ONE OF US

Нам пришлось оставить Скотта у Дерека в гостях, для того чтобы они смогли уладить свои волчьи конфликты, и заключить перемирие хотя бы на время кромешного хаоса, в который повергло появление канимы наши жизни. Обычная учебная среда превратилась в длинный, экстремальный бесконечный день. Стайлз помчался к себе, сразу без задних ног завалившись на кровать. Как только я оказалась в своей спальне то сразу сбросила с себя вещи, захватила старую пижаму с мишками и поспешила в душ. Стоя под горячими струями воды, я размышляла обо всем случившемся со мной за последний год. Эта сверхъестественная лабуда оказывает негативное влияние на все мои человеческие качества — я превратилась в нервозную, озлобленную, раздражительную сволочь, стала пренебрегать друзьями. Пайпер со мной не говорит и всячески игнорирует мое существование, Чип уехал из города, а я и вовсе заметила это только спустя пару дней. У нас с братом заметно снизилась успеваемость, не говоря уже об отношениях с отцом, которого мы стабильно разочаровываем каждый день. Опасные мифологические существа, оказавшиеся реальными, всячески сокращают население итак небольшого городка, причем оставаясь безнаказанными. Закрутив кран, я быстро высушилась полотенцем и надела любимую пижаму состоящую из широкой мятной футболки и коротеньких шортикиков с принтом мишек Тедди. Все также просушивая волосы вторым полотенцем, проследовала в спальню, где уже ожидал сюрприз. Я вскрикнула, подпрыгивая на месте, хватаясь рукой за сердце. На самом краюшке кровати сидел Айзек Лейхи, понуро опустив голову, рассматривая свои ладони. Когда он услышал мой вскрик, то поднял виноватый взгляд, стянув губы в тонкую линию. — Айзек! — зашипела на него я, убирая руку, инстинктивно оттягивая короткие шортики немного вниз. — Прости, — тихо протянул он. Его глаза сначала приземлились на мои голые ноги, рассматривая их пару секунд, но затем он встрепенулся и отвел взгляд в стену. — Полагаю, ты пробрался через окно? — скрестив руки на груди, я кивнула на распахнутое окно, из которого доносился прохладный ночной ветерок. — Слишком много оборотней попадают в мою спальню таким образом. — Тебе стоит закрывать его на щеколду, — серьезно сказал он, снова посмотрев на меня, только теперь стараясь держать взгляд на лице. Я усмехнулась, даже не думая краснеть. Айзек тяжело выдохнул. — Вы сегодня приезжали в депо… — Да, — беззаботно пожав плечами, сказала я. — Заглянули к Дереку на чай, но тот был как всегда не слишком гостеприимен, — почему-то снова лился бесконечный поток беспочвенного сарказма. Нервы трещат по швам. Я тяжело выдохнула, проведя рукой по лицу. — Прости… Как Эрика? — Ей стало лучше. Дерек отвез ее домой. Я, кивнула, присаживаясь рядом с ним, не в силах больше выдержать груз обретенных в последнее время знаний. Как же хотелось стать простым подростком, волнующимся только из-за экзаменов и неудачной личной жизни. Но, к сожалению, я попала в ряды не совсем обычных, которые к ряду простых волнений получают еще и сверхъестественный бонус. Айзек был совсем рядом, я ощущала голой кожей шершавый материал его джинс, но это совсем не напрягало, словно именно здесь ему положено быть. Парень дарил мне чувство покоя, даже несмотря на все разногласия между нами. Нужно посмотреть правде в глаза, я не могу долго на него злиться. Лейхи попал под дурное влияние Дерека и, к сожалению, я, как последний трус, отвернулась от него, как только он однажды оступился. Нельзя винить его в том, чего он сам не осознает. Нужно показать ему, как стать лучше. Он вздохнул, бросил на мою фигурку обреченный взгляд. — Ты как? — почти шепотом спросил он, спустя долгое молчание. Я неопределенно взмахнула рукой, облизнув нижнюю губу. — Устала, — так же прошептала я, наблюдая, как в лучах тусклой лампы кружатся маленькие пылинки. Они безвольно кружатся по кругу, чтобы потом осесть на мебели. — Это был очень плохой и слишком длинный день. — Я просто хотел убедиться, что ты в порядке, — хрипло произнес он, вставая с места, выпрямляясь во весь свой могучий рост. Я невольно залюбовалась его возвышающейся фигурой. Айзек кивнул, бросил скомканное пожелание доброй ночи и пошел обратно к окну. Его плечи были опущены, а вид настолько поникший, что желудок болезненно морщился. Я вскочила с кровати, окликая его и заставляя затормозить. Парень замер с одной рукой на подоконнике. — Прости меня, — закусив губу, сказала я, неловко топчась на месте, — за то, что я тебе наговорила сегодня в школе. — Ничего ст… — Нет, я вела себя как истеричка! — оборвала его я, заставляя повернуться ко мне. — Ты ничего не обязан делать, только чтобы показаться хорошим в моих глазах. Это неправильно и эгоистично с моей стороны. — То, что я сказал тебе, на уроке химии, была правда. Ты нравишься мне, Симонс, — решительно заявил он, глядя мне в глаза. Мое сердце подпрыгнуло в груди, предательски радостно застучав. — Если ты не разделяешь моих чувств…это ничего… Я понимаю. Мне просто хотелось это сказать уже давно. Его взгляд был наполнен космической тоской, которая давила на мою душу. Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, но не успела. Парень пару секунд посмотрел на меня, а затем ловко выпрыгнул в окно, скрываясь в ночи.

