Переписать окончание сказки

В отличии от Яна, который пытался стать своим в доску парнем, из-за чего всех только сильнее раздражал, Аскольд выбрал другой путь. Он больше молчал, а когда его попросили показать, что он может, то он просто скромно опустил глаза и немного потанцевал. Несмотря на довольно широкие плечи, наверное, от постоянного физического труда, он двигался очень красиво и легко. Так что даже Глеб оценил то, какой новенький все же одаренный. - Да я просто в клубе был первым танцором,- проговорил скромно блондин.- Хотя это и танцами было трудно назвать. - Ты отлично двигаешься, не скромничай,- ответил Никита.- Я чувствую серьезную угрозу в твоем лице. Аскольд сразу принялся убеждать его в обратном, но тот лишь улыбнулся. - Да я пошутил. Здесь уже дело лично каждого в том, на кого ему смотреть. Деньги получают все равно все. Так что лучше старайся. - К тому же, ты красавчик,- проговорил Стас, растянувшись на небольшом диванчике, который вмешал всего лишь половину этой тучной фигуры. - Вы меня захвалили. - Очень необычный цвет глаз. - Да, мама сказала, что это из-за детской травмы. Вроде бы во время родов что-то произошло, вот глаз и стал таким вот…- он указал на светло-карий глаз. - Это довольно необычно. Посетителям точно понравится. А уж танцуешь ты хорошо. Аскольд только улыбнулся. Как для человека из маленького поселка городского типа, он был слишком необычным. Необычный свет глаз, неестественный светлый цвет волос, хотя парень уверял, что он никогда не красился и не осветлял волосы, необычное имя… Он тоже заметил, что имя Самсона не совсем русское, однако ничего не сказал по поводу своего имени. Почему-то об этом он решил умолчать. Интересно, он тоже изменил его, или его и правда так нарекли? Ему бы больше подошло Емеля или Степан, но никак не Аскольд. Оно и не русское вовсе. Но для стриптизера, как клинка, тоже сходится. Многие и имя Самсона предпочитали считать кличкой. Но, что делало его более привлекательным в глазах самого замкнутого мужененависника, он не торопился заводить дружбу. Он тоже сторонился всех, иногда общался с одинокими танцорами на курилке или в комнате, но больше проводил время в одиночестве, ходя по коридору или сидя на ступеньках, ведущих на второй этаж. Однажды, блуждая по коридорам, он зашел в подсобку и увидел там Яна. Тот сидел спиной к двери и лицом к окну, так что не видел пришедшего гостя. Он поднял огромную иголку, после чего поднес ее к лицу. Самсон как раз в этот момент хотел взять свою куртку, чтобы выйти покурить. За это время он слишком пристрастился к сигаретам, но никто не пытался отговорить его от этой вредной привычки. Он увидел Аскольда, замеревшего в дверях, но не окликнул его, а просто подошел поближе. В этот момент Ян спокойно коснулся своего уха и быстро проткнул его с такой силой, что даже кровь не пошла, начиная капать лишь тогда, когда он резко вырвал ее из тела. Крика не последовало, скорее тихий-тихий вздох, похожий на стон во время оргазма. - Ян,- позвал тихо Аскольд, заходя в комнату.- Что ты делаешь? - Что?- спросил удивленно парень, словно и не понимал, что сейчас с его уха на майку капает кровь и оставляет недвусмысленные следы.- А, это ты. Аскольд? - Да, это я. Ты только что… - Что?- Ян проследил взглядом за глазами пришедшего, и словно впервые увидел у себя в руках иглу, перепачканную кровью.- А, это. Это ничего. - Ничего? Ян, ты только что… - Что? А, ты об этом?- он коснулся своего раненого уха.- Не переживай, это ничего не значит. - Как не значит?- спросил грозно Самсон, замирая на пороге.