Das Maerchenbuch

Ночью тихой вышла из чертог подземных, утирая слёз солёных горечь. Хоронить я вышла сладость ночей вешних, боль свою и радость — первую любовь. И любовь я схоронила под цветами теми, что лишь в полную луну цвет дают небесный. Папоротника листья пусть любовь мою укроют, сохранят навеки. Только стражей зорких взгляды больно ранят, клёкот в поднебесье боль мою облегчить не даёт слезами. Вьются, вьются в небе, в лунном свете стражи. И дерутся яро, кровь роняя алу. Я же плачу тихо, плачу я кроваво. Чёрное проклятье надо мною вьётся двумя сокола́ми. Помню повстречала я в лесу, в наступлении ночи первую любовь свою. Распахнулись очи, застучало сердце, только всё обманом обернулось после. Лес дремал спокойно, звери сладко спали, и спасти никто не сумел меня. Взвились в небо с криком оба сокола, а потом упали в подземелье страха, и в глубины бездны затянуло нас. И любовь моя — подземелья царь. И лежали мы на камнях холодных, на краю, у пропасти — пропасти бездонной. И сказал он мне, чтоб взглянула вниз — в бездну страха, в смерть, что отныне власти надо мной не имела боле. Проклял он меня и оставил подле, соколов жестоких в стражу он мне отдал. И смотрю я в смерть, коей так желаю, но проклятье жизни вьётся надо мною двумя сокола́ми. И пока пелена не падёт, Пока не падёт тишина, Оставайся рядом, Но не тревожь меня. Пока зима не придёт, Пока не рассветёт, Оставайся рядом, Но не тревожь меня, Не буди меня, Смерть моя.