***

Следующий день прошел быстро и обыденно, словно разбавляя клиповую суету, бурлящую в нашей жизни. Скучные уроки перестали напрягать, и ты просто сидишь за партой релаксируешь или, еще лучше, высыпаешься на будущее, под монотонное тарахтение учителя. Сегодня в школе все только и говорили о предстоящем великом событии — рейв, который закатывают студенты ближайшего университета, перед каждыми весенними каникулами. Раньше мы с Пайпер часто посещали такие мероприятия. Чтобы попасть на такое массовое сборище необходимо иметь документ, который подтверждает, что тебе уже есть шестнадцать и соответственно сам билет. В этом году они почему-то залупили баснословную цену 75 долларов. Сразу после занятий Скотт помчал в секретную кассу, чтобы раздобыть нам три билета, а я с братом соблюдать старую семейную традицию. Каждый вечер четверга, чета Стилински в полном составе, соблюдают ритуал семейного ужина. И эта традиция соблюдается уже множество лет, и совершенно не важно, где мы находимся в этот вечер: дома, в боулинге, на заднем дворике школы, в полицейской машине или на месте преступления. Сегодня мы устроились в кабинете шефа полиции города Бейкон Хиллс. Стайлз лучась гордостью, расставлял бумажные пакеты с едой на папин стол, даже не парясь о бумажках, которые занимали большую часть площади. Я горестно вздыхала, предвкушая вегетарианское меню, которым не поскупился затариться братец. Ему в голову стукнуло, что нам стоит поддерживать вместе с отцом здоровое питание, хотя сам по дороге жевал батончик твинки. Мою же экстренную диету он аргументировал скорым приближением появления второго подбородка из-за поедания чизбургеров, разумеется, в ответ он получил подзатыльник. Шериф голодными глазами осмотрел изобилие пищи, сразу схватив булочку с кунжутом, надеясь на сочную котлету внутри. Я сочувствующе улыбнулась, обхватывая ладонями стаканчик с чистой минеральной водой, у которой есть издевательская трубочка, как на гадских коктейлях. Папа вгрызся зубами в бургер, а я заметила, как счастье по крупицам исчезает из его глаз. — Вот, что это, черт возьми, такое? — возмущенно скривился он, оглядывая свою еду, с кромешным разочарованием. — Овощной бургер, — уныло протянула я, сделав громкий глоток воды. Стайлз не разделял нашего настроения, а лучился задором и счастьем. Он раскладывал салфетки, с широченной улыбкой. — Стайлз, я же просил гамбургер! — заворчал папа, сразу понимая, кто у нас тут такой инициативный зожник. — Но вегетарианский полезнее! — братец энергично поднял тарелку с салатом, встряхивая ее. Я закатила глаза, мечтая добраться до заначки в шкафу, где спрятан шоколадный батончик. — Здоровее будем. — О, черт! — кривляясь, но, все же пережевывая свой бургер, папа распечатывал коробочку, где он надеялся, будут куриные наггетсы. Но вместо поджаренных кусочков мяса в панировочных сухарях обнаружились ломтики морковки и сельдерея. — Почему ты пытаешься разрушить мою жизнь? — Вообще-то, я пытаюсь улучшить твою жизнь, понятно? — возмущался Стайлз, взмахнув руками. Он взглянул на молчаливую меня, жующую лист салата. Я мысленно представляла себя в виде коровы или козы обедающей на солнечном лугу. Мысли витали совсем в другом космическом пространстве. — Симонс, хоть ты скажи ему! — Определенно, — кивнула я. Брат с вопиющим возмущением уставился на меня, совершенно не удовлетворенный моим не совсем убедительным доводом. Я проглотила зелень, собираясь с духом. — В твоем возрасте необходимо снизить потребление холестерина, который очень сильно влияет на работу сердца. А с твоей нервной работой и подавно. Мы беспокоимся о твоем здоровье, пап. — Спасибо! — кивнул мне близнец, заставляя отца устало закатить глаза. — Так, что, пожалуйста, ешь, что есть. И расскажи, что нашел! — Нет! — возмущенно воскликнул папа, активируя режим строгого шерифа. Только вот я уже давно просканировала все записи на доске, которые находились за его креслом. — Я не собираюсь делиться конфиденциальной полицейской информацией с подростками. — Это то, что на стенке за тобой? — бессовестно спросил братец, кося взгляд. На лице отца на секунду вспыхнул транспарант «Господи, за что мне все это?», прежде чем он в панике обернулся. — Не смотрите туда, — забормотал шериф, понимая, что крупно облажался с сокрытием конфиденциальной информации от двух гиперактивных подростков. — Ладно, — легко соглашаясь, сказал близнец, мгновенно страдая косоглазием. Я хихикнула, вставая с места, приближаясь к стене с заметками и фотографиями с мест преступлений. Папа очень тяжело и разочарованно выдохнул. — Симонс… Стайлз, отведи взгляд. Пока они пару секунд препирались, я обратила внимание на красные стрелки, которые соединяли фотографии разных людей. Полицейские рапорты и отчеты судмедэкспертов были разрисованы желтым текстовыделителем. Я обратила особое внимание, что причина смерти отца Айзека, автослесаря и парня в фургоне одна — глубокие резаные раны, а вот девушку задушили, что совсем не типично для канимы. — Ладно. Хорошо! — сдался папа, понимая, что мы и без его помощи сможем расшифровать все его запутанные теории, которые он сейчас разрабатывает. Все-таки расследования всяких загадок — у нас семейное дело. — Я нашел кое-что. Стайлз притих на стуле, готовый внимательно впитывать всю информацию, я скрестила руки на груди, превращаясь в сплошной слух. Папа выдержал паузу, словно взвешивая каждое слово. — Автослесарь, и пара, которую убили, их что-то связывало. — Всех троих? — переспросил Стайлз. — Вы же знаете, как я говорю, — кивнул шериф. — Первое — происшествие, второе — совпадение, третье — система. Автослесарь, муж, жена, все одного возраста. Всем было двадцать четыре. — А как же мистер Лейхи? — спросила я, рассматривая фото мужчины, на котором был наклеен небольшой знак вопроса. Почему-то мне даже на фото его лицо казалось озлобленным. — Ему-то далеко за двадцать четыре. Папа и Стайлз согласно закивали. — И тут возникает: а) смерть Лейхи к этому не причастна, или б) возраст это совпадение, пока я не нашел это. — Он достал из первого ящика своего стола красную картонную папку. Я заинтересованно сощурилась, заглядывая через плечо брата. — Вы знали, что у Айзека Лейхи был старший брат Кэмерон? Я удивленно выпучила глаза, на секунду взглянув на шерифа, чтобы удостовериться, что тот не шутит. Он положительно кивнул, указывая на папку. Стайлз раскрыл ее, внимательно вчитываясь. Дело состояло из нескольких документов. Заключение о смерти бросилось в глаза сразу, но прочитать было невозможно, из-за шокирующей новости все буквы расплывались перед глазами. Удалось только разглядеть одну строчку Кэмерон Уилл Лейхи, 14 августа 1987-16 августа 2007. Айзек потерял и старшего брата и мать, оставшись один на один с тираном отцом. — Убит в драке, — задумчиво прочитал Стайлз огромный проставленный штамп. — Если бы он был до сих пор жив, сколько бы ему было? — продолжил отец. В его глазах всегда разгорался азарт, когда он рассказывал о расследованиях. — Двадцать четыре, — выдохнул Стайлз, закрывая папку. Определенно, мы на верном пути. Но их точно связывало что-то помимо возраста. Брат вскочил с места, подбегая к стене с заметками. Он провел рукой по короткому ежику волос, рассматривая фотографии. — Если они были одного возраста, может, они учились в одном классе? Ты думал об этом? — Ну, я мог бы… — задумчиво протянул шериф, приставив указательный палец к губам. Его брови соединились на переносице, предзнаменуя бурную мыслительную деятельность. — Я имею в виду… Я узнал об Лейхи всего два часа назад! — Два часа? — возмущенно дернулся Стайлз. — Пап, люди могут погибнуть! — Да, я знаю, спасибо! Я встала между ними, положив каждому ладонь на плечо. Сейчас совсем нет времени ругаться и упрекать друг друга. Я могла понять обеспокоенность Стайлза, но вспышки ни к чему хорошему не приведут. У отца и так полно забот, помимо этого расследования. Птичка на хвосте принесла, что шерифом снова заинтересовалась государственная проверка из-за выходки его сына. — Ребятки, — протянула я, легонько сжав их плечи. Мои мужчины посмотрели на меня. — Нам нужны списки и альбомы выпускников школы Бейкон Хиллс. Начисто забыв про отвратительный вегетарианский ужин, мы провели полтора часа, поднимая пыль со старых ведомостей школы за две тысячи шестой год. Все жертвы канимы и ее хозяина учились в нашей школе, так же как и брат Айзека. Парочка даже поженилась после школы, что становилось прекрасным доказательством того, что все жертвы были минимум знакомы. Они часто посещали одни и те же предметы и даже был один общий учитель. Вот последний факт нисколечко меня не удивляет. Вот, вообще никак не удивляет, потому что от этого мужчины всегда проблемы во всех областях. Адриан Рейнольдс Харрис, моральный урод, оживший кошмар всех школьников, косвенный информатор убийцы семейства Хейлов, был связан с еще одной кровавой историей. Кто бы мог подумать? Ха. Благодаря непосильным усилиям сборной Стилински, удалось выяснить схему и даже, вероятно следующих жертв в списке убийств.

