ONE OF US

Вот, знаете, бывает такое ощущение на зубах, словно ты съела целый лимон, и отвратительное, вяжущее во рту чувство, которое невозможно просто прополоскать водой. Кисло-противное отвращение стоит поперек горла. Так вот такое ощущение у меня возникает именно, когда упоминается имя Хизер Уоклиш. С этой особой мы познакомились ранним детством, еще до Скотта, и сразу все пошло наперекосяк. Стайлз был в восторге от нее, а я блевала розовыми лентами, которые были усеяны ее серебряные волосы. Она была солнечным светом нашей дошкольной подгруппы, а я жалким мухомором, что выскочил под ее ярким созиданием. Когда близнец только упомянул о вечеринке в честь ее дня рождения, то сразу же схлопотал поджопник со смачным и задиристым словосочетанием. Если бы меня поставили перед выбором идти на день рождения Хизер Уоклиш или сигануть в чан с бурлящей кислотой, вам бы удостоилась честь лицезреть мою пузырящуюся плоть. Стайлз, окрыленный таким приглашением, все еще бережно хранит воспоминания о безоблачном детстве, когда мы были еще совсем наивны. Но ничего не пахнет хуже подгнившей дружбы, с налетом предательства. Поэтому братец, вооружившись компанией непросвещенного и весело помахивающего от удовольствия хвостом Скотти, направился прямиком на вечеринку, посвященную семнадцатилетней гангрене, оставив счастливую меня в миллионный раз пересматривать «Бойцовский клуб» и дымиться от злости. Ничего не может быть лучше свободного выходного вечера в полном одиночестве (нет, в компании ведра фисташкового мороженого) и просмотра любимого фильма. Стайлз успел сожрать весь джем и даже шоколадную нугу со старым попкорном, поэтому приходилось в позднюю осеннюю ночь давиться мороженым. Укутавшись в теплый плед, только так можно спастись от снова сломавшейся системы отопления, я, подобрав под себя ноги, восседала на просевшем от времени диване в гостиной. Тяжко вздохнув, я нагребла полную ложку мороженого, одними губами повторяя знаменательную речь Тайлера Дердена:

«Ты — это не твоя работа. Ты — это не сколько денег у тебя в банке. Ты — это не машина, которую ты водишь. Ты — это не содержимое твоего кошелька. Ты — это не ключи от машины. Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…»

