О мести, мамах и неандертальцах

Конечно, жизнь – это совсем не сказка, где прекрасная британская принцесса, по воле придворного кудрявого алхимика, одним взмахом чепчика подчиняет себе не облагороженного культурой неандертальца. Жизнь – даже не романтическая комедия, где сценарист в последние пять минут сводит все линии сюжета в одну ломаную со счастливой точкой в финале, пока главные герои целуются под омелой, позабыв о своих конфликтах. В жизни так не бывает – это ещё Фрейд доказал в своей теории психоанализа. Вытесненные конфликты оказывают глубокое, негативное и разрушающее влияние на всех участников. В конце концов, Майкрофт – политик, конфликты – его стезя и его хлеб. Всю рождественскую ночь Майкрофт и Грег провели в самых разнообразных позах и, проклиная Шерлока, выискивали спрятанные камеры. Младшего Холмса Грег материл от всей широкой и доброй души – гениальная падла во время вечеринки стащила у него ключи от ислингстоновской квартирки, а возвращаться туда ни Грегу, ни Майкрофту не улыбалось. Но камер в квартире старшего Холмса также не обнаружилось. - Завтра пригоню сюда людей, пусть проверят, – сонно зевнул Майкрофт, разливая кофе в две чашки. Дорогущий хронометр на руке утверждал, что в лондонском часовом поясе сейчас ровно пять утра. – К тебе их отправить? Грег сидел на кухонной тумбе и задумчиво рассматривал распакованный только недавно подарок от миссис Хадсон. Это была даже не совсем плеть, а мягкий флоггер. Грег даже вспоминать не хотел о том, откуда он это знал. Миссис Хадсон была страшной и коварной женщиной, но любила своих друзей до такой степени, что прямого членовредительства не допускала. Только моральные пытки и сексуальная революция. И, разумеется, чуточку БДСМ. Проведя пальцами сквозь целый пучок хвостов плети, Грег искренне улыбнулся и, глядя Майкрофту в глаза, поблагодарил за кофе. Им обоим одновременно пришла в голову одна и та же мысль: больше всего в мире Майкрофт боялся за собственную задницу, и как бы ни хотелось Грегу изредка отхлестать самого большого засранца в королевстве, Холмс постоянно психовал и уворачивался. Подтянутой ежедневными пробежками задницей мистер Майкрофт Холмс дорожил. - Знаешь, – плеть Грег из рук не выпустил, – ты себя тогда очень плохо повёл. Однако неотбитой задницей Майкрофт дорожил меньше, чем Грегом. Проблема была в том, что он, в отличие от Грега, учился не в публичной, а в частной школе, где наказания ротанговой тростью за проступок было вполне приемлемой мерой. Учителям Майкрофта очень не нравилось, что он был умнее их, поэтому порка являлась для него вполне обычным делом и одной из нескольких причин, почему он так вгрызался в дело об отмене телесных наказаний в школах. В конце двадцатого века даже его частной школе пришлось поддаться букве прогрессивного правительства, а Майкрофт лишь довольно усмехнулся и продолжил дальше карабкаться по карьерной лестнице вверх. Но на ту школьную трость флоггер не походил. Совсем-совсем не походил. А Грега было необходимо вернуть домой, потому что сходить с ума на пару с плюшевым слоном в пустой квартире – дело абсолютно и наверняка недостойное гения Майкрофта Холмса. - Форменная невоспитанность, – согласился он. Грег от удивления пронёс чашку с кофе мимо рта и облился, вскочил с тумбы, чтобы ещё больше залить обжигающим напитком не только рубашку, но и собственные джинсы. А Майкрофт что? Майкрофт – ничего. Всего лишь панически выдернул грёбанный фарфор из пальцев Грега, швырнул чашку в раковину, услышав прощальный дзинь разбившейся посуды, и стянул заляпанную одежду с разъярённо проклинающего всё и вся Грега. Оставшейся в руках рубашкой Майкрофт промокнул влажную, покрасневшую кожу и недовольно цокнул языком. - Сейчас крем какой-нибудь принесу, – сказал он. - Да ерунда же это, а не ожог, – смутился Грег. Флоггер сиротливо валялся на полу. – А ты шустрый. Я даже не заметил, как ты джинсы стянул. - Практика, – насмешливо подмигнул Майкрофт. - Маккиннон, – Грег мрачно рассматривал свои носки, но ничего интересного в них не находил. - А что с ним? Дело же замяли, – спокойно поинтересовался Майкрофт и, повернувшись спиной к детективу, напряжённо размышлял, куда деть грязную рубашку и хочет ли он вообще её куда-то девать, а не забрать в качестве пижамы, к примеру. – Да и не стал бы он связываться… Ай! Драгоценной заднице правительства не было очень уж больно, скорее ойкнул Майкрофт от неожиданности. С губ вот-вот грозило сорваться проклятье, но очередной удар флоггером был лучшим заклинанием