Лучший друг неформалов

Это был последний день с ролевиками, завтра утром они должны были уехать кто куда. До конца августа осталось всего-то ничего, и у всех ещё остались кое-какие каникульные дела. Андреевы подгоняли команду паковать сумки. Повелитель аккуратно заворачивал свою секиру в газеты и заматывал это безобразие бечёвкой. Лина вернулась с билетами, за которыми она отправлялась на вокзал, и сейчас сидела прямо под кондиционером, ноя, что ей жарко. Близнюки беседовали с кем-то по телефону, судя по бубняще-унылым интонациям, с родителями. Пару раз отчётливо мелькнуло с горестью «дача» и со стоном «картошка». Лёшка с Чекановым играли в карты, и мой брат делал несчастного Чеканова "всухую". Мы решили, что сегодня вечером забацаем шашлычок под коньячок, да с костром и обещанными фейерверками. Шашлык радостно замачивался в уксусе, коньячок достали Алексеевы, а фейерверки были закреплены за близнюками и Уланом. А пока что мы расслаблялись. Я же, как царица, сидела на стульчике и попивала чай. У меня было какое-то задумчивое настроение, наверное, Юпитер в Козероге, не иначе. Я смотрела на суету вокруг и, подытоживая всё, произошедшее за эти поистине сумасшедшие дни, не могла осознать, что я смогла. Я помирилась с Глебом, и мы оба вместе. Это кажется невероятным. По всем правилам жизни, мы не должны были сойтись, ведь реальность - не классная романтическая комедия, где героев всё равно ждет счастье. Я не хочу думать, что всё, что теперь у нас есть, развалится, разбившись о суровые реалии. Знаете… Мы живём в мире, где нет места чуду, по крайней мере, нам втолковывают это с детства. Не родители, так друзья, не друзья, так того пуще, враги. Помните ли вы, как в юном возрасте с упоением слушали сказки, где всё на свете склоняет голову перед любовью, добротой и верой? А если совсем худо, и нет никакой надежды, тебе на помощь обязательно придёт или прекрасный принц, или добрая фея, а то и лукавый дракон. Мы вырастаем, и наша вера в хорошее становится всё слабее и слабее, задавленная серой повседневностью. Раз за разом окружающая действительность тычет нас лицом в грязь, снова и снова мы вытираемся платком и идём вперёд, но в итоге этот платок может испачкаться до предела или вы устанете и захлебнётесь в грязи… Не знаю, как у вас, а у меня иногда возникает желание выйти в чисто поле и кричать, долго-долго, срывая голос, до изнеможения, настолько на меня давит реальность. Настолько меня по капле убивают люди, циничные, жестокие, не понимающие, где грань шутки, пусть чернушной, но шутки, переходит в откровенное бездушие. Мне хочется плакать от бессилия, когда я вижу людей, позабывших не только своих родителей, своих друзей, но и самого себя. Пустые, обрастающие мхом изнутри оболочки, с апломбом заявляющие, что они современные, продвинутые личности, а слова «мораль», «правила», «терпимость» - это архаизмы, которым нет места. И поэтому так хочется, чтобы в жизни произошло что-то, не вписывающееся в рамки «суровой действительности»... Я никогда не потеряю веру в людей. Я знаю, что есть на свете люди, по доброте сравнимые со святыми; знаю, что когда-нибудь мы научимся жить в гармонии друг с другом, не обращая на внимание на цвет кожи, отличное от большинства мнение или музыкальные вкусы. Я верю, что существует настоящая любовь; что всем страданиям приходит конец, и в жизни наступит светлая полоса. Да во много ещё чего! Я сохраню в себе ту маленькую девочку, радующуюся тёплому летнему дождю с изящно изогнутой радугой над рекой. И пускай я не буду вписываться в реалии, пусть я буду живым архаизмом, пусть! Я верю в чудеса. Мечты и реальность вырастили во мне две противоположные личности, Романтика и Циника. Однако на самом деле я - это я. Даша, наивная, не совсем адекватная девушка. Безнадежно