Красный Рассвет

      Учения - дело важное. Даже если война вдали ещё не замаячила. Недаром говорят "Si vis pacem, para bellum". Уж тем более учения нужны, когда вероятность открытия заветного клапана с табличкой "Третья Мировая Война" была не многим ниже вероятности опоздать на работу. Тук-тук, опоздали, опоздали на работу, имя которой - жизнь! Ай как печально, ой-ой! Но у нас есть утешительная путёвка в Ад, не расстраивайтесь! К концу поездки вы так загорите! Ой, так вы же не вернётесь. Ну да ладно, это же мелочь, да?       Но мало кто мог подумать, что учения станут той самой искрой, что подпалит облитую бензином гору человеческих душ и судеб, под именем "Европа". Вернее, подумать то могли, Запад-81 чуть было не стали тем мимолётным огоньком. А что же будет с запланированными на начало ноября ответными учениями Able Archer 83? Какова будет сущность той чёрной кошки, что перейдёт дорогу в развалку идущему Миру? Случайность? Алчность? Жажда власти? Беспечность? Пожалуй, страшнее всего была именно неопределённость. Не зная, что тебя ждёт, сложно подготовиться адекватно. Это как прогноз погоды - точно игра в русскую рулетку. Говорят - будет солнечно, а ты выходишь - и мыться неделю не надо, ливень, внезапный, как поломка в системе ответного ракетного нападения. Внезапный и страшный.

***

Перед началом общей большой игры, следовало проверить свои карты. Генерал Д****, армии США, согласовав свои действия с командованием, изволил провести короткие учебные стрельбы силами одного из подконтрольных ему элитных батальонов. Третьим бронетанковым, если быть точным. Йозеф Люнс, тогдашний генсек НАТО, дал разрешение на проведение стрельб, правда на вопрос об истинной цели подобных действий, в преддверии всеобщих учений, генерал не ответил. Не обратив на это внимания, и вообще дав разрешение на подобные действия, генсекретарь подписал смертный приговор своей родине - Нидерландам и всей Европе.       Вот она, наша чёрная кошечка. Но, её суть кроется даже не в самих стрельбах, а куда глубже, чуть ли не в самой преисподней. Да, почти там. Но вопрос этот ещё долго останется без ответа. Ровно столько, сколько будет длиться нить нашего повествования.

***

Третий танковый батальон состоял из двух рот. Раньше состоял из четырёх, но две роты были отсоединены от батальона и закреплены за другим подразделением. Стычки лейтенанта Рипли с командованием в душных кабинетах ни к чему не приводили - двести танкистов и техников возвращать никто не хотел и не собирался. Обещали собрать две роты в октябре, но ясно было, что новичков в батальоне тепло не встретят. Поэтому стрельбы проводились в неполном составе. Неприятно конечно, но что поделаешь? До места стрельб - очередной сонной долины в Графхорсте американцы доехали на танках, подпортив покрытие двух автострад и перемешав грязь во множестве сельских дорог. Логичней было бы перемещать многотонные машины войны на тягачах, так всё равно было бы быстрее и полезней для двигателей танков, но лейтенант Рипли решил иначе, да и сразу приступать к учениям, конечно, удобней. О неудобстве танкистов, кроме них самих, никто не думал. Особенно "радовало" солдат то, что прежний комфорт американской техники времён Второй Мировой войны канул в лету. Батальон совсем недавно перевооружили, и теперь заокеанцы красовались перед коллегами из НАТО новенькими М1 "Абрамс". При виде этих, напоминающих коробки, танков, британцы, голландцы, немцы, да все, трепетно замирали и пускали слюни. Без преувеличения, стальной короб "Абрама" являл собой одного из лучших танков того времени. Американцы им по настоящему гордились, не догадываясь, правда, с какими советскими чудищами им предстоит иметь дело. И если такие модели, как Т-54, Т-55, Т-62 и даже Т-64 были ещё лёгкой мишенью и могли стать основной добычей для заокеанского танка, то их модификации представляли большую угрозу. Не говоря уже о более совершенных машинах. Правда, НАТОвские танкисты ещё не думали об этом и мирно спали. А зря не думали. Ведь пока они спали, красный рассвет набирал обороты. Вот первые алые лучи пробились сквозь проволоку горизонта...       Основным врагом "Абрамчика" были технические неполадки и деревянные мишени. Долина, выбранная как площадка для учений, была наполнена отродьями лесопилки, призванными изображать орды советских танков, приехавших погостить в западную Европу. Настоящие советские машины давно бы ничего не оставили от третьего батальона, но о реализме думать не приходилось - главное, пусть "танкмены" научатся метко разить врагов "цивилизованного мира". Американские машины расползлись по долине, согласно плану стрельб. Лениво заухали орудия, превращая фанерные цели в кучки обугленных дощечек, а над зелёными полями вздыбились коричневые облака пыли.

