Время или Как стать снова молодыми

      Четверо учеников стояли перед гаргульей, ожидая момента, когда их пропустят вовнутрь, каждый из них верил, что карта всё-таки ошиблась, и они не попали в другое время. — А может ваша «гениальная» карта ошиблась? — Лили, карта не может ошибаться, — неуверенно и как-то по-интеллигентному сказал Сириус. — А может вы допустили ошибку или это чья-то шутка? — всё не унималась Лили, которая, наверно, одна из всех присутствующих имела надежду. — Лили, тебе пора понять, что мы застряли в будущем и не сможем выбраться отсюда, пока не умрем своей смертью… — Ну или в нас не попадут каким-нибудь тёмным заклинанием… — От которого тебе будет очень больно… — Ты упадёшь… — И будешь вся в крови… — БАХ!.. И все твои внутренности наружу! — хором сказали Джеймс и Сириус, следя за реакцией Ремуса и Лили, последняя была немного напугана, сказанным мальчишками. — Спасибо Джеймс и Сириус, именно это я и хотел сказать! — возмутился Лунатик.- Если честно, я представить не могу, в какой мы заднице, господа Мародеры! — Лунатик, не нуди. Ты сейчас своим криком разбудишь весь Хогвартс, и тогда нам точно не избежать отработки, — подвёл итог Джеймс. — А вы её точно не избежите, — уверенно и чётко проговорила Лили, именно в такие моменты она нравилась Джеймсу всё больше, заставляя забыть о всех проблемах. — Во-первых, вы нарушили комендантский час, во-вторых, вы пробрались в запретную секцию, а в-третьих, вы просто нарушили кучу правил.        Тут гаргулья отъехала в сторону, и в проходе показалась фигура Минервы Макгонагалл, мародеры и Лили стояли к ней спиной, и поэтому не заметили её, впрочем как и она их. — Молодые люди, что вы здесь делаете во время отбоя? — Извините, профессор Макгонагалл, — решила исправить ситуацию Лили, но сделала только хуже. Минерва, держась одной рукой за сердце, повела их прямо к директору, это была самая настоящая подстава. — Профессор Дамблдор, простите за то, что беспокою вас, но у нас тут гости, — проговорила она, капая себе пару капель валерьянки в чай. — Прошу вас, заходите! — приветливо сказал директор, но сразу же изменился в лице, когда увидел перед собой Ремуса, Сириуса, Джеймса и Лили — тех, кого считал давно мёртвыми, кроме Ремуса, который выглядел на шестнадцать, значит вариант с оборотным зельем отпадает. — Минерва, вызовите сюда Ремуса, если он будет задавать много вопросов, скажите еиу, что это дело Ордена. — Но, профессор, зачем вам вызывать Ремуса, если он стоит тут, — недоумевал Джеймс Поттер, невольно смотря на него, он был напуган, а что если он не тот, кем привык себя считать. — Я хочу кое-что проверить, Джеймс, — молвил он, директор был загадочен, но не так, как обычно, всё было намного хуже. — Что именно, профессор? — Видишь ли Джеймс, возможно, вы каким-то образом переместились в будущее, но при этом там остались ваши копии. — Тогда почему вы и профессор Макгонагалл так удивились нам? — Понимаешь, в этом времени вы все, кроме Ремуса, мертвы. — Но как это могло произойти? — спросила наконец-то Лили. — Воландеморт набирал сторонников, тоже самое делал Орден Феникса, так получилось, что вы с Джеймсом после школы поженились и стали бороться против Воландеморта, но через четыре года у вас родился сын, очень похожий на тебя, но глаза Лили. Тогда Сивилла Трелони произнесла пророчество, которое услышал Волан-де-морт: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его, как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…» Я решил защитить вас и поселил в Годриковой впадине под защитой заклинания Фиделиус. Для всех Хранителем был объявлен твой лучший друг Сириус, но вы тайком ото всех сделали Хранителем Питера Петтигрю, который, как высчитали, мог вызвать меньше подозрений. Петтигрю оказался шпионом Волан-де-Морта и выдал место, где вы прятались Тёмному Лорду. Вечером 31 октября 1981 года Тёмный Лорд появился в Годриковой впадине, чтобы убить Гарри. Ты пытался защитить семью, но погиб в схватке.