Death - is just the beginning

      Ужин в большом зале Хогвартса происходил в самой обычной обстановке — ученики, после тяжелого учебного дня, пытались восстановить свои силы, а также настроение. За столами четырех факультетов постоянно слышались разговоры на самые различные темы: от задания по очередному уроку до цвета туши, которая может больше понравиться конкретному парню. И лишь только один человек не принимал участие во всем этом, полностью погрузившись в свои мысли.       Самая умная и одаренная студентка со времен некой Лили Эванс сидела за столом Гриффиндора и, абсолютно забыв про уже давно остывшую пищу, смотрела в одну точку. Если бы кто-то сейчас взглянул на нее, то сразу же понял, что она снова думает об учебе или о походе в библиотеку.       Так было раньше, но не сейчас. Мысли Гермионы Грейнджер были далеко от учебы, и она была настолько в них погружена, что не сразу и заметила, как кто-то явно пытается привлечь ее внимание, постоянно толкая в плечо. - А? - только и смогла сказать девушка, придя, наконец, в себя.       Еще не до конца сообразив, что к чему, она, повернув голову в сторону, встретилась изумрудно-зеленым взглядом того, кто явно желал добиться ее внимания. - Гарри, - улыбнулась она парню. - Ты что-то хотел?       Герой магического мира, закатив глаза к потолку, улыбнулся девушке в ответ, после чего, вздохнув, ответил: - Герми, милая, вообще-то я уже минут как пять пытаюсь привлечь твое внимание, а ты никак не реагируешь.       А потом, наклонившись к подруге поближе, Гарри чуть тише добавил: - И это уже не впервой. Герми, что-то случилось? - по голосу парня было слышно, что он явно беспокоится. - В последнее время ты ведешь себя довольно странно, и мне кажется, что к учебе это не имеет никакого отношения.       Гермиона же тяжело вздохнула. Это было то, чего она так опасалась. Гарри был единственным, кто знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она явно что-то скрывает. Если еще вначале она и могла списывать свою задумчивость на учебу, то сейчас было ясно, что этот номер больше не пройдет. Положив свою ладошку поверх его руки, девушка тихо прошептала: - Гарри, пожалуйста, не беспокойся. Да, ты прав, к учебе это не имеет никакого отношения. Но, уверяю тебя, все в порядке. Просто мне необходимо кое-что сделать, и как только я закончу, ты все узнаешь.       Гермиона глубоко вздохнула и продолжила: - Просто верь мне, и пока ни о чем не спрашивай. Это очень для меня важно. Хорошо?       За время разговора юная волшебница непрерывно смотрела другу в глаза, а увидев в них понимание, она, благодарно улыбнувшись, решила все же хоть что-нибудь перекусить. Она сумела убедить Гарри не беспокоиться, но все равно ей пришлось снова соврать. Мерлин, как же ей было сейчас противно от этого поступка! Но иного выхода просто не было – если бы Гарри узнал правду, то стал, либо ее отговаривать и убеждать, что все это лишь сплошные догадки, либо, что более вероятно, стал бы ей помогать, тем самым подставляя еще и себя. А такого она просто не могла допустить – Гарри и так всю жизнь был под контролем других, которые беспокоились о чем угодно, но только не о нем. У него не было даже нормального детства. Даже учеба в Хогвартсе достаточно нервы ему потрепала. Нормальная жизнь и счастье – вот то, что он заслуживает! Вернее — они заслуживают это вместе.       Тихо вздохнув, Герми, внезапно притянув парня к себе, нежно поцеловала в его губы, а затем, отстранившись и подарив еще раз улыбку, вернулась к завтраку. А ведь еще несколько месяцев назад она и близко не могла представить, что они будут с Гарри вместе.       После окончания войны, которая многим оставила неизлечимые шрамы на душе, Гарри и Гермиона, уйдя от внешнего мира, на некоторое время закрылись в особняке Блэков. Там они начали проводить с друг другом больше времени вместе, постепенно отдаляясь от Рона и Джинни.       Конечно, в начале Гарри хотел поступить так сам, но Гермиона не хотела бросать друга одного в момент кризиса и, не смотря на его явные протесты, осталась с ним. И ни разу не пожалела об этом, как в прочем и он сам.       Молодые люди игнорировали любые попытки с ними связаться или прийти в гости. Даже из дома не выходили, чтобы никого не встретить. Об отсутствии еды беспокоиться не приходилось — Кричер, который был рад вернуться домой, с удовольствием обо всем заботился.       И постепенно, во время обычных разговоров, пережитых воспоминаний, шутках или планах на будущее, они и не заметили, как становились все ближе и ближе к друг другу, пока в один момент это просто не осознали. Не осознали то, что должно было произойти еще давным-давно.       А как же Рон и Джинни? А как же все остальные Уизли? Да никак. Тех чувств, что Гарри и Гермиона раньше испытывали к рыжему семейству, больше не было. Да и вряд ли эти чувства когда-то были. Кто знает, возможно, то, что раньше молодые люди ощущали, было вызвано страхом из-за постоянных нападений, а может от отчаяния, что они никогда не смогут признаться друг другу в своих чувствах, или получить взаимный ответ. Сейчас это было не важно.       Но, увы, не все бывает идеально. Когда они решили окончательно расставить все точки, семейство рыжих восприняло все это достаточной бурной реакцией, особенно от лица Молли Уизли. Имея весьма скверный характер, она, не желая ничего слушать, буквально приказала заниматься чушью и снова быть с ее детьми.       Возможно вся эта ситуация еще и могла закончиться мирно, пока Рон тоже не решил вмешаться. Обвинив Гермиону чуть ли не во всех смертных грехах, он, со словами, «грязнокровная шлюха, ты все равно принадлежишь мне», ударил ее в лицо. Вернее попытался. За всеми этими ссорами никто даже и не заметил, что с каждым обвинением в ее сторону, Гарри все больше и больше выходил из себя. А действие Рона заставили его действовать.       