Меланхолия Ан Джэхе

Не вычитано. Варнинг: имеется ОМП Джэхе сидит на одном из мягких диванов вип-зоны клуба и медленно цедит безалкогольный коктейль. Клуб закрытый и принадлежит кому-то из приятелей Кена — у этого парня множество неожиданных и полезных связей. Джэхе здесь нравится, особенно его привлекает факт наличия приват-комнат — очень удобно, если пришел сюда с определенными целями. Стоит, конечно, немало, но он бывает тут не так уж часто: раз в месяц, реже — два, можно и потратиться. Все по стандартной схеме: прийти, насладиться приятной атмосферой, дать организму необходимую разрядку, уйти. Звучит цинично и, возможно, даже мерзко, но Джэхе рассматривает это, скорее, как некий вклад в собственное здоровье, телесное и психическое, нежели как что-то аморальное и низкое. Вообще-то он по-честному собирался хранить ненужную верность своей безответной любви, но в итоге этот высокоморальный порыв вышел ему боком. Он продержался довольно долго — девять месяцев без секса довольно внушительный срок для парня его лет — но в какой-то момент все пошло наперекосяк. От всех этих дружеских захватов, объятий и поцелуев хотелось лезть на стену — хватало мимолетного касания, чтобы возбудиться, и организму было совершенно плевать, произошло это в общежитии, в машине или во время интервью. Спортзал помогал, но не намного. Напряжение спадало, но как только объект желания попадал в поле зрения, накрывало штормовой волной и сносило напрочь мозг. А потом случилось страшное: Джэхе потерял контроль. Сказался адреналин после выступления и разгоряченный, охренительно прекрасный ебанутый на всю голову лидер с полнейшим отсутствием инстинкта самосохранения, который имел глупость запрыгнуть на Ана сзади, когда они остались в гримерке вдвоем. И который мгновение спустя оказался прижат к стене той самой гримерки. Потому что это было слишком. Впрочем, мозг включился раньше, чем Джэхе успел натворить что-то серьезное. Он выскочил из гримерки как ошпаренный, едва ли не бегом направившись к автостоянке, где уже ждали остальные. Забился в дальний угол салона автомобиля и с силой сжал руку Кена. Помнишь, ты звал меня в одно место? Давай сходим. Сегодня. И плевать, что прежде сам отвергал все приглашения Пака затусить вместе. В тот момент Джэхе понял, что хранить целибат не только бессмысленно, но и опасно — нерастраченное напряжение грозило обернуться большой проблемой. В этот раз обошлось: лидер пару дней ходил притихший, но тему не поднимал, а после и вовсе вернулся в свое обычное состояние — видимо, списал все на драйв после выступления. Но кто бы поручился за то, что ситуация не повторится? В первый раз было мерзко. Джэхе чувствовал себя грязным и просто мудаком, потому что секс без обязательств никогда не входил в его систему ценностей. Но когда на следующий день он смог вполне спокойно терпеть касания лидера и общаться с ним без боязни сорваться, то решил, что оно того стоит. А после это вошло в привычку, и моральная сторона вопроса отошла на задний план. Проблемы не стало. Они за столиком не одни: Кен уже нашел себе жертву на вечер — симпатичного брюнета с веселыми глазами и хорошим телом, как раз во вкусе Пака. Тот всегда выбирает таких — похожих на одного из членов 92-лайн — когда у него в разгаре личный кризис. Джэхе соврал бы, если б сказал, что ему не любопытно, но он уважает личное пространство друга и никогда не лезет в его сложные отношения с Минсу. Пак отвечает ему тем же, и Ан ему за это очень благодарен. К счастью, в отличие от друга, чьи предпочтения можно заметить невооруженным взглядом, самого Джэхе спалить не так просто — особых внешних критериев у него нет, разве что чересчур смазливые парни раздражают. Может, он видит в них кривое отражение собственной наружности, кто знает, Джэхе никогда над этим не задумывался. Да и не все ли равно, как выглядят его мимолетные пассии, они все проигрывают в самом главном — они не он, а прочее абсолютно не важно. Джэхе чувствует чужую руку на своем колене и поднимает взгляд от бокала. То, что он остался наедине с приятелем дружка Пака, оказывается