Внезапно на втором этаже раздался приглушенный грохот, словно кто-то подпрыгнул. Звук прозвучал слишком громко и отчетливо в старом доме, из-за того, что телевизор практически шептал. Отец на очередном дежурстве, Стайлз пытается кадрить новую пассию и забыть о Лидии, Скотти с братцем, все остальные по списку должны позвонить в дверь, прежде чем хозяйничать на втором этаже. Прожив слишком долго в этом городе и увидев достаточно, можно сразу отмести мысль о том, что тебе просто показалось. Я комок нервов Симонс Стилински. Отставив картонное ведерко с торчащей ложкой в сторону, я решительно поднялась с дивана, с четким намерением разобраться во всем, отвести душу, накостыляв воришке. Тайлер все так же продолжал свою речь по телевизору. Замерев возле лестницы, я схватила из спортивного инвентаря братца клюшку покрепче. Взвесив металлический предмет в руке, я довольно кивнула, начиная медленно двигаться по ступенькам, стараясь перешагивать особо скрипучие. Самое главное не погнуть клюшку, потому что за эту металлическую палку бро вывалил целых двенадцать долларов и мне придется долго слушать его нытье. На втором этаже у нас размещались жилые комнаты, моя слева, справа братца, а чуть дальше по середине — самого крутого шерифа (именно так гласила табличка на двери). Стайлз в последнее время рехнулся на конфиденциальности, поэтому постоянно закрывал свою захудалую дверцу с замызганным плакатом принцессы Леи. Дверь в мою комнату была немного приоткрыта. Из нее выглядывал тоненький лучик света, а электричество, в целях экономии нас приучили всегда выключать. Прикрыв глаза, плавно вдохнув и выдохнув, я удобней перехватила палку, замахнулась и со всей силы толкнула ногой дверь в спальню. — Какого хрена, Айзек??? — заверещала я, едва не огрев своего парня металлической клюшкой для лакросса. Быстро захлопнув за собой ногой многострадальную дверь, я сделала пару шагов вперед, все также замахиваясь. Оборотень замер, округлив глаза, словно олень в свете фар. Он был настолько удивлен, что я застала его врасплох, что это было больше комично. Парень застыл, сжимая ручку в руках, склонившись над моим столом не мигая уставившись на меня. Стоп кадр продолжался не столь долго. — Серьезно? Палка для лакросса? — удивленно поднял брови Айзек, взяв себя в руки. Он скомкал лист, на котором что-то писал и выровнялся в полный рост. — Ты угрожаешь мне палкой для лакросса? — Я могу навалять тебе палкой для лакросса, — безапелляционно заявила я, горделиво выпрямляя спину, сильнее перехватывая упомянутую палку. Айзек совсем недобро усмехнулся, выбрасывая через плечо скомканный лист, который попал точно в раскрытое окно. К счастью, маленькие розочки в горшочке не пострадали после непрошенного проникновения парня в мою комнату. За последнее время неуклюжий оборотень по имени ХреновСкотт уничтожил восемь глиняных горшков, а это три фиалки, алоэ, юкка, орхидея, гибискус и драцена. — Я сильнее, — напомнил он, медленно приближаясь, а я почему-то попятилась назад. — А я человек, заставший оборотня врасплох, — смело заявила я, встречаясь спиной с закрытой дверью. Не стоит загонять меня в угол, я снова замахнулась, нанося удар. — Ау! За что? — Айзек вскрикнул, получив по плечу той самой палкой. Я замахнулась снова, но Айзек резко перехватил мою руку, прижав ее вместе с клюшкой к двери. Он быстро оказался рядом, буквально прижимаясь всем телом в меня. — Неужели дверь больше не актуальна? — выдохнула я ему в грудь, чувствуя, как румянец горячит щеки. — Я хотел сделать тебе сюрприз, — улыбнулся парень, а мой взгляд упал на письменный стол, где лежал пышный букет полевых цветов, листы белой бумаги и ручка. — Ты же знаешь, как я отношусь к сюрпризам, — когда я вернула взгляд на его лицо, все дальнейшие мысли просто выдуло сквозняком из головы, а клюшка выпала из ослабевших пальцев. Он возвышался надо мной как скала. Ну, вот зачем нужно быть таким высоким? Его небесные глаза смотрели только на мои губы, явно не осознавая, что я пыталась до него донести, это как-то особо и не важно. Я часто замечала, да и Стайлз постоянно ехидничает, что в моем присутствии у Лейхи отказывает мозг. Айзек подался вперед, сокращая ничтожное расстояние разделяющее нас. В молодом оборотне кипела страсть и она опьяняла. Он обхватил руками мое лицо, впиваясь в мои губы мягким поцелуем, на который невозможно не ответить. Пальцы автоматически зарылись в его мягких волосах, перебирая каждую шелковую прядь. Рядом с ним можно потеряться и забыть обо всем, кроме… — Так, значит, та девушка спасла тебя? — отстранившись не больше чем на десять сантиметров, спросила я. Да, я очень злопамятная. — Симонс… — Айзек разочарованно выдохнул, опустив голову. Если ему вздумалось таким образом избежать объяснений, то он плохо меня знает. — Только не нужно томных воздыханий моего имени вне постели, — строго сказала я, подцепив его подбородок пальцем, чтобы он смотрел точно в мои глаза. Мое тело чуть ли не расплавилось от одного вида его провинившегося лица. Даже несмотря на то, что он молодой оборотень, полный необузданной энергии, под его прекраснейшими глазами пролегла тень усталости. Лейхи был измучен бесконечными метаниями между поисками друзей и встречами, наполненными ложью, со мной. Неизвестно сколько бессонных ночей он метался по заповеднику, выслеживая, выискивая хоть малейшую зацепку, которая сказала бы о судьбе Эрики и Бойда. Тяжко втянув воздух в легкие, заразившись его усталостью, я отступила и рухнула прямо на кровать. Айзек так и остался стоять у двери, понурив плечи. Я призывно похлопала рукой рядом, надеясь, что он не воспримет этот жест слишком уж извращенно. Мне никогда не хотелось, чтобы он чувствовал себя брошенной собачонкой, но вид парня говорил об обратном. Невозможно сказать, что он сейчас чувствует. Секунду поколебавшись, Айзек медленно приблизился к кровати, снял ботинки, и умостился рядом. Он был несуразно высоким для моей кровати, его ноги прилично выглядывали с края, и ночью монстры могли бы утащить его. Но ни в коем случае я не позволю этому случиться. Целой адской армии не хватит, чтобы забрать его у меня. Подвинувшись ближе к стене, я позволила ему как можно комфортней разместиться. — Расскажи мне все, — тихо попросила я, умостившись на его груди. Но вдруг подняла взгляд, встречаясь с его глазами. — Только не ври мне больше. — Никогда, — его голос прозвучал твердо и решительно. И он действительно начал рассказывать все. Начиная с обнаружения пропажи Эрики и Бойда, заканчивая его собственными чувствами ужаса и потери памяти. Каким-то образом альфе удалось вырвать из его сознания воспоминания о месте нахождения волчат. Он изливал душу, делился переживаниями, а я слушала в пол уха, понимая, что Гордыня аплодирует мне стоя. Требуя от собственного парня абсолютную искренность, обижаюсь на ложь, я сама толком не замечала, что погрязла в болоте вранья. Я говорю ему, что все в порядке, внутренне переживая жуткий посттравматический стресс, пренебрегаю его заботой, умалчиваю о занятиях самообороной, давлю в себе странные чувства к его альфе, и даже сейчас, когда он открывается мне, я думаю о себе. Тихо всхлипнув, я уткнулась носом в его грудь, пытаясь забыться в запахе его мягких духов. — Поэтому, я хотел бы, чтобы завтра ты была рядом, — подытожил парень рассказ о том, как Дерек попытается вытащить из него воспоминания с помощью глобального зла. — И я буду, — твердо ответила я, вжимаясь лицом в его грудь. — Я всегда буду рядом. Почему-то мне кажется, я снова соврала. Утром нас разбудило громогласное визжание моего несносного братца. Он знал, что я и Айзек встречаемся уже чуть больше четырех месяцев, но застать нас в одной постели для него было сродни апокалипсической катастрофы. Если бы Везувий снова очнулся ото сна и поглотил бы своей лавой всю Италию, прихватив половину Европы, это было бы ничто, по сравнению с высокими нотами солирования Стайлза. И совершенно не важно, что мы были полностью одеты и просто спали обнявшись. Отец задержится в участке до полудня, поэтому завтракать нам повезло в безумной неловкости. Бекон обуглился, а яичницу я посолить вообще забыла, в пакет со сливками была успешно засыпана ложка кофе. Возможность пройтись голой по улицам Бейкон Хиллс не казалось такой неловкой, как взгляд братца в мою сторону. Спасало то, что ему сегодня на раннюю тренировку по лакроссу, а мне и Айзеку в гости к самому угрюмому альфе в городе. В машине стало все еще хуже. Ворчание Стайлза не затихало ни на секунду. Мы выслушивали абсолютно все, что братец думает о нашей парочке пингвинов, молча, слушали, как он кричал на подрезавший нас внедорожник, красноречивое высказывание о светофорах начинало утомлять. Я загорелась мыслью взять все отложенные деньги и починить братцу магнитолу, потому что именно она раньше спасала нас от таких эмоциональных взрывов. Вывалиться на самой задрипанке городишка казалось манной небесной. Стайлз стрельнул, как ему казалось, угрожающим взглядом в Айзека, гордо вздернул подбородок и утарахтел на своей развалюхе эпично скрываясь в лучах восходящего солнца. — Это было…что-то, — протянул Айзек, взъерошивая на макушке короткие кудри, заставляя меня улыбаться. — Не волнуйся, — я подхватила его под руку, прижимаясь ближе, нежась в тепле его тела. — Он перебесится. — Думаешь? — приобняв меня чуть крепче, нахмурился парень, но напряжение немного спало. В голове возникла мысль, что хмуриться ему совсем не идет. Мягкие черты лица искажаются, и он становится старше свое возраста. Я подпрыгнула на носочках, быстренько клюнув его в губы, и черты лица его снова преобразились. — Это же Стайлз, — мягко напомнила я. Новое место обитания Дерека тяжело поддавалось описанию. Оно внушало определенные эмоции… Какие вообще эмоции может внушать огромное, обшарпанное, многоэтажное здание с выступающими ржавыми трубами? Правильно. Хреновые эмоции. Пока мы сюда ехали, то не встретили ни одного человека. Очевидно, что данная часть города не слишком жалуется местными властями. Даже несмотря на тот факт, что в Бейкон Хиллс я прожила всю жизнь, здесь бываю впервые. Как там говорил Шрек о замке дракона? «Домик неплохой, но райончик так себе». Нет, я нисколько не удивлена таким выбором места жительства. Все должно быть под стать мрачному хозяину — сгоревший особняк, ржавое депо, заброшенный лофт на краю преисподней. Для неподготовленного посетителя данное очаровательное местечко может показаться локацией сьемок фильма «Сайлент Хилл». Вот сейчас из ржавых ворот выползет пирамидоголовый, волоча за собой великий нож. Я с грустью осмотрела возвышающееся над нами здание, чувствуя отчаяние и безысходность, льющееся из него. Внутри обстановка пестрила коричневым, ржавым и серым. Все мрачно и по минимализму, как любит Дерек. Хотя я не могла сказать, что именно любит Дерек. Старый диван, рядом маленький кофейный столик. В левом углу возвышалась винтовая лестница, а в правом сиротливо забилась опрятно заправленная двуспальная кровать. Несмотря на ограниченное количество мебели, композицию дополняли все те же трубы, выпирающие из стен. Особый уют помещению придавала громадная дыра в кирпичной стене, что уводила в другую более обделенную светом комнату. Большое впечатление на меня произвело огромное окно во всю стену и стеклянный потолок. Я вертела головой, осматриваясь по сторонам без всякой стеснительности, было очень интересно обнаружить хоть какую-то личную деталь о Дереке Хейле, но, и тут удача повернулась ко мне задом. Здесь было слишком чисто, слишком личностно пусто. Создавалось такое впечатление, словно здесь и вовсе никто не живет. Личных вещей в поле зрения не наблюдалось, не считая пары книг на столе. Хозяин столь уютного уголка рая спускался к нам со второго этажа по винтовой лестнице, которые всегда вызывали у меня приступы головокружения. Айзек заметно приосанился, чуть ближе подступив ко мне. Он всегда старался держать хвост пистолетом рядом со своим альфой. — Боже, — протянула я, пряча руки в карманы шорт. — Чувак, где ты находишь себе столь отпадные жилища? На сайте «СтремныеМестаБейконХиллс.ком»? — Зачем ты притащил ее с собой? — раздраженно морщась только от звучания моего голоса, проворчал Дерек, заставляя широко улыбнуться. Никак нельзя показывать, что данный выпад мог меня как-то зацепить. Он и не зацепил. Нисколечко. — Я тоже рада тебя видеть, Мигель! — Мигель? — непонимающе сморщив нос, спросил Айзек, оглядываясь между мной и альфой. Хейл горестно закатил глаза, а я хихикнула. — Позже объясню, — я по-хозяйски умостилась на жестком диване, закинув ноги на журнальный столик. — И где же зомби-дядя? — Скоро приедет, — как обычно кратко ответил альфа, усаживаясь на самый дальний от меня стул. Он схватил книгу со стола и старательно уперся в нее взглядом. — Я переоденусь и вернусь, ладно? — нежно коснувшись моего плеча, спросил Айзек. Он все еще был одет во вчерашнюю одежду. Я безмятежно кивнула, расслабленно откидываясь спиной на диван, выбирая на что именно стоит пристальней поглазеть. Айзек слегка колебался, переминаясь на месте. Он бросил взгляд на читающего Дерека, а потом снова на меня. Что-то заставляло его сомневаться в том стоит ли оставлять нас наедине, не успею ли я за пару минут вывести альфу из себя и тот перегрызет мне глотку. Я ободряюще улыбнулась, и парень, вздохнув, ушел наверх. Вы же не думаете, что я все это время буду сидеть спокойно в тишине? Правильно. Дерек Хейл в радиусе паре метров от меня действовал как естественный раздражитель. Мы не виделись четыре месяца, и в нашу последнюю встречу он сказал мне только шесть предложений. — Не знала, что ты умеешь читать, — хмыкнула я, мерзко ухмыляясь, словно Слизеринская принцесса. Колкость улетела в атмосферу, так и не воздав должного эффекта. Мужчина продолжал серьезным взглядом буравить книгу. А не пора ли ему перелистнуть страницу? Я сбросила ноги на пол, села вполоборота, и внимательно уставилась на лицо Дерека. — У тебя здесь кухня есть, или что-то более-менее похожее на нее? Хейл отвлекся от книги и посмотрел на меня подняв брови, наверняка опешив от такой наглости. От его взгляда внутри что-то перевернулось, и рухнуло в район желудка. Глаза его были глубоко зеленого цвета, как лес после дождя. — Пойду, сделаю себе чай. В лидеры «Званого ужина» ты вряд ли бы выбился. В последнее время, я отказываюсь от кофе (ну, пытаюсь), компенсируя недостаток кофеина простым зеленым чаем. Он гораздо полезнее, даже несмотря на тот факт, что на вкус отвратен. — У меня нет чая. И все. Вот тебе и ответ. — Почему я не удивлена? — возмущенно открыв рот, воскликнула я, но все так же выжидательно пялясь на него. Дерек вздохнул и указал рукой прямо в зияющую громадную дыру в кирпичной стене. Чувства подсказывали, что там меня ожидает пугающая неизвестность, возможно, зомби-дядюшка. — Прямо и направо, — мужчина с удовольствием наблюдал, как я немного стушевалась, глядя в указанном направлении, и тяжело сглотнула. — Электричества у тебя тоже нет? — сиплым голосом спросила я, возвращая взгляд на Хейла. Ответом мне послужило задумчивое пожимание плечами. Дерек снова уткнулся в свою книгу, возвращая на лицо глубокую задумчивость и имитацию чтения. Ну, ладно, волчара. Меня так просто не сломить. Гордо вздернув подбородок, я прошествовала прямо во тьму, на всякий случай, выставив одну руку вперед, чтобы ненароком не впечататься в какой-нибудь косяк и не прославиться на все кафе прекрасным единорогом. К моему счастью, на кухне было одно единственное окно, которое дарило свет. Обстановка, как и во всем лофте, не жилая. На кухонной мебели стояла только кофеварка, на половину наполненная все еще горячим кофе и одна единственная кружка на мойке. Идеально чистая плита вряд ли когда-то использовалась. Заглянув в