Когда Волан-де-Морт уже собрался убить ребёнка, Лили встала на его пути, закрывая своим телом кроватку малыша. Безоружная, ты кричала, что пусть лучше Тёмный Лорд убьёт её, а не сына. Волан-де-Морт, который сначала собирался оставить Лили в живых по просьбе Северуса, убил её, устраняя препятствие. Как он думал. Но магический контракт был произнесён и заключён, и подписан материнской кровью, которую пролил Волан-де-Морт. Своей смертью Лили создала несокрушимый барьер для своего сына. И когда Волан-де-Морт применил убивающее заклятье к Гарри, оно отразилось от малыша, попало в самого Тёмного Лорда, и Волан-де-Морт потерял всю свою силу и исчез. Так Гарри стал единственным, кому удалось испытать на себе заклятие Авада Кедавра и выжить после этого. На память о событиях в Годриковой Впадине ему остался только шрам в виде молнии. — Это ужасно, — выдавила Лили. — Я знал, что всё-таки ты согласишься, Эванс! — Ты бесчувственный олень, Поттер! — Хоть в чём-то она права, Сохатый, — подловил Джеймса Сириус, за что получил локтем в живот. — Да иди ты знаешь куда… — Подождите профессор, но вы сказали, что я тоже мертв. Расскажите мне, как это случилось. — Твоя история берет своё начало с гибели Джеймса и Лили. Тебя обвинили в предательстве Поттеров и убийстве Питера, Ремус пытался спасти тебя из Азкабана, но его даже не хотели слушать. Но летом 1993 года тебе удалось сбежать из Азкабана, решив навестить крестника, ты пробрался в Хогвартс в своей анимагической форме, напугав при этом половину замка. Северус высказался, что это мог ты провести его в замок, ведь вы, как предполагал он, продолжали поддерживать связь. — А что делал Ремус в Хогвартсе? — Преподавал защиту от темных искусств, — коротко ответил на вопрос Джеймса директор. — Знаешь, Лунатик, я всегда знал, что тебя тянет к риску, но не настолько же! — подколол приятеля Сириус, который не очень-то обрадовался своей гибели. — Можно я продолжу? — Извините, сэр. — И так получилось, что после твоего побега во второй раз, кто-то рассказал, что Ремус оборотень, и он решил собрать вещи, так как знал, что утром появятся возмущенные письма от родителей. Ты же отправился в бега, но вспомнил про дом на Площади Гриммо 12, и решил предоставить его как штаб-квартиру Ордена Феникса. — Подождите, профессор, но моя же maman выгнала меня из рода, лишив наследства! — После смерти Регулуса, ты остался единственным наследником по мужской линии, и поэтому дом перешел к тебе. — То есть Регулус тоже умер? — Да, Сириус. Между тем Гарри обнаруживает связь между ним и Волан-де-мортом, видя мысли Волан-де-Морта, он думает, что всё это правда Волан-де-Морт обманом заманивает Гарри в Министерство магии. Об этом Ордену Феникса становится известно от Северуса. На подмогу Гарри в Отдел тайн я отправил лучших бойцов ордена. В их число входил и ты, я не хотел тебя брать, но ты настоял на отправке на это задание. На месте ты яростно сражался с Долоховым, потом спас Гарри от смертоносного луча и предложил ему бежать. После этого ты вступил в сражение с Беллой. От первого луча ты сумел увернуться, а второй попал в грудь, и ты упал, исчезнув за чёрной завесой. Гарри пытался пойти за тобой, но ты, Ремус сказал, что тебя не вернуть. У мальчика тяжелая судьба.        Сириус, Джеймс и Лили были ошарашены тем, что узнали от Дамблдора. Лили думала, как она могла согласиться выйди замуж за Поттера в возрасте двадцати одного года и иметь ребенка, Сириус размышлял о том, какой смертью погиб Регулус, а Джеймс понял, что судьба даёт им шанс прожить гораздо больше, чем 21 год, если они не будут принимать участие в сражение с Пожирателями, а тихо будут сидеть дома, но такая жизнь не по вкусу Мародерам.        Дверь отворилась, и вошел Ремус Люпин, который выглядел как обычно после полнолуния, на его лице появилось несколько новых шрамов, а в принципе всё было как всегда. Ремус посмотрел на Дамблдора, в надежде услышать то, ради чего его сюда вызвали, но его взгляд привлекли четыре подростка, Ремус, не дожидая сь ответа от директора, направил на них свою палочку: — Какая моя тайна? — О Великий Мерлин! Лунатик, все тут присутствующие знают, что ты оборотень и твоя первая и единственная любовь — Доркас, — ответил на этот весьма странный вопрос Джеймс, хотя Ремус уже понял, что они реальные, а не под оборотным зельем. — Ремус, скажи какое заклинание вы использовали? — попросил его Альбус Дамблдор. — XX annos