Иная сторона завтрашнего дня

Карл из будущего мчался вперёд. Он преодолел Сектор 4, главный центр управления и вошёл в Сектор 5 без малейшего понятия о своём окружении. Он бежал без всякой причины. Прошлое, тянувшееся за ним, было пустыней, испещрённой следами; его будущее не отличалось ничем. Но не важно, куда он шёл, не важно, как быстро бежал, он не мог убежать от бремени вины. - Я должен добраться... до комнаты... Он тяжело выдохнул слова для самого себя, обосновывая и повторяя, пока крошечный самородок вины не сжался и не исчез. Комната безмятежности была лекарством, бальзамом, целебным средством, построенным на лжи и обмане; не смотря на это, он бросился к ней с решимостью человека, преследующего мираж. - Я должен... в этот раз мне нужно... я не так часто хожу туда, но в этот раз было слишком... Снова и снова бились о землю его ноги, но мысли не изменились. Он не изменился. Ничто не изменилось... Карл из будущего остановился у платформы напротив чёрной панели на стене. Он ударил ладонью по выключенному экрану и слова "Контрольная Панель: Сектор 5, Зона 7" появились на мониторе, за которыми последовала серия вариантов ответа. Он выбрал один из них и схема лабиринта эмоций появилась на экране. Кончиками пальцев он выделил небольшой блок номеров и ещё одним нажатием перетащил их вниз. Почувствовав облегчение, смешанное с самобичеванием, он упёрся лбом в стену - теперь путь между ним и его комнатой безмятежности был расчищен. - Мне не стоит это делать... После ещё нескольких самоуничижительных комментариев, он собрался с духом и оттолкнулся от стены. Он убрал локон, пропитанный потом, из поля своего зрения, прежде чем направиться к двери слева от него. Она автоматически распахнулась, когда он приблизился. Он помотал головой ещё раз и, распрямив плечи, переступил через неё и вступил в лабиринт. *** Джимми открыл дверь, ведущую в следующую комнату, и порыв ветра пронёсся над головами ребят. - Поток воздуха? - пробормотал он, прикрывая глаза. - Как такое возможно? ... Другая дверь тоже открыта? Они выглянули из дверного проёма и оглядели камеру, которая была квадратной и однообразной. Стены, пол и потолок были окрашены в идентичный оттенок серого. Либби вздрогнула. - Какой богомерзкий дизайнер в ответе за такую отвратительную покраску? - Думаю, это я, - ответил Джимми. - Иуууу... Карл потянул Джимми за руку. - У меня очень плохое предчувствие, Джимми... и на этот раз я говорю это не просто так. - Мы почти выбрались, Карл. Мы же сумели преодолеть остальные комнаты... нет ничего, с чем бы мы не справились. - Карл продолжил упираться и Джимми вздохнул. - Хорошо, я пойду первым. Вот, видишь? Не о чем волнова... Джимми шагнул в комнату, и его глаза тут же закатились. Он повалился вниз, словно кукла. Синди ринулась вперёд, чтобы поймать его. - Нейтрон! - как только она переступила порог, её тоже заклинило и девочка свалилась рядом с павшим Джимми. Она дёрнулась один раз, а затем затихла. - Синди! - Либби побежала за подругой и на мгновение показалось, что продолжится эффект домино. Шин подался вперёд, чтобы удержать её от той же ошибки, что сделала Синди, но вместо этого поскользнулся на собственном шнурке, из-за чего оба упали лицами вниз рядом с Джимми. Все испытания закончились в течении пяти секунд, после чего все четверо затихли. Карл отпрянув, панически завизжав: - Джимми! Шин! Либби! ААААА, что же делать? Что же мне делать? - Гррр гргав гав гав гав! - Я не понимаю! Годдард, помоги! ... Сделай что-нибудь! - Ауууу, гав гав! - О нет! О нет! Ну же, ребята, просыпайтесь! Просыпайтесь же! Одно мгновение Карл ожидал, что его друзья очнутся по собственной воле; но они остались на своих местах, лежащими на шероховатом бетоне, словно спутанные марионетки. И не кому было держать верёвочки. - Р-ребята? Вы... вы слышите меня? Они не ответили, потому как не слышали вопроса: Джимми, Синди, Шин и Либби оказались полностью отрезанными от внешнего мира - они разорвали связь в то мгновение, когда вошли в комнату. Разделённые, разбросанные и закинутые в самые дальние уголки естества и совершенно одни. - Эй? Эй? - в следующее мгновение Джимми оказался один, стоящим на краю бездонного каньона. Грозовые тучи собирались над головой; гром разносился в отдалении. Воздух был влажным от надвигающегося дождя и порывы ветра рвали рукава его красной кофты с атомом. Он глянул вниз. - Как смешно... когда я успел переодеться в свою кофту? Порыв толкнул его вперёд и мальчик раскинул руки, чтобы поймать равновесие. Вздрогнув, он посмотрел в пропасть у его ног. Когда он снова поднял взгляд, тёмный замок замаячил перед ним. Он отступил назад, когда его взгляд скользнул по всей высоте сооружения. - Воу! Откуда это? Словно бы в ответ, внутри крепости зазвонил звонок и ворота со звоном отворились. Джимми присвистнул. - Фьюююх. Попробуй проанализировать это, Фрейд... Когда он снова посмотрел вниз, каньон пропал. Тихо сглотнув, он сделал нерешительный шаг в сторону ворот. Всё это время его физическое тело лежало неподвижно на полу комнаты, лишь в нескольких сантиметрах от скованных тел друзей. *** - Эй! Ну всё, Нейтрон! Что происходит? Синди