кухонные шкафчики, я обнаружила абсолютную пустоту. Официально — Дерек Хейл не готовит еду! В холодильнике обнаружился пакет молока и китайская лапша из популярной доставки. В мусорной урне тоже ничего не обнаружено. Да. Я чокнутый сталкер. Да. Я знаю, что Дерек слышал, как я шарюсь по его мебели. Мне просто очень хотелось узнать о нем что-то личное. Что ему нравится? Что он любит, а что нет? Чистюля он или грязнуля? Но, снова осталась с носом. Дерек, словно маньяк-гастролер, боится оставить после себя улики. Налив себе в единственную матовую черную кружку кофе и разбавив его молоком, на свой страх и риск, я сделала глоток и тут же поморщилась. — Если здесь нет сахара, то о печенье не стоит и мечтать, — грустно вздохнула я, зачем-то проговорив это вслух. Вылазка на кухню альфы не удалась. Когда я вернулась, Айзек, словно загнанный в клетку хищник, нервно метался от одной стены к другой, без возможности найти себе места. Его совсем не воодушевляла мысль о том, что чокнутый, зомбированный оборотень будет протыкать ему шею. Я осторожно поставила чашку кофе на стол рядом с Дереком. — Тебе стоит попробовать Джемми Доджерс, — легко посоветовала я свое любимое лакомство. Альфа угрюмо поднял на меня глаза не опуская книги. На пару секунд мозг подпрыгнул и ударился о черепную коробку, заставив неловко улыбнуться и глупо пояснить. — Это печенье. Мне так и не удалось услышать насколько сильно ему насрать на мое любимое печенье, потому что милый и любимый Айзек привлек наше внимание очень вовремя. — Вы же с ним не в очень хороших отношениях. Типа вы же…убили его. Не захочет ли он отомстить? Так как мой мозг еще приходил в себя после странного прыжка, я не сразу поняла, что он говорит о Питере, словно у меня уже было личное кладбище с трупами. — Не думаю, что это может плохо закончиться, — постаралась не выдавать даже легкого беспокойства в голосе я. — Питер уже проделывал такое со Скоттом, причем насильно и в спешке. Как видишь, МакКолл жив и здоров. — Я с легкостью запрыгнула на стол, покачивая ногами, которые теперь забавно болтыхались в воздухе. Отпив теплый кофе без сахара, я снова сморщилась, высовывая язык. — Ну, правда, он взбесился и едва нас не убил, а потом его мучил жуткий метеоризм. Но, последнее, скорее всего, из-за буррито. Я снова хотела отхлебнуть противного кофе, но яркий взгляд Дерека, заставил меня, неловко улыбнуться, понимая, что мои слова сейчас расшатают и так слабую психику моего парня. — Знаешь, мне перестает нравиться эта идея. Звучит как-то опасно, — подтвердил наши опасения Айзек. Он остановился у окна, задумчиво глядя на нас. — Мне определенно не нравится эта идея. И мне определенно не нравится Он. — С тобой все будет в порядке, — раздраженно ответил Хейл, пытаясь продолжать делать вид, что увлечен чтением, а не прожиганием взглядом моих голых ног. Забавный факт, с самого нашего прибытия по данный момент альфа ни разу не перелистнул страницу. — Это обязательно должен быть Он? — Он знает, как это делать, а я нет. Будет намного опаснее, если я попробую сам. Айзек остановился за моей спиной, а я схватила его за руку, удерживая на месте. От того, что он мельтешит, начинает уже рябить в глазах, и даже немного нервировать. Парень сразу немного затих, сплетая наши пальцы. Я ободряюще ему мягко улыбнулась. — Ты же знаешь, что ни Скотт, ни Симонс ему не доверяют, — продолжал Айзек, заглядывая в мои глаза, словно выискивая помощи. Он не так хорошо знаком с этим старым хрычем, но его чутье вопит об опасности и не зря. — Сам я лично больше доверяю Симонс. Альфа возмущенно поднял голову. — А мне ты доверяешь? Айзек растерялся, нервно перебирая мои пальцы. — Да? — неуверенно ответил он, но по интонации это было больше похоже на вопрос. Я закатила глаза, одновременно с парнем ответила. — Временами. Ожидая от нас таких ответов, Хейл снова погрузился в свою книжку. Уверена, что он даже названия ее не знает. — Но, он, все равно, мне не нравится, — вставил свои пять центов Лейхи. — Он никому не нравится. — Он никому не нравится, — неожиданно сказали мы с Дереком одновременно и удивленно посмотрели друг на друга. Я открыла рот, чтобы сморозить какую-нибудь глупость, но меня спасла со скрежетом отворившаяся дверь лофта. Приодевшийся в местном бутике Питер Хейл блистал как примадонна на ковровой дорожке. Он был слишком уж доволен жизнью для недавно воскресшего трупа. Я без особого энтузиазма осмотрела его прикид, понимая, что рехнувшийся родственничек альфы молодится. — Мальчики…и зайчонок, — одарив сияющей улыбкой каждого из нас, Питер, свободной походкой, шагал к нам. — К вашему сведению, воскрешение из мертвых частично ослабило мои способности, но слух еще работает. Так что, надеюсь, вам удобно говорить то, что вы думаете мне в лицо. — Ты нам не нравишься. — Ты нам не нравишься, — снова одновременно мы с Дереком это повторили. Я смущенно сощурилась, Питер удивленно поднял брови, а альфа сделал вид, что не обратил внимание. Он яростно захлопнул книгу, даже не положив закладку, и бросил ее рядом со мной на стол. — А теперь заткнись и помоги нам, — Дерек поднялся со своего места, и подтянул стул почти в центр комнаты, разнося по пустынному лофту зловещий грохот металлических ножек по бетонному полу. — Довольно честно, — не без ехидства согласился Питер, резким движением обнажая когти на левой руке. Я и Айзек испуганно подпрыгнули. Боже, я все-таки подожгу Питера еще раз и перед этим посолю и полью бензином. Мужчина довольно улыбнулся, взглянув на меня, понимая, что все еще заставляет меня нервно дергаться. Теперь эта идея мне нравилась все меньше. Он же не посмеет навредить мне или Айзеку при альфе? А Питер вообще считает Дерека своим альфой? Дерек жестом пригласил Айзека занять место на стуле. Парень очень заметно нервничал, заставляя старшего Хейла упиваться властью, а меня внутренне закипать. Если он хоть подумает навредить моему парню я вцеплюсь ему в глотку и выгрызу позвоночник. Питер Хейл самый ненавистный человек (оборотень) в моем длинном списке гнева и не думаю, что совесть сильно будет мучить после еще одного его убийства. Бледный, как сама смерть, Айзек плюхнулся на стул, глазами умоляя о поддержке. Я подошла к нему, и он тут же вцепился в мою руку. Сердце скрипело наблюдать за таким растерянным волчонком. Питер краем глаза наблюдал за нами, стягивая стильный пиджак. Вся эта ситуация его очень веселила. Дерек занял место на диване, но даже по движениям его пальцев я видела, что он волнуется, хотя лицо как обычно выражало крайнюю степень эмоционального запора. Альфа не доверял Питеру больше всех, потому что знал и понимал его лучше нас, возможно они даже были чем-то похожи. — Будет лучше, если ты расслабишься, — почти ласково сказал Питер, приближаясь. Айзек сильнее сжал мою ладонь, а я выпучила глаза от боли, но молчала. Сраные оборотни когда-нибудь точно сломают мне какую-нибудь конечность. — Я узнаю больше, если ты будешь расслаблен. — Сложно расслабиться, когда ты так зловеще кружишь вокруг. — Куда проще сломать Симонс руку? — ласково поинтересовался старый волк, скосив глаза на то, как сильно его пальцы впились в мою ладонь. Айзек тут же дернулся от меня, словно его ошпарили кипятком. На лице возникло чувство вины, но я ласково коснулась ладонью его щеки. — Я буду рядом, — шепнула я, невесомо целуя его в висок, отчего парень автоматически блаженно прикрывает глаза. — Ах, молодая любовь, — плотоядно улыбнулся Питер, сверкая глазами на Дерека так, словно знал что-то недоступное нам. Мужчина на гляделки отреагировал прохладно — всего лишь грубо схватил меня за шкирку пиджака и усадил рядом с собой на диване. Я сразу попыталась отсесть в сторону, потому что голая кожа ног слишком привлекательно столкнулась с теплом оборотня, которое не мог сдержать материал его джинс. Симонс, да что с тобой случилось? Ну стукнулись мы ляжками? Что тут такого? Перестань на него так реагировать. Дерек бросил странный мимолетный взгляд на мое жалкое поползновение. Я положила ладонь на грубую обивку дивана как неприступную стену, между нашими телами. — Откуда ты знаешь, как это делается? — Айзек следил за каждым его движением. Питер уже начал примеряться когтями к его шее. — Это древний ритуал, используемый альфами, который требует навыков и много практики, – спокойно ответил Питер. — Одно неверное движение и можно парализовать или убить. Я бросила обеспокоенный взгляд на Дерека, понимая, как сильно сглупила и подвергла опасности своего парня поддержав эту идею, даже толком не подумав. Сердце начало мельтешить в груди. Об этом забавном факте меня не предупреждали, да и Скотт умолчал о том насколько это больно. Оказывается, альфа прорывает когтями не только кожу и плоть на шее, но и достает до самого позвоночника. — Ты же уже делал это раньше? — дрожащим голосом, пытался успокоить себя Лейхи, вспоминая мои слова. — В смысле, ты практиковался? — Я никогда и никого не парализовал, — с плотоядной улыбкой сообщил Питер и мне этого хватило. — Так хва… Возмутиться, подняться и остановить этот ужас я не смогла, потому что произошло слишком много действий буквально за пять секунд. Во-первых, сумасшедший оборотень внезапно одним рывком притянул Айзека к себе, вонзив когти глубоко в шею, от чего парень издал леденящий мое сердце вскрик. Во-вторых, я замерла на месте, когда мою ладонь захватила в плен крепкая рука. Дерек накрыл мою лежащую, разделяющую нас ладонь своей, таким образом пытаясь удержать на месте. От этого прикосновения от кончиков пальцев до самого предплечья разлился горячим потоком магнитный импульс, который пригвоздил меня к дивану. Я не смела, или скорее боялась отвести взгляд от двух оборотней. Мне не нужно было видеть сейчас Дерека. Чувства в моей голове, в моем теле, неправильные и отвратительные, я попыталась их задавить со всей силы прикусив внутреннюю сторону щеки. Моего парня сейчас мучают, он испытывает адскую боль. Айзек пытался вырваться, его глаза сияли золотым свечением, но Питер уверенно удерживал его на месте, продолжая пытку. Нужно это остановить, мы найдем другой способ. Когда Айзек начал болезненно кряхтеть, отталкиваться ногами от пола и руками пытаться отогнать от себя старшего Хейла я не выдержала и вскочила с места. — Достаточно! — жестко закричала я, готовая собственными руками вырвать каждый коготь из пальцев этого зомбированного недоумка, что причиняет боль моему прекрасному ангелу. — Подожди. Я их вижу, — растерянно блуждая горящими ледяной арктикой глазами, сказал Питер. Старший оборотень был погружен в своего рода транс, он был с нами физически, но разум его отправился в далекое путешествие. — Нет! — я сделала еще шаг вперед, но меня перехватили. Две руки обхватили меня за талию, втянув в твердый камень горячей груди. Воздух и все мысли экстренно покинули мое тело. Я не смогла бы пошевелиться даже если бы захотела, потому что забыла, как это делается. Он дышал тяжело и напряженно, каждый его вдох четко ощущался на моей спине. Температура накалилась и в груди стало слишком жарко и тесно. Обе его ладони слишком уж свободно лежали на моем животе, притягивая ближе. Мне даже на крохотное мгновение показалось, что оборотень меня понюхал. Внезапно Питер отлетел от тела Айзека в сторону стола, едва удерживаясь на шатких ногах. Я, округлив глаза, наблюдала, как такой самоуверенный мужлан сконфуженно пошатываясь начал потеряно семенить по лофту, что-то неразборчиво бормоча. Мучительный стон Айзека вернул меня в жесткую реальность. Он, все так же сгорбившись, сидел на стуле, уставившись куда-то на пол. Мой ангел немыслимо страдает, а меня нет рядом. Зарядив локтем альфе в живот и удовлетворенно услышав его сдавленное «уф», я выпуталась из его захвата, мгновенно упав рядом с парнем. Голая кожа коленок сразу засаднила, встретившись с шершавой поверхностью холодного пола, а кости задрожали, но ничего не имело значения кроме этих испуганных голубых глаз. Обхватив ладонями его лицо, я попыталась поймать расфокусированный взгляд. — Эй, Айзек, — тихонько позвала я, и он тут же свалился в мои объятья. Было сложно удержать вес его длинного тела, но я честно старалась. Парень был эмоционально разбит. Тяжело дыша, он уткнулся носом мне в шею, опаляя кожу горячим дыханием. Я гладила его по спине, шепча какие-то бессмысленные слова для успокоения. — Что ты увидел? — потребовал Дерек, не желая давать им время на восстановление сознания. — Все слишком запутано, — тяжело дыша, почти сразу ответил Питер. Пальцы, измазанные в крови Айзека, нервно подергивались. — Какие-то картинки и нечеткие формы. — Но ты что-то видел? — настаивал альфа, потому что вид у старшего Хейла был такой, словно он столкнулся с самим Чертом в Преисподней. — Айзек нашел их. Парень в моих руках превратился в натянутую струну. — Эрику и Бойда? — Я едва их видел…буквально на мгновение. — Но ты их видел? — не давал схитрить Дерек, он жаждал ответов. — Хуже, — от этих слов у меня по спине пробежали мурашки. Что может быть хуже? — Девкалион, — в голосе грозного Дерека Хейла прозвучали такие нотки, которые заставили мое сердце скукожиться. Мужчина обессиленно прикрыл глаза и присел на диван. Его пальцы рассеянно коснулись сморщенного лба. Я никогда не видела его таким. Дерек Хейл всегда прячет эмоции за стеной каменной физиономии профессионального игрока в покер. Но сейчас выглядел так, словно с каждым сказанным словом терял всякую надежду, словно он боялся. Нет не за себя, а за ребят, которых удерживает этот страшный и ужасный Девкалион. Айзек более-менее пришел в себя и отстранился, но схватил меня за руки, слушая мрачный разговор. По его глазам видно, что информация, сказанная Питером в его голове так и не сохранилась. — Он говорил с ними… Что-то о том, что время на исходе. — Что это значит? — слабым голосом спросил Айзек, глядя мне в глаза. Ответа на этот вопрос у меня не было, но не стоит слишком долго размышлять о том, что подразумевает эта шарада. — Что он собирается убить их, — как всегда мрачно констатировал альфа. Теперь его взгляд был полон уже знакомой нам ярости. — Нет. Этого он не сказал. Он пообещал им, что к следующему полнолунию они будут мертвы. — К следующему полнолунию? — К следующему полнолунию? — и снова у нас с Дереком один мозг на двоих. Только его вопрос звучал недоверчиво и злобно, а мой неверующе и испуганно. — Завтра ночью, — слишком драматично подвел итог сумасшедший дядюшка и лофт погрузился в звенящую тишину. Айзек поднялся со своего места, мне сразу стало холодно, и продолжил мельтешить по комнате как раньше, сжимая и разжимая кулаки. Невооруженным взглядом было заметно, что его терзает чувство вины за потерянную память, за невозможность оказать членам стаи помощь. Он нашел их, он видел их, он знает где они, но ничего не помнит. Дерек сидел на диване не шевелясь. Вся его напряженно застывшая фигура кричала о обессиленной злости. Какой прок от сил, если ты ничего не можешь сделать? Если ты даже не знаешь, что именно делать и куда бежать. Питер был же для меня загадкой. Он стоял, склонившись и уперев ладони в громоздкий стол. Спина его была расслаблена, а взгляд блуждал не на чем особо не останавливаясь. Я не знала о чем он думает и что замышляет, единственное, что мне известно точно — ему плевать на Эрику и Вернона. Питер Хейл не волк, а змея, которая слишком близко к нам подползла. Нужно быть начеку и предугадать момент, когда она решиться на тебя напасть. Напряженную тишину прервал звонкий собачий лай — стоит сменить звук оповещения сообщений от МакКолла. Все оборотни в комнате обиженно уставились на меня, заставляя виновато поджать губы в неловкой улыбке. — Серьезно? — скептически подняв брови, спросил Дерек. — На тебе у меня стоит рычание, — попыталась отшутится я, доставая телефон из кармана.