***

На следующее утро, бодренько собравшись в гордом одиночестве, я листала ленту новостей на смартфоне. К счастью, никаких трупов на территории города обнаружено за ночь не было, что позволяло вздохнуть с облегчением. Во дворе послышался одиночный сигнал автомобиля — Эллисон как всегда вовремя заехала за мной, чтобы подвести на занятия. Отец с самого утра поспешил обратно в участок, а братец вместе со Скоттом на утреннюю тренировку, которую решено пропустить ради милости собственных ушей, ибо тренер орет на поле благим матом так, что лопаются ушные перепонки. Запрыгнув на пассажирское сидение, я весело поздоровалась найденной шуткой о жирафе в интернете. Лучше всего начинать день задорным смехом. Только Арджент кивнула, завела мотор машины, отъехала от моего дома и только потом, спустя четыре минуты пути, пожелала мне доброго утра. Она сосредоточенно ехала, соблюдая каждый дорожный знак и светофор, только вот мысли ее витали где-то очень далеко. Из колонок доносились Fall Out Boy, заставляя еще сильнее беспокоиться, так как это не самая ее любимая группа. Это мы с братцем можем всю дорогу верещать и мычать под их песни, Эллисон же считает панк-рок издевательство над ушами. Я пыталась болтать на отвлеченные темы, понимая, что у нее снова что-то случилось дома. Всегда подозревала Викторию во внезапных вспышках агрессии, а Криса в диссоциальном расстройстве личности. — Эм, Элли? — тихо спросила я, удивленно выгибая правую бровь. Девушка никак на мой зов не отреагировала. Она продолжала сжимать в руках руль так, что костяшки пальцев побелели, даже несмотря на то, что мы уже припарковались возле школы. Я выключила магнитофон, мысленно проклиная тот день, когда общество решило, что лучшее решение их проблем это игнорирование моей персоны. — Эллисон! — Что? — встрепенулась она, убирая волосы с лица. Ее взгляд поймал мое обеспокоенное лицо. — Так, что жираф выбрался из той коробки? Я изумленно распахнула рот, затормозив, без всякой возможности вспомнить о каком жирафе идет речь. Она все-таки слышала утреннюю шутку. Встряхнув головой, я приготовилась бесплатно работать психологом. Мисс Морелл, я скоро отберу вашу работу! — Элли, что случилось? Арджент на секунду задумалась проигнорировать мой вопрос, но было видно, что выговориться все же хотелось. — Что ты обычно делаешь, когда сомневаешься в правильности своего поступка? — неожиданно спросила она, заглядывая в глаза, словно именно там будет самый честный ответ. Я немного не сориентировалась, поэтому вышел типичный ответ Симонс Стилински. — Надеюсь, что меня не спалят? — с неловкой улыбкой сказала я, надеясь, что Стайлз не вспомнит ту историю с пропавшим велосипедом. Эллисон покачала головой с легкой улыбкой, словно и не ожидая от меня серьезного ответа. Она забрала свою сумку с заднего сидения, готовясь к выходу, но я перехватила ее. — Ты так сильно переживаешь из-за этого похода на рейв с Мэттом? Конечно же, я знаю об этом. Мини Арджент в тот же роковой вечер написала целую телегу электронных писем с сомнениями и сожалениями о том, что она согласилась, на мою почту. Переписывались мы долго, но, похоже, ее это не убедило. — Послушай, — я удобней умостилась на мягком сидении, поворачиваясь к ней всем телом. — Нет ничего страшного, что ты проведешь вечер в компании другого парня. Это будет даже очень полезно, если твои родители об этом узнают. Скажи Скотту об этом. Он будет не против, вот увидишь. — Думаешь? — с сомнением спросила она, словно я предложила сказать ее парню о настоящей измене с несколькими парнями сразу. Девушка пару раз тяжело втянула воздух носом собираясь с духом, и посмотрела на часы. — Можешь передать ему, что я буду ждать его в десять в классе биологии? — Конечно, — согласно кивнула я. Только что-то подсказывало мне, что это не все о чем беспокоится Арджент. — А, если серьезно, из-за чего ты так обеспокоена? Эллисон немного напрягла плечи, очень натянуто улыбаясь. Она сильнее сжала ремешки сумки, несколько секунд подумала. — Все в порядке, — неловко солгала она. Я кивнула с деловым видом, ни капли не поверив. Тренировка уже закончилась, и я надеялась успеть поймать парней перед занятиями. Только приближаясь к мужской раздевалке, можно было уже услышать, как во всю глотку опять орал тренер. Я улыбнулась, веселой походкой проходя между шкафчиков, осознавая, что мне не хватало этого. Как только парни заметили меня, сразу последовала реакция: кто-то краснел, кто-то закатывал глаза, кто-то подмигивал, а кто-то нарочно игнорировал. — Дэнни, передай Джексону не пропускать тренировки накануне чемпионата, ладно? — Пирожок склонился над сидящим на скамейке парнем. — Конечно, тренер, — осторожно кивнул парень, боясь еще пуще разгневать своего гуру. — Вас тоже касается, — выровнялся тренер, окинув всех парней угрожающим взглядом. Когда он приметил мою фигуру, то закатил глаза, смирившись с моим присутствием. — Утречко, тренер! — улыбнулась я, махнув рукой. — Я должен был преподавать в колледже, — грустно пожаловался он, уходя к себе в кабинет. Я встряхнула головой на его заявление, прекрасно понимая, почему его не взяли в колледж. Парни сразу начали сбрасывать с себя потные футболки, обнажая подтянутые тела, готовясь к походу в душ. Боже, храни команду по лакроссу. Я похотливо поиграла бровями, заставляя Гринберга превратиться в помидор. Парень что-то крякнул, схватил полотенце и убежал в душевую, спотыкаясь о собственные ноги. — Прости, но я смог достать только три, — прошептал Дэнни склонившемуся над ним Скотту и Стайлзу. Я подошла ближе, скрестив руки на груди. Не сомневалась, что МакКолл облажается в миссии достать билеты. — Для себя и моей конфетки. Я расплылась в кокетливой улыбке, когда услышала свое прозвище из уст парня. Моя конфетка — он называет меня так с младшей школы, потому что у меня всегда рюкзак был забит всякими конфетами. Говорили, что от меня даже пахло тутти-фрутти. К сожалению, пагубное пристрастие сказалось на фигуре и зубах, поэтому после полугодовой жесткой диеты и регулярных визитах к дантисту, желание пожирать сладости вагонами исчезло. Дэнни все еще хранит эти времена в своей памяти, заставляя еще больше умиляться. Когда нам было тринадцать, мы договорились, что если к сорока годам так и не устроим личную жизнь, то поженимся. — О, любовь моя, — воспела я, проводя пальцами по его волосам, — я не сомневалась в тебе! — Что? — возмутился Стайлз, бросая в меня и Дэнни молнию. — Симс, ты когда успела? — Я просто упомянула, что давно не была на дискотеке… — застенчиво пробормотала я. Честно, даже не надеялась, что Махилани вспомнит о моем нытье пару месяцев назад. На лице Скотта отобразились все эмоции, словно я предала нашу дружбу. — Ты вообще когда-нибудь ходил на