Проигрыш.

Аканиши метался по камере. Перед глазами все ещё стояла картинка горящего Томохисы. Сердце сжималось от страха и боли за парня. Джин не мог сказать, откуда эта уверенность, но знал точно: если Томохиса пойдёт на третий заезд, — обязательно погибнет. На тот момент он не осознавал, какая сила бросила его спасать Томо. Появился отец Томохисы. Не стесняясь в выражениях сорвался на Джина, отчитывал долго и с чувством. В итоге Томо увезли, а Джин оказался в тюрьме. В чем Ямашита-старший удостоверился самолично В участке Джин спокойно подписал все документы, признаваясь в том, что побил человека и так же спокойно отправился в камеру. Сначала его посадили с двумя отморозками. Аканиши встречал таких раньше: совершенно опустившиеся люди, начиная от внешнего вида и запаха и, заканчивая повадками. От таких нельзя было ожидать ничего хорошего. Было понятно, что эти типы его в покое не оставят. Внутренне собравшись, Джин приготовился дать им отпор. Тот, что помоложе, посмотрел на парня затуманенными алкоголем глазами, и расплылся в неприятной, с недостающими зубами, улыбке. Джина передёрнуло, решив драться до последнего, он попятился к стенке, хорошо зная, что в таких случаях нужно прикрывать спину. — Ух, какая девочка! Ночка будет нескучной. Джин был полностью с ним согласен: ночью будет нескучно, и про сон можно забыть. Не дав времени на раздумья, мужчина пошел на него как на таран. Пришлось точным ударом сразу отправить его в противоположный угол камеры. Джин поморщился от боли: испугавшись, он ударил со всей силы и рассёк кожу на костяшках. Противник поднялся, тряхнул головой и снова пошел на парня. Выражение лица не предвещало ничего хорошего. — Ах ты так? Ну тебе не жить! Не дожидаясь удара, Джин снова сделал выпад. Защищаясь, он не подумал о втором сокамернике, который не особо напрягаясь, резко дернул его за ногу. Аканиши упал навзничь на бетон, больно ударившись головой. Беззубый захохотав, оседлал его бедра, заломил руки и связал их грязной тряпкой, которую вытащил из кармана не менее грязной куртки. Придя в ужас от мысли, что ему никто не поможет, Джин заработал ногами, со всей дури саданул ему в пах. Тот заорал как сирена, схватился за своё достоинство, оставив парня на какое-то время в покое. Воспользовавшись ситуацией, Аканиши скинул с себя гада и перевернулся на живот. Превозмогая боль, он стал подниматься, но не успел. Второй мужчина уцепившись за пояс джинсов, с силой дернул, — и Джин упал на четвереньки. — Правильно, сука, сам встал как надо! За ткань рванули, послышался треск, но она не поддалась. Не успел Джин мысленно поблагодарить богов за прочность дорогой одежды, как его с силой пнули в бок, заставив задохнуться от боли. Боль была очень сильной, казалось, что ребра сломаны. Отбиваясь, он снова ударил обидчика ногой, за что тут же получил сильный удар в лицо. Застонав от боли, он на мгновенье отключился. Мужчинам этого хватило, чтобы распять его на полу и стянуть брюки. Джин дергаясь и лягаясь, старался защититься, но не смог, через минуту он уже пятой точкой ощущал холод каменного пола. Парень запаниковал. Торопясь получить желаемое, один из негодяев схватил парня за ягодицу. Джина как молнией пронзила боль. Мужику тоже досталось — взвыв, он отлетел от парня и корчась и причитая, отполз подальше. Второй в испуге тоже шарахнулся. Держась за стенку, изнывая от боли, Аканиши поднялся, когда на шум прибежали охранники. Оценив увиденное, и видимо, пожалев парня, развязали и перевели в другую камеру. Из-за пережитого Джин не мог уснуть, его потряхивало, он метался по обшарпанной