стояла одна посреди продуваемой ветром равнины. Ветер был пыльным и спёртым, а из потрескавшейся земли тянулись костяные ветви кустов. Синди нервно отступила назад и нечто хрупкое хрустнуло под её каблуком. Нахмурившись, она повернулась и обнаружила остатки разломанного человеческого черепа. Закричав, она споткнулась, а её нога попала в клубок шипов и она рухнула на землю. - Уф! - упала она лицом вперёд. Впившись пальцами в землю, она выплюнула комок грязи, а затем подняла своё тело. Когда она взглянула вверх, поток горячего ветра ударил Синди по лицу, и она вскинула руку, чтобы защитить лицо. Впереди сквозь облака пробивался свет: словно рана в небесах, но вместо крови сочился огонь. Воздух выл и рвался, когда немая вспышка прорезала апокалиптический пейзаж - затем, столь же быстро, как появился, свет исчез и чёрная воронка взвилась туда, где раньше был луч. Синди медленно поднялась, преодолевая благоговение. - Что... это было? - прошептала она. Её реальное тело почти не дышало. *** - Марко!... Кхм, я сказал, Марко! - последовала пауза, пока Шин ожидал ответа. - Да ладно, так не честно, если один из вас не прокричит "Поло"! Без обмана, ребята! Поло, кто-нибудь? ... Ну хоть кто-нибудь? Привееееет... - Шин выглянул из-за прорези в пальцах. - Эх, какая разница. Мы же не в бассейне! Шин опустил руки и огляделся. Сумерки накрыли поляну, на которой он стоял. Запах опавших листьев ударил ему в нос, а капельки росы защекотали голые лодыжки. Впереди него, словно часовые, стояли ряды деревьев; зеленоватый дым заполнял пространство между замшелых стволов. Не было слышно ни пения птиц, не журчания воды, ни стрёкота сверчков... лишь волны беспокойства в тишине. Шин нервно сглотнул. - ОК, сейчас мне бы реально пригодился мой пояс Ультралорда... - Позади него хрустнула ветка и он развернулся, выставив сложенные в пистолет пальцы. - П-предупреждаю, не подходите ближе! Я... на самом деле замаскированный бандит! Из-за деревьев донеслось рычание. Шин начал осматриваться, отчаянно кусая ногти; он заметил лежащий на земле камень и быстро поднял его. Рука у него дрогнула, когда он прижал предмет к груди. - У меня есть камень, и я не боюсь им воспользоваться! Голос шепнул на ухо Шину из-за спины, и горячее влажное дыхание осело на его коже. - А тебе и не следует... Вскрикнув, Шин выронил камень и развернулся. Там, в нескольких метрах, стояла его идеальная копия, хоть и одетая в лохмотья. Здесь и там у существа виднелись куски густой шерсти. Шин с облегчением выдохнул. - О, блин, это же я - оборотень! На секунду ты напугал меня, приятель. Оборотень-Шин отполз назад на четвереньках, скрываясь в роще серо-зелёных деревьев. - Хмм, я ещё не встречал мой костюм на Хэллоуин во сне. Эй, точно! Если это сон, то я могу летать! - Он встал на цыпочки, кряхтя и морщась на небо, но без успехов. - ОК, может, это и не сон... а это значит... - Шин медленно развернулся, волоски на его спине встали дыбом. - Эмм... а ты случайно не мираж? Шин из будущего высунулся из-за облупленного ствола, сверкая жёлтыми глазами. - Я - кожа под твоей кожей, плоть под твоей плотью. Я - твои синие и фиолетовые внутренности, слизь и мокрота, кровь и желчь. Шина передёрнуло. - Иу, какого чёрта? Это отв-ра-ти-тель-но. Блин, Либби была права. Я действительно более странный, когда в обличье оборотня. Скажи, странный я, у тебя случайно нет с собой карты или чего подобного? На мгновение последовала пауза. - ... Либби? ... Где она? Оборотень Шин жадно тянул слова, и сигнал тревоги промчался сквозь его человеческого аналога. - Эм... не здесь... - сказал Шин, пятясь назад. - ... Эй, послушай... ты начинаешь меня реально пугать, так что... я, пожалуй, пойду. Оборотень отполз назад, пока не растворился в оливковом тумане, и Шин радостно выпустил воздух, который задерживал. Мгновение спустя, он чуть не выпрыгнул из кожи, когда он почувствовал прикосновение когтистой лапы к штанине. Он обернулся и увидел существо, притаившееся у его ног. - Забери меня с собой. - Как ты оказался позади меня...? - Я хочу увидеть всех. Мне здесь одиноко. Каково, думаешь, мне? Здесь нету телевизора, сахара или Ультралорда. Здесь совершенно нечего делать. Чёрт, я бы предпочёл летнюю школу этому месту. Шин отпрыгнул, задыхаясь. - Проклятье! Кощунство! - Видишь? - продолжил убеждать оборотень. - Всё настолько плохо. Так что, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, разреши мне пойти с тобой. Для этого нужно лишь одно маленькое словечко. На мгновение Шин дрогнул. Но затем оборотень улыбнулся ему, обнажив ряды окровавленных хищных зубов. Шин отступил на шаг, затем ещё. - Эм... может, в другое время... но сейчас мне надо БЕЖАТЬ! - Он развернулся и помчался подальше от леса, сюрреалистичные картины проносились мимо в тумане адреналина. Шин-оборотень кинулся за ним, рыча. - Ты не убежишь от меня! Оборотень быстро догнал мальчика. Оставшись без пути к отступлению, Шин хрипло закричал, бросаясь ногами травой и кусками грязи. Он встал лицом к агрессору, сжав кулаки, но выражая мольбу. - Послушай, чувак, могу помочь тебе найти овцу на обед или типа того, но мне действительно надо