От любви до ненависти

Прошло ровно две недели с того дня, как на лечение к Сакуре но Акасуна поступил пациент, который по неизвестным причинам попал в неприятную ситуацию. Он получил несколько ножевых ранений в область живота и, пусть они оказались несерьезными, было принято решение госпитализировать юношу. На удивление персонала и самого доктора, больной весьма быстро поправлялся, Сакура даже рассматривала вопрос о выписке раньше предполагаемого срока. И ей бы насторожиться, ведь не каждый человек способен так быстро регенерировать, однако девушка намерена побыстрее избавиться от этого наглого, грубого и просто невыносимого красавца. — Ты понимаешь, что тебе НАДО поесть? — розоволосая еле сдерживала желание накормить брюнета самостоятельно. Слишком тот был капризен, словно барышня! — Вы сами-то пробовали это, доктор? — он вновь корчит недовольную мину, демонстративно отодвигая от себя тарелку с рисовой кашей. — Она же на воде! Меня тошнит от одного взгляда на неё! — Тебе другого пока что нельзя, так что, будь добр, потерпи ещё немного! — девушка, наоборот, пододвигает тарелку к парню. — Боже, как ребенок! — Хах, — он издает смешок, затем затейливо смотрит на девушку, — а может, я так пытаюсь привлечь к себе ваше внимание? Девушка удивленно уставилась на юношу, не понимая, к чему он клонит. Но, если подумать, то капризничает он только с ней. С медсестрами же мил и дружелюбен, даже к уборщицам тепло относится, что уж говорить, по нему вся женская часть больницы вздыхает. Не мудрено, ведь парень действительно красив. Однако Сакура старается не придавать данному факту большого значения, в конце концов, он скоро выпишется, и забудут они друг о друге, как об общем кошмарном сне. — Ешь лучше, — бурчит Акасуна, отворачиваясь от юноши к окну, и, запрокинув ногу на ногу и подперев рукой голову, смотрит на вечерний город. Проблемы были не только в больнице. Брат ни разу за прошедшее время не объявился дома, даже не звонил и не писал. Есть у девушки предположения, где он мог запропаститься, все-таки он у неё кукольный мастер, просиживает все время в студии, но мог бы хотя бы предупредить. Она пыталась связаться сущностно, так как через средства мобильной связи бесполезно, но он закрыт. Девушка просто не может почувствовать брата, кстати говоря, оборванная нить перестала болезненно вибрировать, превратившись в «шрам». Может ли быть такое, что с Сасори что-нибудь случилось? Да нет, она бы узнала об этом первая. Тогда, где он? Что с ним? Сакуре не по себе от этих мыслей, и с каждым днем отсутствия близнеца она волнуется только сильнее. — Сакура-сан, — голос брюнета звучал настойчиво, значит, он не в первый раз зовет её. Девушка вздрагивает, автоматически вопросительно кивнув головой, — с вами все нормально? Может, устали? Плохо себя чувствуете? — он смотрел на неё встревоженно, сверкая теменью ониксовых глаз. — Нет, нет, все нормально, — Сакура думает о том, что пора прекращать смешивать личные проблемы с работой. Даже пациенты начинают замечать, так что ей нужно сконцентрироваться и не отвлекаться. — Пора менять бинты. Она убирает поднос с посудой на тумбу, затем начинает аккуратно снимать старый бинт с тела юноши. Увидев места ранений, она была не просто удивлена, практически шокирована. Раны затягиваются настолько быстро, что теперь на их месте остались лишь свежие шрамы. Что же это за чудо такое, брюнетистое?! — Я с детства такой, — говорит он, почесывая затылок, — быстро восстанавливаюсь. Это не хорошо? — Да нет, я рада, только… — девушка принимает это решение в один момент, и сущностный вектор едва-едва касается биополя юноши. Но ничего, что могло бы объяснить такую быструю регенерацию, она не почувствовала. Неужели, такие люди действительно есть? Что же радиация делает! — Ладно, пусть и с неуверенностью, но тебя можно назвать здоровым. Быть может, завтра ты уже выйдешь из этой палаты. — Отлично, — выдыхает брюнет, а девушка накладывает новый бинт на всякий случай, закрепляет его и намеревается оставить пациента, чтоб тот хорошенько отдохнул, — спокойной ночи, Сакура-сан. Девушка останавливается у самой двери, оборачивается и видит в глазах юноши непонятную теплоту и некую заботу по отношению к её персоне. Ей этого пока не понять, да и поздно уже что-то понимать, все равно он завтра выписывается. Не стоит тешить себя надеждами, тем более, когда ты не человек. — И тебе, Саске, — ровно говорит она и выходит из помещения, так и не заметив победную улыбку брюнета.