камере. Казалось, что после произошедшего Томохиса не захочет его видеть. В свою квартиру возвращаться не хотелось, ему нравилось у Томо. Осознание того, что рядом с ним не будет этого самоуверенного парня, причиняло боль. И это было главной причиной нежелания уходить из его дома. Он понял, насколько привязался к нему, но также понимал, что ни к чему хорошему это не приведет — они из разных миров. Если даже Ямашита и обратит на него внимание, то это будет не надолго. У таких отношений нет будущего. Устав ходить, он прилёг на жёсткой железной кровати с тонким матрацем. Джин накручивал себя всё больше и больше, одна мысль о том, что, возможно, он влюбился, приводила в отчаяние. Он не хотел этого и понимал всю абсурдность ситуации. Хотелось заплакать, но он уже давно разучился это делать. Устало рассматривая облезлые серо-зеленые стены, не заметил, как уснул. Произошедшие события и стресс сморили его. Проснулся Аканиши от ощущения, что на него кто-то смотрит. Подскочив, он уставился на парня с горящими черными, ничего не отражающими глазами. От него исходили холод и страх. Тёмная фигура стояла неподвижно, на неё не падал свет. Странный незнакомец вселял ужас и сковывал движения. Он ничего не говорил, но страх, зародившийся где-то в ногах, окатил тело Джина волной. Аканиши чувствовал, как у него на голове зашевелились волосы. Никогда он не испытывал ничего подобного. Джин был уверен, что страх был не его, а пришел извне, благодаря стоящему перед ним человеку. Когда он попытался взять себя в руки и посмотреть на ситуацию адекватно, незнакомец стал вдруг надвигаться на него. Аканиши захотелось встать и убежать куда подальше, но не мог, его словно припечатало к месту. Ситуация нервировала. Почему-то Джин знал, что взглянув в глаза пришельцу- умрет. Он опустил голову, стараясь не смотреть в страшные глаза, которые сковывали волю и заставляли поднять голову. . Не имея возможности противостоять им, Джин закрыл глаза, снова почувствовав холод, исходящий от неизвестного. Мгновение — и тёмный человек стоял уже вплотную к нему. Он не говорил ни слова, но в своей голове Джин услышал приказ: Открой глаза! Голос был такой, что ему нельзя было не подчиниться. Неимоверным усилием он боролся с приказом, но, холодея, понимал, что пропал. Подчиняясь неизвестному, он открыл глаза, взгляд уперся в пол, но не увидел там ног, лишь брюки и полы длинного плаща. Всё существо Джина сковал страх, а сердце стыло от мысли, что сейчас все закончится. Казалось, выхода нет, но тут он явственно услышал лязг открывающейся двери. Наваждение вмиг сошло, по мере приближения шагов, тёмный отступал в дальний угол камеры и растворился в темноте. Аканиши бросился к решетке, цепляясь за неё и боясь посмотреть назад. У камеры сначала появился охранник, а следом и Рё с Томо. Джин безумно обрадовался парням. Как только дверь открылась, он, забыв о том, что недавно избил Ямашиту, бросился к нему, вцепившись в куртку мертвой хваткой — Томохиса, делай, что хочешь, только забери меня отсюда! Он был на грани истерики. Не отпуская Томо, Джин, как утопающий за соломинку, схватился за Рё. Стараясь не смотреть в темный угол, он тянул парней к свету. Крупная дрожь не позволяла сказать что-то вразумительно. Рё внимательно посмотрел на трясущегося парня. Расширенные зрачки выдавали воздействие на сознание. Парень, как будто отключившись от действительности, находился в своем мире. Нишикидо осмотрел камеру. Его предположения оправдались. Ментальный след чётко вырисовывался в комнате и растворялся в самом темном углу. Хмыкнув, Рё попытался подойти