найти своих друзей! - Мне не нужна овца! Мне нужен ты! И если не пойдёшь добровольно, то придётся заставить! Оборотень набросился на мальчика, и они оба повалились на землю, перекатываясь друг через друга в клубе сплетённых когтей, шерсти и разорванной одежды. Оборотень Шин придавил человеческого мальчика и жестоко ухмыльнулся, любуясь, как его жертва пытается вырваться. - Хахаха! - рассмеялось существо. - Только посмотри на себя! Какая трата усилий. Продолжай бороться! Спроси себя, что бы сделал Ультралорд. Ха-ха! Шин извивался. - Знаешь, я бы так и сделал, только Ультралорд никогда не писал пособие о том, как побороть себя-оборотня в непонятном типа сне. И ты называешь себя фанатом? Как жалко. Оборотень изогнул шею к небу и выпустил леденящий кровь вой; когда он снова посмотрел вниз, все краски схлынули с лица пленника. - Это не сон! Это - реально! Тебя сейчас самоуничтожат, и ты ничего не сможешь с этом поделать. Ты тупой и слабый. Ты проваливаешь все, что делаешь, и прожигаешь жизнь, смотря бессмысленный мультик. Либби лишь притворяется, что ты нравишься ей, потому что жалеет тебя, а Джимми просто держит тебя рядом, потому что никто лучший пока не нашёлся. Карл - его настоящий лучший друг. А почему бы и нет? Зачем кому-нибудь можешь понадобиться ты? Ты всё ломаешь. Трусливый, раздражающий, неуспевающий, лишённый матери неудачник! Извращённо улыбнувшись, оборотень рванул вниз и впился зубами в плечо Шина. Всё тело мальчика дёрнулось, когда горячие струйки полились из раны и потекли по груди. - Я избавлюсь от всего этого за тебя, - прошептал оборотень. - Я исцелю тебя. И тогда мы вместе выйдем на охоту. Шин почувствовал, как удлиняются его ногти и крутятся по кожей мышцы. Его чувства обострились и сплелись воедино - запахи стали чувствами, а звуки обратились в знаки. Присев, он повернул шею и принюхался к ночному небу; где-то, далеко отсюда, витал запах плоти. - Пойдём... *** А Синди в своём сне смахнула пряди волос с лица и, щурясь, пригляделась к гипнотической воронке - словно в трансе, она стала пробираться сквозь опасную долину. В следующее мгновение время скакнуло и вид промелькал в отстающих, петляющих кадрах. Очнувшись, она оказалась у самого горизонта чёрного портала. - Воу! Как это я... Она удивлённо подпрыгнула, когда увидела собственное лицо, смотрящее изнутри воронки. Она с облегчением выдохнула, поверив, что это всего лишь отражение. Но затем лицо самовольно улыбнулось. Синди отпрянула назад. - К-кто ты? Двойник подался вперёд, выбравшись из вращающейся дыры в небе. Чернота прижалась к ней, словно вторая кожа, прежде чем превратиться в жидкость и сползти с её тела, словно тягучая жижа. Под месивом, вторая Синди была одета в ядовито-зелёное с ног до головы, кроме чёрного ожерелья, выглядящего невероятно злобно. - Что это за вопрос? Ты знаешь, кто я. - Я знаю? - спросила Синди. - Конечно же. Я - это ты. И не просто ты, а настоящая ты. - Чего? О чём ты говоришь? Я и есть настоящая я. И откуда ты вообще пришла? Зелёная Синди проигнорировала вопрос и вместо этого раскинула руки, чтобы указать на пустыню, раскинувшуюся вокруг них. - Видишь? - Ага. Это - пустыня. И что с того? - Это - ты. Синди подняла бровь. - Я - галлюцинация, вызванная технологией злобного диктатора, манипулирующей сознанием? Другая Синди захихикала. - Умно! Мы такие умные, не правда ли? Но нет, я не это имела в виду. Комната, в которой ты сейчас находишься, не заставляет тебя видеть галлюцинации. Она всего лишь приподняла барьер между сознательным, подсознательным и бессознательным. Она соединяет тебя со своим глубинным я. Истинным я. Синди взглянула наверх. - Полагаю, что воронка в небе - вычурная метафора моей фамилии? Нет, честно, я была уверена, что моё подсознание более изобретательное. Другая Синди снова рассмеялась и каждое выплёвываемое слово ощущалось ударом ножа: - Какая отличная шутка. Последовал напряжённое молчание, пока Синди пыталась вернуться к истокам диалога. - Слушай, не хочу быть грубой, но не могла бы ты на время скрыться с глаз моих долой, чтобы я смогла разобраться с происходящим и найти способ вернуться к реальности? - Это и есть реальность. Всё, что ты видишь вокруг - лишь отражение того, что находится внутри тебя. Синди нахмурилась. - Это какая-то загадка? Хочешь сказать, что если я изменю своё восприятие, то этот пустынный мир исчезнет? Зелёная Синди замерла от замешательства. - Что навело тебя на подобную мысль? Разумеется, это не загадка. Твоя сущность - это твоя сущность. Ты не можешь её изменить... А если честно, то зачем тебе вообще туда возвращаться? Оставайся. Это то, кто ты есть. Здесь твоё место. Синди посмотрела мимо своего двойника и уставилась на чёрную воронку. - Если я пройду сквозь это, - она указала пальцем, - то смогу выбраться? В ответ вторая Синди шагнула вперёд и скрестила руки на груди, преграждая девочке вид. - Не игнорируй меня! - Не надо давить на меня! Боже! - Я не давлю! К тому же, говорю тебе, ты не уйдёшь. - Эм... а со мной посоветоваться не хочешь? Синди из сна подалась вперёд и в её поведении стало видна открытая враждебность. - Нет, не особенно. Я уже