«Срочно притащи Дерека в школу. У нас есть кое-что интересное. — С.М.»

А вот это уже кое-что. Нельзя сидеть сложа руки и надеется на внезапное чудо. У моего брата натура такова, что он предпочитает игнорировать проблему до тех пор, пока она не испарится сама или ее не решу я. К счастью, в последнее время к моей философии присоединился и Скотти — куй железо пока горячо. — Ну, что ж, — я решительно вскочила на ноги, спрятав телефон в карман. Я всегда удивлялась как мои шорты удерживают все добро, которое я пихаю по карманам. Коленки жалобно молили о помощи. Я струсила пыль с ног и улыбнулась настолько широко, насколько смогла под гнетом отвратительных эмоций. — Пора браться за работу. — Зайчонок, твою прелестную головку посетила какая-то идея? Тогда поделись с классом, — поднял на меня взгляд Питер. — Пока нет, — я деловито обошла вокруг дивана, обводя ладонью грубую обивку, и останавливаясь за спиной альфы, который недоверчиво следил взглядом за передвижениями. — Но уверяю — план будет. — У нас нет времени! — раздраженно бросил Дерек, сцепив зубы. — У нас чуть больше суток. Поверь, за это время можно очень многое успеть: написать углубленное исследование о древних кельтах, устроить марафон Марвел, влюбиться, найти друзей, завести врагов, ограбить банк, сгонять в Мексику и обратно, и конечно, — я сделала загадочную паузу, безумно улыбаясь. — Конечно придумать план, как найти неуловимую стаю альфа-оборотней и спасти наших пропавших друзей. — Команда Скуби уже что-то нашла, — ехидно улыбнулся Питер. Только сейчас обратила внимание, что морщинки у глаз придают ему какой-то непреодолимый шарм. — Всему свое время, Велма. Ты, — я указала на Питера, — ползи в тот склеп откуда выполз. Ты, — указала пальцем на Айзека, — идешь отдыхать и набираться сил. А ты, — мой палец застыл на удивленном лице Дерека, — везешь меня в школу. — Я везу тебя в школу? — нахмурившись, словно не веря прозвучавшим словам, переспросил мужчина. — Уже пропущен один урок, а у меня нет машины. Не думаю, что в этой дыре ходят автобусы. Питер, громко хохоча, последовал моему совету и угрожающе пообещав скоро вернуться исчез на винтовой лестнице. Значит он был здесь уже не раз и чувствует себя как дома. Скажем так, Дерек был не особо счастлив работать для меня извозчиком, но поиграв в гляделки, он слишком как-то быстро сдался и сбежал, бросив напоследок, что ждет меня на улице. Возможность избавиться от меня была куда привлекательней десятиминутной поездки в моей компании. Было очень неожиданно и мило, что он позволил нам с Айзеком попрощаться. Мой милый ангел выглядел слишком уставшим. Его плечи осунулись, а под прекрасными глазами залегла тень усталости. Я подошла к нему и запустила пальцы в мягкие кудри. Он тут же сгреб меня в крепкие объятья, прижимая к своей груди. — Я не хочу, чтобы ты уходила, — прошептал парень мне в волосы, невесомо целуя. — Ты должен отдохнуть, пока мы не придумаем план действий, — я млела в его руках. К черту Дерека, у меня есть прекрасный, милый ангел с глазами цвета неба. Ему нужен сон и покой, поэтому пора оставить его ненадолго. Я попыталась отстраниться. Айзек втянул носом воздух и внезапно поморщился, как от зубной боли. — Ты пахнешь Дереком, — недовольно проворчал он, сильнее прижимая к себе. Мое лицо, искаженное безумной улыбкой, впечаталось в его футболку. Чертовы оборотни.

***

Когда Айзек удостоверился, что «сбил с меня запах своего альфы» то отпустил, попрощавшись очень глубоким поцелуем, от которого до сих пор дрожат коленки. Я румяная, как помидор, выпрыгнула на освежающий воздух. Для середины осени сегодня было слишком прохладно, и я уже не единожды пожалела о выборе шорт вместо практичных джинс. Дерек Хейл скучающе уставился в свой телефон, облокотившись о неведомую мне ранее машину. Он знал, что я пришла, но нарочно не акцентировал на этом внимание, давая время ассимилироваться. Недавно я осознала, что глубоко недооценивала понимание человеческой натуры Дереком. Он был оборотнем, поэтому чувствовал и понимал эмоции намного больше чем я, только предпочитал это игнорировать. — Ты сменил машину? — разочарованно протянула я, окидывая джип придирчивым взглядом и привлекая к себе внимание. Дерек посмотрел на меня, спрятав телефон в карман брюк. Сморщив недовольно нос, я начинала чувствовать отвратительную, тянущую душу тоску. — Мне не нравится. — Заткнись, и садись, — закатив глаза, оборотень весьма по-джентельменски открыл для меня пассажирскую дверь. Он терпеливо дождался пока я вскарабкаюсь на сидение и громко захлопнул за мной дверь, именно так выражая свое недовольство. Когда он примостился на водительском сидении, я дождалась пока мы отъедем на приличное расстояние от лофта. В салоне душило мрачное молчание, радиоприемник молчал. Интересно, какую музыку он предпочитает?

«В какую часть школы тащить тело? — С.С.»

Я быстренько напечатала сообщение Скотти, удерживая телефон в руках. Потому что ответ придет очень быстро. — Не пойми меня неправильно, эта машина куда больше и комфортней, но ты сменил шикарную камаро на джип домохозяйки, — продолжала сетовать я. — Чувак, серьезно? Оборотень не удостоил меня и взглядом. Все его внимание было сосредоточено на пустынной дороге, даже когда светофор мигал унылым красным. Сейчас около десяти утра и почти все жители Бейкон Хиллс тусили по своим рабочим местам. Телефон снова звонко залаял.

«ЧТ…Симонс, что ты опять натворила?! — С.М.» «Черт с тобой. Ждем в библиотеке. — С.М.»

— О, да. Ты как обычно блистаешь красноречием, — кивнула я, закусив нижнюю губу, осматривая салон. Мой взгляд цеплялся за любые детали, что могли рассказать о владельце. Но, к сожалению, как и в лофте ничего лишнего внутри не было. Машина была идеально укомплектована, словно только выехала из салона. В металлоломе брата и яблоку упасть негде — везде валялись наши вещи, как памятное напоминание кому принадлежит машина: сломанные клюшки для лакросса, мячи, резинки для волос, кеды, мои парадные туфли и многое другое. Даже пахло в машине Дерека только машиной. Хотя о лишних запахах, точнее их отсутствия, можно было логически догадаться. Однажды на какой-то праздник я подарила брату автомобильный ароматизатор с прекрасным запахом ванили. Брат был в восторге, мне запах тоже очень понравился, только вот несчастный Скотти почти всю поездку чихал, а уже после ликвидации ядерного запаха, еще неделю ездил высунув голову в окно. Снова тишина, словно он брезгует сказать и слово пока мы наедине. Может великий и ужасный альфа меня боится? Вдруг я наброшусь и использую его беззащитное тело? — Оу, ну, конечно же! Ты сменил машину, потому что в этой проще перевозить тела, зверски убитых зверюшек и негодных тебе людей. А вот здесь проскользнула неожиданная реакция. — Если ты не заткнешься, следующим телом будешь ты, — беззлобно сказал Дерек, бросив в меня мимолетный веселый взгляд. Выколите мне глаза, потому что мистер Хмурость сейчас практически улыбнулся. — Да. Ты прав, — согласно кивнула я, пытаясь сохранить серьезный вид, но ничего не удалось, и на лице заиграла широченная улыбка. — Почтим же минутой молчания сексуальную камаро. Минута толком начаться не смогла, как Дерек повернулся снова с поднятыми от удивления бровями. — Зверски убитых зверюшек? — почти возмущенно спросил он, выруливая на школьную стоянку. Эта поездка была слишком короткой. — А зверски убитые люди тебя не смущают? — в ответ спросила я, но не смогла сдержать смешок. Я неожиданного даже для себя звонко рассмеялась из-за всей этой ситуации. Наверное, это нервное, реакции ожидать от него никак не стоило. Я глупо хихикала, наблюдая через лобовое стекло за сонными школьниками, которые бродили вдоль школы, не особо и торопясь на следующий урок. Как же везет этим непосвященным в великую тайну подросткам, которые спокойно засыпают по ночам и не отсчитывают дни до полнолуния. Только сейчас я осознала, что хочу спокойную, размеренную жизнь неудачницы. Дерек спокойно сидел на сидении вполоборота, смотрел на меня и ждал пока я успокоюсь, никак не комментируя. В его глазах мне казалось появилась какая-то печаль, да и мысленно он в другом месте. В последнее время он загадочнее обычного, если так можно о нем сказать. — Скотт хотел тебе что-то показать, — неловко пробормотала я, вырываясь из транса. Дерек нахмурился, но согласно кивнул. В читальном зале библиотеки нас уже ждала неожиданная компания. Скотт МакКолл с какой-то суицидальной решительностью на лице, стоял оперевшись бедром об ученическую парту, выстукивал носком ботинка только ему известный ритм. Стайлз умостился задницей на столе, теребя в руках лямки моей сумки. Лидия Мартин выглядела почти скучающе, будто ее заставляют тут быть, а Эллисон Арджент замерла на месте, когда увидела большую фигуру оборотня, сопровождающую меня. Увидеть ее в нашей компании было странно, особенно после последнего с ней столкновения. Мы так и не общались, даже взгляды наши не сталкивались. Вдруг стало некомфортно находиться здесь. — Вот, посмотри на это, — поспешил МакКолл не желая тратить времени зря. Эллисон и Лидия встали рядом и одновременно вытянули руки вперед, с закатанными рукавами, обнажая чуть выше запястья ассиметричные темные пятна. Скотт кивнул головой, приглашая альфу взглянуть на очень странные синяки. — Я ничего не вижу, — раздраженно сказал Дерек, едва взглянув на руки девушек. — Взгляни еще раз, — умолял Скотт. — Как синяк подскажет мне где искать Эрику и Бойда? — Симонс, — протянул друг, ища поддержки. Дерек испытывающее посмотрел на меня, подняв могучие брови. Я раздраженно выдохнула. — Бро, прости, но с моей фантазией я вижу здесь от головы оленя до логотипа Старбакс. — Шизофрения, — кашлянул себе в кулак Стайлз, за что тут же получил в лицо средний палец. Ну, провалила я тест Роршаха в младшей школе. С кем не бывает? — Он одинаковый на обеих руках, — в голосе друга, даже я смогла услышать безнадегу. — Абсолютно одинаковый! — Это ничего не значит, — с каменной гримасой заключил Хейл. — Парейдолия, — поджав губы, сказала Лидия, с таким лицом, будто тут все знают, что это такое. — Мы видим узор там, где его нет. Стайлз непонимающе прищурился, вытянувшись немного вперед. Скотт выглядел примерно так же как и на любой контрольной по химии, с застывшей на лице ошибкой 404 о том, что сервер не может найти данные согласно запросу. Эллисон продолжала сверлить альфу взглядом, который упрямо ее игнорировал. — Это часть апофении! — подсказала я, всплеснув руками. Все, кроме Лидии, которая казалась благодарной за пояснение, теперь повернулись ко мне. Апофения это переживание, заключающееся в способности видеть структуру или взаимосвязи в случайных или бессмысленных данных. Некоторые считают это холистическим направлением в философии, а большинство приписывают это свойство психозу. Я же упоминала, что повалила тест Роршаха? После смерти матери и по сей день Стайлз переживает синдром дефицита внимания и гиперактивности, у меня же проблемы были куда серьезнее. — Они хотят помочь, — слабым голосом предложил Скотт. — Эти двое? Эта, — альфа указал пальцем на Лидию, — использовала меня, чтобы оживить дядюшку психа. Спасибо. А эта, — он кивнул на Эллисон, — обстреляла тридцатью стрелами меня и мою стаю. — Ой, да ладно тебе! — примирительно протянул Стайлз со своего места. Сейчас будет изрекаться что-то неуместно глупое. — Никто же не умер. Было несколько увечий, пару ран, но без смертей. И это самое главное! — Моя мама умерла, — слишком спокойно произнесла Эллисон. Она констатировала этот факт ледяным голосом, но в глазах ее горело знакомое пламя ярости. Я сделала шаг вперед, в любой момент готовая вступить в перепалку с пламенной Арджент. Больно знать правду и не говорить ее. . — Это кодекс чести вашей семьи убил твою мать, не я, — сразу ответил Дерек с таким же напускным спокойствием как и Арджент. Обстановка накалялась. — Эта девушка пыталась найти Скотта. Я здесь чтобы помочь ему, а не тебе, — сурово сказала Эллисон, скрестив руки на груди, отзеркаливая позу Хейла. — Хочешь помочь — найди что-то посущественней. Даже, несмотря на то, что внешне, с гордо вздернутым подбородком, Эллисон выглядела хладнокровно и даже устрашающе, я знала, что в глубине души, она чувствовала себя уязвленной. На всякий случай мистер Хейл еще раз наградил нас злобным взглядом и умчался из класса, Скотти попытался его безуспешно остановить. Следом за Дереком от нас умчались и Эллисон, рьяно схватившая Мартин за руку. Как бы новых синяков они себе не наставили. Стайлз тяжко вздохнул, поднимаясь со своего места. Он бросил в меня мою же сумку, которую я еле поймала. — Чего-то сегодня он больно дерганный, — сказал Стайлз, расправляя плечи. — Ага, — задумчиво пробормотал Скотт, почесывая густой затылок. — Вообще-то у него есть все предпосылки для бешенства, — повесив сумку на плечо, я поморщилась от ее тяжести. Парни уставились на меня. — Вообще-то я к нему в гости не на чаепитие ездила. — А я думал, чтобы с Айзеком позажиматься, — недовольно пробурчал Стайлз. Скотт скривился. Я снова закатила глаза, первой начав двигаться в другой корпус. Когда моя фигура начала плыть по территории школы, парни послушно семенили за мной. — Питеру удалось вытащить обрывки воспоминаний из головы Айзека, — размерным шагом я маршировала по залитой солнцем лужайке, на асфальте все еще поблескивали лужи от ночного дождя. Наконец-то распогодилось и стало гораздо теплее. — Он нашел Эрику и Бойда и они у стаи альф. Скотт открыл рот, чтобы что-то сказать, но я подняла руку вверх, прерывая. — И завтра ночью они умрут, если мы их не найдем, — мрачно заключила я. — Но? — спросил Скотт. — Слишком уж много белых пятен в этой истории, и я не доверяю Питеру. — Что могло понадобиться стае альф от Эрики и Бойда? — спросил Стайлз, когда мы подходили к небольшому туннелю между корпусами. — Не уверен, что они нужны им, — разумно заметил Скотт. — Действительно, — кивнув, согласилась я. — За все это время они могли убить их или увести из города, но альфы что-то или кого-то ждут. Наш волчонок почему-то замедлился, а потом и вовсе затормозил, из-за чего я едва не врезалась ему в спину. Его поза была очень напряженной, словно он учуял опасность. Скотт взглядом проследил за двумя незнакомыми, подозрительно одинаковыми, высокими темными фигурами, которые поспешно удалялись от нас. — Думаете, им нужен Дерек? — продолжал рассуждать братец. — Они хотят взять его себе? — Скотт? — позвала я, но друг не отреагировал, что заставило мурашки пробежать по спине. — Скотт! — почти заверещал Стайлз. Друг вздрогнул, оборачиваясь к нам. — Ты идешь?

