Моё тело — тюрьма

       В воскресенье состоялась семейная встреча — и тоже, как ни странно, в десятом микрорайоне. Видимо, всё для удобства Киры. Катя Голева перестала ходить в клуб практической психологии и, когда ещё в сентябре Кира её об этом спрашивала, ответила, что устроилась на работу где-то на кафедре математики и ей некогда. В клубе в новом учебном году вообще произошли какие-то перетасовки и из их бывшей «семьи» не было практически никого. Серёжа-Комсорг с Олишной запропали. Дэн и Вик перестали ходить ещё с прошлой весны. Макса не было. Сардинка «уплыла» тоже где-то после их совместного дня рождения, хотя её подружка — Галчонок продолжила ходить и, похоже, привела другую подругу — Олечку. Алина вообще походила всего месяц от силы. Марьян тоже не пришла на первое занятие. И по итогу, когда они снова разбились на свои «семьи», Кира осталась «сиротой». А из знакомых были лишь Вася, Симба, Жан и Ёжик. В конце тренинга к Кире подошёл Ёжик — самый взрослый среди них, он был худым, небритым и лохматым, и вполне соответствовал своему имени. — Хочешь, возьмём тебя в нашу «семью»? — предложил Ёжик, который был «папочкой». — У нас правда всё чуть посерьёзней, чем в вашей весёлой студенческой компашке, но с Комсоргом ещё всё непонятно, Даша сказала, что он постоянно семью вести вроде бы не сможет, у него работа сменилась или что-то такое. Так что по факту, если кто-то и придёт, их всё равно по другим семьям распихают. И у нас пока самая маленькая семья и девчонок мало. — Вася в вашей семье? — спросила Кира. — Вася? Нет, он в семье у Леночки, — ответил Ёжик, недоумённо приподняв брови. — Тогда я с вами, — кивнула Кира. Встречались в квартире Элис. Её Кира впервые увидела на тренинге — девушка походила на новенькую из Контакта и… сразу её невзлюбила — тут и «паранормальными способностями» не нужно было обладать, так как Элис кривило и трясло от одного взгляда на неё. У них были одинаковые причёски: светлые крашеные волосы до плеч, — и примерно одинаковый высокий рост. На этом сходство заканчивалось, так как у Элис был широкий крупный нос и пухлые губы. Кира снова испытала лёгкий стыд из-за поведения другого человека, так как Элис за два часа встречи посидела и поелозила на коленях у всех парней, всячески демонстрируя свою сексуальность или чего-то такое. Даже Ёжик сделал ей мягкое замечание. В целом встреча прошла плодотворно и… скучновато. Но зато домой Кира вернулась около трёх часов и у неё оставалась куча времени, так как встречались они в двенадцать.