для него неожиданностью. Приятель этот, к слову, на внешность очень ничего — среднего телосложения, одетый скромно, но дорого. Не красавец, но весьма привлекательный. Наверняка, отбоя нет от парней. — Твой друг ускакал на танцпол, — говорит он приятным низким голосом, видимо, заметив растерянный взгляд Ана, — и оставил тебя на моем попечении. Просил передать, что, скорее всего, уже не вернется. — Вот как, — кивает тот, даже не пытаясь изобразить заинтересованность. — Джонхен, — внезапно представляется тот. Мне не нужно твое имя. — Знаю, обычно имена тут не приняты, но твое мне узнать очень хочется. — Прости, но я не разделяю твое желание, — говорит Джэхе, прикрывая глаза. Расслабиться сегодня не выходит, мысли все время возвращаются к оставленному включенным компьютеру и той идиотской пропади ты пропадом и почему я такой идиот таблице. Оценивающий взгляд Джонхена только подливает масла в огонь. Джэхе облизывает пересохшие губы — он не любит, когда на него смотрят так пристально — и начинает думать, что зря не послал Пака с его предложением. Сегодня у него ничего не получится. — В анонимности тоже есть особый шарм, — смех у Джонхена оказывается приятный. — Но я настойчивый. — Смотри, как бы твоя настойчивость не вышла тебе боком. — Не то что, изобьешь меня? — и добавляет, подумав. — Я не против. — Ты что, мазохист? — Нет, но с тобой не прочь попробовать. Джэхе не выдерживает, прыснув в кулак. Что за странный парень! — Черт, где тебя учили к парням подкатывать? — А что, сработало? — Да иди ты. Только идиот на это поведется! — Ну, ты немного расслабился, а значит, сработало. Хотя ты прав, я ничерта не смыслю в подкатах, — Джонхен неловко улыбается, ероша волосы, и Джэхе с удивлением понимает, что натянутая струна где-то внутри и вправду ослабла. — Не ври, ты выглядишь тем еще ловеласом. Хотя и не похоже, чтобы ты часто тут бывал. — Раскусил: я тут впервые. — И что же ты тут забыл? — Ммм… ищу любовь? Ответ настолько идиотичен, что Джэхе даже подвисает. — Ты дурак? — выдает он наконец. — Скажешь, невозможно? — В месте, куда приходят, чтоб потрахаться? О да, тут просто куча желающих. Джонхен лишь пожимает плечами. — Все ищут, так или иначе. Только не все признаются, — невозмутимо говорит он, и Джэхе не находится с ответом. — Я — нет. — А я вижу обратное. Не спрашивай, почему. — Идиот, — бормочет Джэхе в бокал и с силой прикусывает пластиковую трубочку, забывая, что хотел уйти еще десять минут назад. Этот парень чем-то неуловимо подкупает — хрен его знает, чем, может потому что и правда не выглядит завсегдатаем подобных мест. Искатель большого и светлого, тоже мне. А потом его губы накрывают чужие, и он даже не возражает. Это не поцелуй — невинное касание под стать малышне из начальной школы, но Джэхе расслабляется окончательно. Кажется, вечер все же спасен. Пак Кен может собой гордиться. — Дай мне шанс, — выдыхает Джонхен в его губы, и Джэхе кивает, отстраняясь и вставая с насиженного места. Он тянет парня за собой и буквально вталкивает его в одну из приват-комнат. Пуговицы на брендовой рубашке парня едва ли не разлетаются под его напором, но Джонхен перехватывает его руки, останавливая. — Что не так? Разве не этого ты хотел? — Не гони лошадей, — Джонхен подталкивает его к кровати. — Хочу насладиться моментом, ведь другого шанса у меня не будет. — Не говори так, будто мечтал об этом всю жизнь. — Кто знает, — и прежде чем Джэхе успевает что-то возразить, его мягко роняют на постель и затыкают рот поцелуем — настоящим и очень, очень горячим. Джонхен вообще оказывается очень горячим. Он весь какой-то неправильный: слишком открытый, слишком податливый, слишком жадный до ласк и прелюдий. Джэхе обычно не разменивается на нежности со случайными партнерами, но с Джонхеном отчего-то не против. Тот с легкостью ломает привычную схему раздеть-нагнуть-кончить-уйти, особенно когда не дает поставить себя на четвереньки — «Я хочу видеть твое лицо» — и сопротивляться этому не хочется. Джэхе и не сопротивляется и впервые почти не представляет. Пак Кен может гордиться собой вдвойне.