***

На очередном экономическом уроке Финстока хотелось завыть и вздернутся, потому что в голове тараканы экстренно собирали вещички на фоне апокалиптической катастрофы — было совершенно не до новых знаний. МакКолл что-то почувствовал сегодня. На мой обеспокоенный вопрос он отмахнулся, но я видела его встревоженное лицо — альфы где-то рядом, они присматриваются, наблюдают за нашими действиями. «Введение в бизнес» был более облегченной версией экономики, здесь присутствовало больше практики чем теории, но студенты не были оживлены. Мы уныло сидели, практически засыпая, ожидая очередную увлекательную лекцию. Дэнни сидел справа от меня, за ним Скотт и Стайлз за моей спиной. Я чувствовала, как он пялился мне в затылок, пока я выводила каракули на последней странице тетради. Что если альфы нападут прямо сейчас? Громкий хлопок, с которым учитель опустил учебное пособие для учителей по «Введению в бизнес» на стол вывел весь класс из сонного состояния. Я подпрыгнула на месте, злобным взглядом уставившись на тренера. — Фондовый рынок основан на двух принципах, — начал лекцию этот нестабильный мужчина, с зачатками алкоголизма, но мое учащенное сердцебиение, мешало восприятию. — На каких именно? Скотт оживленно вытянул руку. — Да, МакКолл, можешь выйти, — небрежно сказал Финсток, повернувшись ко мне. — Стилински? Он вообще знает как меня зовут? Я прищурилась и уставилась на учителя. — Нет, тренер, — прежде чем я ответила, Скотт привлек внимание. — Я знаю ответ. Улыбка расползлась на моих губах, которую поспешно пришлось прятать, а тренер откровенно и надрывно заржал. — Погоди, ты серьезно? — отсмеявшись, спросил мужчина. — Да. Риск и вознаграждение. — Вау!!! — в восторге воскликнул гуру лакросса, а Скотт улыбался от похвалы как яркое солнышко. — Да кто ты такой? Что ты сделал с МакКоллом? Нет… Не отвечай. Ты мне нравишься больше. Я подмигнула другу, показывая на обеих руках поднятые большие пальцы. Он действительно занимался все лето. Я так горжусь им. Скотт застенчиво опустил взгляд, на его щеках появился бледный румянец. — У кого-нибудь есть четвертак? — Монетка! Есть! — воодушевленный близнец мгновенно закопошился за моей спиной, я закатила глаза, и как при приступе мигрени сжала пальцами переносицу. Возня проходила до тех пор, пока на всеобщее обозрение не вывалился квадратный синий пакетик, с латексом внутри, XXL размера, который кувыркнулся в воздухе и упал рядом с моими ногами. Я, выпучив глаза, чувствовала, как нижняя челюсть отделяется от лица и падает на парту. Эта сучка трахнула моего брата?! Как она посмела трахнуть моего брата? Почему мне ничего не сказал? Я резко развернулась лицом к Стайлзу, да так резво, что в позвоночнике что-то болезненно хрустнуло. Мгновенно класс погрузился в очень неловкую тишину. Братец смотрел на синий пакетик неуклюже и испуганно, словно его поймали за свершением какого-то аморального преступления. Его ланьи глаза увеличились в три раза. Тишина длилась до тех пор, пока тренер, с легкой ухмылкой на губах, не поднял средство контрацепции и не вернул бледному, словно призрак брату. — Стилински, думаю, ты это обронил, — Финсток обменял презерватив на монетку, все еще зажатую в его онемевшей руке, словно это было обычное дело. — И мои поздравления. Хорошо. Ладно. Окей. Теперь я понимаю, что чувствует близнец, видя меня рядом с Айзеком — ревность — собственническую, злостную ревность. Всю свою жизнь мы были самыми близкими существами на свете, с самого момента зачатия, всегда рядом и всегда вместе в горе и радости. Мы разделяли на двоих смех, восторг, боль, страх. Что если он меня бросит и уйдет к этой Хизер, мерзкой, отвратительной Хизер Уоклиш? Неужели он тоже думает, что я его брошу ради Айзека? Я взглянула на его лицо. Стайлз был в замешательстве перемешанным с шоком, когда встретился со мной взглядами. Скотт же улыбался так, словно у него случился инсульт. — Риск и награда! — продолжил тренер. — Положи четвертак в кружку и получи награду. Дэнни похабно поиграл бровями, суша зубы, а я закатила глаза, злобно прошептав «Заткнись». Я прекрасно понимаю к чему он клонит, и какой разговор нас ожидает впереди: «Ты слишком эгоистичная, Симонс. У Стайлза должна быть своя собственная личная жизнь. Ты слишком опекаешь брата и бла-бла, бла и бла». Мужчина взял свою личную кружку, на которой было написано «Лучший тренер» со стола и поставил ее на пол. Он присел в двух метрах от нее, торжественно подул на монетку, соблюдая все церемониальные ритуалы, и бросил ее. Четвертак один раз послушно отскочил от гладкого пола и четко, со звоном, приземлился на дне белой кружки. Класс взорвался восторженными овациями. — Вот как это делается! Дэнни, — вскрикнул довольный тренер, бросая монетку другу. Махилани ловко поймал серебряный кружок. — Рискни и получи награду. — А какая награда? — Ты не будешь писать завтра внеплановый тест! — Но, тренер, он не такой уж внеплановый, если Вы о нем сейчас сказали? — сконфуженно и вполне логично спросил парень. — Дэнни, ты знаешь, я ожидал от тебя большего, — он забрал у Дэнни монетку и перебросил свое внимание на Скотта. — МакКолл! Рискни и получи награду! Если не забросишь четвертак в кружку, то тебе придется писать просто тест, а еще напишешь дополнительное эссе, — добавил тренер под угрюмые вскрики. — Рискни и получи больше работы, или награду — никакой работы вообще! Или не играй совсем. — Но разве это не шанс? — Нет. Ты знаешь свои возможности: координацию, внимание, прошлый опыт. Все эти факторы влияют на исход. Так, что ты выберешь, МакКолл? Больше работы, никакой работы или не играть совсем? Я закусила губу, чтобы спрятать торжественную улыбку. Знание того, что наш волчонок без труда забросит четвертак в кружку так эффектно, что она может разлететься на мелкие кусочки, дает некоторые преимущества в фантазии и будущих ставках. Скотт зачарованно вертел кусок серебра, который он сможет смять парой пальцев, в руках, что-то обдумывая. Я его знаю слишком хорошо, играть он не станет. Из нашей тройки дебилов-друзей самым опасным и азартный игроком всегда была я — идти до конца, не оглядываясь назад, не оценивая риски, не глядя даже на предложение. Стайлз делал глупости, чтобы произвести на меня впечатление или вызвать зависть, а Скотт всегда попадал под огонь, вытаскивая наши задницы из амбициозной беды (правда, в последнее время мы стали меняться местами). Парень поймал мой взгляд, словно услышав мысли и с хлопком положил монетку на книгу. — Не играть, — почти разочарованно сказал Финсток, а потом снова заорал. — Ладно! Кто следующий? Кто еще желает испытать удачу? Даже и не знаю, кто может быть этим идиотом. Стайлз торжественно вытянул руки, а затем пробарабанил для собственной бодрости ладонями по тетради и учебнику. Господи, мне еще теперь эссе ему помогать писать, — я скривилась, глядя как широко улыбающийся близнец, пританцовывая, спешит к кружке. — Так-то! Вот это азарт! — ложно приободрял его тренер. Пока я сгорала от стыда, братец, вытанцовывал танго одинокого попугая готовясь к роковому броску, когда входная дверь в класс распахнулась и наш отец, в полном обмундировании, сверкая значком шерифа, вплыл в аудиторию. Его сопровождал один из помощников. — Стайлз, — тяжко выдохнул его имя папа, заставляя подняться с собственного места. Мне совершенно не нравилось выражение лица местного шерифа. Он был чем-то обеспокоен. — Да, тренер, я понял! — слишком увлеченный, он не заметил кто к нему обращается. — Стайлз! Меня никто не звал, но я без спросу вывалилась из кабинета вслед за отцом и братом, едва не убившись через валявшийся посредине класса рюкзак Гринберга. Парень поймал свою отлетевшую сумку у двери, и под мой разгневанный взгляд скукожился и умостился на месте. Помощник шерифа хотел что-то возразить, но папа отрицательно покачал головой. Во время занятий коридоры школы были слишком пустынные, поэтому наш разговор можно считать почти приватным и почти семейным. — Родители Хизер Уоклиш сегодня подали заявление о ее исчезновении, — горестно вздохнул папа, а я удивленно моргнула. Несмотря на нашу размолвку и долгое отсутствие коммуникации, он часто обедал с ее отцом и насколько я знаю, отношения у них теплые. — Вчера на вечеринке в честь ее дня рождения, вы вместе спускались в подвал. Ага! Так вот где все произошло! — едва не заорала я, но осознание, что здесь не место и не время, да еще и свидетели и обстоятельства не те. Брат начал мямлить о том, что спустились они действительно вместе, но он потом поспешно покинул ее. Ха, наверняка, побежал искать презервативы. — Я не смог ее найти, и подумал, что она ушла с друзьями, — сконфуженно сказал Стайлз, бросив в меня обеспокоенный взгляд. — Так ее вчера никто не видел? — Нет. Мы установили режим особого наблюдения, но все ее друзья сказали, что ты видел ее последним. — Я? — немного паники в его голосе никак не помогало. — Мы надеемся, что это всего лишь неправильно принятое решение или всплеск эмоций на пьяную голову, но, если ты что-нибудь вспомнишь — позвони мне, — папа повернулся ко мне, немного поморщившись. — Почему тебя не было на вечеринке? — Ты же знаешь, что я ненавижу эту сучку. — Это совсем не то, что ты должна говорить шерифу, — разочарованно выдохнул отец, массируя виски. Папа знает, что мы ненавидим друг друга лютой ненавистью. Я бы облила ее бензином и подожгла, затем на тлеющих останках пожарила зефир, но человеческие нормы морали и собственный самоконтроль не позволял это сделать. Да, я ненавижу ее больше Питера Хейла. Моя душа скукоживается и дымит, когда я вижу стерву, которая когда-то притворялась моей подругой. Наши мамы дружили еще до момента нашего появления, нас связывали плотные узы родительской дружбы. Но именно Хизер Уоклиш, сраная фея, долбанный свет младших классов, окрестила меня местной сумасшедшей, ненормальной, странным фриком, когда я так нуждалась в друзьях и их поддержке.