поближе и понять, кто же это был, но Джин не отпускал, вцепившись в его рукав. Ещё раз посмотрев в глаза парня, Нишикидо тихо произнёс: — Тсссссс, успокойся, всё хорошо, это только тени, никого не было. Приговаривая так, он, осторожно распутывая, снял с Джина ментальную сеть, которой парень был полностью окутан. Поморщившись от отвратительных ощущений в руках, Нишикидо свернул липкую субстанцию в клубок и отправил в угол, где, по всей видимости, и исчез её создатель. Аканиши тут же успокоился и уже более осмысленно посмотрел на парней, не понимая до конца, что происходит. -Томо........он...........Джин указал в угол, чуть разворачиваясь к нему. Глаза стали огромными — там никого нет. Парень явно не понимал, что происходит. Нишикидо развернул его к себе. — Что тебе сказали? — Ничего,.........я просто знал, что должен умереть. Теперь пришла очередь Пи выпасть в осадок. Ямашита стал внимательно рассматривать Джина.Зацепившись взглядом за скулу, он провел по ней пальцем.Там намечался небольшой синяк. — Кто? Аканиши удивленно посмотрел на него, вспоминая. — А это… — он махнул рукой, как будто это было чем-то незначительным, — это меня хотели изнасиловать в другой камере… Казалось, Томохису хватит удар. Погрозив кому-то невидимому кулаком, он развернулся к охраннику и смерил взглядом, от которого тот был готов раствориться в воздухе -Ээээ.....парни только немного поиграли..... — Поиграли, значит?! Замечательно! Мне разобраться с ними через свои каналы или вы справитесь сами? Хочу, чтобы они гнили в тюрьме, как можно, дольше! Охранник кланялся и что-то лепетал. Рё перестал слушать их диалог и обошел камеру.Ему стало нехорошо от предположения, что теперь вместо Томохисы Джин стал предметом охоты тёмных. Как всё в этом деле, ментальный след чувствовался, но обрывался в углу, исчезая в никуда. Нишикидо выругался про себя: — Что за тварь такая сильная, что проходит через препятствия не останавливаясь, создаёт фантомы и тут же ликвидирует за ненадобностью?! Рё повернулся к парням: — Так, искрить будете дома. А сейчас — по машинам. Аканиши сразу рванул из камеры, а Ямашита пошел выяснять отношения с начальником участка. Ему нужно было выплеснуть всю злость, что накопилась за ночь. Ещё вечером, связанный печатью с Джином, Нишикидо сразу почувствовал, что с парнем что-то не так, а когда тело прошило разрядом, понял, что кто-то домогается его собственности. Он, конечно, сразу отправился к Пи, но не найдя того дома, призвал служителя, охранявшего Томохису. Служитель рассказал ему о потасовке на гонках и о том, что отец Ямашиты настояв на том, чтобы сына осмотрели врачи, отправил того в больницу. Где находился Джин, можно было не сомневаться. Старший Ямашита сделал все, чтобы посмевший напасть на его сына, получил по заслугам. Рё мог вытащить Джина и сам, но это было бы не совсем законно. Ему не хотелось сейчас применять магию, потому что использовал её только в крайних случаях. В этот раз Томо сам мог решить проблему, и не надо было прибегать к потусторонним силам. Стоило только сказать парню, что Джин в тюрьме, как Томо, поругавшись со всеми, тут же покинул больницу и кинулся спасать Аканиши. И сейчас, по всей видимости, страшно жалел, что пришел поздновато. Отрывая Ямашиту от развеивания обидчика Джина по ветру, т.е. увеличения срока их отсидки, Нишикидо затолкал парней в машину, и все вместе они отправились к Томо.