Пятьдесят веских причин

Шерлоку нужно где-то переночевать. И это веская причина для того, чтобы платонически разделить с другом кровать, и чуть менее платонически заняться сексом. - Полагаю, у тебя есть, где остановиться, - говорит Джон, не в силах отвести от Шерлока взгляд. Он так изменился – еще сильнее похудел и весь стал какой-то неухоженный. Наверно, думает Джон, это благодаря мне он раньше так хорошо выглядел. В груди болезненно саднит от понимания, что Шерлоку пришлось распутывать сеть Мориарти в одиночку, без него. Шерлок смотрит так удивленно, словно вовсе не ожидал подобного вопроса. Он окидывает маленькую квартирку Джона взглядом, от двери – до шкафа, а затем - к столу. Чуть дольше разглядывает дверной проем, ведущий в Джонову спальню, и тот внезапно вспоминает, какой там царит беспорядок – кровать разворочена, и одежда валяется, как попало. - Вообще-то, нет, - говорит Шерлок, - негде. Майкрофт еще не успел ничего для меня подготовить, а на Бейкер-стрит я пока не был. Сразу пришел сюда. - Майкрофт знал? – требовательно уточняет Джон. - Не было другого выхода, - отвечает Шерлок. – Джон, пожалуйста! Осталось последнее дело – и я все смогу тебе рассказать. - Ну что ж, тогда переночуешь на диване? Лучше бы ему предложить Шерлоку кровать, бедняга выглядит так, словно последние месяца три жил на улице, но Джон не может примириться с мыслью, что Шерлок окажется в его постели без него. И не знает, как к этому подойти. До того, как Шерлок умер – то есть исчез – они были просто приятелями. Хорошими приятелями, добрыми друзьями. Но в сердце у Джона что-то скребется – и чувство от этого такое же, как в те моменты, когда шепчешь имя Шерлока в темноте. Шерлок явно недоволен перспективой спать на диване, это написано у него на лице, но ему почти удается вовремя подавить гримасу. - Да, пойдет, - говорит он. - Ладно, занимай кровать, - предлагает Джон. - Я никогда бы… - Шерлок осекается, и повисшая пауза длится как-то слишком уж долго, - никогда бы не обделил тебя. - Я тоже могу лечь там, - с напускной непринужденностью отвечает Джон. – Кровать широкая, места хватит на двоих, если не будешь толкаться. - Я не толкаюсь, - отвечает Шерлок, и улыбка трогает уголки его губ. Они лежат рядом. На Джоне трусы и футболка, на Шерлоке тоже футболка и старые пижамные штаны – все Джоново. У него с собой нет никаких вещей, кроме маскировочного наряда, в котором он явился, а Джон отказался в таком виде пускать его в свою кровать. Он еще и душ его заставил принять. - Как думаешь, они будут искать тебя здесь? – спрашивает Джон в темноте. Шерлок поворачивается к нему, и матрас проседает под его весом. - Через три часа встану и проверю, - говорит он. - Извини, - шепчет Джон. - Нет, нет, - возражает Шерлок. – Я хочу, чтобы ты пошел со мной. В этот раз мне нужен кто-нибудь, чтобы прикрыть спину. Джон изо всех сил пытается не фыркнуть саркастически, но Шерлок всегда каким-то шестым чувством определяет, что он недоволен. - Ты единственный, кому я могу доверять. Кроме себя самого, - шепчет он, а затем его рука ложится Джону на живот. Джон едва не подпрыгивает, с трудом заставляет себя остаться на месте, а затем переворачивается на бок, лицом к Шерлоку. - А раньше, значит, я был тебе не нужен? - Ты был нужен мне на каждом этапе, - без колебаний отвечает Шерлок. – Но живым! А теперь, когда Моран вернулся в Лондон, ты нужен мне рядом со мной. Джон вспоминает все те месяцы, что провел в одиночестве, все эти приемы у психотерапевта, где он часами рассказывал о том, как собирал вещи, или о новой квартире, в которой никогда не чувствовал себя дома, или о том, как на каждом шагу ему мерещится силуэт Шерлока. - Хорошо, - наконец, говорит он. Ладонь Шерлока, лежащая у него на боку, сжимается, а потом Шерлок вдруг подается вперед и целует Джона в губы. Джон вовсе не гей, но отвечает на поцелуй так быстро, что сам удивляется. Он берет лицо Шерлока в ладони и целует в ответ. Рука Шерлока ловко пробирается к нему под футболку, и Джон, приподнявшись на локте, опрокидывает Шерлока спиной на кровать. В свете фонаря за окном Джон видит его широко распахнутые от удивления глаза. Джон полон решимости. Сердце, кажется, сейчас проломит грудную клетку. - Знаешь, для меня ведь это не шутка, - говорит он. - Знаю, - кивает Шерлок. – Я и не думал.