***

Благодаря исчезновению мерзкой гангрены, Стайлза и Скотти посетила не самая лучшая затея вернуть моему парню память. Я прекрасно понимаю, необходимость обнаружения Эрики и Вернона, но нытье — «Нужно найти Хизер!» — в панике лепетал братец, размахивая руками. Уверена, что на деле, эта алкоголичка, которой, кстати, так и не удалось трахнуть моего брата, где-то дрыхнет, прячась от родителей, потому что знает — ей очень влетит за устроенную вечеринку и беспорядок в доме. Босс Скотта был загадочным хреном, квалифицированным ветеринаром, профессиональным лгуном и очень неординарной личностью. В прошлом семестре он помог нам опознать Джексона, предупредил о Джерарде и даже натолкнул на идею с рябиной, но я все еще ему не доверяла. Чутье друга еще никогда нас не подводило, но Дитон как и Питер, свои карты окончательно раскрывать перед нами не намерен. Терзаемая смутными сомнениями, я сидела, скрестив ноги по-турецки, на смотровом столе, где совсем недавно лежало тело убитого охотника на оборотней, то самое от которого я упала в обморок. Морозный до костей холод терзал меня не от железного, стуженого стола, не от жутких воспоминаний, а от количества льда, который парни высыпали в жестяную ванную, наполненную такой же холодной водой. Они действовали быстро, практически не раздумывая, четко следуя руководству ветеринара. Стайлз пытался расшевелить меня — шутя, и толкая в бок, но кроме угрюмых взглядов ничего не получал. Даже огромная латексная перчатка не смогла вытянуть улыбку. Дерек бросил в меня сложный в толковании взгляд, когда высыпал седьмой пакет льда. Я молчала с самой школы, а это уже пошел второй час, последний раз, когда я так играла в задумчивость ничем хорошим это не закончилось. Идея мне не нравилась от слова «совсем», но Айзек был полон решимости. Алан уверяет, что из его подсознания можно вытянуть сведения, если замедлить кровообращение и снизить частоту сокращения сердечной мышцы, чтобы отправить его в полутрансовое состояние. Оборотни по своей природе горячие, и я не имею в виду их темперамент или красоту внешности. От природы температура их тела на пять градусов выше человеческой и понижать ее слишком сильно чревато для здоровья. Я молча, жевала нижнюю губу и напряженно наблюдала за разговором Айзека и Дитона, чувствуя подсознанием, как Скотт следит за мной, словно за атомной станцией, которая на гране взрыва, что повергнет мир в эпоху апокалипсиса. Бедный МакКолл, каждое наше разногласие вызывает у него непрерывный конфликт в голове. С самого детства единственной правильной установкой было «если Симонс сказала так надо, значит именно так и надо», а сейчас он думает своей головой и действует в своих интересах, подвергая мое мнение сомнениям. — Как медленно должно биться сердце? — сглотнув вязкую слюну напряжения, спросил Скотт. — Очень медленно, — загадкой ответил Дитон. — Как именно «очень медленно»? — раздраженно спросил Дерек, облокачиваясь локтями о ледяную купель. — Как у мертвеца, — слишком спокойно прозвучал следующий ответ. — Это же безопасно? — легкомысленно усмехнулся Стайлз, но его глаза были полны тревоги. — Хочешь, чтобы я сказал правду? Я с грохотом свалилась со смотрового стола, попутно опрокинув несколько инструментов, которые лежали рядом. Грохот был слишком ярким, звенящим, слишком выделяющимся на фоне общей молчаливой пустоты. Айзек мгновенно оказался рядом, крепко удерживая меня за талию, чтобы я не свалилась от столь поспешных действий. Я чувствовала его горячее дыхание, пока горячее, на своем лице, невольно закрыв глаза и наслаждаясь. Он должен почти умереть, чтобы найти их. Почти, но это уже слишком. Я должна спокойно стоять, смотреть, как он погрязнет в ледяной воде, которая заморозит его сердце? Позволю ли я охладить его сердце? Никогда. Смогу ли я сопротивляется его воле? Никогда. — Слушай, если это слишком рискованно, то ты не обязан это делать, — неожиданно обеспокоенно сказал Дерек. Внезапно и Скотт слишком активно закивал головой. Именно сейчас я была непомерно благодарна Хейлу за эти слова. Айзек запустил длинные пальцы в мои волосы, массируя кожу головы, и прижимаясь своим лбом к моему, полностью игнорируя слова Дерека и захватывая умоляющим взглядом все вокруг. Он все решил, не спросив, да ему и не нужно. Решимость мощными искрами отскакивала от его тела. В этом мы чертовски похожи — наше самомнение испепелит все вокруг, не позволив и подступиться. Поэтому я все это время молчала, не желая идти на конфликт, потому что если я попрошу он отступит. Только одна моя просьба и Айзек сделает как я просила, только потом он себе этого не простит. — Прошу, не заставляй меня на это смотреть, — единственное, что я смогла прошептать, покинув темницу его небесного взгляда, опустив глаза. Мне было сложно сегодня утром, но сейчас я чувствовала невыносимую боль от того, что здесь я беспомощна. Я скорее почувствовала, как он кивнул. Мне было плевать, что четыре лишних взгляда наблюдают за нашим взаимодействием. Возможно, мы сейчас прощаемся. Сердце сжимали ледяные тиски. Что если он, нырнув в эту ледяную воду, больше не вынырнет ко мне? Айзек притянул меня к себе ближе, оставив долгий и горячий поцелуй на моем лбу. — Симонс, подождешь меня в приемной? — ярко улыбнулся он, словно нас разлучает на пару минут обычный прием у доктора. — Всегда, — выдохнула я, так и не решившись распахнуть глаза. Выходя из смотровой, я обернулась через плечо. Скотт почему-то покраснел и опустил взгляд на ванную наполненную льдом. Да, Скотти, я тоже это чувствовала, когда вы с Эллисон обжимались, а еще больше, когда признавалась ей в любви от твоего имени. Стайлз, к великому счастью, молчал, но бросал на Айзека, как ему казалось, угрожающие взгляды. Айзек, с решимостью, стянул кофту, готовый к погружению. Приемная комната была так же и зоной ожидания для обеспокоенных хозяев, которые принесли свою зверушку на лечение, поэтому все кругом было выполнено в светлой цветовой гамме. Говорят, что кремовые оттенки мебели успокаивали и придавали чувство комфорта, и они очень хорошо позволяли комнатным цветам брать на себя весь акцент. От этих мыслей я брезгливо посмотрела на два мягких кресла, и стала беспокойно расхаживать вдоль маленького пространства. Настенные часы над приемной стойкой показывали пятнадцать минут седьмого. Секундная стрелка излишне громко цокала, издевалась, отсчитывая секунды неизвестности. Шесть шагов до окна, восемь до двери. От того, что я ушла и оставила Айзека, к страху прибавилась еще и вина, поэтому взрывной коктейль из отвратительных эмоций начинал вызывать тошноту. Когда пошел шестой круг моих печальных шествий свет в клинике странно замигал. Я остановилась, подняв голову к простенькой люстре. Обычно такие перепады электроэнергии возникают в городе из-за бури или урагана, но погода сегодня спокойная. Скотт недавно рассказывал, что они проводили ремонтные работы в щитовой клиники, поэтому поломка так же исключена. Мигание прекратилось, комнату заливал яркий дневной свет, а в душу закралась подозрительная темнота. Ноги сами понесли меня в седьмой круг. Нужно как-то отвлечься, я должна думать о чем-то хорошем, например можно вспомнить как Стайлз свалился, когда увидел Лидию Мартин голой. На 387 цокот ненавистной секундной стрелки свет снова часто замигал, заставляя остановиться и злобно уставиться на высокий торшер у кресел. Я перевела взгляд в окно, на уличный фонарь, который ярко светил без перебоев. Внезапно на люстре взорвалась лампочка и острые осколки разлетелись на комнате в разные стороны. Вся клиника погрузилась в мрак. Когда я, с широко распахнутыми от страха глазами, словно ураган влетела в смотровую, никто даже внимания не обратил. — Я видел название! — воскликнул Айзек. Он был в полном и ясном сознании, в отличии от всех остальных. Парень все еще сидел в ванной полной льда и дрожал. Я быстро подбежала к нему и схватила за руку, помогая вылезти из воды. Меня сразу обдало ледяными брызгами, но под весом облегчения это пустяки. Парни понемногу раскачались и начали шевелиться, Дитон даже подал большое полотенце, которое я сразу набросила на плечи парня. — Это Первый национальный банк Бейкон Хиллс, — дрожа и кутаясь в полотенце, сказал Айзек.– Это заброшенный банк, они держат их запертыми внутри хранилища. Что-то здесь случилось. Я обеспокоенно осмотрела всех присутствующих. Дерек был еще угрюмей чем обычно. Он стоял каменным изваянием, скрестив руки на груди, глядя куда-то в сторону стены. Скотт тоже не прыгал от счастья, что нам известно место где держат ребят. Друг задумчиво поджал губы в тонкую линию и опустил взгляд. — Что? — сконфужено спросил за нас обоих Айзек, с его носа сбегали мелкие капельки воды. Я взяла еще одно полотенце для того, чтобы он смог высушить голову. — Ты помнишь, что ты говорил до того, как очнуться? — наконец оттаял брат, потому что его молчание это уже за гранью. — Нет, — покачал головой Лейхи. — Ты сказал, что они тебя поймали и затащили в комнату, в которой было тело, — сейчас Стайлз очень аккуратно и разумно подбирал слова. Я ахнула, прижимаясь к мокрому боку Айзека., который резко перестал трястись и натянулся как струна. — Чье тело? — Эрики, — болезненно выдохнул брат. Его лицо было как никогда серьезным. — Ты сказал, что это было тело Эрики. Комната снова погрязла в тягучую напряженную тишину. Это ведь не может быть Эрика? Нет, это не она. У нас с ней не были дружественными отношения, да и за все время мы перекинулись лишь десятком фраз, никогда толком не говорили, но она была милой. Да, именно милой девушкой, над которой все подшучивали из-за ее тяжелой болезни. После обращения она получила силу, красоту и здоровье, только вот обиды переросли в ненависть ко всем. Я не могла ее осуждать, потому что мы все косвенно поучаствовали в ее становлении стервы. Разумеется, наша компания никогда ее не обижала, но вот только равнодушие худшее из человеческих пороков. Потерять часть стаи это все равно что потерять часть себя — так они говорят. Я взглянула на Айзека, который не отходил от меня ни на шаг. Он уже надел свою кофту и сушил волосы полотенцем. Движения его были растерянные, а взгляд пустой. Я не верю, что они ее убили. Зачем им это? Если только она не смогла как-то их спровоцировать. — Она не мертва! — громко сказал Дерек, наконец отмирая. Он нервно зашагал вдоль смотровой. — Дерек, он сказал: «…там чье-то тело. Это Эрика»! — цитировал Стайлз. — Здесь у нас нет возможности как-то это по-другому интерпретировать. — Тогда кто в хранилище с Бойдом? — нападал с вопросами Хейл. От его громкого голоса и стресса у меня начинала болеть голова. Черт, я же еще молодая для хронической мигрени. — Кто-то другой, очевидно, — въехала в разговор я, и тут же поморщилась от прострела в левый висок. — Может это та девушка на мотоцикле, — предположил Скотт, поворачиваясь к Айзеку, который схватился за мою левую ладонь. — Та, которая тебя спасла. — Нет, она не такая как мы, — Лейхи переплел наши пальцы вместе. — А тот, кто был с Бойдом оборотень. — А, что если Эрика именно по этому умерла? — настало время офигительный теорий от Стайлза Стилински. — Они настраивали их друг против друга в полнолуние и смотрели кто из них выживет. Как коррида оборотней! — Что за чушь! — фыркнула я, понимая, что Бойд и Эрика никогда бы не стали драться друг с другом. Они скорее бы напали на их похитителей и погибли бы сражаясь. — У тебя есть идеи по лучше, Скалли? — высоко задрав брови, бросил мне вызов братец. — Дофига и получше, Малдер. — Ну, давай, расскажи нам свои гениальные теории заговора! — Ты же знаешь, что в большинстве случаев именно мои теории… — Стилински!!! — взревел Дерек, заставляя нас заткнуться и все внимание посвятить ему. — Плевать на ваши теории. Сегодня мы должны их вытащить. — Будь умнее, Дерек. Ты не можешь просто попасть туда штурмом, — внес каплю благоразумия в наше безумие Алан. До этого он молча сидел, с интересом поглядывая на нас. — Если Айзек попал туда, значит сможем и мы. — Вряд ли ты зашел через парадную дверь и провальсировал по всему банку до самого хранилища? — скептически подняв одну бровь, спросила у парня. Айзек был занят перебиранием моих пальцев. Сейчас его тело согрелось, и кожа снова излучала успокаивающее тепло. — Нам нужен план, — констатировал Скотт, как всегда прекрасно играя роль Капитана Очевидность. — Нам нужен план ограбления банка, — с легкой улыбкой, поправила я очевидное, приковывая к себе взгляды. — Всегда мечтала побывать на той стороне закона. — Для дочери шерифа ты бываешь там с удивительной регулярностью, — подняв брови констатировал Хейл. — И как же, гений, мы придумаем план взлома банковского хранилища меньше чем за 24 часа? — Вообще-то план уже кто-то разработал, — уставившись в телефон сказал Стайлз, я заглянула через плечо чтобы увидеть открытую страницу статьи. — «Первый национальный банк Бейкон Хилл закрывается через 3 месяца после ограбления». Тут не сказано как его ограбили, но много времени не понадобится, чтобы это узнать. — Сколько времени? — потребовал Дерек. — Это интернет, Дерек. Пару минут.