свидание? — начал причитать братец, надавливая на подсознание парня. МакКолл, угрюмым щенком, выглядывал из-за шкафчиков, не решаясь и слова произнести. — Я… работаю над этим. — Ладно, ладно! Выслушай меня, — тут близнеца понесло, я возвела взгляд к потолку, — ты отдаешь нам билеты, и посвящаешь свою жизнь воздержанию. — Это жестоко, бро, — вмешалась я, похлопав Дэнни по плечу. Парень благодарно кивнул, тут же убегая в другую часть раздевалки. — Одной грубостью ты никакого билета не получишь. — Просто… Неожиданно за спинами парней появилась высокая фигура Айзека, со скучающим выражением на лице. Ему безумно идет форма для лакросса. Мое сердце взволнованно подпрыгнуло, как только я его увидела. Это нормально? Он схватил парней за шиворот футболок, поочередно наградив раздраженным взглядом. — И как вы, двое лузеров, выживаете? — медленно спросил он, проигнорировав меня. — А что нам остается делать? — устало выдохнул Скотт, окинув взглядом раздевалку. — Никто же не продает? Под наши дружные взгляды презрения, через три лавочки от нашей маленькой тусовки неудачников, Колин передал два билета Маклауду. — Ждите здесь, мальчики, — Айзек похлопал по груди брата, стремительно направляясь к цели. — Куда это он? — в замешательстве спросил МакКолл, совершенно не догадываясь о намерениях парня, который совершенно недавно получил огромную силу. Лейхи грациозной походкой подошел к парням, о чем-то спрашивая. Получив отрицательный ответ, парень поджал губы, одним ловким движением толкнув Маклауда в грудь, из-за чего тот ударился о собственный шкафчик и завалился на пол. Колин даже попытался ударить Айзека в ответ, но получил удар под дых, и сильный толчок в плечо. Да, такая идея никогда бы не пришла в голову безобидному бывшему астматику. Айзек с хитрющей ухмылкой передал честно отжатые билеты парням, быстро подмигнув мне. Я закатила глаза, всем своим видом показывая, что не одобряю такое поведение.

***

После школы мы заезжали к доброму ветеринару, чтобы захватить все необходимое для поимки канимы и ее хозяина. Пахнет ли наша идея суицидом? Определенно. Но, в этот раз, с нами будет Дерек со своей стаей, и, интуиция мне подсказывает, что Ардженты стоять в стороне и спокойно наблюдать не станут. Сегодня ночью все должно закончиться. Мне понадобилось лишь два часа, чтобы подготовиться к рейву. Быстрый душ, подбор одежды, яркий макияж, удобная обувь и светящиеся браслеты — все, что необходимо на такой ночной вечеринке. На рейвах нет никакого дресс-кода. По сути, вокруг царит почти полная темнота, и ты видишь только силуэты людей, которые танцуют под электронную музыку. При выборе одежды в первую очередь нужно думать об удобстве. Поэтому я вырядилась в свободные укороченные джинсовые шорты, огромную белую футболку, украденную у близнеца и длинную рубашку цвета хаки. Предусмотрительно надев белые кеды, я все же надеялась, что бегать много не придется. О прическе волноваться не стоит, потому что от бесконечных брыканий и толканий в толпе, любая безупречная укладка погибнет в муках — хаотичный пучок, лучший выход. Я взглянула в зеркало проверяя симметричность толстых стрелок, на рисование которых погибло больше всего времени. Производитель этой подводки обещает свечение при ультрафиолетовом освещении. — Симонс, мы опаздываем! — заорал Стайлз с первого этажа. Он это говорит уже в четвертый раз. Я улыбнулась собственному отражению, мысленно отмечая, что стоит навестить парикмахера, и подстричь уже отросшую ниже бровей челку. Схватив со стула рубашку, я, счастливо подпрыгивая, стала спускаться вниз. Братец недовольно окинул мои ноги в коротких шортах. Ему не нравится, когда я так откровенно наряжаюсь и даю понять парням, что все-таки я девушка. Не вижу ничего криминального в моих шортах, потому что мои короткие ноги совершенно нелепо в них выглядят, особенно на фоне высокой и стройной Эллисон. — Ты можешь двигаться еще медленнее? — нетерпеливо постукивая ногой по паркету, пробубнил Стайлз, снова наградив мой наряд кривым взглядом. Я ухмыляюсь, медленно, очень медленно натягивая на себя рубашку, что сильнее его раздражает. — Как же я тебя ненавижу… — О, нет! Ты любишь меня! — Я хихикаю, хлопнув его по плечу, пробегая мимо. Вылетев первой на улицу, я заметила, что папа сегодня вернулся с работы раньше чем обычно. — Привет! Говорить некогда, убегаем! — протарахтел братец. Плечи шерифа были поникшими, а руки спрятаны в кармане брюк. Он, молча, кивнул нам, уходя в гараж. Папа припарковал свою, вечно пропадающую в гараже участка, тойоту возле гаража. Я резко затормозила, заставив брата врезаться в спину. Он всегда во время эпических расследований приезжает домой на машине шерифа. Почему сегодня на гражданской? — Эй! Погоди, что случилось? — Стайлз тоже заподозрил неладное. — Ничего, — равнодушно кивнув, отозвался родитель. — А где пистолет? — спросил близнец, указывая на отсутствие привычной кобуры на ремне шефа полиции. Папа тяжело вздохнул, собираясь с духом, а мое сердце разбивается на миллиарды маленьких осколочков. — Я оставил его в участке вместе со значком. — Что? — одновременно выдали мы. — Все в порядке. Знаете, что… — ему очень тяжело давались слова. Было видно, что он хотел побыть в одиночестве и как следует переварить случившееся. — Поговорим об этом позже. — Пап! — Не беспокойтесь об этом. Он снова собрался уходить, но я его окликнула. Я знаю что произошло — не дура, тут не сложно догадаться, просто было необходимо услышать это, чтобы совесть сильнее била под дых. Папа окинул меня печальным взглядом, собираясь с духом. Видимо вид у меня был настолько печальным, что он громко вздохнул, переведя взгляд в асфальт. — Так как сын шефа полиции, — начал выдавливать из себя слова, — украл полицейскую собственность и имеет судебный запрет, поданный одним из самых уважаемых адвокатов, это не очень хорошо для округа. Отвратительное чувство вины, противно извивалось ядовитой гадюкой в желудке. Слезы подступили к глазам, заставляя пару раз моргнуть. Я обхватила ладонью руку брата, пытаясь выразить хоть какую-то поддержку или самой требуя ее. — Они уволили тебя? — шмыгнул носом Стайлз. — Нет… Послушайте это…это просто отпуск. Это временно, — попытался соврать сам себе папа, безразлично пожимая плечами. Черт возьми, он так любит свою работу. Он единственный, кто достоин, и кто действительно может, поддерживать порядок в этом проклятом городе. — Они сказали, что это временно или… — начал Стайлз ожидая его продолжения, а я сильнее сжимала его ладонь, закусив губу. — Вообще-то нет. Да ладно, все нормально. Не беспокойтесь об этом. С нами все будет в порядке. Он выглядел таким грустным и разочарованным, абсолютно опустошенным произошедшим. Крахом его карьеры послужили собственные дети, а он даже