Когда деревья были большими.

- А ну по­ди сю­да! Хрип­лый го­лос от­ца зас­та­вил ин­стинктив­но приг­нуть го­лову и сжать ку­лаки. Дэ­рил юр­кнул к при­от­кры­той две­ри, ощу­щая, как страх мо­мен­таль­но вспу­ха­ет меж­ду ло­пат­ка­ми и сте­ка­ет по спи­не мер­зки­ми круп­ны­ми кап­ля­ми. Ста­рая фут­болка Мэр­ла, се­рая, с по­лус­тершим­ся че­репом на спи­не, бол­та­ет­ся вок­руг те­ла, хо­тя они с бра­том от­хва­тили доб­рую по­лови­ну в дли­не, но она всё рав­но слиш­ком ши­рокая для пя­тилет­не­го Дэ­рила. Сей­час она лип­нет к ко­же. Он пос­пешно от­сту­па­ет к при­от­кры­той две­ри, ед­ва уло­вив в ок­ри­ке У­ил­ла ле­нивую, раз­го­ра­ющу­юся зло­бу, креп­ко от­да­ющую пе­рега­ром. - Я ска­зал, иди ко мне, зас­ра­нец! Отец в два ша­га пре­одо­лева­ет кух­ню, хва­та­ет Дэ­рила за ши­ворот и раз­во­рачи­ва­ет к се­бе ли­цом.  Бо­ять­ся нель­зя. Дэ­рил зна­ет это чёт­ко. Ес­ли ста­нешь бо­ять­ся, неп­ре­мен­но за­ревёшь, и это ра­зоз­лит У­ил­ла ещё силь­нее. Отец впа­да­ет в бе­шенс­тво лег­ко и страш­но, поч­ти мгно­вен­но, ут­ра­чивая че­лове­чес­кий об­лик, кри­вя рот и поч­ти не со­об­ра­жая, что тво­рит. Дэ­рил зна­ет эту ту­пую, мут­ную зло­бу, каж­дый её от­те­нок. Уга­дыва­ет её приб­ли­жение нут­ром, сад­ня­щей ко­жей на по­яс­ни­це, ещё не пок­рывшей­ся су­хой ко­роч­кой пос­ле прош­ло­го ра­за, ког­да он не ус­пел убе­жать. Он изо всех сил за­кусы­ва­ет гу­бу, чувс­твуя уп­ря­мую вла­гу под са­мыми ве­ками. Мэрл ни­ког­да не ре­вёт. Дэ­рил ви­дел сам, как отец как-то раз рас­по­рол Мэр­лу ру­ку ос­колком пив­ной бу­тыл­ки, и брат толь­ко мол­ча за­кусил гу­бу, лов­ко вы­вора­чива­ясь из от­цов­ской хват­ки. Он хо­чет быть та­ким же сме­лым, как Мэрл, но у не­го ни­как не вы­ходит.  У­илл та­щит маль­чи­ка за ста­рую фут­болку вверх, на­вора­чивая ткань на ку­лак, по­ка она не впи­ва­ет­ся в тон­кую шей­ку, вре­за­ясь ту­гой стру­ной меж­ду поз­вонков. Дэ­рил заж­му­рил­ся, из пос­ледних сил ста­ра­ясь удер­жать приб­ли­жа­ющий­ся рёв, за­моло­тил ку­лака­ми пе­ред со­бой. Тя­жёлое ды­хание и за­пах не­мыто­го те­ла за­бива­ет ноз­дри, ру­ка от­ца рас­се­ка­ет воз­дух, и го­лова взры­ва­ет­ся, крас­ным кро­шевом осы­па­ясь вок­руг. За­пол­няя весь мир го­рячей, ослепительной вол­ной. Боль гро­хочет, рас­ка­лыва­ет мир по­полам, и собс­твен­ный на­рас­та­ющий вой бь­ёт­ся в уши. Над­рывный ску­леж на од­ной но­те сквозь нак­репко сжа­тые зу­бы. Всё. Сей­час бу­дет ещё ху­же. Ещё боль­ней. У­илл по­чу­ял прив­кус кро­ви и прос­то так не от­пустит.  