влюблённая и боязливо счастливая. Я посмотрела на сидящего рядом Солодова, который в этот момент разговаривал с мамой по телефону. Нет, то не симпатия, я действительно его люблю. Серьёзного, как сейчас, сердитого, внимательного, задумчивого, раздражённого, усталого, весёлого – да неважно, какого. Как он то и дело проводит по переносице пальцами, как прищуривается на солнце, как задумчиво стучит пальцами по коленке – это всё такое… родное. Почему в любви должны быть какие-то рамки и ограничения? Кто это сказал? Наверняка, старый сухарь и зануда. А у нас будут свои правила игры. Кстати. - Глеб, тут у меня вопрос назрел, - решительно заявила я, дождавшись, когда Солодов закончит говорить с мамой. - Ну-с? – парень положил телефон на стол и посмотрел на меня. - Ты реально сделал шпили-вили в шестом классе с Тохой Ростовым?! – меня этот вопрос очень сильно интересовал! Очень! – В ванной?! - Ты больная, Даш?! – возопил Глеб, хватаясь за голову. – Я ж пошутил, сумасшедшая женщина! Ты меня за кого вообще принимаешь?! - За наглого вруна и обманщика! – засмеялась я, уворачиваясь от загребущих ручек парня, который явно решил меня придушить. – У меня ж тогда от твоих «откровений» чуть мозг не треснул! Я ж поверила! Я вообще очень доверчивая! Ай, не по голове, она и так не очень умная!... *** Время бежит быстро, когда тебе весело. Вот и наступил наш последний вечер с ролевиками. Мы пошли в лес на пикничок, душевно посидели, поиграли на гитаре, посмеялись. Тёплые лучи закатного солнца, прекрасные люди рядом, уютная дружеская атмосфера – это прекрасно! - Ну что, давайте зажигать костерок? – когда стемнело, предложили Рин и Гин, всё это время таскавшие хворост в огромнишную кучу. - Да ноу проблем! – Улан у нас был главным кастратом... Кхем, пардон, разжигателем. Спустя некоторое время огонь занялся и перекинулся на всю кучу веток, гудя и треща. Мы смотрели, как оранжевые язычки огня, словно лисьи хвосты, пляшут на ветру, взмывая чуть ли не к облакам. Я ощущала какое-то странное чувство, которое никак не могла понять. Будто меня тянет в небо вслед за снопом искр, взлетающих от костра, и в груди разливалось болезненное тепло, а внутри звенело что-то такое приятное, одновременно с этим и надрывное. Может, это и есть счастье? Хотелось поднять голову и запеть, завыть подобно волку в стае, изливая эти чувства в попытке поделиться ими и одновременно облегчить накал эмоций. Будто услышав мои мысли, Лина толкнула Улана, что-то негромко сказав, и тот достал гитару. Спустя пару аккордов на поляне все выдохнули "о-о-о", узнавая мелодию, и пронзительный, глубокий голос Лины разнёсся над поляной. Почти сразу за ней приятным басом присоединился Константин, а позже и мы все подхватили песню, сочиненную давным-давно Серебряковой:

Вот и кончилось наше лето, Мы пойдём по пути иному. Обязательно встретимся где-то, Улыбнусь я тебе, как родному. Было весело, право слово, Встречать вместе рассвет за рассветом. Обязательно встретимся снова! Я тебя призову к ответу! Соберёмся под небом чистым, И костром отдадим дань лету, В нём сгорят пускай злые мысли, Пепел их пустим мы по ветру! Как ни жаль, но такое бывает - Свет души своей мы теряем. И молчанье, как яд, убивает, И слова, словно сталь, больно ранят. Вопреки бедам всем и невзгодам, В нашу встречу всем сердцем верю. Ты - мой свет во тьме, ты мой воздух, Жаль, дышать я впрок не умею... Если станет тебе вдруг грустно, Одиноко вдруг если станет, Знай - твои разделю я чувства, И они словно дым растают. Повторим мы с тобою лето, И не это - а даже лучше, И пусть тянется песня к свету, Мы останемся неразлучны!

Наша история не заканчивается. Она будет продолжаться до тех пор, пока живы наши воспоминания и пока не угаснут наши желания. А они не угаснут, правда?