in nos, et ostende nobis futura sit vita*, — ответил молодой Ремус. — Да именно это заклинание, но тогда на шестом курсе мы не почувствовали каких-либо изменений и решили, что заклинание не сработало. Получается, что в том времени они погибнут, а в этом будут жить? — Да. Им ничего не остаётся, как доучиться два года. — Но, профессор, как же быть с ЗОТИ? — А что не так с ЗОТИ?! — Профессор, его же преподает профессор Снейп, не думаю, что Джеймс и Сириус поладят с ним. — Это ты верно заметил, Ремус. Думаю тогда мисс Эванс и мистер Люпин будут учиться у Северуса, а Поттер и Блэк у тебя, Ремус. — Почему именно я? — Насколько я помню, ты в их компании был совестью, и думаю, что к тебе они будут проявлять больше уважения, и будем считать, что это твоё задание для Ордена. — Хорошо, профессор. — А теперь вы трое, — указал Дамблдор на Мародеров. — Идете в выручай-комнату, а ты, Лили, можешь занять пока комнату старосты школы для девочек, пока она в больничном крыле. Ну, а завтра вы уже переселитесь в Гриффиндорскую башню. А сейчас марш спать, и да, Ремус, проследи, чтобы они дошли до выручай-комнаты. — Спокойной ночи, профессор, — пожелали Мародеры и Лили.

***

Ремус проводил их до выручай-комнаты, за весь путь он не проронил ни слова. Люпин вспомнил себя, как он пытался от говорить Джеймса и Сириуса от этой дурацкой идеи, но не получилось, теперь он должен пожинать плоды своей ошибки. — Как ты, Лунатик? — спросил Джеймс, садясь на кровать и закуривая сигарету, любезно предложенную Сириусом. — Нормально, — проговорил себе под нос Люпин. Его шокировало появление своего двойника, точнее он им был, а самое главное Ремус понимал, что тот Люпин имеет тот же самый характер, а это значит, что Джеймсу и Сириусу не повезло. Ремус всегда хотел преподавать защиту от тёмных искусств, которая по легенде была проклята Волан-де-мортом, сейчас он завидовал тому Ремусу, не смотря на то, что его тайна была раскрыта. — Я предлагаю лечь спать, господа Мародёры, у меня такое предчувствие, что завтра будет особенный день. — Так ложись! Отметим начало учебного года, — Джеймс подмигнул Сириусу. — И где мы достанем огневиски? — удосужился спросить Блэк. — Ну думай, Бродяга. Три метлы, пятый курс, официантка… — Розмерта! — Луни, ты с нами? — Нет, я собираюсь спать.        Они пробирались по тёмным коридорам Хогвартса, иногда глядя в карту, казалось, жизнь остановилась, лишь только они нарушают эту мёртвую тишину, которая предвещает тёмные времена. Так часто случалось, когда они учились в том Хогвартсе, когда были их друзья, когда они были живы…        В Хогсмиде жизнь текла совершенно по-другому, не так, как в школе, здесь чувствовалось веселье даже в столь трудное время, причиной которого был Волан-де-Морт, которого преданные Пожиратели Смерти называли Тёмный Лорд. В голове Сириуса иногда возникала мысль, чтобы было бы, если он был Блэком от мозга до костей, но потом он отрасывал эту мысль подальше. С раннего детства он делал всё назло своей матери, за что частенько получал наказания, в отличии от Регулуса, которым гордилась maman Сириуса, Сириус поступил на Гриффиндор, что по меркам семейства Блэк было не допустимо. Джеймсу родители никогда не навязывали чего-то, хотя они были чистокровные, а мать вообще была Блэк.       Три метлы были закрыты, и Сириус, вспомнив, где находиться комната Розмерты, вошёл внутрь и поднялся по витиеватой лестнице, постучал в дверь и заранее достал коробку её любимых конфеты, украденные из «Сладкого Королевства». — Кто там? — сонно спросила Розмерта. — Это я Сириус!. — Остолбеней! — швырнула она заклинание в Сириуса, который во время успел отскочить. — Я не призрак, я живой, — проговорил он, протянув ей конфеты. — Но как?! Ты же погиб?! — Рози, привет! — поздоровался Джеймс, реакцию Розмерты следовало ожидать. — Объясните мне, что тут происходит?! — Видишь ли, мы использовали какое-то заклинание, которое не имеет контрзаклятия, короче говоря, мы застряли здесь, — коротко изложил ситуацию Сириус. — А теперь давайте отметим наше спасение! — Тебе лишь бы выпить, Сириус, — пробубнила Розмерта, но налила Мародёрам огневиски из личных запасов, тем более не каждый день встретишь покойников.        