не обвинял нас. Ему бы стоило накричать, наказать, установить комендантский час, лишить всех радостей подростковой жизни или что там делают строгие родители? Айзека отец избивал и запирал в холодильнике на всю ночь только из-за одной плохой оценки, мы разрушили карьеру своего единственного родителя — на нас даже не накричали. Черт возьми, я готова сама себя в холодильнике замуровать, лишь бы не видеть разочарованный взгляд отца и не чувствовать раздирающую вину межгалактического масштаба. — Но, пап… — позвал Стайлз, не давая ему уйти. Очевидно, нас посещают одни и те же мысли. — Я не понимаю, почему ты не злишься на меня? — Я не знаю, — тихо ответил папа, покачав головой. — Возможно, я просто не хочу чувствовать себя еще хуже, чем уже есть, крича на своего сына. Как только фигура отца скрывается в темноте гаража, я перевожу взгляд на брата. Все бурлящие во мне эмоции так же ясно отпечатаны на его лице. В свободной ладони он со всей силы сжимает связку ключей. — Сплошное разочарование, да? — тихо спросил Стайлз, обвиняя в произошедшем только себя. — Ты предупреждала, а я не слушал. Я рывком сгребаю его в объятья, легонько поглаживая ладонью по спине. Он звучно шмурыгает мне в макушку, цеплялась за плечи, сдерживает слезы. Вина бьет в поджелудочное еще сильнее от такого же разбитого близнеца. — Это вина того, кто контролирует каниму, — шепчу я, с большим трудом заставив голос звучать жестко. — Мы найдем ублюдка, притащим к отцу, он гениально расследует все убийства и ему вернут значок. — Если у нас получится… — Получится, — киваю я, отстраняясь. Обхватив лицо брата ладонями, заглядываю в так похожие на мои глаза. — Мы сделаем это. Может быть, попутно парочку раз облажаемся, но мы сделаем это. Стайлз с легким вздохом, согласно кивает, быстро протирая слезливые глаза. В гробовом молчании мы заезжаем за Скоттом. Так же молчим во время всей поездки. Все мысли занимает отец и наше безответственное поведение, сгубившее его карьеру. Сплошное разочарование в двойном размере, в лице близнецов, досталось ему в подарок глумливой судьбой. Как он теперь сможет доверять собственным детям? Только от этой мысли так мерзко на душе. МакКолл часто бросал в нас обеспокоенные взгляды, но нарушить молчание не решался. Я смотрю в окно затуманенным взглядом, прислонившись лбом к стеклу, даже не возмущаясь, что снова запихнули на заднее сидение. Мы постоянно всячески путались у него под ногами с самого начала учебного года: постоянно шарились по местам преступлений, давали ложные показания, скрывали улики, укрывали беглеца в собственном доме, этот список можно продолжать до бесконечности. Как только мы достигли старого склада, который сняли для проведения рейва, Скотт выпрыгивает и открывает багажник. Я пулей вылетаю из джипа, тихо хлопнув дверцей, даже закрыв ее с первого раза. — Ребята, вы в порядке? — спрашивает, наконец, Скотт, на его лице читается легкое беспокойство. — Да, а что? — близнец отвечает, даже не глядя на меня. Я стягиваю губы в тонкую линию, рассматривая камешки на асфальте. — Вы за всю дорогу ни единого слова не сказали, — неловко передернув плечами, пожаловался друг. Разумеется, общаясь с нами столько лет, сложно представить, что в джипе Стилински бывает тихо. — У нас все в порядке, — с небрежностью констатирую я, встряхнув головой. — Почему именно Айзек это должен сделать? Скотт, словно что-то вспомнив, полез в свой рюкзак. Он достал автоматический пистолет для инъекций, который часто используют для животных. Эта штука фиксирует иглу, не позволяя при резком движении сломать ее. — Потому что я ему доверяю, — ответил друг, совершенно не то, что я хотела услышать. МакКолл насильно впихнул мне в руки шприц и скляночку с лекарством, поспешно убегая в здание, на ходу бросив что-то несвязное, но очень похожее на имя Эллисон. Я закатила глаза. — Мне тут помощь может понадобиться! — запричитал Стайлз, назойливо шурша пакетами, где был спрятан пепел рябины. Всю дорогу, от ветеринарной клиники до самого дома, он причитал, что ему вечно достаются самые ответственные задания. — Прости, бро, — пожала плечами я, указывая на лекарство. — У меня своя миссия. — О, отлично! — разочарованно выдохнул он, вскинув руками. Я бросила ему быстрое пожелание удачи и побежала туда, где скрылась фигура Скотта. Пройдя совсем немного по пустым комнатам, становится сильнее слышен ритм музыки. На проходе в зал двое вышибал проверили мой билет, клацнули печать на левую руку и без проблем пропустили внутрь. В огромном зале плясало под сотню заведенных подростков, и еще множество народу кучковалось по темным углам. Заприметив в другой части зала знакомую кудрявую голову, я подпрыгнула, привлекая внимание. Айзек и Эрика с огромным интересом рассматривали все кругом, буквально пропитываясь царящей здесь обстановкой. Раньше никто из них и представить себе не мог, разве что в мечтах, что окажется на такой вечеринке. Сюда лузерам и школьным неудачникам путь заказан. — Хей! Айзек! — я подняла руки вверх, чтобы меня стало лучше видно в толпе. Маленький рост никак не помогал привлечению внимания, но парень мгновенно повернул голову в мою сторону, начав пробираться ко мне. Эрика закатила глаза, и пританцовывая, двинулась в противоположную. — Привет, — улыбнулась я, когда он подошел ближе, спрятав руки в карманы рубашки, нащупывая кетамин. Парень вернул улыбку, рассматривая мой наряд. — Ты прекрасно выглядишь, — его комментарий немного застал меня врасплох. Я сопротивлялась с диким желанием прибегнуть к сарказму. — Э-э…спасибо, — медленно проговорила я. Нужно быть вежливой и вернуть комплимент. — Э-э…твои волосы выглядят мягкими? Только когда эта нелепая фраза покинула мой рот, мозг запоздало обработал информацию. Хотелось ударить себя ладонью по лицу, но я только сильно закусила нижнюю губу. Господи, что я несу? Айзек засмеялся, заставляя табун бабочек вспорхнуть в животе. — Как думаешь, Джексон уже здесь? — поспешила перевести тему я, оглядываясь на танцующих подростков. — Я чувствую его запах, — втянув воздух носом, произнес он, немного скривившись. Я понимающе кивнула, представляя, как может пахнуть гибрид ящерицы и аллигатора. Достав из кармана шприц, я легким, точным движением наполнила его лекарством и передала Айзеку. — Отлично, нужно приступать. Это лекарство обычно вводят внутривенно, — поспешно начала тарахтеть я, указывая как нажимать курок. — Самая беззащитная вена на теле человека находится в шее. Как только ты попадешь в нее, сразу нажимай тут. Оно начнет действовать мгновенно, но я не уверена, сколько времени у нас будет. — Почему я? — настороженно спросил Айзек, не решаясь забрать шприц. — Потому что Скотт должен убедиться, что Ардженты не загубили наш план, а я не смогу к Джексону