- Ты покалечил себя. - Самсон…- Аскольд попытался как-то заслонить Яна, чтобы его не было видно, но все это было тщетно. Метис уже все увидел. - Ты что, больной? Ян удивленно посмотрел на своего собеседника и опустил глаза. - Никому не говорите, пожалуйста. - Что у тебя с головой? - Я… не виноват. - Что значит не виноват? Какого черта?!- кричал Самсон, пока Аскольд доставал платок и попросил Яна приложить его к уху, чтобы остановить кровотечение. - Я не могу без этого,- ответил тот, еще ниже опуская голову.- Извини… - Тебе не за что извиняться…- проговорил Аскольд, и на его лице отразилась боль и сострадание. Он переживал за этого человека, даже понимая, что ничем не может ему помочь и никем ему не приходится. - Нет уж, пусть объяснит,- велел брюнет.- Какого черта ты себя калечишь? - Я не могу без этого… - Пожалуйста, не надо вопросов. Не сейчас,- проговорил блондин. - Нет, сейчас. Этот дурак калечит себя. Я знал, что он сумасшедший. Знал ведь, что дырок становится больше. Знал ведь! - Не кричи, пожалуйста,- попросил Аскольд.- Лучше не привлекать внимания. Пожалуйста. - Ты знал об этом? Знал? - Нет, я увидел это только сейчас,- ответил тот.- Давай без крика сядем и все обсудим. Прошу тебя. На мгновение повисла тишина, но твердый взгляд Аскольда заставил метиса передумать кричать и сесть, чтобы спокойно все обсудить. Он сел на диван, где когда-то впервые познакомился с Максимом, который иногда сидел с танцорами в комнате, а временами вообще не появлялся. Потом он вздохнул и уставился на Яна. Аскольд остался на ногах, скрестив руки на груди. - Итак. Рассказывай. Ты и других иголками колешь? - Нет,- ответил тот, качая головой.- Я… немного… Он схватился за ухо и принялся крутить мочку. Тонкие иголочки от сережек впились в кожу, причиняя странное удовольствие. - Я редко… - Ты больной. - Не тебе ставить ему диагнозы,- ответил Аскольд.- Я видел и не такое в школе. Самсон умолк, глядя на блондина. У него было доброе сердце, но и дух был силен, это было заметно сразу. - Расскажи, что случилось? - Я… Отчим. Отца я не знал, нас воспитывала мама. Меня и старшего брата. Он умер в автокатастрофе, когда я был еще в школе. Мы никогда с ним не ладили. Он иногда приходил пьяный… Но… Брат защищал нас. Когда его выгнали из дома, ему уже было восемнадцать, но мы поддерживали связь. Когда он погиб…- голос Яна дрогнул, но потом он продолжил.- Мать и меня не пустили на похороны. Отчим не пустил. Потом мама узнала, что ждет еще одного ребенка. И тогда… Отчим добрался до меня. Каждый день он… причинял мне боль. Все время. Резал руки, прокалывал уши… Первый раз это был гвоздь. Он избивал меня до тех пор, пока я не смог подняться… А потом взял молоток и гвоздь и… Вбил его. Аскольд подошел поближе к Яну и коснулся его руки. - После этого… Каждый день… Я привык. А потом… Потом понял, что теряю себя каждый раз, когда не испытываю боль. Мне кажется, что я не живу. Мир перестает быть реальным… Поэтому иногда… Они заживают, и я снова прокалываю… - А твой отчим?..- спросил Самсон, понимая, что в какой-то степени они с Яном тоже были похожи. Почему-то все зло исходило от отцов и отчимов, это было заметно. - Когда я стал взрослее, старшеклассники взяли меня в свою группу и мы вместе прогнали его. Он больше никогда не появлялся в нашей жизни. Но Марта болеет. Ей нужны деньги, операция… И в этот момент появился Касим. Так я оказался здесь. Только прошу, не рассказывайте никому! Иначе я не смогу остаться здесь! - Ты просто мазохист,- проговорил Самсон. Но первые моменты гнева прошли, так что теперь он мог мыслить здраво. Благодаря Аскольду. - Я не мазохист… - А кто же ты тогда? - Самсон,- окликнул блондин.