***

Ну, скажем, наши пять минут растянулись на двадцать, потом на час и даже два. В итоге обещанную информацию пришлось искать более продолжительное время. Полиция очень ревностно и строго хранила детали информации любых ограблений банков для того, чтобы не способствовать усовершенствованию ремесла грабителей. Никогда еще рабочая смена «У Мерлотта» не тянулась так долго. Я нервничала, путала заказы, и даже едва не облила клиента пивом. Все мои мысли находились со Стайлзом и Скоттом в душной комнатке, пропахшей мятой и старыми носками. Они ведь без меня не справится, эти олухи будут отвлекаться и не сосредоточатся. Как бы я не храбрилась, но время действительно начинало поджимать. — Красотка, сегодня ты сама не своя, — обеспокоенно улыбаясь, сказал Эрик, поправляя выпавшую из целлофановой шапочки темную прядь волос. — Да так, — растерянно пробормотала, прикрепляя новые заказы. — Все думаю, как бы ограбить банк. — Шаг номер один: не стоит рассказывать всем, что ты собираешься ограбить банк, — неожиданно засмеялся парень, а я округлила глаза от того, что снова взболтнула вслух лишнего. — Хотя, может, ты хочешь взять меня в соучастники? — Я не… — я закрыла глаза, тяжело вздыхая от собственной беспросветной глупости. — Сегодня мы с братом наткнулись на старое здание Первого национального банка. Махина выглядит неприступной, но все же им это удалось. Гениально. — Нельзя назвать это ограбление гениальным, — хмыкнул Эрик, ловко переворачивая котлеты. — Этих неумех поймали почти сразу, и они в тюрьме, с которой до сих пор не сбежали. — Но все же они пробрались внутрь самого хранилища, — задумчиво протянула я, женив кетчупы. — Это не сложно, если у тебя есть план строения и архитектурные чертежи, — поставив передо мной готовый заказ, улыбнулся Эрик. Его глаза блестели насмешливым озорством. — Ты спрашиваешь из природного любопытства Стилински или опять что-то замышляешь? — Только природное любопытство, — клятвенно пообещала я, подняв правую руку, словно взгромоздив ее на вымышленную библию, прямо как в здании суда. Эрик недоверчиво прищурился, заставляя закатить глаза. — Ну, и немножечко озорство. — Ты невероятная, Симонс, — смягчился парень, снова возвращая свое внимание к плите. — Если эта загадка так сильно не дает тебе покоя, почему бы не спросить об этом отца? — Отца? — нахмурившись, переспросила я, переставляя инвентарь на поднос. — Насколько я знаю, он у тебя шеф полиции, и именно он запечатал за решеткой неудачливых воришек. — Черт!

***

Выудить материалы дела у отца было также просто, как и отобрать конфетку у младенца. Шериф для приличия поспорил, заявляя, что «это конфиденциально» и не для глаз школьников, но вскоре сдался под гнетом словарного поноса Стайлза и моего умоляющего взгляда. В конце концов, прошло уже десять лет после ограбления. В школе нам было не до занятий и почти все время мы сгоняли учеников с последних парт и вдвоем закапывались в бумажные отчеты полиции, в поисках необходимой информации. Учителя пытались пару раз делать замечания, но потом просто вздыхали и возвращали внимание к более заинтересованным ребятам. Скотти же усердно трудился, и даже писал конспекты. Ровно в пять вечера джип Стайлза притормозил напротив громоздкого страшного здания, где нынче обитает наш угрюмый альфа. Небо начинало потихоньку сереть, а значит до восхода полной луны оставалось не так много времени. — Почему я не удивлен? — пробормотал братец, взглянув на унылый пейзаж. В лофте царил полумрак и зловещая тишина. Только небольшой настольный светильник на столе у окна был источником тусклого света. Я прекрасно понимаю, что оборотни замечательно видят в темноте, но гости могут убиться. Осторожно ступая, я направилась в середину комнаты. Альфа нетерпеливо метался из угла в угол, ожидая нас. Питер Хейл, словно никуда и не уходил, лениво расселся на винтовой лестнице. Осматриваясь по сторонам, Стайлз бросил пару шуток про семейный район и уютное гнездышко. Скотт тоже с интересом осматривался. Парни раньше здесь не бывали. — А где Айзек? — нахмурившись, я осматривала помещение в поисках высокой фигуры. — Его здесь нет. Я дал ему поручение, — ответил Дерек, направляясь к столу. — Ну, что вы нашли? Зачем он его отослал? Нам сейчас понадобится любая помощь? Стайл поспешно засеменил к столу, на ходу вытаскивая кипы бумаги из рюкзака. Сегодня он даже не потрудился взять с собой тетради для занятий. Я остановилась на другой стороне стола, напротив Дерека, спиной к окну и рядом со Скоттом, но так чтобы можно было наблюдать за Питером не поворачивая головы. — Итак, смотрите, — торжественно раскрывая чертежи, протянул брат. Ему нетерпелось изложить тщательно подготовленную нами теорию. Он ткнул красным маркером на уязвленные места, которые пропустили архитекторы. — Вот как они вошли. Здесь на крыше есть вентиляционное отверстие, оно ведет вниз по стене хранилища, которое находится вот здесь. Стайлз обвел кругом левую стену хранилища, ближе к углу. — Один из грабителей был спущен в эту шахту. Там мало места, и ему пришлось 12 часов сверлить стену, кстати она каменная. В остальное время они передавали деньги тем, кто оставался на крыше через маленькую шахту проходящую через стену. — А мы там поместимся? — с сомнением Скотт взглянул на меня. — Да, мы сможем, — я кивнула, — но будет очень-очень тесно. — Они заложили стену, поэтому нам нужна дрель или что-то в этом роде. Я думаю, может алмазный гр… — Слушай, забудь о дрели, — прервал тарахтение брата Дерека. — Если я пойду первым сколько пространства у меня будет? Я с сомнением прищурилась, закусывая большой палец левой руки. Скотт удивленно вытянул лицо. Стайлз разделял мой скепсис. — Что ты собираешься делать, Дерек? — часто заморгав, спросил он. — Пробить стену? — Да, Стайлз, — с раздраженно-саркастичной улыбкой ответил Хейл, скрестив руки на груди, показывая массивные бицепсы. — Я собираюсь пробить стену. — Хорошо, большой парень, давай взглянем на этот кулак. Большой старый кулак. — улыбка Дерека исчезла и он показал Стайлзу кулак. — Не бойся, большой злой волк. Питер заинтересованно оживился, ему нравилось то, что он видел. Стайлз выставил перед альфой раскрытую ладонь, я сразу поняла, что это очень плохая идея. — Даже не думай, Дерек, — угрожающе прошипела я. Скотт, как ему казалось, незаметно подошел ко мне, положив руку на плечо. Почему он останавливает меня, а не этого идиота (кому это адресовано не уточняется). — Знаешь, в чем дело? У тебя может быть лишь 3 дюйма, чтобы размахнуться для удара, — его дальнейший фонтан слов был прерван ударом кулака. Оборотень не размахивался, ударил сразу минуя не более чем четыре дюйма, но Стайлз отскочил от него с болезненным вскриком, ударившись о стол. Я злобно сжала челюсть, испепеляя взглядом будущий труп Дерека Хейла. Как только он спасет свою стаю, я убью его. Скотт растеряно метался взглядом между страдающим другом и мной, метающей молнии глазами. Питер комично хмыкнул со своего места. Я дернулась вперед, волчонок попытался меня остановить, но увидев перекошенное в ярости лицо, тяжело сглотнул и трусливо отошел в сторону. Стайлз метался по лофту, тряся ушибленной ладонью так, словно она была в огне. Я осторожно остановила его, и подняла его левую руку, аккуратно дергая за каждый палец. Кожа была немного покрасневшая в том месте, куда приложился кулак, но в целом он был в порядке. — Он сможет! — слабо протянул братец, кривляясь от боли, пока я проверяла запястье. Никаких переломов не было, да и ушиб мягких тканей был незначительный. Вероятнее всего удар был чисто показушным, оборотень не вкладывал в него и частички той силы, которая у него имелась. — Я пробью стену, — решительно сказал Хейл. — Кто пойдет со мной? Услышав вопрос, я отвлеклась от рассматривания линии жизни на ладони брата и подняла взгляд на альфу. Как бы я не презирала его за этот удар, ему нужна наша помощь. Один он либо наломает дров и все станет еще хуже, либо погибнет в неравной схватке с альфами. — Ты остаешься здесь, — Дерек покачал головой, не дав даже и рта раскрыть. — Но… — Это не обсуждается, Симонс. Ну, конечно же близнецы Стилински будут ему мешать и путаться под ногами. Я заскрипела зубами, еще больше желая, чтобы Айзек был здесь со мной. Дерек уставился на винтовую лестницу. — Не смотрите на меня, — раздался голос старшего Хейла. — Мне пока еще не хватает скорости для драки. И, честно говоря, у тебя не так много шансов против них. — Значит, я просто должен дать им умереть? — Один из них уже мертв. Кто-то удивлен его цинизму? Нет? Совсем никто? Как обычно прагматичный Питер Хейл выбирает убежать, но не сражаться. — Мы не знаем этого! — у Дерека, единственного из нас, все еще была надежда. — Тебе напомнить, с чем мы имеем дело? — спросил Питер, даже не утруждаясь чтобы подойти к нам. — Стая альф, и все они убийцы. Если этого недостаточно, чтобы запугать тебя до смерти то вспомни, что двое из них вместе превращаются в одного огромного альфу, — а вот этого факта я не знала. Мужчина нацепил на лицо скорбный вид. — Уверен Эрика и Бойд были хорошими ребятами. — Симонс, нам нужен еще один огненный коктейль, — пробормотал брат, я согласно кивнула. Старый оборотень обиделся данному заявлению и скрестив руки на груди, откинулся спиной на ступеньки. — А что насчет тебя? — Ну, я могу пойти, если ты хочешь, — не раздумывая согласился Стайлз, пожав плечами. — Не ты! — раздраженно протянул Дерек, устало прикрывая глаза. Ночь еще не началась, а мы уже успели вымотать его нервную систему. Миссия выполнена успешно. — Не знаю насчет Эрики, но если Бойд еще жив мы должны что-то сделать, — конечно же Скотт никогда не откажет в помощи в суицидальной миссии. Парень оглянулся на напыжившегося Питера. — Мы должны попытаться. — Но? — альфа уловил сомнение в голосе волчонка. — Что это за девушка, которая заперта с Бойдом?

