Меланхолия Ан Джэхе

Наверное, это особый вид мазохизма, думает Джэхе несколькими днями позже, листая твит-ленту и просматривая фото с недели моды. Свои, в том числе. Что и кому он пытался доказать, придя на показ в одиночку, он и сам не знает. Впрочем, нет, пожалуй, знает. Сидеть в пустом общежитии и обновлять новостную ленту в ожидании – слишком… просто слишком. Он не девочка-фанатка, а айдол, в конце концов, и его появление на показе было бы вполне естественным, хотя модником его назвать можно лишь с натяжкой. В марте все было иначе: тогда лидер просто взял его за руку и потащил за собой, а Пио, кажется, вообще до последнего не был в курсе, что Джэхе идет с ними. Сейчас же… лидер, наверное, удивился бы, увидев его здесь, потому что главные принципы одежды Джэхе – удобно и просто, и Сеульская неделя моды в этот концепт не слишком-то вписывается. «Beyond closet» он проигнорировал намеренно, хотя вполне мог задержаться и прийти, тем более что лидер – называть его просто лидером даже в мыслях гораздо проще – долго работал над музыкальным сопровождением. Да и как бы Джэхе ни относился к Ко Тэену, он признает, что тот действительно талантлив. Новая коллекция, как и нью-йоркская, вышла весьма удачной, и если бы не обстоятельства, Ан обязательно пришел посмотреть лично, но… Нет, проблем у него по-прежнему не было. Просто внутри неспокойно ворочался мерзкий червячок и откуда только взялся, скотина, и Джэхе почти без колебаний предпочел дерзкому «Beyond closet» спокойную гамму «Munsoo Kwon». Бренд хорош, и ему идет их стиль – в кои-то веки Джэхе решает, что фотографии с ним вышли не так уж и отстойно. Но все время до начала показа он чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что все знают, почему он здесь один, а кто не знает, тот догадывается. Со всех сторон чудились взгляды и шепотки, и он беспокойно ерзал на стуле, пряча неловкую улыбку в высоком воротнике. К счастью, показ полностью перехватил его внимание, и до самого окончания Джэхе, не отрываясь, смотрел на подиум, провожая заинтересованным взглядом каждую модель. Он даже задержался после, раздумывая, не остаться ли совсем, но, завидев в коридорах знакомые фигуры, к выходу направился едва ли не бегом. Впрочем, он не жалел, что пришел, и домой вернулся в приподнятом настроении. От которого, впрочем, сейчас не осталось и следа, потому что твиттер и Ко Тэен, ты можешь писать о ком-нибудь, кроме? Джэхе выкладывает селку с очередной дурацкой подписью – у меня все прекрасно – и откладывает телефон в сторону. Он валится на кровать и бездумно пялится в потолок. Собственное поведение раздражает, а еще больше – то, что ничего поделать с собой он не может, как ни старается. Он не знает, когда именно лидер стал его несуществующей проблемой. Может, год назад, когда он впервые услышал «Very good», может, во времена промоушена первого альбома, а может и еще раньше, до дебюта. Джэхе пропускает этот момент, а когда замечает, уже поздно: У Чихо проник слишком глубоко под кожу, и как же тебя оттуда вытравить, зараза. Чихо, к слову, в курсе. Не про проблему, конечно – тем более, что никакой проблемы и вовсе нет – в целом, про Джэхе. К несчастью для последнего, лидер всегда был излишне наблюдательным, и взгляды, которые Джэхе бросал на симпатичного стилиста, не остались незамеченными. А еще он никогда не отличался особым тактом, поэтому очередная совместная попойка – Джэхе ему доверял, иначе, зная о собственной болтливости, и капли бы в рот не взял в его присутствии – ознаменовалась сакраментальным: «Хен, ты что, того… ну, ты понял?» Под его внимательным взглядом врать не имело смысла. Джэхе помнит, как уже приготовился к злобной тираде, потому что их лидер – настоящий мужик и вообще, но тот сказал только: - Ну, я где-то так и думал. - И что, бить не будешь? - А нахера? Если группу подставишь, тогда побью, - и продолжил цедить свой виски и болтать о всякой фигне. Впрочем, как оказалось, Джэхе обрадовался слишком рано. Потому что, во-первых, симпатичных стилистов у них больше не было – только милашки-нуны, а, во-вторых, тот вечер положил начало шуточкам У Чихо. Видимо, тот решил, что раз Джэхе нравятся парни, то его можно лапать за все, до чего дотянешься. Лидер считал это дико прикольным и останавливаться не собирался, еще и остальных подначивал - а те и рады подурачиться. Правда, после того, как Ан популярно объяснил, что если Чихо не хочет расстаться с анальной девственностью, то ему лучше прекратить, он затих, но ненадолго. И Джэхе уже сам пожалел, что попытался дать отпор – наверное, стоило просто переждать, пока тому не надоест – потому что лидер начал пытаться его целовать. И это было просто хуже некуда. Он игнорировал, давал поджопники, истерил – все напрасно. Когда У Чихо взбредает что-то в голову, он не остановится ни перед чем, и уж тем более не перед Ан Джэхе. Вокалист до сих пор вспоминает тот смачный поцелуй в шею, которым лидер его одарил прямо перед камерами, и мрачно гадает, что будет дальше – его засосут на концерте? Джэхе завидует остальным ребятам, потому что будь он стопроцентным натуралом, все было бы оки-доки. Может, он и сам бы засосал этого ненормального, и обоим было бы по приколу. Но он не, и это меняет дело, потому что уймись, чертова фантазия, потому что гребанный У Чихо, потому что не представлять просто невозможно. Проблемы нет. Есть все в порядке, хен в редкие выходные и отвали, У Чихо каждый рабочий день. Вот только от этого не легче ни на грамм. Быть или не быть, думает Джэхе, глядя в потолок. Признать - значит поставить себя перед вопросом решения, не признавать – все равно, что ходить по улице с ведром на голове: глупо, некрасиво и непрактично. Дураком он себя никогда не считал, поэтому шумно набирает в легкие воздух, будто перед прыжком в воду, и произносит в тишину комнаты: «Проблема есть». Вот только что с ней делать, он по-прежнему не представляет.