сказала, что не собираюсь выпускать тебя. Ты остаёшься здесь, со мной. - Пффф, ты не можешь указывать мне, что делать! А теперь прочь с дороги! Она попыталась прорваться, а лицо Синди из сна исказилось в детской ярости. Она толкнула Синди, которую действие застало врасплох. Та споткнулась и упала на землю. - Зачем ты это сделала? - нахмурилась Синди, вскочив на ноги. - Да что с тобой не так? Зелёная Синди испустила презрительное, слабое кудахтанье, которое усилилось и свернулось, словно змея. - Посмотри на себя. Вся покрытая грязью! Какая жалкая маленькая плакса! Поваляйся в грязи ещё немного! Ня-ня-ня-ня-ня! Синди повернулась. Выражение её лица выражало одновременно отвращение и изумление. - Не верю! Ты всего лишь симпатичная незрелая забияка! А теперь отвали, пока я тебя не толкнула в ответ! - Хахахаха! А вот и пара для моего сапога! Хахаха! Милая? Забияка? Я права, а ты нет! Ха-ха-ха-ха! Все, кроме меня! Я! Я! - Она дико смеялась, шаркая ногой по земле. Синди попятилась, медленно качая головой взад и вперёд. - Ты - сумасшедшая! Я убираюсь отсюда. Зелёная Синди резко глянула вверх. То действие было поразительным, потому как всё её лицо изменилось. Глаза были неестественно широкими; тупой, неподвижный взгляд был направлен вперёд, пока слова падали из искривлённой улыбки. - Ты не сможешь выбраться отсюда, Синди. Ты никогда не сможешь убежать от себя. Если будешь отрицать свою сущность, то погубишь себя. Синди сжала руки в кулак. - Я контролирую себя и свои действия, а не ты! Теперь сгинь отсюда! Если будешь мне снова угрожать, то я не буду себя сдерживать! Синди из сна с унылым видом склонила голову на бок. - Ты не можешь разрушить разрушение. Сделав это, ты создашь ещё больше разрушений... Она вяло подняла руку и земля задрожала. - Что... что происходит? Зелёная Синди внезапно закричала. - Я покажу тебе, что ты есть! В следующее мгновение острые песчинки поднялись с земли и, собравшись в рой, пронеслись сквозь воздух, коля кожу Синди, словно сотни бешеных плёл. Она закричала и повернулась, чтобы убежать, но споткнулась, когда земля разверзлась, словно корабль, поражённый бурей. Мир гремел, трещал и разрывался, пока само небо не стало рушиться. Осколки падали вокруг неё, словно куски штукатурки и Синди вскинула руки над головой, пытаясь защитить себя. - Ха-ха-ха-ха! Я заставлю всё развалиться. Рационализируй, рационализируй! Я разрушу! Я разрушу всё! - Остановись! Остановись, пожалуйста! - умоляла Синди. - Что с тобой не так? Не будь такой! - Бесполезно, бесполезно, бесполезно! А теперь умри, исчезни, прекрати существовать; сломайся, сломайся, сломайся! Частицы небесного мусора повалились на Синди, придавив её. Последнее сопротивление и весь груз повалился на неё, погасив её сознание. Когда щебень осел, зелёная Синди побрела вперёд, задыхаясь от сильной нагрузки. Через мгновение она взглянула вверх и слёзы потекли по её щекам и вокруг ненормальной, горестной улыбки. - Я лишь хотела, чтобы ты осталась со мной. Поэтому я... - Она слегка пошатнулась, а затем повалилась на потрескавшуюся землю. Хрупкий маленький ребёнок в обломках. - Почему ты не хочешь? - она всхлипнула. - Мне жалко. Возвращайся. Люби меня, пожалуйста, прими меня... не оставляй меня здесь, совершенно одну... Но ответа не последовало, и тогда сами небеса потемнели, словно бы кто-то выключил свет. *** Веки Либби задрожали и открылись в её сне. Она обнаружила себя стоящей посередине длинного прохода. Через каждые несколько шагов в отсвете огня купались покрытые иероглифами стены. За этими оазисами света проход исчезал в фиолетовом мраке. Воздух был удушающе жарким, а тонкий слой пыли, который осел на её коже, иссушил всю влагу. - Могила царицы Хазабатаславии? - пробубнила она, оглядываясь. - Как я тут оказалась? Она сделала несколько осторожных шагов вперёд. Треск пламени не мог скрыть глубокую тишину могилы, и беспокойство Либби только усилилось, пока она пробиралась вдоль прохода. Она подошла к закрытой двери, которая была вырезана из благоухающего кедра и украшена гранатами и лазуритами. Высеченные изображения фараонов и их жён поклонялись пантеону звереголовых богов, а по бокам красовались два изображения Хатхор. Сглотнув, Либби собралась с мужеством и толкнула ручку. К её удивлению, та поддалась. - Это было легче, чем я... Она замолчала, не ожидая зрелище, которое её ждало. Святилище было заполнено сокровищами - сундуки, наполненные драгоценными ожерельями и браслетами, высокие алебастровые вазы, столы, нагруженные позолоченными и прекрасными статуэтками мускулистых богов, ящики, переполненные амулетами и древностями - и везде золото, горы золота, сверкающего в свете факелов. - О мой... В глазах Либби отразился лихорадочный блеск. Нервно обернувшись, она подошла к ближайшему сундуку и начала перебирать его содержимое. - Только гляньте на это ожерелье! - воскликнула она, переворачивая в руках кулон со скарабеем. - Уверена, он прекрасно подойдёт к моему бирюзовому платью... чёрт, надо придумать, как вынести всё это отсюда. Хмм... - Кто идёт? Либби развернулась и её пряди ударившись о щёки, подпрыгнули. В дальнем конце комнаты, на