Свет мой зеркальце скажи... о ком думает Алексий
1 ноября 2018 г., 23:27
Мужчина, заметив её, улыбнулся. Пожалуй, его можно было бы назвать привлекательным. Но Лусинде он всё равно не нравился. Будь у него благие намеренья, не стал бы он вызывать её так.
— Позвольте вам представиться, меня зовут Пауло Сантос, — заговорил он и, увидев её удивлённое лицо, добавил: — Я брат Риккардо.
— И? Что вы тут за игры устроили? Зачем посылали мне все эти записки? Какова ваша цель?
На самом деле Лусинда и не надеялась на честный ответ. Но не спросить она не могла.
— Нет… — для большей убедительности Пауло даже отрицательно покачал головой. Я должен вам всё объяснить. Действительно, записки, которые вам присылали моих рук дело. Но… я действовал не по своей воле.
Лусинда с сарказмом посмотрела на него. Как же! Так она и поверила.
— И по чьей тогда?
Пауло замялся, а потом вдруг выпалил:
— Принцессы Дианты!
Конечно, от этой стервы можно было ожидать всего чего угодно. Но… Она ведь всегда так пеклась о своей репутации. Подобный стиль действия совершенно ей не подходил. Она обычно действовала куда более тонко, так что и не подкопаешься, при всём желании. К тому же помимо этого не сходилось ещё кое-что.
— Конечно, вам трудно в это поверить, — мужчина словно почувствовал её неуверенность. — Все знают о добродетельности Дианты…
— Дело не в этом, — перебила его Лусинда. — Просто с чего это вы решили признаться?
— Так не может продолжаться. В глубине души Дианта хороший человек. И я уверен, что если её вовремя остановить, то она осознает свои ошибки.
— Вам она нравится?
— Так же как и вам Алексий, — ответил Пауло. — Собственно, это всё из-за него и началось. В последнее время вы слишком сблизились. И Дианта…
Лусинда хмыкнула. Что-то она вот не заметила особого сближения с Му. А вот то, что он начал ей нравиться — этого она уже не могла отрицать. По крайней мере сама перед собой. Другим же знать об этом было не обязательно, а потому Лусинда поспешила сменить тему.
— И всё же я кое-чего не понимаю. Зачем, например, она заперла меня с Му вместе?
Вопросов, почему та взъелась на неё, у Лусинды не возникало. Но вот этот её поступок она действительно не понимала.
— Это вышло случайно. Никто не рассчитывал, что там окажется Алексий, — Пауло ответил не задумываясь.
— И что она задумала на самом деле?
— Я не могу вам этого сказать, — сказал Пауло. — Я предупредил вас и попробую остановить принцессу Дианту. Но… не позволю ей попасть в беду.
— Высокого же вы обо мне мнения!
Пауло не ответил, лишь одарил долгим взглядом, в котором выражалось всё его отношение к ней.
— Я предупрежу вас, если Дианта всё же решиться на очередной шаг. А пока позвольте откланяться, — ответил Пауло.
Сантос ушёл, а Лусинда всё ещё продолжала сидеть у фонтана, обдумывая его слова. Но не прошло и получаса, как она поднялась, приняв решение. Лусинда уверенным шагом направилась к Колизею.
В это время дня боёв там ещё не вели, но это было только на руку Лусинде. Она не развлекаться сюда пришла, а встретиться со Стигом или вернее с бойцом Федериком. Получить разрешение на это труда не составило.
Стиг всегда был фаворитом Дианты. Но до сих пор Лусинда никогда не интересовалась тем, что на самом деле связывает этих двоих. Но, возможно, принцесса не просто так среди других бойцов отдавала предпочтение ему.
До сих пор Лусинда видела Стига только на арене Колизея, он никогда не был её любимчиком, а теперь с удивлением обнаружила, что вблизи в своей обычной одежде Стиг не казался особенно сильным. Правда в том, как он двигался, чувствовалась звериная гибкость. Ходили слухи, правда, не подтверждённые, что он вырос среди фаналисов. И сейчас Лусинда даже была склонна им поверить.
— Я знаю, что моя рабыня Ула была твоей невестой, — начала девушка чуть ли не с порога. Поприветствовать его она не сочла себя обязанной.
— Она всё ещё моя невеста, — ответил Стиг, тоже не спеша раскланиваться. Как и ожидалось от бывшего раба Сантосов, никакого воспитания.
— Нет, — отрезала та. — Она моя собственность. И пока я не разрешу, ничьей невестой она быть не может.
Стиг чуть ли ни с ненавистью уставился на Лусинду, но ничего не ответил. Этим он даже чем-то напомнил Му. Тот на её некоторые подколки насчёт фаналисов в целом и Улы в частности реагировал точно также.