Звук бь­юще­гося стек­ла про­ник в за­тума­нен­ное сле­зами соз­на­ние не­ожи­дан­но. Дэ­рил при­от­крыл гла­за, и встре­тил­ся взгля­дом с Мэр­лом, сто­ящим у даль­ней сте­ны.  - Ты что тво­ришь, су­ка? - отец пе­рево­дил гла­за с раз­би­той бу­тыл­ки на по­лу на ли­цо стар­ше­го сы­на, не ве­ря, что тот сде­лал это на­роч­но, - ще­нок! Он от­швыр­нул Дэ­рила, как гряз­ную тряп­ку и ки­нул­ся к Мэр­лу. Дэ­рил, слег­ка ог­лу­шён­ный уда­ром о дверь, наб­лю­дал, как У­илл схва­тил сы­на за локоть и рыв­ком дёр­нул вниз. За­метил, как по­вис­ла плетью ру­ка брата, но тот да­же не вскрик­нул. Рез­ко от­сту­пил на­зад и мо­мен­таль­но от­ве­тил от­цу уда­ром здо­ровой ру­ки. Мэрл был го­раз­до боль­ше Дэ­рила, вы­сокий, с хрип­лым го­лосом. В прош­лом ме­сяце ему ис­полни­лось шес­тнад­цать, и он ка­зал­ся бра­ту взрос­лым муж­чи­ной. Ру­сая чёл­ка лез­ла Мэр­лу в гла­за, но Дэ­рил ви­дел, ка­кой от­ча­ян­ной зло­бой го­рят его зрач­ки, нап­равлен­ные на от­ца. У­илл пе­рех­ва­тил ру­ку сы­на и лег­ко тол­кнул его в сто­рону. Так, что­бы под­росток на­порол­ся бед­ром на ос­трый угол сто­ла.  - Да по­шёл ты, уб­лю­док! - Что? Что ты ска­зал? - Мразь, - уп­ря­мо вып­лю­нул Мэрл и тут же зах­лебнул­ся пря­мым уда­ром в че­люсть, - уб­лю­док! - пов­то­рил, сквозь вспу­ха­ющую пу­зыря­ми кровь на гу­бах. И мот­нул го­ловой. И ещё раз.  Дэ­рил не сра­зу по­нял, что Мэрл ве­лит ему вы­метать­ся с кух­ни. А ког­да по­нял, зас­тыл на по­лу, раз­гля­дывая оку­рок, за­бив­ший­ся в ды­ру на ста­ром ли­нолеуме ря­дом с его бо­тин­ком. Боль­ше все­го на све­те ему хо­телось пос­лу­шать бра­та и уб­рать­ся от­сю­да. Но...  У­илл вы­дер­нул пок­ры­тый жи­ром тос­тер из ро­зет­ки од­ним дви­жени­ем, сло­жил про­вод по­полам и раз­махнул­ся. Дэ­рил зак­рыл уши ру­ками и бро­сил­ся прочь. Он знал, что это та­кое. Слиш­ком хо­рошо знал. Про­вод впи­ва­ет­ся в ко­жу, ос­тавля­ет баг­ро­вые раз­во­ды, ко­торые по­том вспу­ха­ют си­ним и чёр­ным там, где кровь спе­ка­ет­ся под са­мой ко­жей, про­вод прес­ле­ду­ет твои го­лые ру­ки, жи­вот, спи­ну, всё, что по­падёт­ся под ру­ку от­ца, ко­торый бь­ёт на­от­машь, вкла­дывая всю не­малую си­лу в эти уда­ры. Про­вод жжёт го­рячей, не­выно­симой болью, зас­тавля­ет зах­лё­бывать­ся кри­ком, но спря­тать­ся нег­де, ру­ка от­ца