Вышли они из паба, когда уже начало светать, именно по этой же причине они и решили вернуться в замок. Они прошли ход от «Сладкого королевства» до Хогвартса и собирались уже повернуть направо, как на их пути возникла староста Гриффиндора. У неё карие глаза и каштановые волосы. — Что вы тут делаете? — Гуляем, — сморозил очередную глупость Блэк, на нём сказывалось большое количество алкоголя. — Вы что пьяные?! — спросила Гермиона. — Нет мы трезвые, как гипогрифф. А тебя как зовут, красотка? — решил как-то исправить ситуацию Сириус, понимая, что он влюбился. — Гермиона Грейнджер, староста Гриффиндора. А вы, господа, кто? — Мы как его… Мародеры, — буркнул Сохатый. — Понятно… Идёмте со мной. — Куда?! — возразили мальчишки. — В гостиную Гриффиндора, я дам чудесное опохмеляющее зелье. — Не надо, детка, — мягко, своим низким голосом, проговорил Сириус, обнимая Гермиону за талию. — Мы справимся сами, будет свободный вечер заходи ко мне. — Руки убрал! — воскликнула Гермиона и придавила Сириуса к стене замка, давя палочкой на сонную артерию. — Ещё раз притронешься ко мне или начнешь флиртовать, я буду пытать тебя, несмотря на все законы. И запомни Блэк, что я не из тех девиц, которые из-за переизбытка свободного времени общаются с тобой. — Ладно не буду… — выдавил из себя Сириус. — Ждите меня тут, — произнесла Гермиона и скрылась за портретом Полной Дамы. — Что ты устроил, Бродяга? — начал возмущаться Джеймс, недоумевающий над поведением друга. — Она первая начала! Ты слышал, как Гермиона сказала: «Гермиона Грейнджер, староста Гриффиндора», аж дух захватывает… — Ты влюбился! — Нет. — Конечно, нет, ведь тоже самое было с Марлин. Сначала ненависть, потом игнорирование друг друга, а затем… — Я помню, Сохатый, что было потом. Интересно, жива ли она сейчас? — Наверное, да, ведь это МакКиннон, та, которая спасла твою задницу от исключения на пятом курсе. — Ты мне это вечно будешь припоминать, да, Сохатый? — Ага, меня ничто не остановит даже фирменный круциатус твоей maman. — А ты храбрец! — Тогда вас ещё спалила Макгонагалл на койке в больничном крыле, где кто-то лежал со сломанной рукой и все видел. — Ах ты… И где ходит это Грейнджер?! — Я между прочим уже тут, — прыснула Гермиона. — Прости не заметил вас, ваше Высочество, — съязвил Сириус. — И как давно ты нас подслушиваешь? — Я только пришла, когда ты начал возмущаться, где это я так долго хожу. И я осталась очень не довольна твоим поведением, Блэк. — И где ты бродила, в четырех стенах запуталась? — Ха-ха, очень остроумно, — пыталась выиграть это импровизированное сражение Гермиона. — Видишь ли, Блэк, зелье нужно найти, потом нужно выйти и отдать его двум придуркам. — Мы не придурки! — возразил ей Сириус. — Да?! А почему же вы тогда решили наплевать на все школьные правила? — А ты не в курсе почему нас назвали Мародерами?! Мы всегда шли против правил и не собираемся что-либо менять! — сказал своё слово Джеймс. — Теперь я понимаю в кого Гарри такой упрямый, но он хотя бы вежлив со мной. — Прости, я знаю тебя слишком мало, чтобы относится к тебе как к лучшему другу! — Но это не помешало твоему другу лапать, оскорблять и флиртовать со мной! — Знаешь, Грейнджер, у меня нет никакого желания больше общаться с тобой, — закончил бессмысленный спор Сириус. — Ну и проваливайте! Мне на вас плевать!       Они направились в выручай-комнату, где мирно спал Ремус, который, слава Мерлину, не слышал и не видел происходящего. Сириус и Джеймс выпили зелье и рухнули на кровати, закуривая сигареты. — Представь себе, нам с тобой ещё жить с ней два года, — проговорил Сириус, думая о Гермионе. — Она не такая как все, ну или ты теряешь свою сноровку. — Ну-ка сплюнь, а то ещё накаркаешь мне. Лучше скажи, что ты будешь делать с Эванс? — Мириться буду, подойду к ней и прямо скажу:« Дорогая Лили, я не сплю по ночам думая о тебе, ты согласна сходить со мной в Хогсмит?» — После этого она пошлёт тебя куда подальше. — А что ещё делать? — Думаешь, я знаю? Мои отношения длятся максимум два-три дня, я ничем не могу помочь, извини Сохатый. — Да ладно, чёрт с этой Эванс, давай лучше ляжем спать, а то если мы завтра не придём на завтрак, то Лунатик и Макгонагалл съедят нас заживо. — Единственная дельная мысль за сегодня.       Остаток ночи, а точнее утра, прошел без каких-либо происшествий. Наконец-то замок отдохнет от учеников. А где-то в гриффиндорской башке спала Гермиона, размышляя о словах Дамблдора: « Будь осторожна с Мародерами, вдруг ты влюбишься в одного из них» Гермиона понимала, что изменить их она не сможет, раз их не пугают даже снятые баллы, которые должны принести Кубок Школы славному факультету, основанному Годриком Гриффиндором. Но где-то в глубине души оставалась надежда, что даже в них есть что-то хорошее, в этом она очень похожа на Лили Эванс.

