Проигрыш.

Джин был зол. Ему казалось, что хуже, чем сейчас, уже не может быть. Едва он начал если не доверять, то по крайней мере воспринимать происходящее с ним не как мистику или абсурдный розыгрыш, жизнь опять повернулась к нему спиной. Хотя чего тут дергаться, он ведь знал, что бесплатный сыр только в мышеловке. Он сразу почувствовал, что его разыгрывают, но этот Томохиса с его договором был так убедителен, что захотелось хоть раз в жизни кому-то поверить! И вот произошло то, что больше всего боялся: его действительно просто разыграли. С ненавистью посмотрев на Рё, Джин зло поинтересовался: -Вы что, поспорили? Это какая-то игра? Тогда какого х..... я вам сдался? Могли бы найти кого-то поприличнее… Дальше шла непередаваемая игра слов, которая доходчиво объясняла парням куда и как далеко им следует идти. Парни среагировали по-разному. Ямашита тихо, сквозь зубы, выругался и ударил кулаком по столу, а ангел изогнув насмешливо бровь посмотрел на Томохису. — Видимо, это заразно! Всего несколько дней, а ты уже так красочно ругаешься. Интересно кто кого обучал? — съязвил Нишикидо. Томохиса перестал ругаться, но его глаза метали молнии в сторону Проигрыша. По пылким взглядам бросаемым на него Томо, Джину не составляла труда понять, что с ним сделают как только доберутся. Издевательски гладя прямо в глаза своего хозяина, он состроил рожицу наглядно показывая, что его так просто не запугать. Пока эти двое вели бои глазами, ангел наблюдая развлекался.Давно уже он не ощущал себя таким живым.Эти двое так и фонили эмоциями и явно подходили друг другу. Кашлянув, Рё приподнял брови и широко улыбнулся, пора было им напомнить о его существовании. Устроившись поудобнее, он посмотрел Джину в глаза, и тому сразу стало как-то не по себе. — Ты не поверил ? Наверно, это был не лучший способ убедить тебя, что чудеса случаются, и ангелы существуют… Парень не дал ему договорить сразу вспыхнув эмоциями. — И как я должен был понять?! — Джин сверкнул глазами, — Меня разодели как куклу, таскали по дорогим ресторанам, заставляли учить глупости, которые я и так знаю! Вы придурки! В мире, в котором я живу, выглядеть так, как я выглядел, — самый оптимальный вариант! Единственный способ не привлекать к себе лишнего внимания, а значит — выжить! Когда наигравшись, вы вернете меня обратно в то дерьмо, не заботясь о том как я дальше буду жить.И что мне тогда делать? Я живой человек, не игрушка! Пока Джин неистовствовал, Томохиса, сложив руки на груди, переводил взгляд с одного на другого. — Вы знакомы? — серьезно спросил он. Джин замолк и растерялся. Он не знал как ответить на этот вопрос… Ведь не скажешь, что Рё однажды ему приснился? Это походило на бред душевнобольного. Но Рё тот час пришел ему на помощь: -Нет. Мы не знакомы. Просто пересекались мельком, и мне захотелось доказать ему, — Рё указал на Джина, — что жизнь не такая плохая штука, а тут как раз подвернулся ты… Выражение лица Томо говорило о том, что он не верит ни единому слову Нишикидо. — Полагаю, ты четко знал, с кем играешь, и пришел в клуб ради этой игры. — Возможно, но не это главное. Ты меня тоже интересуешь, хотя и совсем по другой причине. — Мне можно её узнать или это только для избранных? -Томохиса многозначительно посмотрел на Джина. — Нет, — ехидно отрезал Ре, — Во всяком случае, не сейчас! Главная причина нашей сегодняшней встречи — он… Наблюдая их светскую беседу, Джин все больше раздражался. Он даже перестал улавливать суть этого странного обмена любезностями. Ему и так все было ясно. Парни заигрались. «Отлично. Пусть играют в свои игры с кем-нибудь другим. Я не согласен быть марионеткой! Ооооо.............., это точно заразно! Я стал выражаться как эти двое!..» Джин фыркнул и решил высказаться, но застыл в недоумении, услышав продолжение диалога: -Томохиса, ты не отработал проигрыш! Он по-прежнему выражается нецензурно! Рё насмешливо смотрел на Томо, явно развлекаясь. — Как будто это возможно сделать за несколько дней! Ты же видишь: это запущенный экземпляр! — Ямашита, казалось, тоже веселится. — И сколько тебе нужно времени? Полагаю, в данном случае искоренить что-то просто невозможно. Может, оплатишь проигрыш как-то иначе? Ямашита наклонил голову, задумавшись, и отрицательно покачал. — Нет. Даже не думай! Я привык держать слово и возвращать долги именно так, как оговорено. Пожалуй, мне понадобится пара недель… А лучше месяц! На этот раз отрицательный жест сделал Ре: — Думаю, ты все равно не справишься. Видишь ли, тут еще и характер довольно пакостный… — А ты не думай! Просто дай мне время. Если не получится, можешь потребовать все, что захочешь… Рё хитро улыбнулся: — Что захочешь? Ты хорошо подумал? А вдруг я заберу у тебя самое дорогое? — Ну, это сомнительно. Можешь