - ответил ей вместо меня Альберт. - Нет. Я не уберу пушку, пока Рио не перестанет тебя душить! - Детка, - цокнул я языком, впервые используя такое к ней обращение, - это наше с ним дело, и ты тут лишняя. - Как обычно - дела членов, - скривилась девушка. - Но давайте, вы просто сядете и обсудите все, высказав претензии? - Давай для начала выясним, что твой револьвер, при выстреле, не только меня убьет, но и заденет твоего брата... - Фак! И зачем я тебе лекцию проводила на эту тему, - воскликнула Мария, тут же покинув помещение. Я отпустил Альберта, морально сдувшись. Он потер шею и чуть ослабил галстук, прежде чем спросить: - Успокоился? -Да. - Ты… - он почти прикоснулся к моему плечу, но остановился на полпути. - Отстань. Блондинка вернулась уже с обычным пистолетом и, увидев нас, отчаянно застонала: - Ну вот... Все веселье закончилось. Как съездил, кстати? - Нормально, - сложил руки на груди. - Пытался защищаться, но мне кажется, что сыночек мафии и его сестра не поняли, что далеко не все всю жизнь будет по их указке. - Подожди, - замерла Мария. - Ты им отказал? - Не прямым текстом, но намекнул, что так легко я не сдамся. - И что такого ужасного они тебе предложили? - как бы невзначай поинтересовался у меня Альберт, разбирая документы на своем столе. - Какая разница? - фыркнул я. - Подожди, - присела рядом со мной девушка, ласково прикоснувшись к колену. - Скажи нормально, о чем вы там разговаривали? В бурные подробности я вдаваться не стал, но так вкратце обрисовал сложившуюся двусмысленную ситуацию. - Очень плохо, - наконец отозвалась Мария, когда я закончил. - Оно и понятно... - Нет, Рио, ты не понял! Все очень серьезно! - воскликнула девушка, и я посмотрел на ее брата, лицо которого тоже не выражало ничего хорошего. - Ты не просто им нагрубил, ты еще и меня в это втянул! - Подожди, я... - Ты не понимаешь, Рио! Это все - несерьезно, - она обвила нас руками. - Это все - глупости. Ты не имел право говорить, что я - твоя девушка... Ты идиот! На столь прекрасной ноте, когда я безумно желал провалиться под пол, она выскочила в коридор. - Ты тоже будешь меня обвинять? - повернулся я к Альберту. - Нет, - неожиданно ответил он. - Ты прекрасно знаешь, что многое тут игра с собственными чувствами. Но совершенный тобой шаг еще может нам аукнуться, причем неплохо так. Я нахмурился. В груди к щемящему чувству обиды прибавилось опасение... *** За окном моросил дождь, окрашивая улицу в тесно-синие цвета, и в душе медленно распускалась грусть. Капли били по стеклу, оставляя мокрые следы, словно бы водя пальцем по прозрачной поверхности в надежде сплести великолепный узор. Мария стала возле окна, кутаясь в легкую накидку бурого цвета, и ее взгляд был устремлен куда-то далеко за пределы видимости туманного вечера. - Знаешь, Рио... - нарушила она тишину, заставив меня замереть, потому что я не хотел ее тревожить и надеялся выйти незамеченным из комнаты прежде, чем мы заведем очередной бессмысленный разговор, приносящей боль только мне. - Я хочу, чтобы после смерти мое тело сожгли и развеяли прах над могилой матери. Я внимательно посмотрел на девушку, чей стройный стан в блеске лучей полумесяца казался мистически-невесомым. Она не поворачивалась в мою сторону, но я ощущал, как Мария до боли кусает губы, пытаясь остановить рвущуюся наружу правду. Я не отвечал, предполагая, что последует продолжение, и оно не заставило себя ждать: - Мы с Николаем (а это его настоящее имя, в отличие от нелепого «Альберт», словно бы он какой-то дворецкий), в свое время не имели никакого существенного отношения к этому миру. В отличие от тебя - наши родители никак не были связаны с мафией... и с полицией тоже. Моя мама была обычным поваром в ресторане, отец же подрабатывал грузчиком, получали они гроши, но нам хватало. Никто не жаловался. Присев позади нее в кресло, я приготовился слушать. - Однажды, - девушка всхлипнула, и я безмерно удивился этому, ведь кто-кто, а Мария не представлялась со слезами на глазах, - мама задержалась дольше обычного и при выходе с работы (обычно у ресторанов есть задние двери на различные цели) увидела, как одного парня избивают пятеро мужчин. Тогда в России еще и слыхом не слыхивали о телефонах, а если такое и было - то в столице, а не в нашем захолустном городишке. Ее поймали, как свидетеля... Она не успела убежать, потому что... Кто знает по какой причине. В общем... ее убили, а детей решили забрать из семьи, раз уж так все вышло. Тогда моему брату было четыре, а мне всего три. - Обычно же на такие семьи... - Да, не обращают внимания. Ну, остались без одного родителя... Ну, если что у них есть отец... Вот только на тот момент уже папа слег с раком в больницу, - Мария повернулась ко мне лицом, ее глаза сверкали в полумраке комнаты. - Рак горла. Даже сейчас это очень серьезный диагноз. - Но я не вижу логики... Зачем им дети, оставшиеся без родителей, - логика действий мафии в их случае ускользала от меня. - Все легко и просто, Рио, - девушка на мгновение замолчала, до белых костяшке пальцев сжав плотную ткань накидки. - Они нас пожалели. Безумная улыбка коснулась ее великолепных губ.