Там парни, заботясь о том, чтобы Джин побыстрее пришел в себя, окунули его в ванну с горячей водой. Парня всё ещё трясло, ему не терпелось смыть с себя все ощущения, связанные с пребыванием в участке. Видимо, только сейчас полностью осознав, что с ним произошло, он снова испытал шок. Пока Пи бегал за коньяком, Рё просто прижал мокрого парня к себе, удаляя страх и боль, очищая, снимая напряжение, вселяя уверенность, возвращая смелость. Безжизненные глаза Джина просветлели, но в них отразилось непонимание. -Ээээ, а что ты тут делаешь? Рё ухмыльнулся. — Может, я хочу тебя На парня это хорошо подействовало, он встрепенулся и зашипел как змея. — Пошел ты........ дальше следовал непереводимый набор слов, из которого Нишикидо понял, что идти придётся долго. Пока Джин обогащал словарный запас Рё нецензурной лексикой, в ванной нарисовался Ямашита с коньяком. Бокалов было только два, видимо, Рё не входил в планы Томо. Наполненный до краев бокал он протянул Джину, а из второго отпил сам. Рё, всё так же ухмыляясь, позаимствовал у Аканиши бокал и понюхал. — Реми Мартен? Отдав спиртное Джину, Нишикидо забрал у Ямапи бутылку и припал к горлышку. — Ваше здоровье, мальчики! Я ухожу. — Дела! И — убедительная просьба к вам — посидите дома, пока я не вернусь. А потом у нас с вами будет разговор. Аканиши кивнул автоматически, а Пи попытался высказаться, но под взглядом Нишикидо как-то стушевался. Помахав рукой, Рё приставил к ним по служителю и быстро исчез. У него наконец-то появилась догадка и ему не терпелось проверить её. Оставшись наедине с Проигрышем, Пи облегчённо вздохнул. Теперь можно было поговорить без посторонних. Он заставил Джина выпить коньяк, стараясь не смотреть на обнаженное тело, и спросил: — С какого ты на меня так набросился? Хотел убить? Убить только потому, что заставляю тебя подчиняться себе? Джин растерянно уставился на Томо. — Да нет, всё не так. Я как раз не хотел твоей смерти! Я был уверен, что в третьем заезде ты сгоришь заживо. Не знаю, как тебе объяснить. Я не видел ничего такого. Просто знал, что так будет, и всё. Не зная почему, Ямашита поверил Недоразумению, сидевшему в джакузи. Аканиши — мокрый, с прилипшими вьющимися волосами, взглядом, устремленным в никуда, был невероятно сексуален. Весь, — от красивого лица, расслабленной позы и до кончиков пальцев на краю ванны, — он будоражил воображение и желания Томо. Ямашита не знал, чего ему сейчас больше хочется: прижать парня к себе, нежно целовать, ласкать или поиметь его бурно и жестко. В то же время его желания не мешали ему любоваться парнем. Но в одном он не мог себе отказать, намылив мочалку, отдраить желанное тело от запахов тюрьмы — Ладно, только давай договоримся, что в следующий раз ты предупредишь заранее. Повернувшись, Джин посмотрел на Ямапи, во взгляде явно читалось сомнение в умственных способностях последнего. Рассмеявшись, он окончательно пришел в себя. — Ну ты даёшь! Представляешь, как это будет?! — Ямашита-сан, я тут собираюсь ударить вас, вы не будете против? Представив ситуацию, Пи тоже рассмеялся вслед за Аканиши — Ага, а я попрошу подождать, пока обдумаю ответ. Намыливая плечи Джина, Томохиса снова переключился на явные желания своего тела В дверь постучали, вошел охранник — Ямашита-сан, — парни опять залились смехом, — охранник был невозмутим. Позвонил ваш отец, требует, чтобы вы вернулись домой. Грозится, если не пойдете, забрать вас силой. Ямапи передернуло, он вложил мочалку в руки Джину. — Значит так: я быстро смотаюсь к отцу, а ты вымойся и ложись отдыхать. Приеду — договорим. Выскочив из ванной, Пи с трудом сдерживал злость, прекрасно понимая, что сейчас скажет отец. Но сегодня он не собирался уступать! В первый раз за долгое время кто-то заинтересовал его настолько, что жить стало интересно, мир наполнилась красками. И отказываться от этого он не намерен! К отцу его доставили полным негодования. Охрана не ушла, пока он не зашел в кабинет отца. Наплевав на то, что отец может быть занят, Томохиса начал с порога: — Какого черта ты так делаешь?! Зачем унижаешь перед охраной? Мы же совсем недавно договорились обо всем: я работаю на тебя, а ты не стесняешь мою свободу. Отец и бровью не повел на выпад сына.