забрать все мои деньги. Но хочу предупредить: своих у меня не так много, а капиталы семьи так просто тронуть не получится. Все остальное — квартиру, особняк, машины, яхту — могу отдать прямо сейчас. Рё кивнул. — А как насчет себя самого? Ты готов отдать мне свою жизнь? Томо ухмыльнулся и, не задумываясь, ответил: — Да. Это, конечно, не равноправный обмен за такого придурка, но долг есть долг. Поэтому — да. Нишикидо скривился: -Ответ был неправильный… — мрачно сказал он, — Тем не менее, даю тебе месяц. Может, за это время ты что-то поймешь… Джин в недоумении смотрел на этих двоих, так беззастенчиво и цинично обсуждавших его дальнейшую судьбу, словно перед ними был не человек, а какой-то щенок чау-чау, которого никак не могут поделить разведенные супруги… Чтобы наконец-то привлечь их внимание к своей персоне и прекратить этот фарс, он в бешенстве ударил бокалом по столу, отчего хрупкая деревянная ножка протяжно скрипнула, явно дав трещину… -Эй! Вы! Я вам не подопытный кролик! — громко, чеканя слова выдавил он и, развернувшись, быстро направился прочь из ресторана. Пролетев мимо швейцара, едва успевшего приоткрыть перед ним сверкающую стеклянную дверь, он вдруг остановился. На улице было темно и пустынно. Холодный мелкий дождь, падающий с неба, отрезвлял. Он совершенно не представлял, что делать дальше. К тому же было 11 вечера, идти в свой район в таком виде было опасно. Лучше всего появиться там ранним утром, когда все, включая местную шпану, уже спят. Проблема заключалась в том, что до этого времени ему нужно было где-то перекантоваться. Бродить по городу в смокинге, без капюшона и зонта, казалось абсолютно немыслимым. Джин обреченно вздохнул и выругался. К хорошему привыкаешь быстро. Конечно, завтра он продаст эту одежду и какое-то время продержится на вырученные деньги, пока не найдет новую работу. Но вот как забыть удобную кровати и хорошую еду?.. И как забыть тот странный поцелуй?.. «Черт! Идиот! Я же знал, что так будет! Что рано или поздно все закончится, и меня вышвырнут на улицу как дворового пса… Хотя вообще-то я сам себя вышвырнул… Но так даже лучше, потому что уйти еще через месяц было бы невыносимо…» Джин неосознанно дотронулся до губ. Кроме того поцелуя, который носил в основном устрашающий характер, Томохиса был с ним предельно вежлив. Он почти не появлялся эти два дня в доме, словно избегая с ним встречи. И только сегодня вечером они провели пару часов вместе. Томо инструктировал его относительно поведения в ресторане и был предельно сдержан. А когда они вышли из особняка, он вообще держался расстоянии огораживаясь от него охраной как щитом. Джину такое поведение казалось странным. Все ещё усложнялось тем, что Томохиса притягивал его. Это было неосознанно. Джин не смог бы объяснить даже самому себе, почему все ещё помнит идеальные чувственные губы на своих губах. Тогда, в примерочной, это было словно удар шаровой молнии, потеря сознания, помутнение рассудка, но это было прекрасно! Хотелось повторить, при том, что он прекрасно осознавал насколько они с Томохисой разные люди. Всю первую ночь на новом месте, Джин не мог уснуть, и дело было не в чужой кровати, просто закрыв глаза он все время видел губы Томо перед собой. Уже на следующий день Аканиши, переступив через собственные предрассудки, признал, что хотел бы почувствовать эти губы снова, он даже готов был признать, что способен пойти на большее, чем просто поцелуй. Прожив большую часть жизни на улице, Джин не имел иллюзий относительно человеческих взаимоотношений и прежде, чем научился защищаться, много чего испытал, но это был совершенно другой случай… Он не мог просто выстроить стену в сознании, не мог защитить себя от мыслей о Томохисе… Возможно потому, что тот не нападал, а напротив — казалось, прятался в себе. Джин помнил тот случай в ресторане. С Томохисой поздоровалась очень красивая девушка и, нежно взяв за руку, отвела парня в сторону на пару слов. Они отошли не так далеко и Аканиши слышал обрывки их диалога. -Рейко, перестань… Не устраивай сцен. Мы просто переспали — нет повода делать из этого трагедию! Да, если ты хочешь это услышать: я больше не хочу тебя… Тогда Джин ревновал хоть, не хотел этого признавать, и отчего-то был счастлив, ведь из их разговора выходило, что Томо свободен… Огорчало другое, и только сейчас Джин осознал это: как и несчастной Рейко, Джину вряд ли что-то перепадет… «С другой стороны, я не хочу быть таким как все… Не хочу стать его игрушкой на ночь. О, как все запущено! Пора взять себя в руки и забыть этого странного парня. В конце концов, я не пропаду.» Подняв воротник пиджака, он быстро пересек дорогу, направляясь в центр города. * * * Едва Джин вылетел из ресторана, парни переглянулись и