* * *

Во вторник в клубе практический психологии была игра про отношение к деньгам. Даша попросила всех принести мелочь монетками по пять и два рубля, не меньше пятидесяти рублей, но можно и больше. Кира к большой радости кондуктора сорок первого разменяла ей пятьдесят рублей по два рубля. Так получалось гораздо больше монеток, чем по пять рублей. — Поздравляю, господа и дамы, с сегодняшнего дня мы начинаем цикл «Трудные игры», и первая наша игра называется «Что такое деньги?», — объявила Даша, когда занятие началось. — Представьте, что те монетки, которые у вас есть, это все ваши деньги, всё, что у вас есть. А теперь на общем листочке по кругу вы должны написать какой-то ваш девиз по поводу денег, и мы начнём выполнять задания. Подумав, Кира написала старую шутку, которую то ли где-то вычитала, то ли услышала: «Меня не интересуют деньги, особенно маленькие». Задания заключались в том, чтобы «зарабатывать» деньги — что-то делать, чтобы у тебя «услугу» купили. Но если не хочешь — можно было стать «покупателем» и «транжирой». Потом все они анализировали, что нравится больше: тратить или получать. Кира рисовала маленькие портретики-шаржи за пять рублей и за время задания успела нарисовать их с десяток. Были ещё несколько заданий, когда они просто «играли» с деньгами, чтобы «легче к ним относиться», а под конец Даша забрала у всех всю мелочь, чтобы узнать, какие чувства люди испытывали, когда у них «не осталось денег» или «их украли, отняли». — Что ж, мы приближаемся к финалу нашей игры, — сказала Даша. — А теперь посмотрите на этот мешок, куда я сложила все ваши монеты. Если снова поделить их между всеми, у каждого будет по пятьдесят рублей, но вас двадцать восемь человек, а значит, здесь уже сумма на какое-то благое дело. Я предлагаю каждому высказаться, куда эту сумму он хотел бы потратить, и вы совместно решите, кто больше достоин получить такой приз. Кто первый? Руку поднял Вася. — Я бы купил себе новую куртку. — Думаю, если бы мне дали эти деньги, то я бы потратила их на лекарства для своей бабушки, — сказала Галчонок. — Я бы помог с деньгами одному своему другу, — сказал Жан. Ребята говорили по кругу в порядке очереди, и когда до неё дошли, Кира сказала: — Знаете, у меня есть мечта: организовать свою выставку. И мне недавно поступило предложение, но нужно оформить работы, а это оказалось слишком дорого. В общем, я бы потратила деньги на это. Чтобы осуществить мечту с выставкой. — Я бы хотел сделать хороший подарок моей маме, у неё скоро день рождения, — сказал Симба. — Вы все говорите только о себе, — патетично сказала Олечка, — а я предлагаю отдать эти деньги на благотворительность: в детский дом. Столько нуждающихся сироток, которым они гораздо нужней, чем всем нам! Кира почувствовала, что в животе стало холодно. Ну да, куда ей с её «мечтами» или всем другим до детей-сирот. Тётя Надя, мать её троюродного брата, работала в приюте и рассказывала, как там одевают и обувают детей, что она своим детям не могла такого позволить, а эти «сироты» могли запросто поменять свои вещи на пачку сигарет и вынь да положь им новые. Но говорить об этом… было бы бесполезно, так как она «заинтересована», так что Кира просто промолчала. Началось обсуждение. Многие были согласны с «добрым делом» для сирот. — Это всё, конечно, хорошо, — взяла слово Марьян, которая сегодня пришла, — но ты, Олечка, хочешь облагодетельствовать каких-то незнакомых тебе детей, до которых ещё не факт, что эти деньги вообще дойдут. У нас вообще есть хорошая возможность помочь кому-то близкому, знакомому, а не левым детям. Я не против сироток, но мы можем просто, ну не знаю, все собрать те же вещи, игрушки и привезти в приют. Им эта тысяча с копейками никуда не упрётся. А вообще я за Киру, пусть она выставку оформит и свою мечту исполнит. У неё рисунки прикольные и всё такое. — Я тоже за мечту Киры, — сказал Вася. — Даже уступлю ей свою куртку. Все засмеялись. — Да, мы все вложимся в творчество настоящего художника, — сказал Ёжик. — И я, вообще-то, сам, в общем, рано потерял родителей и могу сказать, что система далека от совершенства. Марьян права: деньги до сирот не дойдут, это точно, да и их много и будет по копейке. Или в кармане у кого-то. Лучше вещами и игрушками. — Да, давайте на следующей семейной сходке все соберёмся в приюте и все принесут кто что может, — поддержала Ёжика и Марьян Леночка. — А потом разойдёмся по семьям. У нас на улице Мира как раз недалеко есть приют или детский дом какой-то. Можно туда пойти. — Ну что, Олечка, тебя такой расклад устроит? — подала голос Даша. — Ну, если мы все соберём вещи, то да, — кивнула та. — И я, наверное, тоже за мечту Киры, пусть оформит работы и мы все сходим на её выставку. — И я за Киру! — И я! — Тогда давайте проголосуем, — предложила Даша. — Кто за то, чтобы отдать деньги Кире… Так-так… ага, единогласно. Кира, это твоё, — и Даша опустила на её колени мешок, который серьёзно давил весом. — Тебе слово. — Я… — растерянно заморгала Кира. — Даже не знаю, что сказать. Это очень много значит для меня. Я… Спасибо вам всем! После занятия она хотела сразу отдать деньги Даше, но та отказалась. — Нет уж, не нужна мне эта мелочь, поменяй на нормальные бумажки, да и подсчитай для начала. — Там… должно быть тысяча четыреста, — подсчитала Кира. — Ну да, надо ещё добавить, но, я найду ещё деньги, когда уже есть столько, то… Спасибо, Даша! — Мне-то за что? Ты сама… воспользовалась случаем и ухватила мечту за хвост, — подмигнула ей Даша. — Ребята же могли и кому-то другому их присудить.