даже подобраться. Айзек бросил в меня обеспокоенный взгляд, словно прикидывая мои шансы обездвижить каниму. Он все же забрал шприц, с интересом его рассматривая. — Только будь осторожен, — тихо добавила я. Айзек ухмыльнулся, вспоминая все раны, от которых смог исцелиться Джексон до этого. У канимы бешеная регенерация, позволяющая исцеляться в мгновение ока, буквально делая существо неуязвимым. — Сомневаюсь, что это может ему навредить, — парень безразлично хмыкнул, направляясь в толпу, а мое сердце набатом гудело в ушах. Он сейчас рискует собственной жизнью и так пренебрежительно к этому относиться. Если Джексон только взмахом одних ядовитых когтей поцарапает ему горло, то Лейхи мгновенно погибнет в толпе танцующих подростков и вряд ли кто это заметит. — Я имела в виду тебя. Я не хочу, чтобы ты пострадал. — Мои ледяные пальцы вцепились в рукав его кофты, прежде чем он успел покинуть наше укромное местечко. Его тело почему-то окаменело. Парень сконфуженно обернулся ко мне, а я сделала три маленьких шага, протягивая ладонь к его лицу. Кожа Айзека оказалась мягкой и горячей, что сильно контрастировало с моей холодной. Я вечно мерзну, даже летним жарким днем. — Прошу тебя, пожалуйста, будь осторожен, — прошептала я, утопая в океане его глаз. Сделав еще один шаг вперед, и сталкиваясь с его тяжело вздымающейся грудью, я подумала, что все-таки Айзек Лейхи мне чертовски нравится. Стоит сказать ему это, наверное. Сердце сейчас грохотало громче музыки, оглушив стоящего предо мной оборотня, потому что он даже забывал моргать. Просто стоял и смотрел на меня, а я на него. Спустя секунду Айзек отмер, свободной рукой обхватил мою щеку, заставляя затаить дыхание. Я не дышу и даже не решаюсь пошевелиться. За такое короткое время я успела испытать целый фон эмоций: испуг, путаница, страх, нежность, желание. Все они, грозятся вырваться в наружу в виде небольшой панической атаки. Без всякого предупреждения, он скользит пальцами по моей шее и притягивает вперед, сам наклоняясь ко мне. Его теплые губы настырно врезаются в мои, а ноги предательски дрожат в коленках. Его губы были мягкими, теплыми, превосходными. Я подняла руку вверх, мимолетно скользнула по длинной шее, зарываясь пальцами в его шелковистые кудри, со всем жаром отвечая на поцелуй. Но все закончилось слишком быстро. Тяжело дыша, Айзек отстраняется, бросает в меня горящий взгляд и уходит, бросая меня в состоянии полнейшей паники. Боже мой, я поцеловала Айзека! Я поцеловала Айзека Лейхи и мне это понравилось. Тяжело втянув воздух носом, я облизала губы, все еще хранившие на себе вкус парня, пытаясь привести мысли в порядок. Мы сейчас находимся на рейве, где бродит Джексон, выискивая новую жертву. Спокойно, Симонс, ты всего лишь поцеловалась с парнем, который тебе очень нравится прямо на будущем месте преступления. Нет, не помогает. Я нерешительно вышла из укрытия, подпрыгивая на носочках в попытках увидеть хоть кого-нибудь знакомого. Эллисон делает вид, что ей весело вместе с Мэттом сидеть на диванчике у стены, Дэнни скромно двигается, легко улыбаясь какому-то шатену. Наконец, взгляд нашел горячо танцующую троицу, страстно обжимающуюся. Их тела ритмично двигались под музыку, а губы то и дело скользили по коже. Эрика вожделенно улыбалась зажатая между двух парней. Так, а можно уже легально ревновать Айзека? Понимаю, они всячески пытаются усыпить бдительность канимы, но в груди что-то болезненно колет. Я начала неосознанно подбираться к ним, словно во сне расталкивая дергающуюся толпу, даже не спуская глаз с троицы. Внезапно на лице Айзека и Эрики появляется гримаса боли, а Джексон что-то четко, но с толикой гнева, проговаривает. Ребята падают на пол, полностью скрытые от моего взора. Неизвестно что сделала с ними канима, обездвижила или же сразу убила. План буквально разваливается на глазах, потому что Уиттмор продолжает упорно двигаться дальше через танцующую толпу. Я быстренько расталкиваю целующуюся парочку, буквально сталкиваясь с парнем. — Джексон! — громко вскрикиваю, чтобы переорать музыку, хотя для его слуха это совершенно не нужно. Уиттмор смотрит куда-то сквозь меня, вероятно уже заприметив жертву. Он не узнал меня. В его стеклянных, пустых глазах никакого проблеска сознания знакомого мне одноклассника. На его пальцах, опасно блестят от крови ребят, длинные острые когти, намного длиннее, чем у обычного оборотня. Я замираю каменным изваянием. Даже несмотря на всю неприязнь к этому человеку, мне больно видеть его таким, потерянным в собственной голове, без возможности контролировать свои действия. Такой участи и самому заклятому врагу не пожелаешь. — Джексон! — теперь уже спокойно говорю я, его взгляд фокусируется на мне. Это очень плохо. Он на секунду наклоняет голову в сторону, словно к чему-то прислушиваясь, а затем медленно поднимает когтистую руку, направляясь к моей фигуре. Ужас не успевает зарегистрироваться в мозгу, потому что Айзек едва стоящий на ногах появляется за спиной Джексона и вонзает ему иглу точно в вену. Глаза Уиттмора мгновенно расслабленно закатываются, его тело мягко оседает в руки Айзеку. Я облегченно выдыхаю, поднимая челку вверх, и следую за парнем. Мы изучили периметр этого склада еще вчера днем, для того чтобы лучше ориентироваться и подготовить место, где будем держать каниму не привлекая лишнего внимания. Через четыре комнаты, удалось обнаружить небольшое подсобное помещение, где раньше хранились все средства для уборки. Айзек сморщил нос от все еще стойкого запаха чистящих средств, втаскивая бессознательное тело Джексона, Эрика, слегка прихрамывая плелась на за ним. — Что дальше? — спросила девушка, обеспокоенно глядя, как каниму усаживают на одиночный стул. — Без понятия, — подавляя нотки паники в голосе, я достала телефон, соображая кому позвонить первому. Скотт сейчас занят, Дерек сражается с Арджентами. Машинально набираю знакомый номер, прикладывая трубку к уху. — Стайлз! — У меня все удалось! Симонс, только здесь слышны звуки стрельбы и рычание оборотней. Мы в заднице… — Быстрее дуй сюда, Джексон у нас! — протарахтела я, сразу бросив трубку. Осмотревшись по сторонам, стоит отметить, что комната очень хлипкая. Дверь хоть и железная, но без укреплений, стены сделаны из гипсокартона с толикой бетона. Если что-то пойдет не так, каниме не будет сложно отсюда выбраться, учитывая как она сбежала из укрепленного полицейского фургона. Айзек странно косился на меня, пока Эрика издалека осматривала Джексона. — Что? — не выдержала его взгляда, я, закатив глаза, воскликнула. Лейхи хмыкнул и подошел ближе ко мне. — Ты не должна была к нему приближаться, — строго сказал он, кивнув на Уиттмора. — Наш план разваливается на части, стоило хоть что-то предпринять. — Но, не рискуя