улыбнулись друг другу понимающими улыбками. Вероятно, если бы они не были созданиями разных миров, они стали бы отличными друзьями. Хитро ухмыляясь, Рё поинтересовался у Томо: -И что собираешься делать? -Ничего, — Томо скорчил печальную гримасу, — Там мои парни. У них приказ в случае побега вернуть Аканиши обратно — в целости и сохранности, хотя и с применением силы, если это потребуется. Но очень деликатно, чтобы не дай бог не повредить такое милое существо. Рё расхохотался: — Так и знал, что у тебя к нему свой интерес! — Думал, я зря потратил деньги? Рё стало по-настоящему смешно. Он видел то, во что сам Томохиса все ещё отказывался верить: Аканиши зацепил его настолько, что тот готов был применить власть, деньги, силу, лишь бы удержать Джина рядом. Правда, Ре видел и кое-что еще: Ямашита пока не знал, что с этим делать, и не был готов взять на себя ответственность за парня. Зато ангел в отличие от Томохисы не лгал себе. Он осознавал, что хочет Джина, и что желание это появилось сразу, как только он впервые увидел его. Пока за него не взялся Ямашита, Джин был интересный, но и только, теперь, когда над ним поработали профессионалы и придали его виду определенный лоск, парень стал неотразим. До тех пор, пока молчал, конечно. Но даже его странная простонародно-грубая манера выражаться по большому счету нравилась Рё. Она добавляла в образ некоторый диссонанс и делала ещё более притягательным. Сейчас, глядя на Ямашиту, Нишикидо раздумывал: отобрать у него Джина сразу или заставить подсесть окончательно, как на наркотик, чтобы даже мысль потерять Аканиши причиняла ему адскую боль. «Если б я не был ангелом, то сделал это не задумываясь… Или вообще не дал Томохисе прикоснутся к Джину. В конце концов никто не говорил, что я добрый ангел! Но понимание, что Аканиши — смертный, как-то отрезвляет… Пожалуй, позволю золотому мальчику поиграть с бедняжкой, но только до тех пор, пока не выясню, кто так хочет твоей смерти, Томо…» За эти пару дней Рё не особенно продвинулся в поисках потенциальных убийц и никак не мог взять в толк — почему. След темных был виден достаточно четко, но когда начинало казаться, что конец нити у него в руках, и теперь остается только идти за ней, сматывая в клубок, она обрывалась… Помимо прочего ангел наткнулся на несколько трупов, явно имеющих некоторое отношение к делу Ямашиты. Казалось несчастные случае преследуют наследника.Сейчас его спасало только огромное количество охраны и то, что он никуда не отлучался из дома, увлеченный своей новой игрушкой — Джином. « Вот пусть так все и остается…» Пока Рё размышлял, появился Джин в сопровождении охранников. Вид у него был несколько потрепанный. — Пожалуй, нам стоит пощадить его самолюбие и перестать говорить о нем в его присутствии, так словно его нет. Я буду ждать тебя завтра в своих апартаментах, чтобы заключить сделку, — непринужденно вполголоса сказал Ре Томохисе. При этом его пристальный взгляд и загадочная улыбка явно были обращены к Джину. Не придав этому никакого значения, Томо поднял только что наполненный вином бокал и отсалютовал Нишикидо, словно скрепляя сделку… Он успел сделать лишь глоток, как к нему вихрем подлетел Джин, выбивая бокал из рук, разливая вино по идеально белой скатерти… — Ты с ума сошел?.. — попытался возмутиться Томо, но не смог договорить, чувствуя, что воздуха катастрофически не хватает. Он схватился за горло, но было слишком поздно: то, что было в бокале, уже попало в организм и начало действовать… Охранники мгновенно набросились на Аканиши и заломив руки за спину оттащили в сторону от хозяина. — Э… Я не хотел… У меня просто было странное, но очень четкое ощущение, что в бокал что-то подсыпано! Я не понял кто это сделал, но… Это было как сон, как видение… — Джин беспомощно оправдывался, не зная, как сформулировать свои мысли… Рё отреагировал моментально. — Кто?! Джин попытался пожать плечами и огляделся по сторонам. — Кажется, официант. У меня неплохая память на лица, но этого я сейчас нигде не вижу. -Да отпустите вы его! — Рё рявкнул так, что охранники сразу исполнили приказ, — Вызывайте скорую! Ямашита едва был в сознании, он хрипел, тщетно пытаясь избавится от удушья. -Там была корица. У меня на неё аллергия… — едва слышно прошептал он. Видя, что Томо отключается, Ре поддержал его, не давая упасть, словно случайно проводя рукой по горлу и облегчая удушье… «Совсем немного… Не могу же я творить чудеса в ресторане посредством наложения рук!.. И потом, мне совсем не выгодно лечить тебя!» — сердито подумал он. До приезда скорой, Томохиса продержался благодаря Нишикидо, но никто, даже сам пострадавший, к счастью, этого так и не понял. Когда прибывшие медики грузили Томо на носилки, Рё огляделся по сторонам, отмечая, что