возвышенности, сидела девушка примерно её роста. Золочёная кобра торчала из под её чёлки, а тяжёлый, расшитый жемчугом воротник покрывал её плечи. Четыре пары браслетов опоясывали её руки, и синий пояс туго прижимал к талии белоснежное платье. Но под всеми нарядами она была облачена в обычную одежду Либби - розовую кофту и джинсы. Только тогда Либби смогла понять истинную сущность девочки - не царица Хазабатаславия, а сама Либби, одетая, словно египтянка. - Ты - это... я? - спросила Либби. Королева прильнула спиной к трону в ужасе от того, что к ней обратились в такой прямой манере. - Как ты смеешь проявлять такое неуважение к своей королеве! Кто ты такая, чтобы являться сюда без приглашения! Либби помедлила в растерянности. - При... глашение? - Именно. Всем известно, что для аудиенции с царицей необходимо приглашение. В следующее мгновение Либби испугалась по-настоящему. Область вокруг помоста пришла в движении, когда полтора десятка мумий сдвинулись со своих мест. Комната наполнилась звуком стучащих костей и напрягающихся жил, когда высушенные оболочки развернулись, чтобы сфокусировать свои глазницы на ней. Украшения нисколько не улучшали вид их испачканных лоскутов, которые кусками свисали с конечностей. Она заставила себя повернуться к царице и попытаться исполнить реверанс. - Прошу, простите меня, эм... ваше цариценство. Я, вроде как, проснулась в коридоре снаружи. Я не собиралась врываться... На мгновение манеры царицы стали точь в точь, как у Либби. - Погоди! В каком смысле ты просто проснулась снаружи? Кто-то оставил тебя там, пока ты спала? - Это довольно долгая история и у меня совершенно нет сил на объяснения. День выдался тяжёлым... - Меня не волнует, какой это был день! Объясни, почему ты нарушила правила? - Да расслабься ты уже! Я не знала, что заходить сюда - это нарушение правил... Я просто нашла дверь и не знала, куда ещё пойти. Царица вздёрнула нос, возвращаясь к прежней высокомерной имперской манере. - Незнание закона не избавляет от ответственности. Ты увидела моё величество, когда я не была готова принимать посетителей, ты прервала планирование вечеринки, которую я собиралась закатить вечером и, хуже всего, ты приложила свои жадные ручонки к МОИМ сокровищам! За это ты должна понести наказание. Придворные, исполняйте свой долг и избавьтесь от неё! Прежде, чем Либби успела моргнуть, украшенные мумии накрыли её. Они хватались за её тело своими костлявыми, иссохшими пальцами, но её крик так и не вырвался из горла. Когда она попыталась высвободиться, они повалили её на пол и повязали руки за спиной золотым шнуром. Грубо схватив девочку за плечи, мумии подтащили её достаточно близко к царице, чтобы та смогла рассмотреть измазанное грязью лицо. - Пожалуйста! - взмолилась Либби. - Это всего лишь недопонимание! Лишь какой-то странный сон или вроде того... Мне надо вернуться к друзьям! - Есть ли конец твоей наглости? Сон? Ха! Охрана, посадите маленькую лгунью на кол! Они резко подняли Либби с пола, а та дика боролась. На этот раз её слова к царице были не мольбой, а паникой. - Как ты можешь так поступать? Ты - это я! Неужели не можешь узнать собственное лицо? Посмотри! Посмотри, что на тебе надето под всем этим египетским хламом. Как ты можешь не замечать, что мы с тобой - один и тот же человек? Разве ты не видела себя в зеркале? Нужно быть совершенно слепой, чтобы не узнать собственное лицо! Царица поднялась с трона, кипя от злости. - Слепа? Хочешь слепоту? Ты получишь вечную слепоту! Стража, я изменила решение по поводу её наказания. Закройте её в саркофаге. Слуги царицы подняли Либби, а затем отнесли её к ряду саркофагов, стоящих у стены. На ближайшем была изображена прекрасная молодая женщина с лазурными волосами и крыльями; её безмятежное выражение лица нисколько не соответствовало с суровой участи, которая ожидала погребённую в ней. Две мумии вместе подняли гроб, наклонили тот горизонтально и опустили на пол. Либби закашляла от облака пыли, поднявшегося от саркофага, а затем удвоила попытки сбежать. - Нет! Отпустите меня! - Ругаясь, она опрокинула стол, уставленный золотыми статуэтками, которые с шумом повалились на пол. Взгляд царицы приковался к упавшим идолам и она поспешно отдала новую команду: - И наполните гроб ожерельями и драгоценностями. Давайте покажем ей, насколько пригодна мода, когда нет даже корочки хлеба. Из глаз Либби покатились слезы, когда монстры прижали её к полу - она слышала, как скрипит их высушенная плоть, чувствовала узловатые руки, державшие её за лопаткам, чувствовала их запах, пока они связывали её ноги. Хотя её лицо было погребено в песке, металлический стук сокровищ, ударяющихся о дерево, делало ясным происходящее. Тяжесть на плечах Либби уменьшилась и она смогла перевернуться на бок и выплюнуть ком грязи. Потея из-за страха и стресса от передвижения без помощи конечностей, Либби поднялась и села, смотря на царицу. Нежить стояла в полукруге позади жертвы, ожидая, пока их хозяйка не скажет последние слова. - Это - моё царство, а не твоё, - возвестила царица. - Именно это получаешь, копаясь в запретной земле. Молись своим богам, что кто-нибудь придёт и