* * *

Кира ехала домой в автобусе и всё не могла поверить, что всё вышло так. Она, конечно, раскидала эти самые вероятности, но… даже предположить не могла, к чему это приведёт. И что реально найдутся деньги, чтобы вот так — подарили, но не быть ни должной, ни обязанной кому-то. Она уже было потянулась к Гриму, чтобы похвастать своими внезапными достижениями и уточнить, не вмешивался ли он и точно ли это у неё самой всё так вышло, но краем глаза увидела, что кто-то подходит. — О, так ты что, тоже на Комплексе живёшь? — села рядом с ней девушка. — Ой… Да, странно, что я тебя в прошлый раз не видела… — удивилась Кира, идентифицируя собеседника в полумраке автобуса. Это была новенькая Катюша, которая с прошлого вторника стала ходить в клуб. У Катюши были медно-рыжеватые волосы, круглые глаза с длинными, но совершенно прямыми ресницами, из-за чего её взгляд казался каким-то задумчиво-грустным. А ещё Катюша грассировала и выговаривала букву «р» на французский манер. Было похоже, что у неё дефект речи, который она старалась сама поправить. — Просто я встретила одногруппников, мы сели в самый конец и там болтали, да и темно же. Не видно, кто стоит на остановке, — пояснила Катюша. — А ты давно в клубе? — Контакты проходила в прошлом декабре, а после первого семестра начала ходить. Я на втором курсе учусь. — Ой, а я тоже на втором! — обрадовалась Катюша. Они проболтали все сорок минут, Катюша оказалась очень интересной девушкой с необычным взглядом на мир. — О, а приходи ко мне в гости, я в семёрке живу в шестьсот третьей комнате, — предложила Катюша, — ты такая интересная, хотя бы есть о чём поговорить… С соседкой мы не слишком общаемся, да и она почти всё время то в гости к кому-то, то домой уезжает, у них электричка до города ходит и всего час ехать. — А ты сама домой не ездишь? — спросила Кира. — Я далеко живу, — вздохнула Катюша, — на автобусе ехать почти всю ночь, ну, это самый удобный рейс, так как до нас добираться почти восемь часов, и ещё это дорого, почти четыреста рублей стоит билет. — О, до нас тоже стало почти двести рублей и примерно двести с копейками километров. Цены так подняли, что вообще. Я ещё помню билеты по сто десять, — кивнула Кира. — Я тоже только раз в месяц могу себе позволить, ну и если сессию пораньше как-то закрыть или праздники. На неделе у меня много дел, но в субботу я могу хоть с утра. — О, суббота мне подходит! — кивнула Катюша. — Я встаю в восемь. Так что если хочешь, приходи с утра. — Подожди, мы же договорились насчёт сирот в субботу, — вспомнила Кира. — У меня, правда, ни вещей, ни игрушек нет… — У меня тоже, — кивнула Катя. — Значит, съездим на встречу, а потом можно и ко мне. — Ну, что-нибудь, наверное, можно придумать… Неудобно с пустыми руками просто за компанию, — задумалась Кира. — Знаешь, у меня идея, я думаю, может, можно пройтись по комнатам и привезти… лак какой-нибудь, который по цвету не подошёл или крем для рук, у меня есть пара тюбиков: на все вылезла аллергия, — шампунь, может, какой-то, который подарили, мало ли всякой всячины завалялось… — О, точно! У меня точно есть помада, которую мне соседка подарила, — усмехнулась Катюша. — И туалетная вода где-то была, которой не пользуюсь. — Я тоже никакими духами или туалетной водой не пользуюсь, — кивнула Кира. — У меня чуть ли не отёк носоглотки начинается от резких всяких запахов. — Ой, у тебя тоже? — засмеялась Катюша. — Для меня что духи, что слезоточивый газ — одна реакция. Моя Наташа как надушится, потом я комнату проветриваю. — У тебя так соседку зовут? Мою тоже Наташа, но она в самом начале, как мы познакомились, попросила звать её Таша. Она в колледже училась до универа, у них в группе чуть ли не пять Наташ было и, чтобы не путать, их по-разному называли. — Ну мы с тобой, даже соседками совпадаем, — хихикнула Катюша. — А у тебя день рождения когда? — Двадцать первого апреля. А у тебя? — А у меня третьего июня, хотя я обычно не праздную… как-то… в прошлом году у нас экзамен четвёртого был сложный, все готовились, да и я как-то стеснялась и денег не было особо праздновать… — У нас тоже в прошлом году четвёртого экзамен был… — и Кира улыбнулась. Было очень похоже, что она нашла замену Кате Голевой, о которой пожелала. Тоже Катю. Это даже немного иронично, что её окружало так много Кать.

* * *

В среду перед танцами Кира заскочила к Даше, которая работала на кафедре психологии, и передала ей всю сумму и пачку со своими работами. В мешке оказалось не тысяча четыреста, как подсчитала в уме Кира, а целых две тысячи шестьсот тридцать два рубля и ещё нашлась монетка в один франк, которую Кира оставила себе на память. Как оказалось, большинство вложили не по пятьдесят рублей, а гораздо больше. А значит, ей не надо было придумывать, где ещё достать денег. Этой суммы хватило для оформления пятнадцати больших и пяти маленьких работ. Открытие выставки назначили на начало декабря, а пока Даниил должен был делать рамки.