количество темных в зале настолько велико, что это даже как-то немного неприлично. Ему очень хотелось уподобится Джину и, глядя им в глаза, изобразить жестами то место, в которое он хотел их всех послать. «Но почему именно этот парень? Что в нем такого, что вся нечисть хочет присутствовать при его смерти?» — в недоумении подумал он. Томохису благополучно увезли. Но не прошло и минуты, вернулся один из его охранников. — Хозяин приказал доставить вас в его дом. Он железной хваткой вцепился в руку Джина, явно не собираясь нарушать полученные указания. Ангел глубоко вздохнул и, взвесив все «за» и «против», решил вмешаться: — Нет, он поедет со мной. — Но… Хозяин… — охранник смущенно замолк под гипнотическим взглядом Рё. — Ты тоже можешь поехать с нами, но не дальше входной двери, а завтра заберешь его и отвезешь к Ямашите в больницу. В данный момент Рё больше говорил для Джина, нежели для охранника. Тот явно прибывал в подвешенном состоянии из-за всего случившегося и не мог решить, что ему делать дальше. Обещание вернуть его к Томо заставляло парня задуматься, а потом светиться от счастья. «Как же ты почувствовал, что Томохисе угрожает опасность?» — думал Рё, глядя в светящиеся надеждой, широко распахнутые глаза Аканиши. Загадок вокруг этих двоих становилось все больше… Помимо прочего между ними нарисовалась довольно прочная связь, природу которой ангел пока не мог постичь. Словом, ему было над чем подумать… В это время до парня дошло, что он поедет со странным незнакомцем. Джин сразу насторожился не зная, что ожидать от этого человека в черном. «Глупый! Ты расстроил планы темных, и теперь они наверняка будут охотиться и за тобой. Но, к счастью, в мои планы не входит отдавать тебя им на растерзание. Ты мой.» Ангел посмотрел на Джина и взгляд его потеплел. Он сам не заметил как пустился в пространные объяснения сложившейся ситуации, стараясь быть как можно мягче и тактичнее: — Сейчас мы все-таки поужинаем тем, что уже заказали, а потом поедем ко мне. Поверь, я тоже не горю желанием нянчиться с тобой, но ничего не поделаешь. У меня уговор с Томохисой, и потом, не исключено, что тот, кто пытался отправить его на тот свет, придет и по твою душу, — Нишикидо в общем-то понимал, что быть добрым у него получается не слишком успешно. Видя что парень пытается что-то сказать, он покачал головой, — Возражения не принимаются. Жестом позвал официанта, ангел под удивленные взгляды двух человек попросил накрыть на троих. Затем, усадив охранника за их столик, произнес: — Ешьте! Сказано это было как можно убедительнее. За охранника Рё не переживал — тот был полностью под его влиянием, но вот опробовать этот трюк на Джине он не решался. Ему нравился бунтарский характер Аканиши. Рё прекрасно понимал, что в мире, где тот вырос, он давно бы сломался, не будь в нем упорства и нежелания проигрывать… Вообще-то в данный момент ангелу очень хотелось простых человеческих радостей: во-первых, накормить Джина до сыта, а во-вторых, запереть у себя в квартире под амбарным замком. Именно так он и сделал, едва Аканиши переступил порог его апартаментов. Ре бывал тут нечасто и держал их на всякий экстренный случай.Здесь был выход на крышу и это была самым важным условием при выборе квартиры. Показав Джину свою жилплощадь, ангел уже собрался попрощаться, но гость озадаченно уставился на него. Во взгляде читалось столько удивления, что Рё не выдержав рассмеялся. — Ну, что стоишь? Устал, наверно? Спальня — там, — Рё указал рукой в сторону нужной двери, — Я буду утром, а сейчас у меня дела. Аканиши явно собирался что-то спросить, но ангел, не дослушав, вышел из квартиры на черную лестницу, предварительно навешав по всему периметру жилплощади магических замков. Теперь у Джина не было ни единого шанса выйти отсюда, как, впрочем, ни у кого постороннего не было ни малейшего шанса проникнуть внутрь… * * * Обалдело проводив Нишикидо взглядом, Джин облегченно вздохнул Он действительно устал и перенервничал, его страшно клонило ко сну, да так, что на остальные чувства уже не было сил. Решив, что обо всем подумает утром он, не раздумывая, сразу направился в спальню. Найдя её по наитию, он застыл в изумлении: в комнате не было ничего кроме огромной, круглой кровати на возвышении. Всю противоположную стену занимало окно. Подойдя к кровати, Джин шлепнулся на неё стягивая в процессе стягивая с себя вещи. Устроившись поудобнее, он ахнул. Из постели открывался феерический вид на ночной город. Жизнь вдруг перестала казаться, безнадежной. Скорчив рожицу, он подумал, что с кроватями ему последнее время несказанно везет. Вот только их владельцы по странному стечению обстоятельств избегают его общества. Он не был наивным и хорошо соображал, поэтому где-то в глубине