собой! — тихо зашипел он, бросая взгляд на Эрику, чтобы убедиться, что она не подслушивает. — Симонс, ты могла пострадать. — Айзек, послушай… В дверь без стука кто-то настырно вломился. Эрика, стоявшая рядом, тут же зарычала, бросаясь с когтями на вошедшего. — Вау! Не-не! Это всего лишь я! — взволнованно запричитал Стайлз, вскинув руки вверх. — Не парьтесь! Брат бросил странный взгляд в меня и Айзека, от чего парень ухмыльнулся и отошел на пару шагов назад. — Он в порядке? — спросил брат, подойдя ближе. Джексон все также бессознательно восседал на стуле, но только все его мышцы были странно напряжены. Айзек пожал плечами, с решительным видом выходя вперед. — Давайте проверим, — он щелкнул пальцами, моментально обнажая острые когти, готовясь вонзить их в ногу парня. — Айзек, нет! — воскликнула я, в очередной раз, выступая против насилия. Почему сразу нужно всех избивать и царапать? Но рука Джексона уже сжимала запястье Айзека, заставляя его в немом вскрике открыть рот. Мне казалось, что даже послышался хруст костей. Я подскочила вперед, чтобы схватить его за плечо. Моя ничтожная сила ничего не могла сделать, чтобы освободить его из захвата, но я смогла помочь ему встать, после того как он вырвал руку. Лейхи прижал израненную руку к груди, и я, с легким вздохом, толкнула его в дальний угол. — Ладно, — неуверенно сказал близнец, глядя на Джексона, который оказался в лучшей, чем мы ожидали форме. — Больше никто ничего подобного делать не будет! Хорошо? Эрика быстро согласно закивала, выглядя совершенно испуганной, Айзек снова застонал от боли. — Я думал, кетамин должен был вырубить его! — Ну, видимо, это не сработало. Поэтому давайте надеяться, что тот, кто его контролирует, решит появиться сегодня вечером. — Я здесь! Мы все обернулись очень, очень медленно. Джексон все еще сидел неподвижно на своем стуле, но его глаза внезапно открылись. Сбивало с толку смотреть в настоящие голубые глаза Джексона, который уставился на нас, вместо уже привычных устрашающих желтых глаз канимы. Это были именно такие моменты, когда думала о нем именно как о мудаке Джексоне Уиттморе, а не убийце. Но сейчас его взгляд был расфокусированным, почти что…мертвым. Словно перед нами не наш одноклассник, а его пустая оболочка, инструмент для убийств и диалога с нами. — Я здесь, рядом с тобой. Стайлз сделал нерешительный шаг вперед, но я в ужасе схватила его за руку. Он оглянулся на меня, намного спокойней чем я ожидала. — Все в порядке, Скалли. — Нихрена подобного, Малдер! Что, черт возьми, ты делаешь? — Становлюсь Бэтменом. Моя хватка ослабла на достаточно долгое время, чтобы позволить ему ускользнуть. Он сделал еще несколько шагов к Джексону, игнорируя протесты, которые даже не смогли покинуть моего рта. Брат присел на корточки перед стулом, вне досягаемости руки канимы, но все еще слишком близко, чтобы быть в безопасности. Что если действие кетамина закончиться и Джексон просто сделает рывок вперед? — Джексон? — тихо спросил Стайлз. — Это ты? — Мы. Мы все здесь. Стайлз оглянулся на нас через плечо, и я почувствовала, что в моем животе начинается ураган. Ни в одной истории, что мы прочитали, не говорится о количестве хозяинов. Если Джексон окажется игрушкой в руках кучки серийных убийц, у меня такое чувство, что вскоре наш славный город превратиться в одно сплошное кладбище. — Ты тот, кто убивает людей? — спросил Стайлз. Я был немного утешена тем, что брат использовал единственное число. — Мы те, кто убивает убийц. — Значит, все, кого вы убили… — Заслужили это. — Знаешь, у нас есть книжка с правилами, в которой говорится, что убивать можно только убийц. — Все можно изменить, если очень захотеть. — Ладно, — тихо сказала, шагая позади брата, — значит все те, кого вы убили, были убийцами? — Все, — ответил Джексон, поднимая взгляд на меня. Возможно было заметить желтый проблеск, пробивающийся через его родной цвет глаз. — Каждый. Все до одного. — Хорошо. Кого же они убили? — Меня. Так, погодите, этого же не может быть, да? Я переглянулась с Айзеком. У него был такой же шокированный взгляд. — Подожди, — сконфуженно попросил Стайлз. — Ты о чем? — Они убили меня. Они убили меня! Глаза Джексона слишком быстро стали желтыми, все его тело затряслось от пассивного гнева, передаваемого от хозяина, где бы тот не находился. На его руках уже появились когти и пятнистые узоры. Я схватила Стайлза за воротник и подняла его на ноги, таща назад, все так же не отрывая взгляда от обращающейся канимы. — Хорошо, хорошо, — сказал Стайлз, сохраняя призрачное спокойствие. — Нужен еще кетамин. Человеку нужен еще кетамин. — У нас больше нет, — сказал Айзек, я в подтверждение кивнула, доставая пустой пузырек из кармана рубашки. — Вы использовали весь пузырек? — с раздражением спросил близнец. — Если бы мы этого не сделали, то, вероятнее всего, были бы уже мертвы, — отрезала я. — Вместо этого мы умрем сейчас. Дверь. Сейчас же! Стайлз мог бы начать спорить, если бы Джексон не выбрал время испустить леденящий душу визг. Его голова хаотично металась в стороны, но можно было рассмотреть смертоносные клыки. Обращение началось. Вместо возмущений братец схватил Эрику, а я схватила Айзека. Спотыкаясь о собственные ноги, мы вывалились из комнаты, захлопнув дверь. Стайлз расставил руки в стороны, сильнее придавливая нас к двери, чтобы удержать каниму внутри. — Надо чем-то подпереть дверь! Прозвучал еще один визг, прежде чем стена рядом с нами взорвалась на куски. Металл летел в разные стороны, заставив инстинктивно сжаться и зажмурить глаза. Канима выскочила из тени и исчезла в мгновение ока. План официально смыло в унитаз. — Дерьмо! — прошипела я, вскинув руки вверх, начиная нервно вышагивать, возле огромной дыры в стене. — Черт! Это плохо. Очень, очень плохо! — Отлично, когда ты перестанешь паниковать, может, скажешь наконец нам то, чего мы еще не знаем? — спросила Эрика, тяжело дыша. Она также была безумно напугана. — Что будем делать, Симонс? — Стайлз нервно заламывал пальцы. Айзек выжидающе смотрел на мою мельтешащую фигуру. — Без понятия! — воскликнула я, резко останавливаясь на месте. — Джексон, вероятно, уже на полпути к своей цели, и если начнется драка, то половина населения города узнает о существовании сверхъестественного, а другая половина погибнет. Стайлз, глядя на меня, согласно кивнул. Мы одновременно достали мобильные телефоны. — Я позвоню Дереку, — лихорадочно листая ленту контактов, сказала я. Почему-то, в такой экстренной ситуации сердце затребовало поддержки этого хмурого придурка. — Я позвоню Скотту, — одновременно со мной сказал близнец. Он взглянул на перепуганных молодых оборотней. — Вы двое, посмотрите, сможете ли отследить Джексона? Если не можем остановить его, то хотя бы минимизируем ущерб. Айзек