***

Она спешит домой с надеждой увидеть близнеца. И, почему-то, чувствует, что сегодня встретит его. Все внутри неё бурлит, ждет, предчувствует скорую встречу. Связующие нити натягиваются до треска, создавая болезненное давление. Глаза видят только дорогу, по которой она изо дня в день ходит на работу и обратно. И как же тяжело ей будет, если и сегодня её надежды не оправдаются. Она поднимет тревогу, она бросится искать его по всей планете, она заявится к зверям, не боясь быть разорванной за такую наглость, она готова встретиться с магом, сразиться и убить, только бы узнать, как ей найти брата. Девушка вдруг останавливается, почувствовав вибрацию телефона в кармане. Звонок был неожиданным для неё, что же могло звонящей понадобиться именно сейчас? — Да, — отвечает немного резко и раздраженно. — Советую тебе поторопиться домой, — голос девушки был серьезен и строг. Розоволосая сбрасывает, ускоряясь с шага на бег. Карин была у неё дома, это безусловно, но войти внутрь самостоятельно не смогла бы. Значит, ей открыли. А вот кто Сакуре и предстоит узнать. И ей очень хочется, чтобы человеком, впустившем Узумаки в дом, был именно её Цинзу. Она открывает дверь спешно, несколько раз обронив ключ. Руки трясутся, и она никак не может попасть в замочную скважину. Наконец, она преодолевает это испытание, вваливаясь в дом, и, побросав сумки, в верхней одежде забегает в гостинную. Происходящее слегка ошеломило девушку, ведь не каждый день она видела ментальное противостояние двух фей, но об этом она думала не долго. Её брат, как призрачный силуэт, как отрывок из сна предстал перед ней, и внутри девушки все будто упало. Сакура смотрела на аловолосого завороженно, хотелось даже протереть глаза или ущипнуть себя за руку, лишь бы убедиться в правдивости бытия. Она хотела было кинуться брату в объятия, но секунду спустя поняла, что её буквально отталкивают энергетическим щитом. Девушка недоумевала, обращая внимание на состояние близнеца: весь его образ был каким-то скрюченным, темным и непонятным. Под глазами залегли тени, тело казалось худым до невозможности, а сам он был измучен и истощен, словно работал все эти дни без остановки. — Ты собираешься объясняться? — спрашивает Карин, не сводя глаз с Сасори. — Я работал, — строго, но с некой неуверенностью отвечает брат. — Это единственное, что вам обеим положено знать. — Тебя не было две недели, — дрожащим от волнения голосом проговаривает розоволосая, — и не надо оправдываться проектом, — она сглатывает горький ком обиды, но решается задать интересующий вопрос. — Где ты был? — Я уже сказал, — он говорит резко и грубо, продолжая, кстати, собирать вещи в свой чемодан. — Но ты пропал! — девушка вспыхивает от гнева. Она так волновалась, и подозрения её доходили чуть ли не до предательства со стороны близнеца, но все-таки верила в него и ждала, а брат ни грамма не сожалеет о содеянном! — Со мной все в порядке, — он резко закрывает чемодан, поспешно направляясь в прихожую, — ты раздражаешь, — выплевывает Сасори напоследок. Все слова вдруг куда-то пропали, слезы высохли, а нити Цинзу прекратили какие-либо вибрации и колебания. Существование её, розоволосой, казалось Сакуре бессмысленным. Она видит, как брат хлопает входной дверью, и ничего не может сделать с этим. И не потому, что не хочет вмешиваться, она просто не способна переубедить Сасори, остановить, и даже силой не сможет. Сакура невидящим взглядом смотрит на закрывшуюся дверь, думая о том, что лучше бы она не видела близнеца и не слышала ядовитых речей. — Не хочу подливать масло в огонь, — начинает Узумаки, тоже готовясь покинуть дом, — но я глубоко сомневаюсь, что его проект как-то связан с его внутренним состоянием, — Сакура взглянула на Карин недоуменно и настороженно. — От него пахнет магом, — Узумаки скрывается за дверью, оставляя розоволосую наедине с новыми переживаниями и действительно пугающими подозрениями.