Начало

Моё сердце учащенно билось, пока я спешно приводила себя в порядок, готовясь к предстоящему дню. Кольца, висевшие на моей шее, постоянно напоминали о вчерашнем вечере, и рука сама тянулась к ним. Помимо волнения, которое они вызывали в моей груди, было ещё что-то…нечто, что я не могла пока что распознать. Единственное, чего я хотела сейчас — это поговорить с Оптимусом. — Оптимус, — прошептала я его имя кольцам; гравировка засветилась голубоватым. Но, не получила ответа. Я снова повторила его имя. Ничего. Наверно, он ещё в оффлайне. Я тешила себя этой мыслью, пока спускалась в холл. Сегодня у меня был выходной, у Сэма и Микаэлы тоже. Так что мы решили хорошенько отдохнуть сегодня. Леннокс должен был вернуться на базу и передал мне сообщение, что хочет переговорить со мной после обеда. Когда Эппс сказал мне об этом, я почувствовала, как сердце на минуту пропустило удар. Обычно, такие разговоры не сулят ничего хорошего. Остаток пути до ангара я пыталась выкинуть эти мысли прочь из головы. Я вломилась в двери, и направилась к автоботам, которые во всю что-то обсуждали. Все, кроме Оптимуса. Его не было в ангаре. Чёрт. Все разговоры и перешептывания стихли, что весьма насторожило меня. — В чем дело, ребята? — неуверенно спросила я. Би грустно зажужжал и погладил меня пальцем по спине. Айронхайд просто развернулся и ушел. Я посмотрела на каждого в надежде, что хоть кто-то мне объяснит, что происходит. — Знаете, вообще-то от друзей ничего не скрывают, — проворчала я, скрещивая на груди руки. — Да мы и ничего не скрываем, так, пустяки, Ди, — Сэм улыбнулся и обнял меня. Я неловко обняла его в ответ, и всё же ему удалось перевести тему. Остаток дня прошел так же странно, как и его начало. Все автоботы как-то подозрительно вели себя при мне, даже Сэм и Микаэла. Никто не упомянул ни слова об Оптимусе за весь день, даже когда я несколько раз как бы невзначай интересовалась, где же босс. Было около трёх, оставался час до возвращения Леннокса, когда, наконец, явился Оптимус. Он вошел в ангар, оптика устремлена куда-то вперед. Я широко улыбнулась и побежала ему навстречу. — Оптимус! Но тот продолжил свой путь, даже не взглянув в мою сторону, словно меня здесь не было, словно я ничего не произносила. Я ошарашено наблюдала, как он прошел через ангар и вышел наружу. Молча я последовала за ним и обнаружила его у разбитого нашего дерева, он сидел и смотрел в небо. Я тихонько села возле него, положив руку на его ногу. — Оптимус, что произошло? — мягко спросила я. — Ничего, — ответил он, снова таки даже не взглянув на меня. Одно слово, простой ответ. Ответ, который обычно выдают, если не хотят говорить о том, что беспокоит. Но я просто так это не оставлю. Нет, не сейчас, когда мы друзья. Друзья делятся, друзья помогают. Блять. — Не лги мне, — предупредила я. Его взгляд в какой-то момент устремился на меня. — Не вмешивайся в дела, о которых ты предпочла бы ничего не знать. Пораженная, я отстранилась от него. Да что с ним такое? Почему он такой злой? — Что? Оптимус, мы же друзья! Мне плевать на то, понравится мне это или нет! Я знаю, что если ты доверяешь мне и расскажешь о том, что тебя беспокоит, я буду уважать это и никогда не буду жалеть о том, что узнала какую-то хуё. — Стоп. Делия, пожалуйста, не смей, — зарычал он, потирая переносицу. Ярость клокотала во мне, обжигая грудную клетку изнутри, заполняя её пузырьками злости, которую я просто не могла контролировать. Мои глаза сузились, и, прежде чем я смогла опомниться, слова слетели с моих губ: — Да какого хрена, Оптимус? Всё, что я делаю всегда, так это стараюсь помочь тебе и нахожусь всегда рядом! Всё, что я пытаюсь делать, это быть твоим другом! А ты, ты неблагодарный! Отталкиваешь меня, делаешь то, что тебе хочется! Когда тебе плохо, ты приходишь ко мне, изливаешь мне душу, а потом снова отталкиваешь! Я устала от этого! Мы же друзья, или нет? — последние слова я буквально прошептала. Но он не ответил, не произнес ни слова, неотрывно глядя в землю. Моя ярость стихла, на её место пришла боль. — Мы друзья? — снова спросила я. И снова не получила ответа. Я просто не выдержала и начала кричать, пинать, лупить его кулаками, сбивая руки в кровь. Кричала до тех пор, пока горло не начало саднить. Сначала Оптимус удивленно вздрогнул, а потом просто молча наблюдал, как я бесполезно избиваю его. Прошла пара минут, и моя истерика утихла, на смену пришли слёзы, вялыми ручейками стекая по щекам. Я смотрела прямо в его оптику, надеясь, что он увидит, сколько боли причинил мне. — Если мы не друзья, тогда всё, что я делала для тебя до сих пор — впустую! — резко выдохнула я. — Делия, мы кто угодно, но не друзья, — пробормотал он милым, даже сладким, как сейчас казалось, голосом. Мне показалось, что сердце моё разорвалось на части. Я схватила кольца и дернула их со всей силы, разрывая цепочку и оставляя красные следы на шее. Я бросила их на землю перед ним. — Тогда мне не нужны ни они, ни ты! — злобно, сквозь слёзы выплюнула я. Он хотел что-то сказать, но я уже мчалась обратно в ангар. Я пробежала мимо всех, не останавливаясь, пока не достигла своей комнаты. Хлопнув дверью и закрыв её на замок, я повалилась на кровать и дала волю болезненным рыданиям. POV Оптимус Я наблюдал за тем, как она убегает от меня. Если бы только моя искра была такой благосклонной и не позволила мне чувствовать всё это. Но, удача была не на моей стороне, и она буквально мучила меня приступами вины, сожаления и злости. — Я забочусь о тебе больше, чем стоило бы другу. И именно из-за этих чувств я был наказан, а Элита поплатилась своей жизнью. Это нечестно по отношению ко мне, к ней, и особенно к тебе, Делия, — прошептал я ей вслед. Я не мог трезво думать об этом, а тем более говорить. Я обернулся и взглянул на лежащие в грязи кольца. Перед моими глазами всплыло её лицо, полное боли и страданий, которые я ей причинил. Во всём этом только моя вина.