***

       Жизнь в замке снова возобновилась и пошла своим чередом, всё также студенты идут в Большой зал, чтобы позавтракать или же просто пообщаться с однокурсниками. Но некоторые, как например наши герои, предпочитают поспать ещё минут пятнадцать, чем спускаться в Большой зал. Ремус сегодня решил разбудить их, чтобы они хоть раз нормально позавтракали, но безуспешно, и тогда комната убрала кровати, так что Сириус и Джеймс упали на пол и были вынуждены проснутся. — Что ты творишь, Лунатик?! — начали возмущаться Джеймс и Сириус, явно недовольные произошедшим. — Это комната сделала, а не я! — ухмыльнулся Ремус. — Ну всё берегись, — издал боевой клич Джеймс и кинулся на него с недавно появившейся подушкой, так завязался бой подушками, детский без серьёзных травм, но такой весёлый, словно они попали обратно в детство или просто из него не уходили. — Вы слышали новость? Говорят, что на Гриффиндор перешли четверо шестикурстников, — об этом галдел весь замок, болтали на каждом шагу и просто молчали про это. — Что тут радостного, на четыре тупицы в Гриффиндоре стало больше, — проговорил аристократичный Драко Малфой, но мимо проходил Джеймс Поттер, который услышав это не мог просто пройди мимо. — Ну как повтори, что ты сказал! — решил пригнуть Драко Джеймс, прижав его к стене на втором этаже, где мало кто ходил. — Наш Поттер наглотался таблеток для храбрости, похвально! — Для тебя я мистер Поттер с шёпотом и придыханием. — Джеймс! — рявкнул на него Ремус, который отличался от Сириуса и Джеймса инстинктом самосохранения. — Ты перегибаешь палку. — Что?! Джеймс Поттер?! Ты же сдох, сто лет назад! — Чудеса случаются, Малфой, — проговорил Джеймс и ушёл вместе с Ремусом и Сириусом. — Мой отец узнает об этом! — кричал в след Драко.        Мародеры спустились в Большой Зал, где-то и дело говорили о гостях, то есть о них, но Мародеров это мало беспокоило, в отличие от Лили Эванс, которая ещё с вечера волновалась, как потом оказалось не зря. — Представь себе Гарри, он начал лапать меня, — возмущалась Гермиона, негодовавшая от поведения Сириуса. — А его друг просто стоял и смотрел, нет чтобы заступится. — Как ты? — Очень плохо… — Что случилось?! — Рон меня бросил, Гарри. Он ушел к Лаванде после вчерашнего случая, а я ведь не виновата в этом, — она заплакала. — Перестань плакать, Гермиона. Рон не стоит твоих слёз. — Гарри, скажи честно, ты бы так поступил со мной? — Никогда. Гермиона, не бери в голову, всё будет хорошо! — Я надеюсь на это, Гарри. Думаю, сегодня ждёт тебя приятный сюрприз. — Какой? — в изумрудных глазах Гарри загорелись огоньки — Узнаешь во время завтрака, а теперь поспешим в Большой Зал. « А у него действительно мои глаза, а сам Гарри как две капли воды похож на Джеймса», — подумала Лили и тоже направилась на завтрак.        На постамент вошел директор Школы Чародейства и Волшебства Альбус Дамблдор, казалось, что на голове появилось ещё больше седых волос, появившиеся от некоторых учеников Хогвартса, которые доставляли не мало проблем Хогвартсу. — Дорогие ученики, — поприветствовал Дамблдор их. — Перед тем, как начать завтрак, я хочу рассказать об одном случае произошедшем сегодня ночью. — Чего он тянет! — возмущался Рональд Уизли. — Рон, почему ты все время думаешь о еде? — Гермиона решила таким образом заткнуть Рона и дать Гарри возможность соединиться с семьёй. -…И ночью профессор Макгонагалл привела мне четырех студентов, которые использовали заклинание перемещения во времени, которое они удачно выдержали, несмотря на то, что это довольно трудное заклинание, и теперь я с