- Никто не будет об этом вспоминать. Никто больше не скажет об этом. Никому. - Я не разглашаю чужие секреты. Просто хочу быть уверенным, что мне никто не будет угрожать,- проговорил метис, понимая, что это звучит как оправдание. - Самсон, прекрати. Сколько Ян уже здесь? Месяц? И ничего не произошло,- проговорил Аскольд.- Не бойся, Ян. Все будет хорошо. - Спасибо вам, друзья. Я правда не хочу, чтобы меня считали психом. - Никто так не считает. У всех свои тараканы. Так что это выбор каждого лично. - Я не хотел этого. - Я знаю. Никто не хотел. Не бойся. Я буду молчать. - А что делать с остальными?- поинтересовался Самсон. Этот парень со светлыми волосами и сильным духом в какой-то степени привлекал метиса. Рядом с ним было спокойно. И главное, рядом с ним брюнет чувствовал себя… понятым. Он никогда бы не рассказал о себе все, и надеялся, что Максим тоже молчал, однако почему-то ощущал, что Аскольд бы понял его. В какой-то степени. - Им знать не обязательно,- ответил блондин.- Они и не узнают. - Ты уверен? - Это не опасно. И это секрет. Я могу верить тебе, Самсон? Метис посмотрел на него. - Хорошо,- кивнул он.- Я не скажу. Но больше не пытайся делать это здесь. Понял? Дома развлекайся. Или на улице. - Самсон! - Я скоро вернусь,- брюнет схватил куртку и достал оттуда сигареты и зажигалку.- Покеда. Аскольд ждать не стал. Он просто поднялся и, приободряюще кивая Яну, вышел из комнаты. - Курить вредно, ты знаешь? - Не тебе меня учить,- ответил тоном старшего подростка Самсон, выходя из здания. - Ты всегда так отвечаешь? Почему ты так не любишь людей? - Кто сказал? По-моему, ты слишком часто лезешь не свое дело. - А ты никогда не думал, что люди хотят делиться своим прошлым и мыслями с другими людьми? Не думал? - К чему ты ведешь? - К тому, что люди – это живые создания. И им свойственно объединяться в группы и искать родственные души. Ясно? И если ты замкнутый, это не значит, что все такие. Некоторым достаточно просто того, чтобы их выслушали,- Аскольд остановился, чтобы посмотреть на Самсона.- Порой этого достаточно. - Я не вижу смысла… - Ты считаешь? Думаешь, так легче? Держать все в себе, держаться особняком, жить так, словно ты один живой среди мертвецов. - Я так не считаю! - А как ты считаешь? Думаешь, все живут по такому принципу? Всем сложно. Всем трудно. У каждого своя история. Но есть те, кто способен понять. - Как тебя? Тебя поняли, что ты оказался здесь? - Ты не знаешь, почему я здесь. Как и я не знаю, почему здесь ты. Я не требую у тебя ответов. Но если тебе нужен друг – я готов стать им. Если ты пожелаешь. - Если я пожелаю… - Да,- Аскольд протянул руку, сверкая разноцветными глазами.- Будем друзьями? - Я не умею дружить. - Иногда это проще, чем ты думаешь. Максим считает тебя другом. И я хочу считать тебя другом. - Я могу… - Мы можем ошибаться, я знаю. Поэтому можно заранее простить все ошибки. Готов? - Пока нет. Но я хочу попытаться,- кивнул Самсон, протягивая руку. Коснуться чужой руки другого мужчины было довольно трудно, но он перетерпел это. И правда была уверенность, что все будет хорошо. Аскольд был уверенным в себе, сильным и верным, ему можно было верить, а он так красноречиво рассказывал о секретах других людей, что даже Самсон ему поверил. У каждого здесь была ужасная история, о которой они молчали и из-за которой оказались здесь. Даже у такого весельчака и раздражающего человека как Ян, оказалась ужасная история. Может, у Аскольда тоже есть такая. Может, они с Яном, Максимом, Олом и другими не так уж и расхожи? Может, они все же смогут понять и поддержать друг друга?