спасёт тебя... потому что у тебя нет надежды на спасение от судьбы, которую я тебе приготовила. - Это всего лишь сон, - сказала Либби. - Я уснула и ещё не проснулась. Ты всего лишь... ментальная проекция или нечто вроде... - Хватит. Стража, вставьте ей кляп и бросьте в саркофаг. Затем мы вернёмся к планированию вечеринки. Одна из мумий оторвала длинный кусок сгнившей ткани от собственной руки и скатала её в шар. Либби предугадала следующий шаг и, вскрикнув, попыталась вырваться. Другой тюремщик схватил её за голову и разжал ей челюсти, в то время как первая мумия затолкала комок в её рот. Крики притихли, толпа подняла её с земли и бросила в открытый саркофаг. Охваченная ужасом, неверием и холодными укусами сокровищ, у Либби не осталось даже мгновения, чтобы впитать последний лучик света, прежде чем крышка захлопнулась. *** Джимми был по прежнему одинок. Пропетляв по бесконечным каменным коридорам, поднявшись по извилистым лестницам и пройдя мимо рядов закрытых дверей, он наконец набрёл на открытую дверь. Привлечённый светом изнутри, он вошёл в камеру. Он оказался посреди огромной голограммы планетария. Мальчик перешагнул через деревянные половицы, и звёзды и планеты раздвинулись перед ним в гармонии космического танца. Джимми потянулся и провёл рукой по галактике, и отдельные звёзды рассыпались, словно волшебная пыль. Он повернулся, улыбаясь от удивления. - Восхитительно! Столь хорошо запрограммировано! - Нравится? - Раздался голос. - Это ты построил. Джимми напрягся. - Кто это сказал? Покажись! Второй Джимми шагнул сквозь спиральную галактику, взвешенную в воздухе, раздвигая звёзды, словно они были расписные жемчужины занавеса. Он был одет в лабораторный халат. - Ну, если быть точным, то всё построил я, но это, в сущности, одно и тоже. Два гения молча осматривали друг друга, пока один из них не заговорил. - Что ты есть? - спросил Джимми. - Часть голограммы? Мой клон? - Ничто из этого. Но это и не важно. А теперь мне интересно, что последнее ты помнишь, прежде чем очутился здесь? - Я... вошёл в новую комнату в лабиринте эмоций, затем, внезапно, я посмотрел вниз и уже стоял на краю каньона. Так комната... переместила меня куда-то? Или я под гипнозом? - Эта комната создала связь между различными реалиями твоего подсознания. Она позволит тебе откопать то, что зарыто глубоко внутри. - ДиДжей не построил бы комнату для встречи со своим подсознанием. - недоверчиво сказал Джимми. - Этот лабиринт создан, чтобы уничтожать людей, зашедших в него, а не позволить им заглянуть в себя. Какова истинная цель этой комнаты? Просто, чтобы задержать нас, пока мы заперты в сознании? - Предлагаю не волноваться об этом. Думай об этом, как о... познавательном опыте. Джимми приподнял бровь. - И что именно мне надо познать? - Тебе придётся подождать и самому всё увидеть! Голографический планетарий исчез, и вместо него появилась лаборатория, наполненная жутковатым светом и стопками бурлящих пробирок. Джимми оглядел ряды колб и столов, набитых незаконченными изобретениями, прежде чем повернуться к двойнику, ухмыляясь с иронией. - Лаборатория сумасшедшего учёного? - В некотором роде... - Джимми в лабораторном халате облокотился о стол, легко улыбаясь. - Это так будоражит. Остальные не смогут вести такой диалог, как мы. Их мозги просто не развили необходимые способности для рассуждений... по большему счёту, они ещё неполовозрелые дети. Посему, они не смогут понять произошедшего с ними в той же степени, что и ты. Конечно, они испытают страх, отвращение и изумление, но не поймут, что это значит. - Страх? - повторил Джимми, хмурясь. - Отвращение? И что конкретно я должен понять из всего этого? Двойник проигнорировал его вопрос и вместо этого задал свой. - Хочешь, я покажу тебе свой последний эксперимент? Джимми раздумывал несколько секунд, но любопытство в итоге взяло вверх. - Что ж... думаю, это не повредит... Двойник произнёс несколько команд и пол начал трястись. Стекло затрещало на столешнице и Джимми неуверенно потянул руку к ближайшей скамейке, на случай, если ему придётся удерживать равновесие. С громким треском, отворилась дверь и из-под половиц появилась плита. - Что это? В туже секунду второй Джимми оттолкнулся от стола, на который облокотился. - Не хочешь посмотреть поближе? Два мальчика направились к объекту, который оказался куском твёрдого серого материала размером пять на три с человекообразной выемкой по центру. Поверхность была покрыта клубами шнуров и металлическими узлами, которые подсоединялись к ближайшему компьютеру. Джимми глянул на прибор с подозрением, пока осматривал то, что походило на кожаные ремни. - Эм... и что делает эта штука? - Ну, в данный момент - ничего. Она не завершена. Но когда я закончу, это будет самым мощным компьютером. Джимми наклонился поближе, беря в руки отдельные провода. - По мне, так это не выглядит, как компьютер. Это больше похоже на... ну, смесь кардиографа и электроэнцефалографа с добавлением стазиса. Его двойник ухмыльнулся. - Уже теплее. Посмотрим, смогу ли я дать тебе подсказку... итак - какой самый мощный компьютер на планете? - Ну, на сегодняшний день, - припомнил