Начало

Вышло так, что вместо того, чтобы стать важной частью новосформированной группы НЕСТ, я стала их, как бы так правильнее подобрать термин, «девочкой на побегушках». Когда кому-нибудь что-нибудь нужно было передать в другую часть базы, это делала я, когда кому-нибудь нужно было доставить что-то из города, это делала я. И даже если кому-нибудь нужно было занять денег, снова таки обращались ко мне. Вскоре ко мне пришло осознание того, что пока я всего лишь обычный человек, это была самая большая помощь, которую я могла оказать, по крайней мере, пока что. Уже прошел целый месяц с того дня в Мишен Сити, и с тех пор нам совершенно нечем было заняться. Сэм, Микаэла и я были временными гостями на базе, до тех пор, пока всё не уляжется. Присутствие моих друзей помогало мне избавиться от стресса, ровно, как и справляться с моими обязанностями. Мы делили между собой всю работу, которой, кстати, было довольно много. На протяжении этого времени мы так же много зависали с Джазом, а так как Сэм всегда был с нами, то Би тоже был рядом. С Джазом я стала, прямо-таки, не разлей вода. Я даже ловила себя на мысли, что мы с ним становимся как я и Сэм; мы делаем всё тоже, что привыкли делать с Сэмом. Среди всех автоботов Джазу я доверяла больше всех. С Айронхайдом мы тоже стали намного лучше уживаться, время от времени, подтрунивая друг над другом. А ещё я «познакомилась» с его пушками, ведь он так любит ими хвастаться! Что касается Оптимуса, практически, мы с ним не общались. Он постоянно был занят тем, что тренировался, или секретничал с Ленноксом о чем-то, во что я даже не была посвящена. Это в любом случае связано с тем, что нам пришлось пережить в Мишен Сити тогда. Я думала мы станем друзьями. Но сейчас я даже не могу назвать нас этим словом, потому что всё наше общение сводится к редким «Привет!» и «Доброй ночи!». С другой стороны это ещё больше подначивает меня всё-таки подружиться с Оптимусом Праймом. А почему нет? Он создает впечатление уравновешенной личности, и он как минимум, может стать хорошим собеседником и советчиком. Хотя бы я могу попробовать.

***

— Сэм! — я вбежала в его комнату, запрыгивая на кровать. Ошарашенный, он подпрыгнул, завопив и ударив меня по руке.  — Ауч! — вскрикнула я и ударила его в ответ.  — Делия! Ты не можешь вот так врываться в комнату к мужчине. Нужно стучать, предупреждать! — зарычал он, заваливаясь обратно на подушки.  — Давай же! У нас много дел! — улыбнулась я, пытаясь снова его поднять. После того, как мне всё же удалось его поднять, мы встретились с Микаэлой и принялись за работу. Мы доставили несколько документов каким-то людям от Леннокса, помогли Эппсу с проектом, над которым он работал, и помогли в столовой. Наступил полдень, и мы решили пообедать; втроем мы направились в ангар автоботов. Би, Джаз и Айронхайд как обычно ждали нас, а вот красно-синий тягач стоял в углу. Оптимус здесь? Моё сердце пропустило несколько ударов, пока мы спускались по лестнице, направляясь к трём автоботам. Би весело напел:  — Эй, капитан! Всегда рад тебя видеть! Мы заулыбались Би, садясь и разворачивая свои ланчи.  — Вы белковые такие скучные, каждый день делаете одно и то же. Как вы так живёте? — хмыкнул Айронхайд.  — Заткнись, Хайд! — я показала ему язык. — По крайней мере, я делаю хоть какую-то работу, а не просиживаю задницу днями напролёт. Продолжай в том же духе, и ты станешь жирным! Айронхайд наигранно обижено ответил:  — Вы так ужасны для меня, белковые. Даже после того, как я спас вашу планету! Где уважение? Закатив глаза, я хихикнула и бросила в него кусочек еды:  — Истеричка. Джаз и Би прыснули, а вот Сэм и Микаэла общались о чем-то своем и совершенно не обращали на нас внимание. Я покончила со своим сэндвичем и взглянула на одиноко стоявший Питербилт.  — Эй, ребят! — прошептала я, заставив троих ботов и даже Сэма и Микаэлу обернуться. — Почему Оптимус сегодня здесь? Разве он обычно не тренируется и всякое такое?  — Ну, — начал Джаз, — может, он решил взять передышку. Рано или поздно она всем нужна.  — Разве это нормально, что он там один? — нерешительно спросила я, чувствуя неловкость. Ведь никто не должен оставаться один.  — Может он захочет присоединиться к нам? — обратилась я к Джазу.  — Прайм! — выкрикнул Айронхайд. — Маленькая человечка интересуется, не хочешь ли ты присоединиться к нам вместо того, чтобы сидеть там, в углу, как отшельник? — последнюю фразу он сказал гораздо тише. Моё лицо приобрело свекольный оттенок. Я же не ожидала, что он вот так вот моментально отреагирует на мои вопросы! Знакомый звук трансформации разнесся по ангару. Несколько тяжелых шагов сотрясли землю. Обернувшись, я увидела Оптимуса направляющегося к нам.  — Полагаю, это будет интереснее, чем быть отшельником, — он глянул на Айронхайда. Тот, в свою очередь, расплылся в улыбке и посмотрел на нас. Я была так занята наблюдением за Хайдом и Оптимусом, что не обратила внимания на то, что делала в этот момент. Я поднесла кусочек еды ко рту, но вместо этого случайно укусила себя за указательный палец.  — Ах ты ж блять! — вскрикнула я, потирая палец.  — Увлекаешься каннибализмом, Делия? — засмеялся Джаз. Я показала ему средний палец в ответ.  — Эй! — внезапно мне пришло в голову. — Ребята, мне вот интересно, а что вы едите? Ну, какой-нибудь эквивалент нашей еде? Джаз и Айронхайд одновременно ответили:  — Энергон.  — И это всё, чем вы питаетесь?  — Ну, не сказать, что мы именно едим, — начал Джаз, — мы скорее потребляем энергон как источник энергии. В принципе, это как еда, но не совсем. Понимаешь о чем я, Ди? Я кивнула.  — Как вы можете жить без вкуса? — изумленно спросила Микаэла.  — Мы роботы, — в лоб ответил Айронхайд.  — Не может быть! А я думала вы огромные бумагоизмельчительные машины! Мой мир теперь не будет прежним! — саркастично подметила я, переходя к конфетам. Айронхайд проигнорировал мой комментарий.  — Теперь у меня есть вопрос для вас: почему белковые облачают себя в материю?  — Ты имеешь в виду носят одежду? — спросил Сэм и получил утвердительный кивок от Хайда.  — Ну, — продолжил Сэм, — люди боятся и стыдятся быть голыми. Это считается табу. Только твоей второй половинке, любимому человеку, можно видеть тебя полностью обнаженным.  — Почему? — пытливо поинтересовался Оптимус.  — Это считается привилегией, чем-то особенным. Для нас, наши тела — это наши святилища, и мы пускаем в них не многих. Мы одеваем себя, и позволяем увидеть себя без одежды только своим любимым, — улыбнулась ему я.  — Странно, у нас ничего подобного нет, разве что кроме искры. На Кибертроне мы так же показываем свою искру лишь одному, — пробормотал Оптимус, уходя куда-то глубоко в свои мысли.  — Ну, я думаю, мы в этом плане намного сложнее вас, — я заулыбалась.  — О да! Это заметно! — фыркнул Джаз. Я кинула своей конфетой в него. Маленькие кусочки разлетелись по всем сторонам, а один даже стукнулся об его оптику. Он мягко толкнул меня пальцем, и я откатилась немного назад. Все засмеялись, и я в том числе.  — Делия, Сэм, Микаэла? — Джаз привлек наше внимание, — А на что похожа людская жизнь?  — Что ты имеешь в виду? — спросил Сэм.  — Ну, как она выглядит? Что вы, люди, любите делать?  — Хм-м… Это довольно-таки обширный вопрос. Делия? Хочешь начать? — обратился ко мне Сэм.  — Ну, например, лично я люблю рисовать, слушать музыку, бегать, эммм…  — Что такое музыка? — озадаченно взглянул на меня Оптимус. Моя челюсть отпала.  — Вы не знаете, что такое музыка?  — Ну, — он издал звук, похожий на то, будто он прочистил горло, — на нашей планете не было необходимости в большом количестве музыки. Мы об одном и том же говорим?  — Легче показать, чем объяснить, — я нащупала свой IPod. Я достала его, выбрала первый попавшийся плейлист и перемешала песни; Quiet Hounds -Calling All Gamma Rays зазвучала из малюсеньких динамиков. Все автоботы приподняли головы, внимательно вслушиваясь в песню. Немного погодя я переключила песню. В этот раз заиграла Linkin Park — Iridescent, и казалось, автоботы ещё больше заинтересовались. Последней я поставила Excision & Savvy — Sleepless (Original Mix). Глаза автоботов расширились.  — Что это? — пораженно спросил Айронхайд.  — Это называется дабстеп, — я улыбнулась, — один из стилей, которые я больше всего люблю слушать.  — Эти звуки, — пробормотал Джаз, — они так похожи… Он запнулся и закрыл оптику, вслушиваясь в песню. Оптимус так же находился словно в трансе. Он не произносил ни звука, всё так же продолжая сидеть и слушать мелодию. Би восторженно застрекотал и захлопал в ладоши.  — Ну что, вам понравился дабстеп? — захихикала я, выключая айпод, и услышала стон разочарования от Джаза. Би задорно закивал головой:  — Я люблю это!  — Мне тоже нравится, — угрюмо признался Айронхайд. Оптимус молчал. Я повернулась к нему и ткнула в прочный корпус. Он взглянул вниз на меня, и снова от его оптики моя кожа засияла голубоватым светом.  — Что ты скажешь, Оптимус?  — Должен признаться, это привело меня в некое восхищение. Я улыбнулась:  — Вам нужно немного раскрепоститься и расслабиться, Мистер Я-предводитель-автоботов-так-что-я-всегда-серьезный-Прайм.  — Это то же самое, что попросить Мегатрона сражаться на нашей стороне, никогда не свершится! — насмешливо фыркнул Айронхайд.  — Боюсь, Айронхайд прав в своем заявлении. Я не могу позволить себе раскрепоститься, моим солдатам, так же как и людям, которых я защищаю, нужно, чтобы я был всегда решителен и сконцентрирован. Моё раскрепощение может всех нас подвергнуть опасности.  — Оптимус, всем нужен отдых, — с тревогой ответил Сэм.  — Когда в последний раз ты брал выходной? — спросила Микаэла. Даже не смотря на то, что наши вопросы остались без ответов, все поняли — это было очень давно.  — Ну, тогда решено! Завтра у нас у всех — выходной! — улыбнулась я. Оптимус покачал головой:  — Я не могу себе позволить…  — Это было не предложение, — мы с Сэмом одновременно перебили его. Оптимус вздохнул, потирая переносицу. Кажется, он всегда делает это, когда нервничает.  — Не переживай так, Прайм! — улыбнулась я. — Завтра вы все расслабитесь и классно проведете время! Я взглянула на часы — 1:13. Бля.  — Ладно, ребята, мы официально опоздали на работу. Идемте! — прикрикнула я, уже направляясь к дверям.  — Увидимся, парни, после работы! — напоследок крикнула я автоботам.

***

Я, Сэм и Микаэла закончили работу уже после ужина. Мы успели что-то перехватить ещё в столовой и быстро умчались в ангар к автоботам. Рэтчет тоже присоединился к нам, и мы все сидели снаружи, глядя на заходящее солнце. Мне довольно быстро стало скучно, и я поплелась внутрь, тут же заметив Оптимуса одного, снова. Я подошла к грузовику и постучала по решетке.  — Оптимус?  — Да? — донесся его баритон из кабины.  — Почему ты всегда сам по себе? — спросила я.  — Я не всегда сам по себе.  — Ну, со стороны кажется именно так, — сделала заключение я.  — Почему ты так решила? , — спросил он; любопытство слышалось в его голосе.  — Каждый раз, когда я тебя вижу, ты либо тренируешься один с манекенами, либо обсуждаешь планы битв с Ленноксом, или просто сидишь в этом углу, — объяснила я.  — Было бы лучше, если бы я был более общительным? — он спросил у меня.  — Думаю, да. Хуже точно не было бы. Ты не можешь всегда быть таким со своими солдатами.  — Признаюсь, обычно я не столь антисоциальный; но так много всего произошло за последнее время, что сейчас я совершенно не чувствую себя расположенным к общению, — вздохнул он. Бедняга. Мне стало жаль его; должно быть очень тяжело стоять во главе чего-либо.  — Эмм, ты не возражаешь, если я составлю тебе компанию? — я нервно закусила внутреннюю сторону щеки. Грузовик зажужжал, словно раздумывая; дверь со стороны пассажирского места приоткрылась, и я восприняла это как согласие. Я забралась внутрь и устроилась поудобнее, осматривая салон. От гладкой кожи до сложного радио, всё было таким Оптимусовским. Или хотя бы, исходя из того, что я знала о нём, его салон очень подходил его личности.  — Так… — начала я, — а как давно началась эта война? Как вы жили до войны? Кем ты был до того, прежде чем стать Праймом? Я услышала шипение кондиционера и предположила, что это было равносильно вздоху Оптимуса.  — Война началась много тысячелетий назад, на моей родной планете Кибертрон. Я был молодым ботом, и очень наивным. Меня звали Орион Пакс. Я работал в порту, где помогал отгружать и складировать энергон. Я был очень счастлив в то время, будучи обычным ботом. Тогда наши технологии не были так развиты, как сейчас. Мы не умели трансформироваться или летать. Так что когда пришел Мегатрон и десептиконы, мы все испытывали некое благоговение перед ними. Я заметила, что Оптимус на секунды задумался над чем-то, а затем продолжил свой рассказ: — Однажды, я как обычно работал со своими друзьями, Ариэль и Дион. Я услышал суматоху снаружи и вышел посмотреть, что случилось. Я увидел Мегатрона и множество вагонеток заполненных каким-то материалом, как я предположил. Он спросил у меня, могу ли я взять его материалы на хранение в один из пустых ангаров, и я согласился. Когда мы вошли в ангар, он спросил у меня, что мы храним здесь. Энергон, я ответил без задней мысли. Позже он внезапно атаковал нас, убив меня и Ариэль. В его баритоне я едва смогла расслышать долю тоски и боли. Они были в романтических отношениях? Я не смогла его спросить. Он ведь даже не знал меня, и я очень сомневалась, что он смог бы настолько открыться какой-то человечишке.  — Нас нашли и доставили к Альфа Триону, который восстановил и капитально перестроил меня. С того самого дня я стал известен как Оптимус Прайм. Я спросил у него, сможет ли он тоже самое сделать с Ариэль. Он ответил, что попробует. И у него получилось. Ариэль стала Элита 1. Я вознамерился остановить Мегатрона. В тот день я поборол его и прогнал. С тех пор мы стали заклятыми врагами. Я молчала. Что я могу сказать? Мне жаль? Не думаю, что это как-то поможет ему. Я мысленно вздохнула.  — Оптимус, я, я не знаю, что сказать, кроме того, что ты храбрый автобот и всё делаешь правильно. Я знаю, что тебе пришлось в своё время много чем пожертвовать, и я вечно благодарна тебе за это, — я погладила приборную панель, не зная, что ещё можно сделать. — И, если тебя это утешит, я знаю, как ты себя чувствуешь. Я знаю, каково это терять близких тебе людей.  — М-м? — Оптимус задал невербальный вопрос.  — Я…Ну, когда я была маленькой, около двенадцати лет, моих родителей убили. К счастью у вас, автоботов, есть второй шанс на жизнь, способность к перестройке и ремонту. В то время как мы, люди, не имеем такой роскоши. Если тебя не стало, то тебя не стало. На Земле не существует способа отменить смерть; это, фактически, одна единственная необратимая вещь на этой планете. Мы с Оптимусом молчали, переваривая информацию. Я взглянула на циферблат радиочасов, зеленые цифры подмигивали мне. 10:17. Как по сигналу у меня вырвался легкий зевок.  — Думаю, мне пора спать. Спокойной ночи, Оптимус, и спасибо тебе. Я действительно очень рада нашей беседе. Я улыбнулась и ещё раз погладила панель, прежде чем выйти из машины и направиться спать. Все остальные автоботы уже давно «спали». А вот Сэма и Микаэлы нигде не было. Наверно уже ушли отдыхать. Я поднималась по лестнице, как услышала голос Оптимуса. — Делия, — его голос словно погладил мою кожу.  — Да? — я обернулась, устало улыбнувшись ему.  — Наша беседа мне тоже принесла удовольствие. Спасибо за то, что выслушала.  — Не за ч…  — И, — он перебил меня, — я был бы рад чаще так беседовать в будущем. Спокойной ночи, — он потушил фары и заглушил двигатель. С улыбкой от уха до уха, я проделала весь путь до своей комнаты и запрыгнула в постель. Заснула в ту ночь я так же с улыбкой.