Закурив сигару, он спокойно закрыл окно разговора с Сингапуром. — Я не уберу охрану, пока рядом с тобой находится неизвестно кто. Томо, я не понимаю твоих поступков: вчера он чуть не убил тебя, а сегодня, как мне доложили, ты уже вытащил его из тюрьмы. Томохиса застыл. Как объяснить отцу то, чего он сам ещё не понимает. Задумавшись, он попытался честно ответить отцу — Знаешь, я и сам не пойму, но он — как ключ к чему-то очень важному для меня, к чему-то, без чего я не могу жить. Отец усмехнулся — Если бы я так хорошо не знал тебя, то решил бы, что это ключ к твоей заднице, а так я думаю, что ты просто играешь в благородство. Томо, он опасен, дай ему денег и отправь куда подальше. Ямапи покачал головой — Я не буду этого делать, как минимум, в течение месяца. Ты обещал не мешать мне, так сдержи своё слово — Но я волнуюсь! На тебя было уже несколько покушений. Вчера ты мог сгореть. Твои ребята прежде чем отвезти машину в гараж, обследовали её. У бензобака был перерезан провод. Небольшая искра на повороте — и от тебя бы ничего не осталось. И все это время рядом с тобой был этот парень! Я настаиваю на том, чтобы ты от него избавился. Ямапи был удивлён, что отец сказал то же, что и Джин. Тут было над чем подумать. У Ямашиты появилось много вопросов, на которые, как он догадывался, может ответить только Рё. Он упрямо тряхнул головой. — Отец, давай договоримся. Мне нужен только месяц, а потом мы поговорим.Но, возможно, разговор и не понадобится. Недовольная складка появилась у рта отца. Томо понимал, отец разочарован и готов надавить на него. Зная, как может действовать Ямашита-старший, Томохиса упрямо заявил: — Если ты не поддержишь меня, я уйду не только из фирмы, но и из дома. Я очень серьёзен, не вынуждай меня жить вдали от семьи У мужчины дернулась щека, Пи видел, что он с трудом сдерживается, но, видимо, приняв решение, отец сказал: — Хорошо, только месяц. Но если потом ты всё ещё будешь с ним, мы будем говорить по-другому. Томохиса кивнул, радуясь отсрочке, но в тоже время он понимал, что это только временное решение проблемы. Попрощавшись, он направился к двери.Ямашита старший повернулся к помощнику: — Отпустите, но охрану не снимайте! Пи злило, что за ним теперь будут ходить по пятам, но это было ничто по сравнению со страхом потерять Проигрыша. Сев в машину, он забыл обо всем, думая только о том, что дома его ждет человек, по которому уже успел соскучиться Джин апатично проводив Пи, сидел в ванне, уставившись в одну точку, пока не замерз.Очнувшись, он встряхнулся; пытаясь смириться с действительностью, вышел в гостиную. Чтобы согреться, снова налил себе коньяка. Раздумывая над ситуацией, присел на диван.