креп­ко дер­жит на мес­те. Бо­ли не бу­дет кон­ца. Она вез­де, раз­ли­ва­ет­ся ог­ненны­ми мо­рем в тво­ём те­ле, раз­ли­ва­ет­ся вла­гой в гла­зах так, что они пух­нут, и по­том па­ру дней ве­ки крас­ные и тол­стые. Гор­ло сад­нит от кри­ков, боль под­жи­да­ет со всех сто­рон, и кро­ме неё в ми­ре нет боль­ше ни­чего. Толь­ко эта ог­ромная, ад­ская боль, гро­зящая вы­давить из­нутри ба­рабан­ные пе­репон­ки.  Отец бил его не так час­то. Дэ­рил знал каж­дую но­ту в его го­лосе и умел мо­мен­таль­но смыть­ся, как толь­ко чуял опас­ность. Он на­учил­ся чувс­тво­вать уг­ро­зу ко­жей лет с трёх, сколь­ко се­бя пом­нил. Он пред­ста­вил се­бе, как про­вод сей­час жжёт бра­та. Сбе­жал, как трус, ос­та­вил его там од­но­го. Пос­ле то­го, как Мэрл раз­бил бу­тыл­ку, что­бы от­влечь от­ца на се­бя.  Мэрл вы­шел из до­ма, слег­ка по­качи­ва­ясь, ути­рая ку­лаком раз­би­тые гу­бы, спус­тя пол­ча­са. Дэ­рил вол­чком бро­сил­ся ему в но­ги, вце­пил­ся в шта­нину и за­ревел. Мэрл пос­то­ял, не­лов­ко ско­собо­чив­шись, со сжа­тыми гу­бами и си­ней ле­вой ру­кой. Свет­лая ма­куш­ка бра­та да­вила под ло­коть, он ре­вел гром­ко, са­мозаб­венно, уто­пив нос в мэр­лов­ской ру­баш­ке и кри­вя ро­зовые гу­бы так, что об­на­жались мел­кие зу­бы с прос­ве­тами в трёх мес­тах. На ма­куш­ке оди­нокой тра­вин­кой то­пор­щи­лась тон­кая светлая прядь. - Лад­но, не ре­ви, - Мэрл по­мор­щился и пох­ло­пал ху­дую спи­ну здо­ровой ру­кой, - Дэ­рили­на. Дэ­рил су­дорож­но ик­нул и вы­тер ла­донью нос.  - По­еха­ли в го­род. Дос­та­нем что-ни­будь пож­рать. Не­бось, с ут­ра в брю­хе пус­то?  - На ма­шине? - На ма­шине, - Мэрл сплю­нул тём­ный сгус­ток из-под язы­ка и под­тол­кнул Дэ­рила к ста­рому пи­капу на обо­чине. Дэ­рил с тру­дом по­тянул на се­бя скри­пучую двер­цу.  - Ше­велись. Мэрл быс­тро обо­шёл пи­кап и ус­тро­ил­ся за ру­лем, по­ложив ле­вую ру­ку на ко­лени.  - Да­вай я по­веду? - ска­зал Дэ­рил, ста­ра­ясь, что­бы го­лос зву­чал очень серь­ёз­но.  - Ус­по­кой­ся, лад­но? - Дик­сон стар­ший на­шарил под си­день­ем ключ и за­пус­тил мо­тор, по­минут­но ог­ля­дыва­ясь на дом. Дом, залитый солнечным светом, выглядел тихим и умиротворенным. Приличным, если не считать ободранного забора, местами провалившегося внутрь, и обуглившегося левого крыла, где полгода назад сгорела мать. Мэрл отпустил сцепление и вдавил педаль газа в пол. Даже отсюда он слышал, как у мелкого урчит в животе.