души, он отчетливо понимал, что ему никуда не деться. рано или поздно придется расплачивается тем что имеешь, переспав с кем-то из парней. Самое удивительное, эти странные мысли не вызвали у него ни отвращения, ни беспокойства. В конце концов он старался быть честным с самим собой. Кандидатура Рё была менее предпочтительна, но не отталкивала. Не смотря ни на что, Джин был благодарен Нишикидо за то, что тот помог Томо, при отравлении корицей, и за то, что не оставил его самого на попечении охраны Ямашиты. То, что он испытывал к Томохисе, Джин пока и сам не мог нормально сформулировать. Но он безусловно хотел его. Притяжение было достаточно сильным, чтобы он не прекращал думать об этом человеке ни на минуту. Самым же удивительным было то, что оба парня словно действительно избегали его. Вот и Рё, точно как Томо, исчез на ночь глядя. «Может, я для них не достаточно хорош? Но тогда зачем они возятся со мной?» Джин не понимал их поступков. Он оставил всякую надежду разобраться в этой головоломке самостоятельно, предпочитая положиться на судьбу. «Утро вечера мудренее,» — подумал он с наслаждением вытягиваясь на огромной постели Рё Глядя на ночной город, он думал о том, как странно в последние дни развиваются события. О Ямашите. О Нишикидо. Он сравнивал их. В Ямашите чувствовалась уверенность и сила, прямолинейность и честность. А в Нишикидо было что-то непостижимое и загадочное. Тайна, которую хотелось разгадать. «Наверно, было бы здорово пообщаться с ним поближе. Вот только вряд ли он допустит меня в свою жизнь…» Джин с тоской погладил шелковые простыни. Он ведь нормальный человек, и ему всегда хотелось того же, что и другим: уютной теплой квартиры, мягкой постели, хорошей еды. Он не питал иллюзий на счет своего будущего, но все-таки мечтал продлить то хорошее, что было у него сейчас, как можно дольше. «Жаль, что к этому быстро привыкаешь…» — обреченно подумал он, закрывая глаза и проваливаясь в сон. Когда Джин проснулся, часы показывали 10 утра. Потянувшись, он с удовольствием осознал, первый раз в жизни, ему никуда не надо спешить. Когда Джин жил у Ямашиты, его будили в 8, потому что с 9 начинались занятия. Ну, а до этого, он порой вообще не ложился. Но сегодня он мог спать столько, сколько душе угодно, и одно осознание этого делало его счастливым. Перевернувшись на другой бок, Джин снова закрыл глаза и задремал. Через час сон прошел окончательно. Джин хотел есть. К его разочарованию, на кухне не обнаружилось ничего, кроме кофе. Включив кофе машину, он отправился в душ, а вернувшись, с удовлетворением отметил, что по крайней мере этот напиток в доме Нишикидо вполне достойный — насыщенный аромат распространился по кухне… Счастливо улыбаясь, Аканиши вздохнул аромат и закатил глаза от удовольствия. Достав чашку он, устроился прямо на столешнице и налил себе кофе. Сделать глоток Джин не успел. В дверях, словно из-под земли, появился Рё, держа в руках огромный бумажный пакет с покупками. — Привет. Кофе будешь? — дружелюбно осведомился Джин. — Привет! Держи, — забрав из рук Аканиши кружку, Ре передал ему пакет, — Там еда для тебя. Заглянув внутрь, Джин восхищенно замер. Столько всего! Особенно впечатляла вкусно пахнущая свежая выпечка. Именно об этом он сейчас мечтал! Не раздумывая, он поставил пакет рядом и вынул первую попавшуюся плюшку, сразу измазавшись в сахарной пудре. Откусив кусочек и причмокнул от удовольствия, забывая обо всем на свете, растворяясь в запахах и вкусах, жадно облизывая сладкие пальцы… * * * Всю ночь Рё отслеживал туманный след темных, что покушались на жизнь Томохисы. В результате наткнулся на несколько, якобы случайных смертей бомжей и прочих маргинальных элементов. Все это дурно пахло, но не было не единой зацепки. Ангел начинал нервничать. В своей практике он никогда не сталкивался ни с чем подобным. Столь тщательное заметание следов неизбежно наталкивало на мысль, что на парня охотятся вовсе не люди. Создавалось впечатление, что все демоны ада поставили себе одну общую цель: сделать так, чтобы Ямашита перестал существовать на земле. Почему? Этот вопрос не давал ангелу покоя. Почему нарушались все договоренности, и затрачивалось столько сил на какого-то смертного? Во всем этом необходимо было разобраться как можно быстрее, но мешали сами же его подопечные. Нужно было как можно скорее предоставить их друг другу, чтобы не отвлекали от дел. Но пока в его квартире находился Джин, о котором нужно было заботься. Ре связался с охранником Томохисы, попросив привести что-нибудь из вещей Джина: появление в больнице среди бела дня в дорогом помятом вечернем костюме, наверняка смотрелось бы странно. Осталось раздобыть еды. Никогда раньше ангел так не заботился о смертных. Чувства к человеку в его квартире