радостью готов их вам представит: Лили Эванс, Джеймс Поттер, Сириус Блэк и Ремус Люпин, — по залу начались переговоры все были в шоке от услышанной от директора новостью, но быстро прекратилось, так как наконец-то подали еду. — Лили… — кто-то окрикнул её, когда она выходила из Большого зала, это был Северус Снейп. — Лили, подожди! — Вы что-то хотели от меня, профессор? — спросила она его, как только Северус подошёл к ней. — Лили, я хочу поговорить с тобой, — умолял её Северус Снейп. — Извините, профессор, но я спешу, мне нужно собрать учебники перед занятиями, — С этими словами она ушла в башню Гриффиндора, Лили не имела ни малейшего желания говорить с Северусом, может, именно по этой причине она говорила с ним в таком тоне.        Гостиная Гриффиндора с тех пор мало изменилась, всё также стоят мягкие кресла, горит камин, Полная Дама поёт свои песни, в гостиной происходят какие-нибудь посиделки. Её определили в комнату, где живёт Гермиона Грейнджер, Лили хватило пяти минут, чтобы понять, что Гермиона такая, как она, странно, но они очень похожи своими характерами. Когда Гермиона ей рассказала ситуацию, произошедшую с Сириусом, Лили была готова перегрызть ему глотку. -Он не мог так поступить, — начала заступаться за него Лили, но потом вспомнила, что он так себя и ведёт. — Хотя, что за чушь я несу, Блэк тот ещё эгоист. — Расскажи нам о Сириусе, — буквально молили её девчонки из комнаты. — Девочки мне кажется вам пора на занятия. — А ты? — Мне нужно ещё поговорить с Макгонагалл по поводу предметов, которые я буду посещать.        Кабинет трансфигурации — Войдите, — сказала строго Минерва Макгонагалл после того, как в дверь кто-то постучал. — Лили, это ты, проходи и возьми печенье. — Профессор, я должна с вами обсудить своё расписание и расписание Ремуса, Поттера и Блэка. — Хоть что-то не меняется, — задумчиво протянула Макгонагалл, вызвав много вопросов у Лили. — Что не меняться? — Вы с Ремусом учитесь, а Джеймс и Сириус лоботрясничают. — Но это не мешало им получать хорошие оценки, ради которых они ничего не делали. — Держи расписания, начнете учиться с завтрашнего дня, думаю, вы ещё не достаточно отдохнули, особенно Поттер и Блэк, которых я видела вчера ночью в Трёх Метлах… Но не об этом сейчас речь, лучше расскажи, как ты согласилась на эту авантюру. — Это довольно долгая история. — Ничего, у меня сегодня свободное утро. — Был конец года, тогда мы с Джеймсом начали встречаться, странно, но он даже не хвастался, что являлось большим достижением с его стороны. Двенадцатого мая я с утра получила «Ежедневный пророк», где была статья про оленя, который разрушил половину « Кабаньей головы». Дальше я не имею право рассказывать, так как это не моя тайна… — Лили, я знаю, что Поттер и Блэк не зарегистрированные анимаги. — Я слышала, как Сириус кричал на Джеймса, потому что, как я поняла, Джеймс был в тот вечер один. Мы сильно поссорились, я не разговаривала с ним неделю и вдруг я получила прекрасный букет цветов и записку, которая гласила о том, что он извиняется и приглашает меня на свидание. Я тогда и подумать не могла, что это всё так обернётся, я должна была догадаться, что он устраивает встречу около библиотеки для каких-то целей. Когда мы прошли внутрь нас там у же ждали Сириус и Ремус, и я поняла, зачем я там была нужна. Ну, а дальше вы знаете, что произошло… — Ты свободна, Лили, — мягко сказала профессор Макгонагалл. — И я безумно счастлива, что ты снова учишься на моём факультете.        Когда она вернулась в свою комнату, она увидела на своей кровати письмо, оно было написано аккуратным незнакомым ей почерком: Я как тот актер, который, оробев, Теряет нить давно знакомой роли, Как тот безумец, что, впадая в гнев, В избытке сил теряет силу воли, — Так я молчу, не зная, что сказать, Не оттого, что сердце охладело. Нет, на мои уста кладет печать Моя любовь, которой нет предела. Так пусть же книга говорит с тобой. Пускай она, безмолвный мой ходатай, Идет к тебе с признанием и мольбой И справедливой требует расплаты. Прочтешь ли ты слова любви немой? Услышишь ли глазами голос мой? «Я знаю, что твой любимый писатель Ульям Шекспир, поэтому решил послать именно такое любовное послание.»