Джимми, - я вполне уверен, что самый быстрый суперкомпьютер способен производить примерно миллионы миллиардов вычислений в секунду. - Именно так. Невероятно, что он может - если шесть миллиардов людей будут делать одно вычисление на калькуляторе в секунду, то для них займёт 46 лет то, что компьютер способен выполнить за один день. И всё же, в случае гибкости размышлений с творческих процессов, наибыстрейший суперкомпьютер всё ещё в 50 раз уступает человеческому мозгу. А теперь мы подошли к самому интересному - что если бы они могли работать в тандеме? Что если бы человеческий мозг и суперкомпьютер могли бы соединиться в один, сверхумный гибрид компьютера? - Интересная мысль, - согласился Джимми, - но она не сработает - человеческий мозг не создан для того, чтобы справляться с операциями, которые происходят внутри компьютера. Ты никогда не сможешь соединить их в единую сущность, по крайней мере не уничтожив мозг человека. - Эх, а вот тут ты не прав. Видишь ли, с помощью повышающего интеллект шлема, я могу увеличивать умственные способности субъекта до тех пор, пока он не сможет выдержать союза. И с того момента останется только связать их и зацепить. Вот когда вступает устройство: я называл его Платформой и это действует как мост между органическим компьютером в голове человека и искусственным интеллектом. Где один проигрывает, другой преуспевает - это идеальная взаимодополняющая технология. Он беспечно усмехнулся, но Джимми не выглядел убеждённым. - Но...что происходит с подопытным? Компьютер никогда не будет функционировать в установленном порядке, если он контролируется неструктурированными человеческими мыслями. Ум - это странный и сложный орган - у субъекта, вероятно, есть различные виды ментальных блоков, и кто знает, какие ещё вещи могут скрываться в глубинах бессознательного, готовые направить компьютера в случайных направлениях... - Вот почему мозг испытуемого должен быть, при отсутствия более политически корректного термина, умерщвлён после введения, - безразлично сказал двойник Джимми. - У-умерщвлён? - Конечно же. Мне нужна лишь мощь органа без ошибочности сознания. Успех эксперимента полностью зависит от того, что субъект будет в бессознательном состоянии и без силы воли. Мозг должен быть лишь компонент системы - шестерёнка в машине, если угодно. На самом деле, можно будет подключить более одного испытуемого, что позволяет создать более сильный и быстрый процессор. - Но... ты уничтожишь их личности, превратив их в вычислительный огород! - выпалил Джимми. - Кто в своём уме пойдёт на подобный эксперимент? Второй Джимми снова улыбнулся, но на этот раз его губы сложились в зловещую ухмылку. - Ну, конечно же, никто, полагаю. Но это не остановит меня. Джимми отступил на шаг. - Ты... Ты не можешь это сделать! Ты не можешь насильно втягивать кого-то в эксперимент! Это...неправильно! - Неправильно? Правильно? Что вообще значат эти слова? Ты знаешь ответ также, как и я: они ничего не значат. Эти понятия существуют исключительно для облегчения социального взаимодействия для человека. Нет реального смысла или значения для чего-либо - ну, кроме числового значения. Математика и наука - единственное, что имеет исчисление, и даже они несовершенны. Это то, во что ты действительно веришь, и этот проект расширяет понятие этой веры. - Это неправда! - защищался Джимми. - Я всегда верил в правильное и неправильное. Наука нуждается в степени самосознания, иначе у нее не будет рамок. Мне нужно быть нравственным человеком; в противном случае, как я смогу понять, какое влияние окажет мои изобретения. - Ты нравственный человек? Что дало тебе эту идею? Все доказательства свидетельствуют об обратном. Где было твоё чувство правильного и неправильного, когда ты поставил под угрозу людей, которых ты любишь из-за своих неосторожных экспериментов? Твои действия доказывают, что тебя куда больше волнует технологический прогресс, чем благополучия близких. - Это вовсе не то, что я... Двойник Джимми прерывал его. - Давай припомним? Как насчёт момента, когда инопланетяне почти убили каждого в твоём городе, потому что ты бездумно отправил сообщение в глубокий космос? Или как насчет того, когда ты загипнотизировал родителей, заставляя их дарить тебе лишние подарки на день рождения, или мутировал свою учительницу, или погрузил Ретровилль в Ледниковый период? Где было твоё чувство правильного и неправильного, когда ты клонировал себя, а затем заморозил свои творения, которые были живыми существами, тем самым лишая их права на жизнь? И то, сколько раз ты рисковал жизнью Карла во имя науки? Карла, твоего самого лучшего друга? Если поищешь в памяти, то уверен, найдешь много подобных примеров. Это действительно действия того, кто заботится о "морали"? - ОК, - признался Джимми робко, - возможно, я не всегда принимал самые лучшие решения, но я всегда одумывался в конце и спасал всех от катастрофы, что причиняли мои изобретения. И не то чтобы я не спасал Землю от других катастроф, как, тогда, когда Метеор падал прямо на Ретровилль. И все опасные злодеи, которых я отправил в тюрьму в течение многих лет? - Они не были столь опасными, как