настораживали. Вероятно, этот парень был особенным. Возможно, особенным только для Ре. Подойдя к дверям своих апартаментов с пакетом набитым всякими вкусностями, купленными в порыве нахлынувших чувств специально для Джина, Рё остановился. Его охранные печати пытались взломать. Магические замки держались, но легкий след, оставшийся в воздухе говорил о том, что темные провели здесь довольно много времени. «И что прикажете? Поставить печать на него самого?» — с тоской подумал Нишикидо разглядывая темный след. На самом деле мысль была заманчивой: если поставить печать неприкосновенности на тело Аканиши, то ни одна живая (да и не живая тоже) душа кроме Ре не сможет к нему прикоснуться… Вопрос весь в том, как это сделать? Дурацкие ритуалы с наложением рук на все места и прочими демонстративно-показательными шаманскими жестами всегда немного раздражали Нишикидо. По большому счету он понимал, почему людям это кажется смешным. Если не верить в магию, выглядит довольно нелепо. «Можно ведь просто завалить его…» — пришла в голову Ре циничная мысль, но он тут же отмел её как не состоятельную. Войдя в квартиру, Рё почувствовал насыщенный кофейный аромат, уже безошибочно зная где найти своего подопечного. Как и предполагалось, парень был на кухне. Сидя на столе в едва запахнутом банном халате, Джин пил кофе. «Все-таки завалить…» — подумал Ре, глядя на влажные, чуть вьющиеся волосы, спадающие вдоль изящной шеи на едва прикрытые плечи, и, чувствуя, как его накрывает волна желания, сунул в руки парня пакет с едой. Живя сразу в трех мирах и не принадлежа не одному из них, Рё выработал свой собственный, немного циничный взгляд на вещи. Этот взгляд не укладывался в рамки ни одного из этих миров, делая его изгоем. Быть изгоем не совсем приятно. Чтобы обрести какой-то мир для себя самого, ангел пользовался своеобразном кодексом чести. По этому его кодексу, Аканиши совершал преступление, соблазняя его, конечно, и не догадываясь, что делает, но это не отменяло его вины. Человек живя в этом мире не должен быть таким наивным. Глядя на создание, сидящее сейчас на столешнице в его кухне, с наслаждением уплетающее сдобные булочки, Рё больше не колебался со своим выбором. Пока Рё его созерцал. Объект раздумий ангела, сидел на столешнице болтая ногами, весь погрузившись в сладкую нирвану. Довольно мурлыча, он закрыл от удовольствия глаза, почти неприлично слизывая сахарную пудру с длинных тонких пальцев… «Удовольствие…» — мелькнуло в сознании ангела, — «Я тоже заслужил немного удовольствия…» Словно хищник, Ре приблизился к Джину. Его черный горящий взгляд впился во влажные пухлые губы, испачканные сахарной пудрой… Он медленно протянул руку и нежно провел по ним пальцами. -Ты немного испачкался… — почти шепотом произнес он, — Вот здесь. Парень застыл словно загипнотизированный, все еще сжимая в руке кусочек сдобы. Нишикидо выглядел странно и немного пугающе. Он медленно взял Джина за руку и положил его пальцы себе в рот… -И здесь… Ммм… Сладко, — констатировал Ре. -Что ты делаешь?.. — растерянно спросил Джин, наблюдая, как его пальцы двигаются во рту, плотно обхваченные губами, чувствуя горячий язык, играющий между ними… От этого действия у Джина, что-то шевельнулось в животе, как будто испуганная птица взлетела ввысь. -Ты против? — Нишикидо посмотрел ему в глаза долгим испытующим взглядом. -Не знаю… — словно завороженный прошептал Джин. -Но тебе нравится? -Да… — опустив глаза, словно стесняясь самого себя, выдохнул Аканиши. -Тогда иди сюда! — не давая времени одуматься, Ре обхватил парня руками за талию, притягивая к себе и поцеловал в сладкие губы долгим настойчивым поцелуем. Ресницы, на секунду закрылись: «Жаль, что это не может длиться вечно,» — подумал он. Эти губы туманили разум, заставляли кровь быстрее бежать по венам. Со стоном отрываясь от парня, ангел оглядел его с головы до ног голодным взглядом… -Кажется, ты доигрался… — промурлыкал Ре, прижимаясь плотнее, и целуя Джина в шею. Его руки уже развязывали пояс пушистого банного халата, проникая под мягкую ткань, неистово гладили нежную гладкую кожу. Джин ахнул, но не протестовал. При этом ангел чувствовал как горячо у парня стало внутри и увидел как поплыл взгляд. Нишикидо нравилось, как парень реагировал на него. Он провел руками по груди Джина, легонько задевая ногтями соски удовлетворением отмечая, как у того сбилось дыхание. Но Джин все еще не был расслаблен, он все еще пытался, как-то осмыслить происходящие… Не теряя ни секунды ангел избавился от одежды, оставаясь совершенно обнаженным, не стесняясь, демонстрируя, как он возбужден и хочет. Стащив с парня халат, Ре резко потянул его на себя, сводя руки над головой и связывая их мягким поясом. — Это чтоб ты не передумал, — шутливо сказал Ре, столкнувшись с вопросительным взглядом Джина, — Игра. Ты же любишь игры? Тебе понравится… — Он жестко впился поцелуем в сосок, начиная играть с ним, чуть прикусывая. Темная горошина стала твердой, а по тому как твердел член, Ре безошибочно понял, что на верном пути. Он целовал и кусал ключицы, заставляя парня стонать и ерзать под ним.