молчания. Выронив рубашку, Майкрофт испуганно развернулся и наткнулся на тяжёлый, тёмный взгляд Грега, разозлённого по исключительно понятным фейри причинам. Грудь бывшего, будущего, но, к сожалению, не нынешнего любовника тяжело вздымалась от глубокого и частого дыхания. - Значит, Маккиннон, да? – вновь обратил своё внимание на стрёмного временного заместителя Грег. Майкрофт непонимающе нахмурился, ощутив себя опоссумом наедине с хищником. Ноги и позвоночник, казалось, забыли о том, что их прямое эволюционное назначение делать из гоминида человека прямоходящего, поэтому Майкрофту пришлось опереться на кухонную тумбу, чтобы не рухнуть вниз. Старший из братьев Холмсов решительно не понимал, почему Грега так взбесило, что, воспользовавшись своими связями, Майкрофт замял дело о драке Маккиннона и Шерлока. - Послушай, – нервно сглотнул Майкрофт, – да сколько раз я с тобой подобное проделывал, ты же помнишь! Кажется, он сказал что-то не то. Нет, не кажется. Майкрофт действительно ляпнул что-то не то – странный рык, вырвавшийся из груди Грега, ясно об этом говорил… Впрочем, жизнь не ограничилась намёками типа рыка, а добавила ко всему полнейший шок, выпадение из времени и пространства и внезапное обнаружение Майкрофтом собственного тела, прижатого к достопамятному столу, возле которого старший Холмс нечаянно порвал с Грегом. Рука, заломленная назад разъярённым и явно превышающим свои полномочия детективом полиции, ныла, голая задница – и когда Грег только успел – мирно была выставлена на поругание, а сам Майкрофт упорно пытался заставить свой разум работать. Картинка в его голове никак не складывалась. Флоггер Грег разозлённо шлёпнул прямо перед глазами распластанного на столе Майкрофта и от всей своей широкой души отвесил левой ягодице Холмса-старшего великую, достойную британского правительства пощечину. Потом ещё одну и ещё одну. Вспомнив о жажде Майкрофта поставить всё в доме по линеечке, Грег расщедрился на симметрию – и правой ягодице досталось ровно столько же. Майкрофт молчал и напряжённо думал, боясь даже ойкнуть от боли в заломленной руке. Про свою драгоценную задницу он даже не вспоминал – эротичное пыхтение Грега весьма успешно его отвлекало. Хвосты лежащего перед Холмсом флоггера в полутьме столовой чудились чёрными тонкими змиями-извращенцами-искусителями. И Майкрофт был даже не против пошалить, но только после того, как ПОЙМЁТ, почему Грег так завёлся из-за какого-то напомаженного идиота. Впрочем, понимание в эту ночь явно покинуло их квартиру и возвращаться до примирения не намеревалось. Зато Грег отрывался и за балет, и за оперу, и за Шотландию, и за шлюху, и за то, что он кретин такой, а Майкрофт – не лучше. Фыркнув уже менее зло, детектив, а ныне мститель за скуку в Сент-Эндрюсе, купание в Северном море, одиночество и собственную голую задницу на чьей-то карте памяти, потянулся к флоггеру и намеренно потряс его хвостами перед уткнувшимся лбом в столешницу Майкрофтом, словно тот был не человеком, а кошкой на охоте. Холмс так же, как безымянная кошка, настороженно приподнял голову и с опаской уставился на флоггер. - Да за что?! – возмутился он, пытаясь вырваться из захвата, но Грег держал крепко. - За Маккиннона, – пояснил детектив и шлёпнул Майкрофта. – За Шерлока. – Ещё удар. – За РН. – И ещё. – За похищение… - Да, боже ты мой, причём тут Маккиннон?! – взвизгнул Майкрофт, хотя рука у бывшего любовника была гораздо тяжелее, нежели удары флоггера. – Нужно было дать ему посадить Шерлока за нападение на детектива при исполнении? Грег? Грег теперь сам вспомнил африканских сусликов и не знал, куда приткнуть руку с флоггером. Донован же что-то говорила про драку… Вот же… идиотство! Даже плюшевый слоник прожигал ехидным взглядом затылок Грега. Детектив отпустил Майкрофта и осторожно сделал пару шагов назад. Грег молчал. Майкрофт тоже. Он даже не пытался подняться со стола. Осознав, что продолжения не будет, Майкрофт приподнялся и развернулся лицом к Грегу, путаясь в спущенных до колен брюках с трусами. - А теперь какого хрена ты остановился?! – возмущённо всплеснул он руками. - Я думал, что ты… с Маккинноном… не важно! Майкрофт, выглядевший привычно строго даже раскрасневшийся, растрёпанный и в спущенных штанах, горделиво расправил спину и, решив действовать самому, раз уж его прекрасный неандерталец завис, сделал несколько мелких, но уверенных шажков к Грегу. От пингвиньей походки детектив, казалось, только ещё больше испугался, но попытку к побегу Майкрофт пресёк одним решительным поцелуем. - Я