— Я знаю, что ты мог бы её выкупить. Знаменитые бойцы неплохо зарабатывают, — продолжила Лусинда. — Но ты должен очень большую сумму Сантосу. И даже если тебе всё же удастся выплатить свой долг и накопить деньги на выкуп Улы, то не факт, что я захочу её продать.
Лусинда замолчала, давая время Стигу обдумать сказанное.
— Но у вас есть условие, — тот оказался достаточно умным парнем и сразу понял к чему она клонит.
Улу я могу тебе, скажем, подарить, — ответила Лусинда. — Но мне нужны сведенья о Сантосах.
— Какие сведенья? — подозрительно глянул на неё Стиг.
— Я хочу знать, что задумал Пауло Сантос, — сказала Лусинда.
— И откуда я могу об этом узнать?
— Тебе лучше знать откуда. Ты вхож в их дом. И если тебя волнует безопасность Улы, то лучше постарайся разузнать, какую-нибудь действительно ценную информацию.
— Допустим, я сделаю это. Откуда мне знать, что вы выполните часть нашей сделки? — спросил Стиг, но Лусинда видела, что он уже принял решение.
— Когда тебе будет что сказать, найди меня, и я дам тебе гарантии, — сказала Лусинда и, не дожидаясь ответа, вышла.
То, что Стиг доложит об их разговоре Сантосом или Дианте, она не боялась. Это было бы не самым лучшим развитием событий, но она не обещала Пауло слепо ему доверять. И что тут такого, что она решила проверить его слова? А то, что об этом разговоре станет известно Дианте, тем более не было страшным. Именно поэтому Лусинда и словом не упомянула, о самой принцессе. Хотя самым лучшим развитием событием было бы, чтобы никто не узнал о её встрече со Стигом.
Но стоило только Лусинде выйти из Колизея, как она нос к носу столкнулась с Му.
— Что ты тут делаешь? — невольно вырвалось у Лусинды.
— Тоже самое я и у тебя могу спросить, — ответил Му. И он уже собрался пройти мимо.
Но просто так отпустить Му Лусинда не могла. Правда, единственное, что могло остановить его, это…
— Значит, Ула тебя уже не волнует? — спросила она.
Фаналис действительно остановился.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Раньше ты всеми силами пытался заставить меня освободить Улу, но после… — Лусинда запнулась, осознав, что до сих пор упускала важную деталь. — В тот день, когда нас заперли, что было в том свитке, которым ты угрожал мне?
— Это не важно, — Му отвернулся, собираясь уйти. — Если тебе больше нечего сказать, то я пойду.
— Это может быть важно.
— Нет, ты ошибаешься. На самом деле этот свиток не имеет к тебе отношения. И Улу ты освобождать не собираешься. Поэтому просто позволь мне пройти.
— А если я всё-таки соберусь дать свободу Уле? Что тогда?
— Да неужели? — но, как и ожидалось, Му насторожился.
— Давай встретимся и всё обсудим. Здесь не самое удобное место, — ответила Лусинда и, как только фаналис согласно кивнул, быстро добавила: — Постой! В знак твоих добрых намерений я хочу от тебя залог, — она оглядела его с ног до головы. — Вот это бронзовое зеркальце.
Вообще было странно, что оно оказалось у Му. Мужчины обычно такие не носили с собой. Это заинтриговало Лусинду и только поэтому она потребовала зеркало.
— Нет, оно не мне принадлежит, — покачал головой Му.
— Даже ради спасения Улы не отдашь мне его?
— Даже… Я могу дать тебе что-то другое. К тому же я не думал, что у Лусинды Патриции может быть насколько дурной вкус и она потребует вещь, которую на каждом углу Ремано можно купить.
— Тогда почему ты так цепляешься за это зеркало? — сощурилась Лусинда.
— Ну так всем известно какой дурной вкус у фаналисов, — улыбнулся Му.
Девушка нахмурилась и резко отвернулась.
— Без зеркала я Улу не верну!
— Лусинда… — только и успел сказать Му.
Но она сделала вид, что не слышит его и быстро пошла прочь.
Я резко вернулась в реальность, и тут меня настиг голос Алексия:
— Ну и как вспомнила что-нибудь?
Несколько мгновений я пыталась придти в себя и сообразить, где я вообще нахожусь.
— Так что же было в том свитке, которым ты угрожал Лусинде, когда вас заперли? — в конце концов ответила я вопросом на вопрос.
Алексий замер, но потом ответил с усмешкой:
— Просто послание от Шахерезады к Дианте. Это личное. Легально отобрать раба очень трудно, ты же знаешь.
На самом деле ничего такого я не знала. И вникать в такие тонкости, слава богу, нужды у меня не было.
— Дианта… Она действительно так важна для тебя? — на самом деле спрашивать об этом у меня не было нужды. Я уже знала ответ.
— Да, — просто ответил он.
— Тогда у меня для тебя есть новость…