* * *

— Ого, какой ты пакет насобирала! — удивилась Катюша, когда они встретились утром в субботу на остановке. — Ага. Своего не так много, я обычно не покупаю то, чем не буду пользоваться, но в течение недели прошлась по комнатам знакомых девчонок, мне много всего надавали и потом приносили от знакомых знакомых, и лака, и шампуней, и пилок почти новых, но неудобных, некоторые и новое отдавали для детского дома. Даже парни как-то узнали и вон, мне три мужских одеколона притащили. А так в основном крема, косметика ещё есть тоже почти новая, тушь, карандаши, женские духи. Всё же сироты — это же не только дети от года до пяти, а ещё и подростки… — Ну да, тут я согласна, — кивнула Катя. — Мне почти всё моя Наташа отдала, у неё оказались просто залежи всякого разного. Прикинь, она целую полку освободила. Ну и ещё несколько девочек из общаги тоже её подружки, облагодетельствовали. Самым смешным оказалось то, что когда они пришли с сумками и пакетами в детский приют и захотели отдать вещи и игрушки, то там потребовали только новые вещи и игрушки с ярлыками и не срезанными ценниками — чего конечно же не обнаружилось, а вот подношения Киры и Катюши забрали всё, до последнего наполовину использованного крема: такого в приюте не было, а там в основном были дети от четырнадцати лет. Причём несколько девчонок, которые видели, что они что-то несут, начали делить «добро» почти сразу в кабинете директора и выглядели довольными и счастливыми. На семейной встрече все возмущались тем, что их вещи не взяли и «выбирались», хотя Кира смутно о подобном догадывалась. По рассказам тёти Нади, приютские ещё не всё носить будут и признают только новые вещи. Ну, а косметикой как-то все и обмениваются, и используют чуть ли не общую. Больше всех, столкнувшись с действительностью, огорчилась Олечка. Остаток субботы, вернувшись в общагу около обеда, Кира просидела у Катюши, они болтали, приготовили вместе еду, погуляли по Комплексу, а потом Кира открыла для себя мир виртуального общения. В первой и седьмой общаге, которые располагались рядом друг с другом — напротив их «девятки» — была сделана внутренняя сеть. У девчонок в комнате был компьютер: они учились на специальности, в которой без компьютера делать нечего, так как они писали программы и углублённо изучали математику и всякие сложности. Катюша сказала, что они с соседкой единственные девчонки в группе, да и училось у них всего двенадцать человек. И предметы даются очень сложно: Катя показала свои лекции про теорию струн и прочие биномы Ньютона, и Кира с ней согласилась. У них и на сопромате, и на термехе половина группы выла, что ничего не понимают. — Тут ничего сложного, тебе надо зарегистрировать ник в сети, и потом выходишь в чат, а можно просто кому-то написать, но если ты укажешь пол, то с тобой сами сразу начнут знакомиться, — щёлкала мышкой Катюша, помогая Кире освоить виртуальность. — Ого! Как много народа! — увидела списки ников Кира. — И это всё реальные люди? — Ага, чаще всего тут указывается комната, тут ещё половины нет, потому что суббота, обычно больше двухсот человек. А некоторые регают чисто комнату и втроём-вдвоём общаются. Вот, видишь, просто цифры. Это значит первая общага, комната сто три или вот, седьмая, шестьсот пятая, это наши соседи, они из моей группы. Там Лёха живёт с Маратом и Яшей. Ну, у Яши ещё отдельный есть акк… — Ты столько новых для меня слов сейчас сказала, — засмеялась Кира. — «регают» это что? И «акк»? — Аккаунт и регистрируют, — пояснила Катюша. — Да, разберёшься, посидишь тут одна? Я пока схожу в магазин, чай попьём. — Да, ой, мне уже кто-то написал? — Кира увидела окошко с «приветом». Следом выскочило «ты новенькая?», «Первокурсница?», «Я раньше тебя не видел в чате», «Из какого города?». И всё это выскакивало так быстро, словно буквы набирали силой мысли. С компьютером Кира была на «вы». В школе и на первом курсе была информатика, но там в основном изучали основы программирования и всякие языки типа «Бейсика», а когда она уехала учиться, родители тоже купили компьютер домой — сестрёнка постоянно на нём играла и проходила какие-то жутковатые игрушки со стрелялками и расчленёнкой. За лето Кира решила, что ей надо освоить печатание текста, и решила перенести в компьютерный формат свои стихи, чтобы можно было распечатать и оставить у мамы, которой её стихи нравились. Когда Кира закончила — почти неделю набирала тексты — мама сходила на работу и распечатала там с дискеты листы. Это было так красиво и аккуратно. Кира сосредоточилась на буквах клавиатуры и набрала в ответ: «привет»…