Горячо или холодно

      Кира прошла в дом, странно покосившись на Олега. Он все еще продолжал улыбаться, словно дразня этим Киру.       — Проходи, прошу, располагайся, Кира, — наигранно приветливо произнес Олег, указывая рукой в зал.       — Правильно, Олег, правильно. Мы с тобой гостеприимные, так и надо, — с улыбкой сказала Соня. Она прошла в дом, захлопнув за собой дверь, и хотела поцеловать Олега в щеку, но он отмахнулся, ссылаясь на то, что при гостье это будет не очень прилично.       — Олег, ну ты что, какая она гостья, — недовольно прошептала Соня. Не дождавшись ответа, она сняла с себя плащ и, фыркнув, прошла внутрь дома.       — Кира, давай свой плащ, тебе будет жарковато, — сказала Соня, схватив Киру за рукав.       Кира кивнула головой и сняла с себя верхнюю одежду. Потянувшись было к своему шарфу, она услышала нежный голос Софии:       — Давай я сама.       Соня забрала у Киры одежду, кинув ее на стеганый диван, и дотронулась до шелкового шарфа. Удивительно мягким он показался ей. Нежно сжав пальцы, Соня потихоньку стянула его с шеи Киры и поправила ей волосы.       — Так тебе будет лучше, — Улыбнулась.       Совершенно неожиданным стало это действие для Киры. Несколько минут она стояла в смятении, пытаясь найти ответы к тому, зачем София поступила так. На лице невольно появлялась улыбка от проявленной заботы. Никто из близких Кире людей еще не поступал так. Может, ту душевность, ту теплоту, те все чувства, которые она разглядела вчера в Софии, были не ошибочны?..       — Так значит, Кира, завтра ты уже переезжаешь? Не рановато ли? — с долей дерзости в голосе спросил у девушки Олег, войдя в комнату. Он накинул на себя бордового цвета рубаху, которая была явно куплена в дорогом магазине одежды. На лице его сияла дьявольская ухмылка.       — Я думаю, что в самый раз, — беспристрастно ответила Кира. Она присела на диван и отвернулась от Олега. После того, что она подумала, Кира не хотела его видеть. С первого же взгляда она поняла, что Олег обманывает Софию. Уходит «по своим делам», как жаловалась девушка, а сам гуляет в парках с престарелыми дамами. Естественно, из-за выгодности этих «отношений». Другого оправдания Кира найти не могла.       — Правильно она говорит, ничего не рано. Как раз уже со следующего месяца можно будет экономить поменьше. Плату ведь делим теперь на троих, да? — повесив плащ и шарф Киры на вешалку, спросила Соня.       — Да, плата делится на три. Получается, что вы с Олегом будете платить две доли, а я одну. Так сказала хозяйка.       — Почему к нам подселяют именно тебя? — присев на диван рядом с Кирой, спросил Олег. И в этот раз в его тоне слышались нотки сарказма.       — У хозяйки нет другой кандидатуры. Да и мне квартира нужна. Не вижу тут проблемы, — резко ответила Кира. Олег начал ее раздражать, она не хотела больше говорить ему ни слова. Девушка украдкой поглядывала на его наглую улыбку. Но иногда ей казалось, что он испытывает страх. Ведь в любой момент Кира могла рассказать Соне, что видела в парке до ее прихода.       — Интересно... — тихо прошептала Кира. Она взглянула в сторону Олега. Он развалился на диване рядом с Кирой и закрыл глаза, что-то шепча себе под нос.       В эту минуту в комнату вернулась Соня. На ее лице сияла улыбка, выпрямленные ветром волосы ниспадали на плечи.       — Ну, что, познакомились уже?       — Познакомились! — в один голос воскликнули Кира и Олег, рассевшись друг от друга подальше. Кира недовольно отвернулась, взяв в руки карамельку.       — Ну, думаю, я вам тут не нужен, общайтесь, а я пойду... — промямлил Олег и уже хотел встать с дивана, как на его плечо легла нежная Софьина рука.       — Олежек, куда ты, оставайся. Поговорим все втроем, сплотимся.       Кира усмехнулась.       — Что такое, Кир?       — Ничего, Сонь. На меня иногда находит. — Кира улыбнулась.       Соня кивнула головой и провела ладонью по скатерти. На столе, как и вчера, были разложены вазочки с угощениями. Из чайника, находящегося в середине стола, вылетали призрачные струи пара. Позади Софьи приглушенно шумел телевизор. Обычная квартира, обычный день, обычная жизнь...       — Кир, а кто тебе вещи поможет перевезти? — нарушив нависшую тишину, спросила Соня свою подругу.       — Сама. Там всего-то один чемодан, я с собой много вещей не брала.       Отхлебнув из кружки чай, Соня закачала головой.       — Нет-нет-нет, все равно он тяжелый. Пусть Олег тебе поможет. Олег, — Соня обратилась к возлюбленному, — ты ведь поможешь Кире перевезти вещи?       От неожиданного вопроса мужчина поперхнулся пряником, который он мирно жевал. Откашлявшись, Олег с искусственной улыбкой на лице прошептал:       — Конечно, помогу, без проблем.       — Соня, не надо, я справлюсь, перестань, — стала отмахиваться Кира. Она очень не хотела проводить хоть лишний час в обществе этого наглого обманщика. Конечно, Кира понимала, то теперь ей придется делить с Олегом квартиру, и это не давало ей покоя. А с другой стороны, Кира очень хотела узнать Соню ближе, разгадать ее характер, узнать ее мечты, написать для нее свою историю.       Мысли девушки прервал Сонин крик:       — Ах, горячо, горячо!       Опомнившись, Кира увидела мокрое пятно на Сонином платье. Резко встав с дивана, она взглянула на стол: по скатерти, струями спускаясь к полу, лился горячий чай из перевернутой кружки. Черные мокрые чаинки рассыпались на бежевую ткань, оставив вокруг себя оранжевые пятна.       — Сонь, быстро снимай, а то останется ожог, давай! — воскликнул Олег, подталкивая Соню в комнату.       — Подожди, Соня, я могу компресс сделать, чтобы точно ожога не было! У тебя есть мазь какая-нибудь или масло?       — Масло ес-есть, — шипя, произнесла София. — Оно на кухне, в ящ-ящике верхнем, на видном месте.       — Тогда иди пока в комнату, я сейчас приду. Вату еще нужно. Она где?       — В комнате, я достану сама, — сказала Соня и, прихрамывая, вышла из зала.       Кира, обогнув стол, хотела было убежать на кухню, но почувствовала, что Олег схватил ее за руку. Она обернулась и злобно взглянула на него.       — Отпусти мою руку, — разделяя каждое слово, раздраженно прошептала Кира. Она дергалась, пыталась вырваться, но Олег крепко сжимал ее запястье.       — Думаю, ты догадываешься, о чем я тебя хочу просить, да? — спросил он. Лицо Олега вмиг стало грозным и серьезным. — Не ты одна узнала меня. Сегодня в парке...       — Да, это была я. И я прекрасно понимаю, что ты просишь, чтобы я ничего не говорила Соне. Так знай: ты все равно не сможешь долго скрывать свою измену, она все равно узнает.       Олег разозлился. Он нахмурил брови и резко притянул к себе Киру, еще крепче сжав ее руку. В его глазах горела ярость и испуг одновременно, а на лбу вновь появилась та самая глубокая морщина.       — Ты не проболтаешься, я знаю. На кого ты там учишься, жалкая студентишка, на социолога? У Ирины есть связи везде. Стоит мне только шепнуть ей кое-что, и ты быстро вылетишь из своего университета. Тебе все ясно?       Когда Олег сжал сильнее руку Киры, глаза ее округлились, но девушка смогла сдержать крик, чтобы не испугать Соню. Кира покраснела, кровь вскипала внутри нее. В этот момент ей хотелось разорвать Олега на куски за его грубость, наглость и лживость.       Всю жизнь девушка пыталась оградить себя от подобных людей, но обманывалась. Каждый раз, когда она встречала милых, честных, добрых, как ей казалось, людей, они показывали свои худшие качества. Кира терпела от них предательства, обман. С тех пор такие двуличные люди вызывали в Кире лишь отвращение. Таким же, как и те существа из прошлого, показался ей и Олег. Она совершала много ошибок в прошлом, невольно позволяла обводить себя вокруг пальца, но сейчас она была уверена — и внутри, и снаружи Олег был одинаковым.       — Она же любит тебя, подонок! И только поэтому я ничего не скажу Соне, ведь ты не стоишь ее слез. Мне плевать, какие связи у твоей старушенции, шепчи ей сколько угодно, я не боюсь, только не позволю тебе причинять вред Софии и делать ей больно. Я научилась разбираться в людях, и с тобой я не хочу иметь никаких дел и договоренностей. Отпусти меня! — прошипела Кира. Она резко отдернула свою руку и оттолкнула от себя Олега. Приложив ладонь ко лбу, Кира тяжело выдохнула.       «Соня, наверное, заждалась уже», — подумала девушка.       Тряхнув волосами, чтобы избавиться от лишних мыслей, Кира прошла на кухню и стала искать подсолнечное масло, необходимое для компресса.