разве приказывал прекращать? – после поцелуя спросил он, выворачивая из пальцев Грега флоггер. Детектив отрицательно помотал головой. – И кто из нас тогда плохой-плохой мальчик? - Я? – неуверенно осведомился Грег. - Да, ты, – Майкрофт отбросил флоггер к слонику на диван и кончиком пальца подцепил своего детектива за резинку от трусов. – Кто полез в Северное море зимой? – Он сделал шаг в направлении спальни. – Кто вынудил меня извлечь из общего архива фотографии чьей-то прекрасной, но пьяной задницы? – И ещё один шаг. Грег, словно зачарованный, брёл следом и не сопротивлялся. – Кто свалил в другую провинцию, заставив меня метаться между Лондоном и грёбанным Сент-Эндрюсом? – Майкрофт легко толкнул Грега на общую кровать и, стянув с себя окончательно штаны с бельём, уселся на распластанном детективе сверху, с удовольствием почувствовав, что голос оказался прекрасным гипнозом для другой, нижней «змеи» Грега. – И какой идиот, впервые в моей жизни, заставил меня почувствовать себя последним ублюдком? Не знаешь?.. – выдохнул Майкрофт ему в губы. – Прости меня. Грег рыкнул совсем по-звериному и, схватив Майкрофта за грудки рубашки, резко рванул ту в стороны, получив одной из дорогущих пуговиц в глаз, однако всем было плевать. Майкрофт единым порывом смял губы Грега в жёстком поцелуе и впечатал в кровать, ощупывая, оглаживая и щекоча каждое из любимых местечек на теле любовника. Они перекатывались в объятиях, больше напоминающих захват, по всей кровати и больше всего опасались отпустить того, другого. Оказавшись сверху, Майкрофт отцепил от своих плеч пальцы Грега и легко скользнул вниз, чтобы зубами, не отрывая взгляда от совершенно безумных глаз своего детектива, стянуть с того трусы и тут же накрыть ртом член, лаская языком головку. - Чтоб тебя… чтоб тебя! – стонал Грег, сминая пальцами декоративную простынь, но контакта глаз не прерывал. Непривычно тёмные, серые глаза гипнотизировали, пока язык, губы и руки владельца этих глаз творили свою магию с членом любовника. - Надо тебя… чаще стегать, – детектив кусал губы и почувствовал, как по члену расходится вибрация от тихого, сдавленного смеха Майкрофта. Облизав головку, Холмс легко на неё подул, чтобы услышать приятный ему всхлип Грега. Майкрофт медленно, чрезвычайно медленно поднялся вверх и, легко поцеловав Грега в губы, выдохнул тому на ухо: - Надо тебя… чаще трахать… - И что тебе мешает? – шумно сглотнул Грег, пока Майкрофт, почти мурлыча, вылизывал ему шею и гладил ладонями бока. - Перепих на одну ночь… не про меня, – хитро улыбнулся Майкрофт и прикусил кожу на шее, наслаждаясь вибрациями от стона Грега. – А мы… вроде как… в ссоре. - Чтобы тебя трахнули в этом доме, нужно встречаться?! – возмутился Грег и протестующе возопил, едва Майкрофт отстранился, чтобы поудобнее расположиться на груди детектива. Палец Холмса выписывал непонятные спирали на покрытой редкими волосами груди, а задумчиво нахмуренный лоб и раскрасневшееся, потное от возбуждения лицо мило контрастировало с по-детски согнутыми и болтавшимися в воздухе ступнями. - Вообще-то, женатыми, но совместное проживание я, так уж и быть, зачту, – серьёзно кивнул Майкрофт. - Идёт, – ответил Грег. – Так уж и быть, отсутствие кольца я тебе прощу. Конечно, одним горячим сексом все проблемы невозможно решить. Любые отношения – это, в первую очередь, работа, а не праздник. Компромиссы, конфликты и примирения – лишь небольшая часть совместного проживания этих двоих. Со временем гений и его упрямый неандерталец, вероятно, научатся справляться и смиряться с недостатками своего партнёра, но примирения так и останутся любимой частью их отношений, как и образование посредством флоггера. Майкрофт прижался грудью к влажной после секса спине Грега и укрыл их обоих одеялом, не забыв поцеловать своего любовника, вновь приобретённого ценой саднящей задницы. Сквозь раскрытую дверь спальни проглядывалась залитая тусклым светом жилая комната и очертания ушей сидящего на диване плюшевого слона. - Знаешь, – прошептал Майкрофт задремавшему Грегу, – вот ты, как этот слон в гостиной. Любой профессионал скажет, что он выбивается из стиля квартиры, но без него теряется весь уют, и я предпочту взорвать к корнуольским женщинам и Платонам всю квартиру, чем убрать его отсюда. Понимаешь?.. Ты не выбиваешься из моего «стиля жизни», ты его создаёшь. Грег недовольно заворочался, но Майкрофт только крепче обнял своего любовника. - Прекрати бухтеть и спи, – пробормотал в подушку детектив. – Я тоже тебя люблю.

Хэппи, мать его, энд!!!