***

-Снаряд! рявкнул Майсон. Стальная болванка подкалиберного снаряда с лязгом вошла в казённик орудия, наводчик привычно свистнул перед нажатием на спуск, и в безмолвного деревянного истукана полетел пламенный привет. Роберт Майсон был командиром одного из танков 3-его батальона, в составе второй роты. По совместительству, Роберт был командиром самой роты. Назначение свалилось как снег на голову, а становится шестерёнкой такого масштаба (в глазах подчинённых, конечно), наш герой не очень хотел. Но в силу недостатка половины состава батальона, соглашаться пришлось, просто из-за уважения к себе. В противном случае, авторитет командира среди своих, упал бы ниже табуретки, среди всех, кроме своего экипажа. Сам экипаж состоял из весьма интересных персонажей. Помимо Майсона, в него входил наводчик, Чарльз Уэлсон, задумчивый британец, род которого перебрался в США после Второй Мировой, заряжающий, Келли Олкли - балагур и болтун из Оклахомы, известный во всём батальоне, как "Буйный Келли" и Давид Тайкл из Техаса, мехвод, любящий мощно выговориться, для виду, пальнуть по бутылкам из огнестрела и неплохо поесть. Но вот беседовать с другими членами экипажа он не очень любил. Зато танк под его присмотром ни разу не ломался и всегда был готов рвануть в жерло боя. Вот такая кучка разных людей, связанных бронёй гроба на гусеницах... -Это HQ, вызываю вторую роту, вторая рота, приём. -Вторая рота на связи. -Доложите о стрельбах. -Тридцать, три-ноль, мишеней из тридцати шести, три-шесть, поражены успешно, приём. -Вас понял.-голос лейтенанта Рипли впервые за всё время перешёл со "стального" на "медный" оттенок речи. -Это совсем неплохо, видимо синдром офицерства проходит - подумал Майсон, прежде чем по общеротному каналу прокатилось новое приказание. -Всем ротам, первая часть учений выполнена успешно. Начинаем второй этап...ах да, мы же не планировали второго этапа. Это командование только что сообщило...нам приказали совершить марш-бросок на сорок, четыре-ноль, километров на восток. Повторяю, на сорок километров, четыре-ноль, на восток. По дороге обещали много мишеней, созданных по некоей новой технологии. -Чёрт, это не к добру...такая внезапная смена приоритетов могла много чего означать. А может быть, произошло нечто страшное?-поток мыслей у Роберта вышел из прежних берегов и заполонил всю голову,-А вдруг промелькнуло у командира где-то на границе подсознания-...началась война?! //Блокпост на границе между ГДР и ФРГ\\ Джереон стоял на грязной грунтовой дороге и морщился от холода. Несмотря на то, что до осени было далеко, в Германии гулял морозец. Виноват в этом скандинавский циклон, что волею ветра решил устроить пробежку по Европе. Служба пограничника, особенно на границе между двумя блоками, крайне трудна. Учебные тревоги уже перестали удивлять Джереона, хотя и просыпаться посреди ночи под крики старших офицеров было не очень приятно. Сегодняшний день, к сожалению для немца, не включал в свой состав ничего сверхъестественного. Опять унылое дежурство на морозном воздухе. Госпожа случайность, добавь оригинальности! Хотя наш герой и не подозревал, что оригинальность уже полным ходом шла к его блокпосту, под лязг гусениц американских танков... Рация, до этого пустым грузом отягощавшая руку, затрещала. -Это Керт, отзовись Джереон поднёс приёмник к губам. -Джереон на связи -Фельдфебель позвал всех к себе -Ясно. Иду Спустя пару минут, в маленьком домике, который являл собой место отдыха пограничников, собрался весь отряд. Немногих опоздавших ждать никто не собирался. -Unteroffiziere, что стряслось? Унтер-фельдфебель Ральф Сигард дёргал ручку радиоприёмника, ища некую частоту. -Послушайте. После нескольких простых манипуляций, приёмник стал издавать чёткую английскую речь. В комнате повисло странное молчание. -Переговоры. На английском. Кто нибудь помнит, чтобы мы слышали переговоры на английском за всё время службы? Солдаты отрицательно покачали головами. -То то же. Только на немецком, только от пограничников ФРГ и их подразделений, которые по ошибке использовали открытую частоту. Что мы видим сейчас? Я в своё время учил английский, это - чёткие приказания, военные переговоры. А это означает одно: в радиусе действия антенны появилось военное подразделение то ли Англии, то ли США, солдаты которого, видимо, ошиблись частотой. Вы помните, чтобы янки или саксы дежурили на границе? Вопрос был риторическим. Значит на границу заявилось подразделение англоговорящей части НАТО, которое возможно по ошибке, а возможно нарочно, взяло не ту частоту. -Рапортовать в военный штаб? спросил один из пограничников. -Да. И как можно быстрее. Фестер, бери джип, сейчас напишу тебе расписку. Езжай на соседнюю заставу, передай им. А вы готовьте все имеющиеся противотанковые средства. Не нравится мне всё это...