ты. Рано или поздно, придет день, когда ты не спасёшь всех от своего последнего создания. Это просто вопрос статистики. - Я найду способ спасти всех! - крикнул Джимми. - Правда ли? Может быть, да. Или, может быть, к тому моменту ты уже поймёшь цену прогресса. Он требует жертв. Обязательно будут потери на этом пути. И почему это должно быть проблемой? Ты, так или иначе, лучше, чем они все - посмотри на все удивительные вещи, которые ты создал! Джимми резко обернулся, сжав кулаки. - Этот разговор зашел слишком далеко! Я ухожу отсюда. - Подумай еще раз. Джимми рванул вперед, красный от злости, пока до него не дошло, что дверь, ведущая в комнату, таинственно исчезла, не оставив ему никакой надежды. Он повернулся к своему врагу. Мурашки пробежали по всему телу. - Ловкий трюк, но ты не можешь держать меня здесь вечно. - Я не могу? Двойник щелкнул пальцами, и Джимми вдруг оказался лежащим на спине со связанными руками и ногами. - Какого...? Как ты...? - Он попытался сесть, но кожаные ремни крепко держали его на месте. Он в страхе понял, что оказался пристегнут к Платформе. - Это жестоко и неэтично! Отпусти меня! Его клон смотрел на него без малейшего намека на угрызения совести или раскаяние, как если бы он был не более, чем образец на разделочном столе. - Мне не нужно твоё одобрение. Это не то, зачем ты здесь. У тебя есть гораздо более важная роль - ты можешь предположить, какая именно? - Ты сумасшедший! - воскликнул Джимми. - Этот комната не соединяет нас с нашим подсознанием - это ловушка для нашего интеллекта... и наши самые развратные стремления - это капкан! Гений, одетый в лабораторный халат, рассмеялся. - Красиво сказано! Ты, конечно же, прав. Эта комната захватывает твои недостатки и страхи, а потом использует против тебя. Она лжет и манипулирует, ловит и разрушает - все, чтобы ты рухнул под собственной тяжестью. - Я так и думал. Теперь, отпусти меня! - Этого не произойдет, - сказал двойник. - Ты контактировал со мной; ты не сможешь пересилить меня теперь. Возможно, ты смог бы удержать меня в мире вне этого.... но здесь я создаю правила. И, насколько я понимаю, ты просто сложный органический компьютер. Он на мгновение вышел за линию видимости; когда он вернулся, в его руках был шприц, наполненный прозрачной жидкостью. Глаза Джимми расширились от страха, и он начал извиваться в удерживающих устройствах. - Я, наверное, не должен говорить об этом, но борьба не принесет тебе никакой пользы. Он тщательно протёр место инъекции небольшим количеством йода, затем хладнокровно ткнул иглу в предплечье жертвы. Джимми вздрогнул, когда жидкость влилась в его кровь, словно распространяя огонь. По одному его пальцы онемели, затем обе руки. Убивающие ощущения ползли вверх по рукам и на грудь, пока не растекались по всему телу, как вторая кожа. - Уууух! - воскликнул Джимми. - Прекрати...! - Не говори такие иррациональные вещи, - поругал другой. - Ты прекрасно знаешь, что я не могу аннулировать инъекцию, раз она уже произведена. Боль мчалась вверх к груди Джимми и к его шее. - Да ладно...это не обязательно должно закончиться так! Я мог бы...я мог бы помочь тебе с проектом! Два гения лучше, чем один, верно? Второй Джимми фыркнул. - Ты действительно думаешь, что можешь манипулировать мной? Я знаю, что ты пытаешься сделать. Я знаю все, что знаешь ты и даже больше - у меня нет удерживающих сомнений. Джимми боролся изо всех сил, но его тело не реагировало. - Я...не могу двигаться, мои ноги! Я не могу пошевелиться! - Да, паралич вступает в действие. Очень скоро ты потеряешь сознание. - Ты...ты! - бушевал Джимми. - Убирайся из моей головы! Убирайся! У тебя нет права быть здесь. Ты - обман, уловка, больная галлюцинационная технология, которую даже я не понимаю! Я не такой. Я бы никогда не сделал подобного ни с кем! - Отдохни, мой друг. Я просто посланник. Это не моя вина, что тебе не нравится то, что ты видишь. Джимми закусил губу и зажмурил глаза. - Я не позволю этой комнате меня убить. Я проснусь. Каждый рассчитывает на меня. Мне нужно помочь другим. Я не закончу это в одиночку, в ловушке внутри моей собственной головы. - В одиночку? Кто сказал, что ты будешь один? - Взяв пульт со стола, второй Джимми указал на дальнюю стену и кивнул. - Пока это происходит, я уже приготовила компанию для тебя. Смотри, пока еще можешь... Часть стены скользнула влево, открывая четыре цилиндрические резервуары, наполненные светящейся зеленой жидкостью. Джимми присмотрелся, и его глаза расширились от ужаса: внутри цилиндров плавали в анабиозе тела Синди, Либби, Шина, и Карла. - Видишь? - его клон усмехнулся. - Это теперь практически вечеринка, раз уж ты здесь. - Они всего лишь ментальные проекции, - прошептал Джимми. - Мои настоящие друзья там, в лабиринте... - Это примерно одно и тоже состояние, разве не так? Вы все в неисправности, вот что имеет значение. Наслаждайся последними секундами сознания, Джимми. Ты никогда не сможешь пробудиться от этого. - Мои друзья спасут меня! Они...они... - в глазах потемнело, и его голос замедлился до глубокого и сюрреалистичного крика. - ... они... ... самоуничтожатся, - закончил за него двойник. - Идиот.