С любовью, твой тайный воздыхатель.

«Скорее всего это Северус…» — подумала Лили и погрузилась в царство Морфея. Когда она проснулась на часах было уже шесть, это значило, что она пропустила ужин, а ей так хочется есть, но у неё есть Джеймс, которого она готова простить, а он готов сделать для неё все. — Джеймс, — позвала она его, войдя в спальню, где жили Мародеры, всё осталось также, как в том времени, только не было всевозможных плакатов. — Ты что-то хотела, Лили? — спросил Ремус. — Да, вот расписания, а где Джеймс? — Вы снова вместе?! — удивился Люпин. — А он вам не сказал?! — передразнила его Лили. — Так где Поттер? — Он на поле для квиддича вместе с Сириусом, говорят, что капитан команды Гарри. — Рем, проведи меня на кухню, а то я очень есть хочу, ну, а затем мы пойдем на поле для квиддича. — Я так-то хотел почитать… но думаю им потребуется наша поддержка. Ты на нас не злишься? — Конечно, злюсь! Особенно на Джеймса и на тебя тоже, ты мне ничего не сказал, то же мне староста, — Лили покачала головой и улыбнулась Ремусу. — А на Сириуса? — Я с ним не разговариваю, он приставал вчера к Гермионе. Но на вас я злюсь больше. — Ладно, тогда Джеймс узнает, что ты когда была старостой на пятом курсе, уронила вазу и спихнула это всё на Сириуса. — Ты думаешь, тебе кто-то поверит? — Да — Тебе никто не поверит, потому что я буду быстрее.        Они рванули на квиддичное поле, едва не сбивая с ног учеников, которые не могли понять причины такой бурной радости. На поле никого не было, кроме Джеймса и Сириуса, которые отрабатывали новую тактику игры для отборочных соревнований. Они летали на новеньких « Молниях», Джеймс увидел Лили и резко наклонил рукоять метлы. Лили стояла и молчала, ей было страшно за Джеймса, который творил фигуры в воздухе перед ней. — Джеймс! — Лили! — Цветочек?! — вставил своё слово Сириус, наблюдая за происходящими событиями. — Джеймс, ты можешь не делать такие опасные трюки, когда я буду здесь на отборочных? — Да. А к чему ты спросила? — Потому что я люблю тебя, Джеймс Поттер , — сказав это Лили поцеловала молодого охотника, бывшего капитана Гриффиндорской сборной, на что он вопросительно вскинул бровь после того, как они отошли друг от друга. — И я тебя, Эванс! Ты меня простила? — Конечно… — Так значит, вы встречаетесь, я так понимаю ещё с того раза в библиотеке?! — Да. — Сохатый, почему ты не рассказал мне? — Ну просто мы решили не афишировать это там, но кто-то нарушил все наши планы. — Лунатик, ты то тут какими судьбами? — Твоя девушка, Сохатый, хотела есть и я проводил её до кухни. — Тебя Сириус, искала какая-то слизеринка. — Она не назвала имени? — Она сказала, что тебе должна о чем-то говорить её фамилия. — А какая у нее фамилия? — со страхом спросил заинтригованный Сириус. — Забини… Но вряд ли это та, скорее это её дочка. — Вот черт! — выругался он. — Я убежал, а ты, Цветочек, прости меня. — Ты прощен.        Слизеринская гостиная расположена в подземельях Замка Хогвартс, за стеной, в коридоре, который большинство учеников считают тупиковым, но на самом деле в конце коридора есть стена, открывающая потайной ход ведущий в гостиную факультета. Сириус знал, что пароль у слизеринцев обычно связан с их кровным статусом, когда-то они устраивали шалость для слизеринцев и притворялись ими, ну и впоследствии узнали, какие примерно бывают пароли. « Чистая кровь» — попробовал он открыть проход, но ошибся. « Смерть грязнокровкам» — проем открылся со второй попытки, и Сириус увидел гостиную.