С появлением Рё изменилась вся его жизнь. Проблем с каждым днем становилось все больше, а вместе с тем увеличивалось и количество вопросов, на которые мог ответить только этот парень. Нишикидо сказал ждать, Пи попросил дождаться его — Джину всё это не нравилось. Ему стало неуютно в квартире, и он подумал, чем бы заняться. С тех пор, как он поселился здесь, Пи настолько заполнил его жизнь, что оставаться одному не приходилось. Сейчас пустая квартира и безделье наполняли его тревогой. Почесав макушку, Джин вспомнил, что ему нужно сходить в свою квартиру. Там, скорее всего, скопилась масса неоплаченных счетов. Ещё ему захотелось взять оттуда что-нибудь, что напоминало бы о доме. Не раздумывая, он оделся и отправился в свой район. Подъезжая понял, что сглупил. Его старую одежду Ямашита выкинул, заявив, что её даже бомжи не наденут. Теперь хорошо одетый парень очень выделялся среди общей нищеты. Чтобы особо не светиться, Джин постарался побыстрее скрыться в подъезде дома. Ключ от квартиры затерялся в недрах кармана. Повозившись, Джин снял с себя куртку, выворачивая внутренний карман. Ключ упал на бетонный пол и покатился в сторону от двери. Цветасто выругавшись, парень потянулся за ним. Поймав ключь на краю пролёта, обрадовался и стал вставлять в замочную скважину. Тут произошло нечто странное: он почувствовал, как будто ему подставили подножку и толкнули так, что он оступился и стал падать, понимая, что сейчас разобьется о ступеньки. Одновременно с падением раздался взрыв. Джин не успел поздороваться со ступеньками — его подхватили чьи-то сильные руки и откинули в сторону от летящей на него двери. Конструкция пролетела мимо, врезалась в стену и накрыла своими останками Аканиши и охранника. Джин обалдело смотрел в проем стены, через который была видна улица. От его маленькой квартиры не осталось и следа, впрочем, как и от нескольких других. Отряхаясь и ругаясь, охранник встал и помог подняться парню. Джин смотрел на все широко открытыми глазами и ничего не понимал. Телохранитель тряхнул его, приводя в чувство. — Нам нужно выбираться отсюда. Похоже, квартиру взорвали с целью уничтожить тебя. Ты везунчик, если бы не оступился, то точно бы уже был на том свете. Перехватив парня одной рукой за талию, охранник потащил его прочь из дома. — Поехали отсюда. Возможно, убийцы где-то рядом или появятся здесь, услышав взрыв.Увидев тебя живым, они не успокоятся и снова постараются устранить. Джин слушал и не слышал.Он смотрел на то, что когда-то было его квартирой, понимая, что её нет, как нет и прошлой жизни. Всхлипнув, он попытался отделаться от охранника и посмотреть, может остались какие-то вещи. Его не пустили, а когда он стал сопротивляться, и вовсе унесли, перекинув через плечо, и затолкали в машину. Цветасто ругаясь, Джин старался вырваться, что, конечно, не получилось. Эта груда мышц закинула его на заднее сиденье и, заблокировав двери, увезла от того, что недавно было его домом. Бессилие бесило, но сделать он ничего не мог. — Твою мать......как вы там очутились? На фиг вы вообще нужны?! Охранник сосредоточенно вел машину пока Джина потряхивало от злости. Видимо, последняя, особенно живописная фраза все-таки вывела его из равновесия, и он посчитал своим долгом объяснить: — У меня приказ следить за тобой, причем, сразу от двоих людей. Младший приказал ещё и защищать в случае необходимости. Но если бы не твое везение, мы оба были бы мертвы. Мы своей жизнью отвечаем за безопасность клиента. Не переживай, главное, что ты жив. А если из твоих вещей что-то сохранилось, мы тебе привезем. Спокойная речь охранника несколько отрезвила, Джин покачал головой — Не надо, может, они кому-то другому понадобятся. Там люди совсем без жилья остались.