***

Джэхе открывает глаза и видит перед собой улыбающееся лицо Джонхена. Черт побери, он что, уснул? Если да, то почему этот парень все еще тут? — Ты отрубился, — подтверждает его догадки тот. — Прости. — Брось, мне даже льстит. Да я и сам отключился следом за тобой — неудивительно, мы же столько раз… — Почему ты еще тут? — перебивает его Джэхе, садясь на постели и ища взглядом свою одежду. — Ты красивый, когда спишь. В смысле, еще красивее. Это что, блядь, причина? — Не знаю, в какой книжке для пикап-мастеров ты прочел эту муть, но лучше выброси ее нахрен. Джонхен смеется: — Вообще-то это был интернет-форум, но ты правда красивый. Очень. — Который час? — Джэхе поднимается с постели и начинает одеваться, намеренно оставляя комплимент без ответа. Обычно сцены прощания не вызывают у него неловкости — стандартное «было здорово» и, в общем-то, и все. Сейчас же все слишком странно. Взгляд Джонхена пронизывает его насквозь, заставляя чувствовать себя почти мудаком. — Без пяти шесть. Эй, ты же не к парню торопишься, нет? Джэхе закусывает губу, застегивая рубашку. Чего ему все неймется? — Слушай, не хочу показаться грубым, — бросает он, — но я не склонен вести беседы. И продолжительных знакомств тоже не ищу. — Я знаю, — Джонхен встает с постели и подходит к нему вплотную. — Знаю. И о том, что «дело не во мне», тоже знаю. — Что ты… — Догадался. Я, может, и не пикап-мастер, но на меня обычно западают, и я не слишком стараюсь, когда хочу кого-нибудь подцепить, но с тобой… — он осекается и смущенно кашляет. — Звучит самонадеянно, да? — Это точно. — Зато честно. В общем, по тебе видно, что ты несвободен, — Джонхен вскидывает взгляд. — Свой номер предлагать не буду, все равно ведь не перезвонишь, да? Джэхе согласно кивает. Джонхен вздыхает, как будто ему действительно жаль, а потом быстро целует его в губы и отходит на другой конец комнаты. Затянувшееся прощание прерывает пиликание телефона Джэхе — пришло новое сообщение — и тот хватается за него, как за спасение от неловкой тишины. Он бросает взгляд на экран, и сердце ускоряет темп. Абонент: У Чихо. Джэхе видит еще два сообщения от него же и, замирая от страха, жмет «открыть». Он ожидает увидеть что угодно: что тот все понял, что Джэхе сраный педик и в гробу его видали вместе с его гребанными чувствами, что Чихо выкинет его из группы — но все оказывается куда прозаичнее. Первое сообщение гласит: «Репетицию перенесли на девять утра». Окей, думает Джэхе, но обязательно было писать об этом в два часа ночи? Следующее датируется 3:15 и выглядит менее цензурно: «Чтобы в семь был как штык и трезвым. И вообще, какого хера Пак Кен уже дома?» «А какого хера ты все еще в общежитии?» — думает Джэхе, не понимая такой активности от лидера. Он открывает последнее сообщение: «Хен, если не появишься через двадцать минут, глаза на жопу натяну». — Это он, да? — Джэхе вздрагивает, слыша голос Джонхена. Он уже успел забыть, что находится в комнате не один. Чертов лидер. — Можешь не отвечать, вижу, что он. У тебя глаза горят. — Я… мне пора. Спасибо за сегодня, — говорит Джэхе, не придумав, что еще можно сказать. Джонхен кивает. — И тебе. И… может, все же скажешь свое имя? Вопрос застигает Ана уже в дверях, и одновременно с этим его телефон взрывается мелодией входящего вызова. Сердце предательски екает. Парень оборачивается, чтобы в очередной раз сказать «нет», но случайно нажимает «ответить». — Блядский Ан Джэхе, — вопит трубка голосом любимого убить бы тебя, сука лидера, — где тебя черти носят, мать твою?! Джэхе прикрывает лицо рукой. Конспирация, ага. Джонхен улыбается — явно все слышал, скотина, да и невозможно не услышать, когда этот придурочный орет, как ненормальный. Но отчего-то хочется улыбнуться, и Джэхе растягивает губы в веселой улыбке. — Джэхе. Меня зовут Джэхе, — говорит он Джонхену и, махнув на прощание рукой, поспешно выходит из комнаты, прикладывая телефон к уху. — Блядский У Чихо, если тебе не спится в шесть утра, это не значит, что надо названивать тем, кто спит! — в том же тоне отвечает он, идя по коридору. Чихо не заставляет себя ждать: — А какого хера ты спишь, когда я сказал тебе через двадцать минут быть в общаге? И какого хера не отвечал на смс? — В пол седьмого? Ты в своем уме вообще? — фыркает Джэхе. — А не отвечал потому, что был, мать твою, занят. Чем именно сообразишь или подсказать? — Где ты? — Я буду вовремя, расслабься, — уже примирительным тоном говорит парень. По ту сторону недовольно цокают. — Опоздаешь — придушу. Джэхе смотрит на потухший экран, недоумевая, что случилось с их лидером. Блядь, Чихо, да что с тобой не так?! Впрочем, долго удивляться ему не дают, поскольку через минуту телефон звонит снова. — Что еще? — Где ты? — снова спрашивает Чихо. — Что, хочешь забрать меня? — ехидно интересуется Ан. — Да. Да, хочу, — и добавляет, дождавшись, пока Джэхе назовет адрес ближайшего к клубу перекрестка. — Не хочу, чтобы ты сорвал нам репетицию, — и снова бросает трубку. Джэхе уже даже не пытается искать смысл — хер его знает, что ударило лидеру в голову в очередной раз, может, песня не получается, а может, девчонка бросила, вот он и мается бездельем. Как бы то ни было, а ему предстоит провести несколько минут наедине со своей все-еще-проблемой, и к этому стоит подготовиться. Впрочем, эта ночь определенно пошла ему на пользу — Джэхе чувствует себя полным сил. А если им с лидером удастся еще и поорать друг на друга, день явно будет удачным. Он улыбается сам себе и, выйдя из клуба, с наслаждением вдыхает свежий утренний воздух, а после неспешно отправляется вниз по улице.