и Эрика быстро кивнули, даже не обдумывая приказ. Они поспешили через всю комнату, сверкая золотыми глазами, в том же направлении, куда предположительно умчался наш раптор. Через минуту они исчезли с поля зрения. Стайлз схватил меня за руку, утягивая по направлению к выходу. Я нашла номер Хмурого Хрена и тут же приложила телефон к уху. Закусив нижнюю губу до боли, я медленно плелась за братом, названивавшему МакКоллу. К счастью гудки в трубке длились не долго. Сначала был какой-то гул, потом звуки стрельбы. — Дерек? Дерек! Ответь мне! — Подожди! — зарычал он. Я услышала еще один особенно громкий выстрел и невольно вскрикнула, едва не упав, пытаясь затормозить брата, что все еще тянул за руку. Он бросил на меня обеспокоенный взгляд, но так и не позволил остановиться. Дерек зарычал на другом конце провода, а потом послышался дикий грохот. После нескольких секунд его напряженного дыхания, он все же вернул внимание ко мне. — Я тут немного занят, в меня стреляют. Что случилось? — Все! Кетамин оказался неподходящим средством для удержания канимы. — Что? Симонс, выбирайся от туда! Уходи сейчас же! Это слишком опасно! — Знаю! Мы сейчас вышли на парковку, возле черного входа! — Встретимся там. — Что?! — возмущенно закричала я, глядя на телефон. Я надеялась на куда лучше инструкции, чем просто бежать от опасности. — Дерек! Черт возьми, от него как всегда никакой пользы. Хотя сложно его в этом винить, когда на его хвосте висят охотники с огнестрельным оружием, пропитанным аконитом. Чем дольше он болтал бы со мной, тем больше вероятность получить пулю. Стайлз ругался на голосовую почту Скотта, нервно вышагивая возле джипа. Нужно как-то обезопасить находящихся внутри людей. Я быстренько напечатал сообщение Эллисон: «Если ты все еще на рейве, срочно уходи. Твой отец снаружи, а Джексон на свободе. Напиши мне, когда доберешься в целости домой». Перепрыгнув через линию рябины, я остановилась возле брата. Ему так и не удалось дозвониться другу, но я упорно надеялась, что он вместе с Дереком и Бойдом отвлекает охотников. Близнец отчаянно вглядывался в выходящих из здания молодых людей, пытаясь заметить знакомое лицо или чешую. Дерек прибежал к нам спустя пару минут после завершения нашего разговора. Мужчина внимательно просканировал каждую частичку моего тела, словно проверяя на наличие ущерба, заставляя неловко сжаться. Он задумчиво нахмурил брови, остановив взгляд на моих шортах. Нашел время! Я снова закатила глаза. — Ты в порядке? — потребовал Хейл, обращаясь ко мне. — Нормально, — скривившись ответила, всматриваясь в людей, покидающих вечеринку. — Не совсем, — предположил Стайлз. — Мы потеряли Джексона внутри. Кстати, я тоже в порядке, спасибо за вопрос. Дерек наградил его не радужным взглядом через плечо, но так и не смог что-то прокомментировать. Его голова мгновенно повернулась к выходу, когда в поле зрения показали беты. Айзек и Эрика выбежали из дверного проема и по взглядам можно было прочитать, что никакого прогресса в поисках Джексона нет. Они начали послушно идти к своему альфе, но через несколько шагов остановились. Айзек в замешательстве посмотрел вниз, затем встал на колени и попытался дотянуться до черного порошка, который образовывал барьер у его ног, но не смог. Он посмотрел на Эрику, выглядя совершенно обеспокоенным, но Стайлз довольно вскрикнул. — Боже мой, это работает! — триумфально кричал близнец. — Это я сделал! — он гордо указал на себя. — Да, ты крут! Умерь пыл, бро, — шикнула я. — Джексон еще внутри. — Хорошо. Прости. — Скотт? — Все резко обернулись к Дереку, который внезапно выровнялся, словно готовясь к драке. Он смотрел куда-то вдаль, как раньше бывало у МакКолла, когда тот к чему-то прислушивался. Хейл выглядел встревоженным, его руки сжались в кулаки. — Разорви барьер! — Что? Нет! — Стайлз взглянул на тонкую линию пепла рябины. Если сейчас разорвать круг, удерживающий всех сверхъестественных созданий в одном здании, мы потеряем каниму и хозяина. — Ни за что! — Просто разорви барьер! Скотт умирает! — Ладно… Что? — промямлил близнец. Его негодование очень медленно превращалось в беспокойство. — Откуда ты знаешь? Я упала на колени без лишних вопросов, почему-то без препирательств доверившись словам Дерека. Одного резкого движения ладонью над рябиной хватило, чтобы легкие частички разлетелись в стороны, образовывая просвет. Барьер сломан. Мысль о закрытии барьера снова, когда Дерек попадет внутрь, мелькнула в уме, но я осознавала, что это уже не важно. Джексон уже успел завершить свою миссию и сбежал. Канима и хозяин покинули здание, оставляя нас с новым трупом. Дерек сразу забежал в здание, бросив своим бетам приказ в срочном порядке убираться отсюда. — Но, если Скотт… — начал протестовать Айзек. — Уходите! Что-то в голосе Дерека заставило Айзека и Эрику испуганно подскочить, склонив головы. Еще один отпечаток неудачной ночи, как напоминание того, что Дерек полностью контролирует парня, который мне нравится. Фигура альфы исчезла в темноте, а Айзек закричал, со всей силы пнув ногой ближайший мусорный бак, оставив вмятину на металле. Стайлз и я немного подскочил на месте, но Эрика шагнула вперед, взяв его под руку. Его дыхание стабилизировалось, и через несколько минут он грустно хмыкнул, глядя на меня. — Это было весело, но как супергеройская команда по спасению жизней мы облажались. — Джексон… — Она мертва, — сказала Эрика, бросив на меня мрачный взгляд. — Я почувствовала запах крови молодой девушки, в тот момент, когда мы вошли в зал. Я запустила руку в волосы, окончательно разрушая прическу. Все, что мы так кропотливо планировали, буквально развалилось на глазах, даже охотники, снующие под боком, не смогли помочь, а только все испортили. Мы пытались спасти человеческую жизнь, но не смогли. Канима снова сбежала, а ее хозяин так и остался безнаказанным. В придачу ко всему эпическому круговороту фиаско, Скотт где-то умирал внутри здания и мы ничего не могли с этим сделать. Присев на приступки, я тяжело выдохнула, собираясь с мыслями. — Стайлз, забирай Эрику и Айзека, увези их в депо, пока не явились копы. — А как же ты? — обеспокоенно спросил близнец, но все же достал связку ключей из кармана. — Я дождусь Дерека и Скотта и уеду вместе с ними. — Симонс! — начал Стайлз, но я его решительно оборвала. — Я буду в порядке! Забирай их и уезжай отсюда! Твой джип уже достаточно отметился на местах преступлений. Брат нерешительно кивнул, послав в меня обеспокоенный взгляд. Айзек мимолетно коснулся моего плеча, плетясь за братом к джипу, а Эрика просто благодарно кивнула. Время уже было за полночь, музыка стихла, означая, что рейв закончился. С тоской провожая взглядом джип брата, я понимала, что вряд ли смогу вернуться к спокойной и нормальной жизни.