Целуя, Ре спускаться все ниже и ниже, пока он не нырнул языком во падину пупка. Когда словно со стороны, он услышал свое приглушенное рычание ангел был поражен. Он никогда не терял самообладания, а тут весь отдался чувствам. «Что он творит со мной?!» Хотелось разорвать это тело на кусочки и в тоже время быть нежным. Как совместить оба этих желания, Рё не знал, поэтому просто положился на инстинкты. Не прекращая поцелуев, он провел ногтями по бокам парня, оставляя красные полосы, услышав, как Джин застонал, выгибаясь навстречу, — удовольствие, приправленное болью, заводило его еще сильнее. -Ты невероятен, я хочу… — Рё прошелся языком по промежности, втягивая в себя яичко и прикусывая основания члена. Джин ахнул, выгнулся и заметался на столе. Коктейль эмоций, который выдавал Джин, ударил по нервам ангела, желание обладать стало невыносимым. Он жаждал этого человека каждой клеточкой тела. Сдерживается не было сил. Закинул ногу Джина себе на бедро, ангел попытался овладеть им немедленно, но ему тут же напомнили о важном… -Ты уверен, что мне не будет больно? Если уж ты так стремишься взять меня, может, по крайней мере смягчишь проникновение? — серьезно спросил Аканиши. Рё остановился, тяжело дыша, он попытался вернуться к действительности… Окинув парня под собой плотоядным взглядом, и немного прищурив хитрые глаза, тихо произнес: -Все возможно… Вытащив из шкафчика масло, он наклонился и полностью взял в рот член Джина. Тот застонал от удовольствия. Воспользовавшись моментом, Ре ввел в него сразу два пальца. Тот всхлипнул и выгнулся. Хмыкнув, ангел нащупал точку внутри, заставляя Джина извиваться, почти пытая его лаской. Смертный был таким соблазнительным, что терпения не хватало, хотелось побыстрее оказаться в это горячем метавшемся теле, которое так и кричало, чтобы его взяли. «Утолить желание немедленно!» — маячило в мозгу Ре, как красная тряпка перед быком. Нишикидо продержался недолго. Поняв, что парень готов, он осторожно проник в него и… тормоза отказали. Больше Рё не сдерживался. Он сразу уловил момент, когда Джин под ним стал играть по его правилам, двигая бедрами на встречу и насаживаясь на член. Джин стонал, облизывал пересохшие губы, совершенно не соображая, что делает и говорит… Он выкрикивал имя Ре и просил о большем, что приводило ангела в полный восторг. «Еще, так еще!..» — подумал Ре, схватив парня за связанные руки и притянув к себе, почувствовал горячую кожу Джина на своей… Ре жестко и глубоко впился поцелуем в чуть приоткрытый рот, не прекращая резких движений внутри… Насладившись губами, он толкнул его обратно, фиксируя руками узкие бедра, подчиняя своим движениям. Податливость Джина, как он желал его, как просил, как отдавался, заводила Ре до безумия. Почувствовав, что смертный уже на пределе, ангел сверкнув белоснежными зубами в ироничной ухмылке, быстро перехватил его член у основания, чтобы тот не кончил, и, сделав несколько быстрых и глубоких движений, спустил в него сам. Поняв, что его прокатили, от неудовлетворения Джин вскрикнул и обиженно посмотрел на Нишикидо, который довольно, пошло, облизываясь и чуть покачиваясь от полученного оргазма, нагло ухмылялся, глядя ему в глаза: — Не все сразу… Я хочу в полной мере оправдать твое доверие, — дернув парня за связанные руки, он посадил его на стол и впился в искусанные чуть припухшие губы, настойчиво шаря языком во рту. — Не дуйся, малыш, обещаю: тебе тоже понравится… — загадочно произнес он. Рё погладил свой член и, стащив Джина со стола, развернул к себе спиной, уложив животом на столешницу. Не удержавшись, он сжал руками упругие ягодицы так, что из Джина потекло его семя… Это зрелище завело Нишикидо до крайности, и он, не удержавшись, размазал сперму по коже и проходу. «Полагаю, сейчас смазки достаточно?» — саркастично подумал он и ввел два пальца в узкое отверстие, нащупав простату и заставляя Джина кричать и расставлять ноги шире. -Умница, хочу слышать твой голос! То, что ответил Джин, осталось для Ре загадкой, ибо он никогда не был силен в уличном жаргоне и нецензурных ругательствах. Рассмеявшись в ответ на обвинения, он впился поцелуем в шею, намеренно оставляя засос. -Тебе больше идет, когда ты молчишь, ну, или кричишь от наслаждения, — назидательно промурлыкал Нишикидо, — Плохой мальчик! Вытащив пальцы, он резко вошел в Джина, при этом ощутимо шлепнув по ягодице. «Впервые в жизни