***

Прошло двадцать три минуты с того момента как Дерек и Скотт направились к старому зданию банка. Парни хоть и терзались сомнениями насчет плана, но были нерушимо настроены на выручку стаи из беды. Стайлз угрюмо смотрел в окно, вернувшись к своей старой детской привычке грызть ногти от стресса. Его спина была напряжена, да и в общем он выглядел как комок нервов. Он молчал, что-то усердно обдумывая. Теперь уже я металась из угла в угол в попытке скоротать время. Взглянув на телефон, я удостоверилась, что пропущенных звонков от Скотта нет и прошло только двадцать четыре минуты. Господи, почему так долго? Это вообще нормальное течение времени? Мне нужно отвлечься и попить водички, потому что я несовершеннолетняя и квасить виски незаконно. В прошлый визит не удалось заметить, что оказывается на кухне Дерека был так же стеклянный потолок, через который серебряные лучи луны прекрасно освещали маленькую комнатку. Я набрала в ту же сиротливую кружку воды из крана, надеясь, что альфа хотя бы фильтр додумался установить. Сделав один глоток прохладной жидкости я едва не захлебнулась. На кухонной столешнице, рядом с кофеваркой лежала яркая упаковка Джемми Доджерс. Я улыбнулась откусив кусочек песочного печенья с вишневым джемом, едва не замурлыкав от нахлынувшего счастья от вкуса детства. Именно с таким блаженным лицом я вернулась к остальным. Старший Хейл развалился на диване, поставив ноги на кофейный столик. Увидев меня мужчина громко фыркнул. — Что? — возмущенно воскликнула я. Питер указал взглядом на печенье. — Я ем сладкое, когда нервничаю. — Не налегай на мучное, зайчонок — елейным голоском, прошептал Питер, расслабленно закрывая глаза, откидываясь затылком на спинку дивана. — Ты уже поправилась на четыре фунта. — Я набираю мышечную массу! — я оскорбленно открыла рот. Стайлз хмыкнул и пожал плечами, глянув на мою задницу. — Четыре фунта, — довольно повторил Хейл, заставляя меня закипеть, и вытянуть руку с зажатым в пальцах печеньем. Как, черт возьми, он смеет? Пока я пялилась на сладость, бесполезный близнец проворно схватил печенье, засунул все остатки в рот и начал довольно чавкать. — Симонс, как бы страшен не был твой взгляд, убить меня ты вряд ли сможешь. — Но, я могу попытаться, — кивнув головой, ответила я, не спуская сосредоточенного взгляда с психодядюшки. — Тем более, один раз уже вышло. Тишина продлилась от силы секунд тридцать. — Не могу я просто так сидеть и ждать! — наконец закипел братец. Он дожевал мою печеньку и теперь снова стал очень беспокойным. Терпение не является нашей семейной чертой. — Мои нервы натянуты как струна! Вот-вот лопнут. — Могу ударить тебя, чтобы ты потерял сознание, и привести в чувство, когда все закончится, — благородно предложил Питер. — Ты думаешь Эрика действительно мертва? — Ты думаешь это меня волнует? — Но почему именно банк? — продолжал Стайлз. Так ему было легче коротать время. — Почему бы им не приковать их в каком-нибудь подземном логове? Они же стая альф, у них должно быть логово? — Они оборотни, а не кучка злодеев, — снисходительно напомнил старый волк. — Секундочку! — лицо Стайлза засияло от безумной идеи. — Возможно они живут там? Понимаешь? Может быть хранилище напоминает им об их маленьких волчьих логовах? — Волчьи логова? — стараясь быть серьезной и не улыбнуться, спросила я. — Да, Симонс! Погоди. Питер, а где ты живешь? — В подземной сети пещер, спрятанных глубоко в лесу. Я не смогла справиться и улыбнулась. Хоть этот психованный дядюшка и маньяк-убийца, но чувство юмора у него прекрасное. Мы могли бы даже подружиться, не пытайся он пару раз нас грохнуть. — Воу! Серьезно? — Нет, идиот. У меня квартира в центре города. — Я не понимаю, — размышляла вслух я, присаживаясь на кофейный столик. Стоит включить в мыслительный процесс обоих Стилински и что-то выйдет. Питер распахнул глаза, явно удивленный тем, что я осмелилась к нему так близко подойти. — Если им нужен Дерек, почему они не пришли за ним сразу? Я не думаю, что стая из трех подростков и одного альфы сможет воспротивиться целому шабашу супер-альф. Но они украли две его бэты и зачем-то заперли их в хранилище. — Что-то не так с этим банком, — кивнул брат. — И почему Девкалион сказал им, что они умрут именно в полнолуние? — я нахмурилась, когда мужчина снова расслабленно умостился. — Почему альфы не убили их до сих пор? — Возможно, они думают, что это поэтично. — У них уже было три полнолуния для поэзии. — А у близнецов Стилински меньше часа, чтобы начать меня раздражать, — но внезапно легкое настроение Питера оборвалось. Он напрягся, медленно убирая ноги с кофейного столика. Я заинтересованно наблюдала. — Нет, давай продолжай свою мысль. Мы тебя раздражаем и бесим… Что там дальше? — Из чего сделаны стены? — не самый популярный вопрос, который можно задать во время светской беседы. Мы тут же посмотрели вокруг лофта. — Ну, не знаю…дерево, кирпич, — предложил Стайлз, но Питер настороженной походкой хищника подбирался к бумагам на столе. — Нет, стены хранилища. Из чего они? — я тоже поднялась с места, но осталась стоять, пока они копаются в бумажках. Холодок пробежался по спине. Что-то мы упустили из виду, что-то очень важное. — А какая разница? — Какой именно тип камня? Я достала из рюкзака брата толстенный кирпич распечаток, которые мы случайно прихватили с собой. Здесь были счета за материалы и подготовительные работы строительства самого банка датированные еще 1989 годом. Я нашла заметки именно о строительстве и оборудовании самого хранилища. — Лунный камень, — шепотом прочитала я. Питер Хейл был не просто обеспокоен, он был испуган. — Это плохо? Звучит плохо. — Позвони им, — только и сказал он. — Позвони им сейчас же! Стайлз встрепенулся, живенько доставая телефон из огромного кармана джинс. — Питер? — твердо потребовала я. — Бойд и эта девушка не будут убивать друг друга. Они хотят убить Дерека и Скотта. Раздался первый гудок, и наша дружная компания напряженно уставилась на светящийся телефон с фотографией улыбающегося МакКолла. Мы так сильно облажались сейчас. Второй гудок и все так же тишина. Я тяжело сглотнула вязкую слюну, а язык прилип к небу. Третий гудок, Стайлз вытирает свободную потную ладонь о материал джинсов. Четвертый гудок. — Стайлз, сейчас не лучшее время, — прошептал Скотт в ответ на наш звонок. — Скотт! Скотт, пожалуйста, послушай меня! Убирайтесь оттуда. Стены хранилища сделаны из специального материала — лунного камня. Он отражает лунный свет. — Что это значит? — как всегда притормаживает дружище. — Он не дает пройти лунному свету, — быстро пояснила я, мгновенно догадавшись о чудных свойствах камня. — Они не видели луны несколько месяцев. — Это как гладиаторы в Римском Колизее. Они не кормили львов несколько дней, чтобы сделать их более ловкими, — используя красочное сравнение объяснил Питер. — Девкалион не давал им обращаться целых три месяца, уменьшая их терпимость. — Скотт, они будут еще сильнее. — Они как львы, оголодавшие львы, а вы с Дереком только что зашли на арену Колизея. Мы слышали, как Скотт сообщает о нашей глобальной промашке альфе, мягко называя глобальный апокалипсис «большой проблемой». А затем наступила странная тишина, словно до него постепенно начало доходить. Стайлз отчаянно закричал имя друга, но ответа не получил. Тишина была не долгой, потому что наступило громоподобное утробное рычание злобной стаи оборотней. И затем звонок оборвался. Втроем мы стояли, едва дыша, в страшной и неизвестной тишине. — Нужно что-то делать! Срочно нужно им помочь! — Стайлз в отчаянии начал метаться по комнате, размахивая руками. — Симонс, давай! Поехали в банк. — Не стоит этого делать, — слишком спокойным голосом сказал Питер. Он стоял рядом не двигаясь, с маниакальным интересом изучая мое лицо. — Он прав, — я согласно кивнула, не веря своему глухому голосу. — Чт- Ты теперь соглашается с серийным психопатом-убийцей? — подлетая к нам, заголосил близнец. В его пальцах уже были зажаты ключи от джипа. — Симонс! — Ну примчимся мы туда как Чип и Дейл, что дальше? — стараясь сохранять голову в холоде, рассуждала я. — Два разъяренных оборотня разорвут нас даже не замешкавшись. И тогда Дерек точно их убьет, а Скотт поможет, потому что будет ослеплен болью и яростью от смерти двух лучших друзей. Питер одобрительно кивнул. Стайлз беспомощно сжал губы в тонкую линию молчаливо соглашаясь. Он снова засунул ключи в карман своей кофты и начал бесцельно бродить. Нам нужен новый, более умный план, который будет в себя включать гениальность близнецов Стилински. Мой телефон булькнул сигналом оповещения сообщений. Экран неожиданно ярко засветился в сумраке лофта, заставляя поморщиться чтобы увидеть хоть что-то. Сообщение, которое вместилось в одну строчку, было от незнакомого мне ранее номера:

«Нам нужно срочно встретиться.»

А потом я досмотрела, что краткое письмо было подписано инициалами Э.А. Эллисон Арджент удивительно вовремя потянуло на разговор.