Перехватив плотно сжатый кулак Рона буквально в нескольких сантиментах от лица любимой, Гарри поставил окончательную точку в этом нелепом разговоре. В итоге, бывший друг лежал в нескольких метрах от Поттера и Грейнджер, с сильно пострадавшей челюстью, а Гарри, наставив на все остальное семейство волшебную палочку, довольно ясно и четко объяснил, что думает о них всех. И теперь ни он, ни Гермиона не желают никого из них больше видеть, так как дружбе с семейством Уизли пришел конец. А, видя гневное лицо Джинии, которой было, похоже, плевать на его слова, добавил, что долги жизни, которые некоторые из их семейства ему должны, еще никто не отменял. С тех пор парочку рыжее семейство больше не тревожило.       Ну, а затем, в середине августа, им пришло сообщение из Министерства, что, в связи с военным временем все, кто не обучался в школе весь прошлый год, должны повторно пройти курс. И при этом не было никакой возможности отказаться, ведь молодым людям так не хотелось здесь оставаться — они уже планировали отправляться в Австралию, чтобы найти семейство Грейнджеров и вернуть им память. Но, Министерство хорошо постаралось, чтобы все смогли получить качественное образование, ради «светлого будущего». И то, что паре придется снова пересекаться с некоторыми «мутными» личностями, особенно с одними рыжими, настроения не прибавляло.       Но, как оказалось, Гарри и Гермиона зря беспокоились — Уизли и сами полностью их игнорировали, удовлетворяясь лишь презрительными взглядами.       Правда, при возвращении в замок их ждал сюрприз. Войдя в большой зал, все ученики буквально впали в ступор от увиденного. И ведь было от чего – за столом преподавателей, прямо по центру, на золотом троне сидел тот, кого здесь уже никто не ожидал увидеть – Альбус Дамблдор.       Наверняка первое мнение у всех прибывших было одно и то же — либо это иллюзия, либо призрак. Однако всем быстро пришлось убедиться, что бородатый волшебник с очками половинками на глазах был вполне реален и из плоти. И только после того, как студенты пришли в себя, и расселись по местам, великий светлый маг поведал свою историю.       Если кратко, то тогда, на вершине башни, от смертельного проклятия его спас специальный и очень редкий артефакт. Но побочным эффектом оказалось то, что маг впал в кому. Только несколько месяцев назад он полностью смог выйти из нее и более-менее восстановить свои силы. Все это время преданные директору волшебники ухаживали за ним и прятали его от Волан-де-Морта и его последователей. И ему было очень жаль, что он не смог всего учесть, из-за чего не имел возможности помогать в битве. А ведь тогда скольких можно было спасти… Но старость берет свое даже у великих волшебников.       Разумеется, после окончания этой душераздирающей истории, весь зал потрясли бурные аплодисменты. В прочем на саму Гермиону, да и на Гарри тоже, все это не произвело никакого впечатления. Пробыв чуть больше года в одиночестве, когда они вынуждены были скитаться по разным местам, прятаться от полукровки - психа и чистокровных фанатиков, искать крестражи, даже первоначально не зная, как их уничтожить, позволило им понять, что мир не стоит на одном только человеке, пусть даже и самом великом. И если ты хочешь чего-то добиться, то должен сделать это сам, а не жить всю жизнь советами и направлениями от других. Правда Гермионе еще и сама история Дамблдора показалась немного странной и подозрительной.       Но какими бы не были новости и сюрпризы, учеба шла своим ходом. Первые недели после войны все было тихо и спокойно, почти не было никакой вражды между факультетами – ужасы, пережитые во время правления Тома Риддла и его приспешников, заставили многих пересмотреть свои взгляды на жизнь, понять, что чистота крови не так уж и важна.       Увы, на некоторых личностей это все же никак не повлияло – Драко Малфой, которого оправдали, как выяснилось, благодаря защите Дамблдора: «Мальчик еще слишком молод и не заслуживает того, чтобы из-за ошибок прошлого его невинная и чистая душа пострадала». От такого комментария Гермиона лишь возмущенно фыркнула, а Гарри сделал вид, что его сейчас стошнит — уж они-то знают, какая у него душа на самом деле. Что вскоре и было доказано — уже к концу первого учебного месяца этот хорек начал снова пропагандировать старые направления и, прославляя чистокровность. Причем из учительского состава его снова никто не пытался остановить или урезонить. Правда на этот раз он действовал уже не сам — наверное, впервые в жизни семейство Уизли, во главе с двумя младшими членами, действовала с Малфоем заодно.       Правда и без них у влюбленных хватало и других проблем – директор, который явно снова поставил себе цель взять под свое «крылышко» Мальчика-Который-Постоянно-Выживает. Вот только сам Гарри был явно против такой, на его мнение, ненужно опеки, да и в советах больше уже не нуждался. А на все уговоры, которые Дамблдор постоянно говорил при каждой удобной встрече, Поттер просто дал понять, что если в его жизнь опять будут вмешиваться, то он вместе с Гермионой покинет школу раз и навсегда! Хотя министерство и смогло заставить всех вернуться для окончания образования, но вот только оно, как оказалось, не учло то, что можно перевестись в другую школу. Пусть это и обойдется в круглую сумму и волокиту с документами, но зато там уж никто паре надоедать не будет. Только после этого директор больше не навязывал свое мнение, но и здесь у Гермионы было какое-то нехорошее чувство – такое ощущение, как будто что-то вскоре должно произойти.