я получаю столько удовольствия от процесса накладывания магических печатей,» — с удовлетворением отметил ангел. Сжав бедра крепче, он быстро и жестко трахал Джина. И тому, похоже, нравилось, он извивался и просил быстрее, ему мучительно хотелось кончить, но связанные руки не давали возможности потянуться до члена и помочь себе. Джин злился, он попытался скинуть Нишикидо с себя, но Рё не дал. — Мне кажется, ты был немного груб со мной, — мстительно-шутливо напомнил он Джину, — Думаю, я научу тебя этикету быстрее, чем Томохиса… Но ты заслужил удовольствие, ты прав. Усадив Джина на стол, он посмотрел на обессиленного парня и опустился перед ним на колени, вобрав в себя напряженную плоть. Джин выгнулся дугой и, застонав, вцепился в черные волосы Рё. Он уже ни о чем не думал, он просто двигался, приближая развязку. Рё был не против, он сам довел его до такого состояния — почти полной потери сознания, когда ничего кроме желания не имеет значения. Джин сильнее вцепился в непослушные жесткие пряди, засаживая член глубже, до самого горла, не давая Нишикидо вздохнуть, связанные руки сейчас были очень кстати, они не давали Рё увернуться. Несдержанный и измотанный, он все ещё пытался показать характер и получить удовольствие одновременно. Рё сжалился над ним, мастерски работая языком и помогая дойти до финала. Надолго Джина все равно бы не хватило… Он громко стонал, толкаясь в горячий рот, умело принимающий его целиком. Подумав, Рё добавил остроты, ввел палец в узкое отверстие и погладил возбужденную простату. И это была последняя капля. Джин вскрикнул, сильнее вцепившись в волосы Рё, и кончил ему прямо в горло, заставляя Нишикидо зарыться в паховые волосы носом. Оргазм был настолько сильным и всепоглощающим, что Джин почти сразу отключился, обессиленно упав на стол и выпуская свою жертву на свободу. Рё хитро ухмыльнулся, довольно облизываясь и любуюсь на дело рук своих: — Ты такой чувствительный! Я бы с радостью завалил тебя еще разок, но мне нужно идти… Видишь ли, неотложные дела. А ты, по всей видимости, еще немного поспишь. Он развязал руки Джина и помог ему добраться до ванны. Там он помог ему принять душ, не взирая на слабые протесты, а затем уложил в постель. Нишикидо не жалел, что поставил печать таким образом, ему нравился Аканиши, он заставлял желать его снова и снова. Даже спящий и обессиленный, он вызывал мысли о сексе. Но сейчас его организм пытался адаптироваться к магической печати, так необычно поставленной ангелом, и сон был необходим… На душе у Ре скреблись кошки: «Может быть, не стоило горячиться, и сделать все как-то иначе? Теперь бедолага связан со мной до конца жизни… Но жалеть бессмысленно! Будь у меня возможность все изменить, я все равно поступил бы также.» И хотя мысль о том, что рано или поздно ему придется отпустить Джина и снять заклятье, заставляла Ре испытывать тупую боль в сердце, он все же признавал, что Аканиши — лучшее, что произошло с ним за очень долгое время. Может, самое лучшее, что у него когда-либо было. И он не против повторить это снова. Тем более Джин сейчас принадлежит ему безраздельно — он «подсажен» на Нишикидо и находится в зависимости от него, сравнимой лишь с наркотической… Еще раз взглянув на спящего парня и отогнав навязчивые мысли об обладании его телом, Рё отправился в больницу к Ямашите. Там он застал презабавную картину. Томохиса ругался с отцом, не желающим его выписки. И, конечно, Ямашита-младший оказался упрямее. Да и родитель, не смотря на постоянную занятость, отказывать драгоценному чаду ни в чем не привык. Словом, Томо, руководствуясь лишь своими желаниями и совершенно не учитывая мнения окружающих, будь то врачи или родной отец, уже собирался домой, правда, под присмотром штата охранников. Увидев в дверях Нишикидо, он сразу перешел к делу: — Где Джин? — И тебе — здравствуй! — съязвил Ре, — Джин спокойно спит у меня дома. Вот, зашел узнать… Ты все ещё собираешься отрабатывать свой проигрыш, или я могу забрать его себе? Томохиса бросил на Ре подозрительный взгляд. — Мы же договорились. В моем распоряжении месяц. Подумав, Рё кивнул. — Отлично. Через месяц, на том же месте в то же время… Пока Томохиса отдавал приказы об изъятии Джина из его дома, Нишикидо мучительно размышлял. Наличие Джина в жизни ангела все усложняло. К тому же эти двое стоили друг друга и могли приглядеть друг за другом, пока он занимается поисками убийцы. «Я все делаю правильно…» — словно оправдываясь перед самим собой, подумал Ре. Наблюдая как Ямашита садится в машину, он, окруженный штатом охранников, оставленных, чтобы забрать Джина из его квартиры, все же с удовлетворением отметил, что по крайней мере пока Томо не сможет тронуть Джина и пальцем… Эта эгоистичная мысль грела Нишикидо.