Я — Лусинда

      На этот раз раб у входа не стал препятствовать тому, чтобы Лусинда вошла. Он лишь на мгновение замялся, а потом всё же открыл дверь перед ней. Девушка поморщилась и, хотя она ничего не сказала, подумала, что Сантосы, пусть и работорговцы, а управляться с рабами не умеют. Риккардо ждал её во всё том же кабинете, где она встретила его в первый раз. Вернее, он сделал вид, что вовсе и не ждал её.       — Кажется, все вопросы улажены между нами, — произнёс он, с лёгким удивлением глядя на неё.       — Что, значит, улажены? Не вы прислали мне записку, что хотите встретиться со мной.       Некоторое время Риккардо просто молча смотрел на неё, но прежде чем Лусинда успела возмутиться, он спросил:       — Могу я взглянуть?       Всё происходящее начало раздражать Лусинду, вся эта неразбериха с записками, которые вроде бы никто и не слал, уже окончательно достали её. Отчасти она даже жалела, что сейчас рядом с ней нет Му. В прошлый раз рядом с ним было как-то спокойнее. Но она понимала, что гневными криками проблемы не решить, сейчас перед ней стоял вовсе не раб, которым она могла помыкать как угодно, а человек всё же имевший определённое влияние в Реме, и поэтому она просто протянула записку Риккардо.       Тот лишь мельком взглянув на неё и прошептав:       — Поганец, — поднял глаза на Лусинду. Таким Риккардо она ещё не видела, лукавые огоньки исчезли из его взгляда, сейчас он казался донельзя серьёзным. — Я эту записку не писал.       — Какого чёрта тут вообще происходит? — сорвалась всё-таки Лусинда. — Меня уже всё это достало! И я не уйду отсюда, пока вы не объясните мне, кто же шлёт эти чёртовы записки!       — Но так и быть я всё расскажу, — невозмутимо продолжил Риккардо. Казалось, что его совершенно не волновали гневные выкрики девушки.       — Я слушаю, — Лусинда глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки, прекрасно понимая, что иначе она может упустить что-нибудь важное.       — На меня работает один человек. Когда-то он был женихом Улы и, кажется, таким образом пытался её спасти.       — Что за тупой способ? — Лусинда нахмурилась. В рассказ Риккардо верилось с трудом.       — Можете сами спросить у вашей рабыни, — пожал плечами Риккардо.       — Что это за человек? — раз он начал говорить, то девушка была намерена выяснить всё до конца.       — Он гладиатор. Его зовут Федерик, вы могли слышать о нём, он довольно известен. Раньше был рабом, но теперь получил свободу. Моя компания поддерживает его. Лусинда сузила глаза. Федерик действительно был известным гладиатором. Но было бы проще, если бы он оставался рабом. Впрочем, то, что он свободный, ничего не меняло. Он должен ответить за то, что попытался похитить её собственность.       — Федерик должен понести наказание.       — Я уже говорил о компенсации. Моя компания выплатит её вам.       — И этот гладиатор так просто отделается?       — Нет. Этот долг мы вычтем с него. Моя компания не благотворительная организация, — тон у Риккардо стал жёстким.       — Но… — попыталась возразить девушка.       — Позвольте со своими людьми мне разобраться самому, — он сделал паузу, а потом продолжил, не меняя жёсткости тона: — Уж поверьте, от наказания никто не уйдёт.       — Хорошо, пусть будет компенсация, — внезапно у Лусинды пропало всё желание спорить с этим человеком. Она понимала, что ссора с этим человеком ни к чему хорошему не приведёт.       Возвращалась домой Лусинда в самом дурном настроении. С этим Федериком она хотела бы расквитаться сама. Но понимала, что Риккардо никогда этого не позволит. Тут даже её отец ей не поможет. И поэтому ей натерпелось поскорее попасть домой. Там хотя бы она могла сорвать свою злость на какой-нибудь рабыне. Хотя бы на той же Уле. В конце концов, это по её вине она попала в такую ситуацию.       Лусинда почти не выглядывала из-за занавесок палантина. Если кто-нибудь из знакомых заметит её, от него же потом не отвяжешься! А у неё нервы и так были на пределе.       Поэтому, когда носильщики паланкина внезапно остановились, Лусинда в раздражении откинула занавеску, уже почти готовая отчитать того, кто посмел преградить ей путь. И тут поняла, что это Му Алексий. В принципе, это был идеальный объект, чтобы выместить на ним всю накопившуюся злость и обиду. Какой бы пост он ни занимал, но он всё равно оставался фаналисом, недалеко ушедшего от простого дикаря.       — Никаких манер, — проговорила Лусинда, пытаясь придать своему голосу как можно больше недовольства. — А я, между прочим, очень тороплюсь.       — Я надолго не задержу…       — В последний раз, когда я это слышала от тебя, мы оказались заперты в одной комнате, — напомнила Лусинда.       — Сегодня я и сам спешу. Просто хотел спросить как Ула.       Услышав последние слова, Лусинда испытала лёгкое разочарования. И что ему далась эта рабыня?       — Она вернулась, — ответила девушка.       — Я рад, что с ней всё в порядке.       — Но я этого не говорила.       — Что с ней? — заволновался Му.       Лусинда улыбнулась. Оказывается и его можно вывести из равновесия.       — Но то, что с ней что-то случилось, я тоже не говорила.       Му некоторое время смотрел на неё. А потом усмехнулся и сказал:       — У меня есть ещё некоторые дела, я пойду.       Лусинда хотела остановить его, но не смогла придумать предлога. Некоторое время она смотрела ему в спину, а потом произнесла:       — Следуйте за ним, но так чтобы он не заметил.       Кажется, носильщикам это не понравилось. Но девушку это мало волновало. Она немного злилась на Му, а то, что он фактически её проигнорировал, а ещё было интересно, куда он так спешил.       Очень скоро Му свернул с запруженной людьми улицы в переулок, который вывел его в тихий сквер, окружённый портиками. Несколько групп деревьев теснились вокруг фонтана. В общем, место было ничем не примечательное и Лусинда предположила, что Му здесь с кем-то встречается. Она понимала, что будет выглядеть глупо, если её заметят, а потому она уже собиралась повернуть домой, когда увидела Дианту. Остановив палантин на приличном расстоянии, Лусинда тихо вышла из него и скользнув под портик. Там за широкими колонами вполне можно было спрятаться. Сделав пару глубоких вздохов, девушка осторожно выглянула. И как раз чтобы увидеть, как Дианта лёгкими шажками приблизилась к Му сзади и закрыла его глаза руками.       — Угадай кто, — рассмеялась она.       — Как будто бы это может быть кто-то другой кроме тебя, — ответил фаналис.       — Вот же стерва, — прошептала Лусинда. — И он тоже хорош.       Внезапно девушка почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Обернувшись она увидела, что на неё смотрит мужчина. Его можно было бы назвать привлекательным, но что-то в его взгляде было неприятное.       Лусинда быстро отвернулась. Вот уж! Это надо было так попасться! Что скажут люди, если узнают, что она, Лусинда Патриция, следит за каким-то там фаналисом. Сделав вид, что окружающие её совершенно не интересуют, девушка неторопливо направилась к своему паланкину. И лишь сев в него Лусинда позволила себе обернуться. Неприятный человек продолжал пристально смотреть на неё.       Зря всё-таки она поддалась чувствам и решила проследить за Му. Ничего хорошего из этой затеи не вышло, и к тому же она поставила себя в глупое положение.       Вернувшись домой, Лусинда первым делом направилась в кабинет отца. В это время его никогда не было дома. И поэтому Лусинда преспокойно усевшись в его кресло сразу же позвала Улу. Лучше всего от неприятностей отвлекает какое-нибудь дело. Рабыня не заставила себя долго ждать. Все в этом доме знали, что госпожу лучше не злить.       — Ты правда была невестой этого… Федерика? — прямо спросила Лусинда у девушки, когда та пришла.       — Да.       — И это он тебя похитил? — чтобы докопаться до правды, надо выяснить всё. Ула не сразу ответила. Она вся сжалась, а потом всё же тихо произнесла.       — Я не знаю.       — Это я уже слышала — продолжала сверлить её взглядом Лусинда. — Рассказывай всё.       — Я ждала вас, как и было велено. А потом… потеряла сознание. Очнулась я какой-то тёмной комнате, но ещё долго не могла пошевелиться. А затем появились Стиг и господин Риккардо.       — Кто такой Стиг? — нахмурилась Лусинда.       — Так раньше звали Федерика. Господин Риккардо дал ему новое имя.       Лусинда довольно кивнула. Пока всё сходилось. Но был ещё один важный вопрос, который она должна была выяснить.       — Кто дал тебе записку, что ты передала мне?       — Господин Риккардо выпустил меня и приказал своему человеку проводить. Это он дал мне записку, со словами, что это от господина.       — Можешь идти, — махнула рукой Лусинда.       Похоже, что Риккардо не врал. И всё равно это дело казалось девушке очень подозрительным. Мог ли этот гладиатор провернуть это дело один?       Лусинда поднялась и как раз в этот момент в комнату вошла рабыня с очередной запиской в руках.       — От кого это? — спросила Лусинда.       — Я не знаю, — пролепетала рабыня.       — И ты смеешь мне это подсовывать? — вспылила Лусинда. — Но ладно, читай.       — Теперь, когда вы всё знаете, давайте встретимся.       Лусинда нахмурилась. Кто бы не присылал эти записки, он уже здорово достал её.       — Посыльный всё ещё ждёт? — спросила Лусинда.       — Да, — кивнула рабыня.       Девушка быстро направилась к выходу.       Её ждал сюрприз. У выхода переминаясь с ноги на ногу стоял белокурый мальчишка. Тут самый, который когда-то передал ей записку «Улла у нас». Сейчас, увидев Лусинду, мальчишка радостно заулыбался и произнёс:       — Так какой будет ответ.       Вместо ответа Лусинда отвесила ему подзатыльник и сказала:       — Веди к своему хозяину.       — Сейчас? — удивился он.       — Да, — сказала Лусинда.       Моя голова гудела, и казалось, что она словно была набита ватой. Я открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Воспоминания Лусинды мешались с реальностью. И на несколько мгновений я даже не могла точно определить София я или всё же Лусинда.       — Очнулась, — раздался знакомый голос рядом.       — Ещё не совсем, — пробормотала я. Хотелось просто закрыть глаза и больше ни о чём не думать.       — Вот выпей, — продолжал доставать меня голос.       Недовольно поморщившись, я всё же повернула голову. Хэлл! Он сидел рядом, протягивая мне чашку с отколотым краем. Внезапно всё стало на свои места. Я всё ещё София, кем бы меня ни видели другие. Схватив чашку, я жадно выпила её содержимое, почти не чувствуя вкуса. Хотя, кажется, там была просто вода.       — Так как? — спросил Хэлл.       — Я-то нормально, — действительно чувствовала себя я вполне сносно. — А вот ты как? Когда меня сюда бросили, ты был без сознания, и я никак не могла привести тебя в чувство.       — Меня просто опоили, — улыбнулся он, словно пытаясь меня успокоить. Можно подумать, я не видела его синяков! Но я решила не заострять внимание на этом.       — Меня, похоже, тоже, — кивнула я. И тут же пожалела, что сделала это, голова на мгновение разразилась такой болью, словно по ней стукнули молотком.       — Лучше пока не двигайся резко, — сказал Хэлл.       — Ладно, — я осторожно откинулась назад, опираясь об стену. Так сидеть было вполне нормально и даже ничего не болело.       — Как ты здесь оказалась? — спросил меня Хэлл, когда я устроилась.       — У меня встречный вопрос. Хотя нет, постой. Ты что-то там говорил про брата. Только не говори, что он оказался похищен этими работорговцами…       Хэлл опустил голову, и я замолчала.       — Прости, — наконец произнёс он. — У меня нет никакого брата.       Наверное, мне стоило разозлиться, но, возможно, на меня всё ещё действовала та дрянь, которой меня опоил Сантос. Во всяком случае, я довольно безразлично спросила.       — В смысле? Как это нет?       Тут я вспомнила свой первый разговор со старичком-гуглом. Он ведь тогда сказал, что Хэлл ищет какую-то девушку! А я, балда, уши развесила, когда он целоваться ко мне полез! Конечно, если бы он тогда рассказал, что ищет девушку, а не мифического брата, атмосфера уже была бы не та!       — И кто она тебе? — спросила я, хотя чувствовала, что ответ мне не понравиться.       Сначала Хэлл удивлённо посмотрел на меня, но всё же спрашивать, откуда я это узнала, не стал, а просто ответил:       — Она моя невеста, — и быстро добавил: — Бывшая невеста.       Замечательно. Вот только бывших невест мне и не хватало.       — Рассказывай уже всё, — произнесла я.       — Её зовут Ула…       — Стоп!       Не говорите мне, что эта та самая Ула. К тому же, если это она, то причём тут этот Стиг? И вообще, что тут за Санта-Барбара твориться?