***

      Закрыв за собой дверцу кабинки, Гермиона подошла к рукомойнику. Прикрыв глаза и подождав немного, пока небольшие боли в животе немного пройдут, волшебница умылась, после чего взглянула на свое изображение в зеркале. Снова эти проблемы, как будто ей и других не хватает. Она как раз возвращалась в комнату Гарри, которую он получил, как представитель одного из древнейших родов, и сразу, перевез девушку к себе.       Около двух часов назад Гермиона аккуратно выскользнула из теплых и нежных объятий любимого, чтобы тайком направиться в библиотеку. Девушка надеялась, что хоть сегодня сможет найти то, что подтвердит ее догадки. И она не ошиблась. Правда то, что она наконец-то узнала, повергло в шок даже ее — сложно было поверить, что все могло зайти настолько далеко. Нет, Гарри должен узнать об этом как можно скорее, тем более что у нее есть для него еще и другая новость.       Внезапно потухший в уборной свет вывел девушку из ее мыслей. Чертыхнувшись про себя, она уже собиралась осторожно выбираться из темного помещения, чтобы уйти, как вдруг застыла на месте. Гермиона буквально чувствовала, что находиться здесь не одна. Неужели за ней следили? Ведь влезая во все это, она старалась держаться как можно незаметней и не привлекать к себе никакого внимания.       Еле слышный шум с левой стороны заставил ее резко выхватить палочку. - Expeliarmus! - выкрикнула Гермиона.       Она не ошиблась – заклятие попало точно в цель, отбросив кого-то к противоположной стене. Однако радоваться победе было некогда. - Crucio!       Пыточное проклятие полетело в Грейнджер с другой стороны помещения. Девушке удалось избежать его в самый последний момент, отскочив в сторону. - Bombarda!       Пот пробежал по спине девушки. Было ясно, что уйти ей так просто не дадут. Не зная, попало ли ее заклятие в цель или нет, но надо пытаться прорываться. Однако, не успев сделать и несколько шагов, палочка волшебницы резко была вырвана из рук, а в следующую секунду кто-то сильно и крепко сзади обхватив руками ее шею. Пытаясь освободиться, Гермиона начала яростно сопротивляться, но все было тщетно – захват был слишком силен, и ей было уже не вырваться.       Внезапно она остановилась и с полным неверием в глазах смотрела в зеркало — хотя свет был и выключен, но светившая за окном луна ярко освещала комнату, позволяя четко разглядеть обхватившего ее человека. Судя по всему, девушка явно не ожидала увидеть именно его. Сам же захватчик, заметив все это и, презрительно усмехнувшись, наклонившись чуть ниже, тихо прошептал ей на ухо: - Зря ты во все это влезла, вонючая грязнокровка!       Возникшую временно тишину нарушил хруст сломанных костей, а еще мгновение спустя тело молодой волшебницы мертвым грузом упало на пол — шея девушки была вывернута в неестественном положении.       Взглянув на свою жертву, неизвестный заговорил: - Приведи его в чувство, а затем уберите разрушения. А я пока замету следы.       Еще одна неизвестная тень, вся в пыли и чуть хромая, направилась к обезоруженному сообщнику. Тем временем, пока «коллегу» приводили в чувство, а затем ремонтировали нанесенные взрывным заклятием повреждения, главный занимался своей жертвой, плавно размахивая над ней палочкой и про себя бормоча какие-то заклинания. В последний раз, проведя еще несколько раз волшебной палочкой над телом, маг улыбнулся. Ну вот, теперь уже никто не сможет даже догадаться, что здесь произошло на самом деле. Все ясно и отчетливо указывало на то, что лучшая ученица школы погибла в результате несчастного случая.       Еще раз все осмотрев и удовлетворившись увиденным, маг, вместе со своими сообщниками, направился к выходу – они избавились от ненужной проблемы, пора начинать переходить ко второму пункту плана.