***

      Соня сидела на стуле, вытянув вперед правую ногу. Красное пятно от ожога стало разрастаться и щипать сильнее. Горячий чай изрядно потрепал ее особо чувствительную кожу. Натянув на себя рубашку Олега, которая смотрелась на Софии как широкое в плечах и талии короткое платье, она закусывала нижнюю губу в моменты особо резкого жжения.       Раздался скрип, дверь в комнату потихоньку открылась. За ней показалась кудрявая рыжая шевелюра Киры.       — Входи, Кир. Что-то ты куда-то запропала, — негромко произнесла София, жестом приглашая подругу в комнату. — Вот вата, как ты просила. — Чуть продвинувшись на стуле вперед, девушка взяла с прикроватного столика пакетик, наполненный медицинской ватой.       Кира кивнула головой. Толкнув дверь локтем, Кира вошла. В руках она держала бутылку подсолнечного масла и небольшой молочник. Увидев Соню, ее внешний вид, — хоть рубашка и была велика девушке, она очень шла Соне, на ногах у нее виднелись только коротенькие серые шортики, надетые, видимо в качестве нижнего белья, — ее лучезарную и добрую улыбку, Кира смутилась. Ее сердце внезапно стало биться чаще, а пальцы похолодели. Что с ней происходило, Кира не могла понять. Она старалась не смотреть на Соню, чтобы та не увидела выступивший румянец на ее щеках.       — Сонь... А тебе не холодно? — тихо спросила Кира, опустив голову и покрутив в руке молочник.       — Нет. Кир, а чего ты... — Соня попыталась привстать, чтобы разглядеть лицо Киры. Она не понимала, почему ее соседка скрывает взгляд. Ожог защипал, наступать было не особо приятно. Соня вновь приземлилась на стул, многозначно хмыкнув.       — Сонь, вот сюда нужно отлить немного масла и намазать на место ожога, а потом приложить ватку. Станет легче, — немного неуверенно пробубнила Кира, подойдя к Соне и протянув ей молочник и бутылку. Кира повернулась, чтобы уходить, но услышала нежный, но настойчивый голос Софии.       — Кира, посиди со мной. Пожалуйста, — последнее слово она добавила каким-то особым, присущим только ей тоном, от которого Кира впадала просто в гипноз. Она замерла на месте и тяжело выдохнула.       «Нет, ничего не происходит, перестань, Кира. Надо помочь ей, раз вызвалась. Из-за каких-то непонятных чувств уходить... Фи», — говорила девушка сама себе и таким образом успокаивалась.       Медленно повернувшись, рыжевласка подняла взгляд и вновь посмотрела на Софию. На ее лице невольно начала появляться улыбка. Уверенными шагами она направилась к Софии и взяла в руки бутыль и молочник.       — Давай я сама все сделаю, — сказала Кира, переливая немного масла в молочник. Тяжелая жидкость тонкой струйкой потекла в сосуд.       — Кира, тебе завтра в университет, да? Эх, а мне на работу. Вот и закончились выходные, — с долей горечи в голосе произнесла Соня, пытаясь начать беседу. — Мы бы могли еще погулять, когда дождь пройдет. Но так мокро на улицах будет...       — Соня, не шевелись, я сейчас не туда намажу, — шутливо поругала Кира подругу, обмакнув в масле несколько пальцев. Красное пятно на Сониной ноге больше не увеличивалось размерах, но и не уменьшалось.       — Слушаюсь, босс! — воскликнула Соня и приставила руку ко лбу, как делают это военные. Улыбка ее не сходила с лица.       В тишине, нависшей в комнате, был различим стук водяных струй, ударяющих о железный подоконник. Небо все мутнело и мутнело, покрываясь новым слоем туч, а дождь то останавливался на минутку, то лил с новой силой. Опавшие листья прилипли к земле и испачкались, превратившись из прекрасного ковра в непонятную грязную кучу.       Посмотрев в окно, Кира вздохнула.       — Знаешь, Соня, — начала Кира, — иногда моя жизнь похожа на эту погоду. Серая, скучная...       — Почему же? — сразу переменившись в лице, спросила Соня. В глазах у нее отразилась печаль.       — Потому что нет у меня близких людей. Нет тех, кто мог бы выслушать, помочь... Я всегда была одиночкой, мне это нравилось, но сейчас это только тяготит меня.       Кира закрыла глаза и села на пол. Веки показались ей очень тяжелыми, а ноги ватными. Она хотела провалиться в этот момент сквозь землю. Кира не знала, почему, просто так чувствовала. Вся эта ситуация с квартирой, знакомство с Соней, с Олегом...       — Кир, — тихо-тихо произнесла имя девушки София, прервав ее поток мыслей. Она встала со стула и подсела к Кире, хоть ожог до сих пор не давал ей спокойно наступать. — С этого дня ты не одна. Запомни это.       Эти слова заставили девушку распахнуть глаза. Она повернула голову, уставившись на Соню. Впервые она слышала эти слова, впервые она почувствовала себя нужной другому человеку.       — Отныне ты мой друг, хочешь ли ты этого или нет, — сказала Соня. Она по-доброму улыбнулась и, заложив за ухо Кирину рыжую прядь, мешающую ей свободно видеть, крепко обняла девушку.       От неожиданности Кира выронила из рук молочник, заполненный маслом. Жидкость растеклась по полу, но сейчас Кире не было до этого никакого дела.       «Ее сердце бьется так часто...», — невольно подумала ошарашенная Кира. Нежность и отдача со стороны Сони, о которой девушка даже не могла подумать, казались сном, ложью, иллюзией.       Снова это неизведанное чувство охватило Киру. Она боялась его, точнее, боялась признаться себе, что это...       — Спасибо, Соня. Просто спасибо, — чуть не плача прошептала Кира. Она обвила холодными пальцами талию девушки и положила голову ей на плечо.       «Пусть бы эти объятия длились вечно», — пронеслось у нее в мыслях.       Часы пробили три.