Гостевые комнаты представляют собой помещения с низким потолком, стульями с темно-зеленой обивкой и лампами, излучающими холодное болотное свечение. Гостевые комнаты, отчасти находятся прямо под Черным Озером. Комнаты обставлены низкими старыми, темно-зелеными или черными кожаными диванами, и темными старыми буфетами. Гостиная выглядит обставленной со вкусом, но в то же время там холодно и неуютно. — Эй, что ты тут делаешь? — спросил его Наследник Рода Малфой. — Не важно, — сказал Сириус и оттолкнул Драко, вставшего на его пути. — Да как ты смеешь, мой отец узнает об этом! — Если не ошибаюсь, то твой отец женат на моей кузине Нарциссе, которая в девичестве была Блэк, а так как твой отец сам просил руки у нашей семьи, то род Блэк считается главным. А с Нарциссой я смогу поговорить. — Но отец… — А теперь разреши мне пройти. Хотя нет, позови сюда Забини.       Драко вернулся один, буквально через пять минут после просьбы Сириуса, он выглядел не много по-другому, чем тогда. — Она говорит, чтобы ты зашел в её комнату.        Сириус искал дверь с табличкой, где упоминалась фамилия Забини, он надеялся, что она одна в Хогвартсе с такой фамилией. — Блейк? — Сириус? — Что тут происходит? — спросила свою мать юная слизеринка. — Ничего, просто подожди меня в гостиной. — Что ты тут делаешь? — Знаешь, так интересно все сложилось, ты каким-то образом попадаешь в будущее прямо с того курса, как выставил меня полной идиоткой перед факультетом. — Я не помню этого. — Ты променял меня на эту грязнокровку МакКиннон, во время матча Гриффиндор — Слизерин, ты сбил меня с метлы и не извинился, хотя мы с тобой были помолвлены. — Знаешь, своим побегом из дома я показал, что не желаю иметь ничего общего со своей семьёй. — Но ты говорил что любишь меня?! — Прости, но мне нравилось только твоё тело… — ПРОЧЬ ИЗ КОМНАТЫ! — С превеликим удовольствием!       Сириус ранил сердце девушки, которая только не давно перенесла его смерть, а теперь он явился из прошлого, которые ещё оставались в воспоминание Блейк. Нужно сказать, что в отличии от Сириуса, да и всех тех, кто женился по расчету, она искренне любила его, была рядом…        Он уже подошел к Портрету Полной дамы, как у видел знакомые каштановые волосы, но Сириус не имел желание общаться с ней, кто знает, может она будет пытать его. — Опять ты! — сказала гриффиндорка, вздернув носик. — Да, ведь мы же находимся в одном замке! — Мне сейчас не до тебя. — Извини, вчера между нами возникло недопонимание, и я приглашаю тебя сходить в кино в эти выходные, — он сам не понимал, что он говорит, Сириус пьянел от слов Гермионы. — Где ты тут возьмешь кино? — У меня есть летающий мотоцикл, мы можем слетать в маглловский Лондон и посмотреть там. — Я согласна, только никаких рук. — Хорошо        Когда Сириус зашел в Гриффиндорскую гостиную, то увидел детей, которые чего-то ожидали от стоящих в центре Ремуса, Лили и Джеймса. Они хотели знать правду, но больше всего мечтал об этом Гарри, хотя он не верил, что это когда-нибудь произойдет. Почему Гермиона не сказала раньше, ведь она знала ещё ночью? Возможно, на то были у неё причины, но всё-таки она должна была рассказать своему лучшему другу. Никто из присутствующих не верил словам Дамблдора, которые он сказал на завтраке, им нужны были доказательства от самих Мародеров. — Ладно, мы все вам расскажем, — проговорил недовольный Джеймс.