И вообще, я не хочу к Ямашите, высади меня где-нибудь. Аканиши хотелось побыть одному, вернуть душевное равновесие. Он попытался сбежать, как только машина подъехала к подъезду. Наивный, несмотря на сопротивление, его просто перекинули через плечо и доставили в квартиру Томо. Свалив его на уже знакомое кресло, охранник сухо доложил появившемуся Ямашите о происшествии и ушел. Джин остался наедине с почему-то злым Томохисой. Аканиши желая уйти, стал кричать на парня — Какого черта ты меня тут держишь? Это все из-за тебя! Теперь у меня нет дома! Моя жизнь полетела на х… Я остался без работы, живу тут как комнатная собачка!.. Пошел ты...... Аканиши не успел сказать, куда послал Томо, как звонкая пощечина привела его в чувство, прекращая истерику и заставляя замолчать. Уже тихого, Ямапи усадил его в кресло, дал что-то выпить и стал раздевать. Джин закрыл глаза, ему захотелось оказаться дома, спрятаться под одеялом и эабыть обо всем. Не хватало тепла. Он зябко завернулся в халат, протянутый Ямашитой. Томо вдруг опустился перед ним на колени, прошелся руками по ногам и, наклонившись, поцеловал тонкую щиколотку, поглаживая пальцами другую, словно любуясь. Джину захотелось, чтобы его обняли! Захотелось вцепиться руками в рубашку Пи и уткнуться лицом в грудь, как стеной отгораживаясь от мира. Прерывисто вздохнув, он наклонися, целуя Ямашиту Ямашита вошел в квартиру. Ощущение страха и потери насторожили, но это были не его чувства, поэтому парень бросился в комнату Джина. Как и предполагалось, его там не оказалось. Не было нигде! Пи стал судорожно вспоминать, кому можно позвонить, чтобы найти Проигрыша. Не успел он поднять на ноги всю охрану, как один из них втащил в комнату упирающегося Джина. Чумазый, потрёпанный — отбиваясь, он выдавал красоты уличного жаргона, оглашая помещение криками. Но Томо не обращал на такие мелочи внимание: счастье видеть Джина сглаживало все. Узнав, что с ними приключилось, Ямашита разозлился. Бесило, что этот придурок не послушался его и, в результате, чуть не погиб! Не контролируя себя, Томо отвесил Джину пощечину и был готов уже поколотить его, но увидел лицо, в котором были возмущение и обида. Гнев тут же испарился и сердце затопила нежность. Захотелось утешить парня, приласкать, зацеловать, завалить...... Пи тряхнул головой, отгоняя видение стонущего под ним Джина, стал снимать с него грязную одежду. Надевая на парня халат, устраивая на деване, он чувствовал все страхи Джина. Желая как-то успокоить, взбодрить, Томо сел на корточки перед ним.Взяв руки парня в свои и, глядя в глаза, попытался сказать что-то теплое, хорошее. Но он не умел утешать. Думая, что бы такое сказать, опустил голову. Взгляд невольно остановился на тонкой лодыжке. На ней все еще болталась надетая им цепочка. Довольно внушительная ступня Джина с этим украшением казалась изящной, словно созданной скульптором. Томо с благоговением приник к ней, целуя кожу под цепочкой. Внутренности скрутило от желания. Видя, что Джин его не отталкивает, Томохиса влажными поцелуями поднялся к круглой коленке. Поцеловав её, распахнул халат. Увиденное завораживало, и Пи раздвинув длинные ноги, стал целовать внутреннюю сторону бедра. Джин охнул, откидываясь на спинку кресла. Чуть сползая придвинулся к нему. Все в Джине его возбуждало.Парень дрожал, а вожделение, плескавшееся в глазах, наполняло сердце Пи счастьем, он вопросительно посмотрел в глаза Поигрышу. Не отвечая, тот лишь прикрыл глаза, отдаваясь во власть желаниям. Томо ликовал! Страсть нарастала, грозя сжечь его изнутри. Он подтянул парня поближе, нежно прошелся пальцами по ягодицам и коснулся розового колечко между ними. Но тут его затрясло так, словно сквозь него прошла молния, а потом стало выворачивать, боль в руке была нестерпимой. Зажав рот, он побежал в ванную. Убегая заметил, что Джин тоже корчится от боли. В ванной он мучился долго, а потом вырубился, думая, что не смог помочь Джину.