Свет

[b]Глава 2. Убийца[/b] Сакура, пошатываясь, вышла в коридор. Все было кончено. Девушка прислонилась в обшарпанной стене, прикрывая глаза. Больничный свет, такой безжизненный, такой давящий, такой… лицемерный, старчески подрагивающий, словно лампы дневного света, испускающие его, вот-вот погаснут. Уж лучше тьма. Странно, но Сакура не чувствовала ничего. Пусто. Ноль. Наверное, где-то там, внутри, что-то сегодня сломалось. Девушка отлепилась от стены и медленно опустилась на жесткий стул. Из-за угла донеслись знакомые голоса. Саске! Она подскочила, как ошпаренная. Ками-сама… Она не сможет этого сказать. Девушка поспешно скрылась за дверью, но отойти дальше не смогла, просто стояла на деревянных ногах, и слушала. Наруто что-то громко говорил, но столь быстро и неразборчиво, что девушка не поняла смысла слов. Затем послышался голос Шизуне. С эгоистичным удовлетворением Сакура услышала ее объяснения. Речь она тоже слабо разобрала, но и так не сложно было догадаться, о чем могла говорить врачь. – А как же водитель? – резко вскричал Наруто, и Сакура испугано отпрянула от двери. «Скрылся с места преступления», – наверно такие слова говорила Шизуне. Нервно теребя рукав униформы, девушка прислонилась лбом к косяку. Ну же… скажи им, не тяни. Я не хочу видеть его лицо в тот момент, когда… – Что с ним? – голос Саске бы глухим и безжизненным, словно он уже заранее знал ответ. Слова врача и… тишина. Сакура все стояла и стояла, напряженно вслушиваясь, но услышала только тихий возглас Наруто: – Саске!.. И ничего более, только напряденное гудение старых ламп, давящее на мозги. Сакура не вытерпела и распахнула дверь… Лицо Саске было такого же грязно-серого цвета, как и больничные стены. Он поднял на девушку черные глаза, которые казались еще огромнее и бездоннее на этом странном и страшном, и Сакура поняла, что плотина, сдерживающая ее чувства, дала трещину. – Ты проводила операцию? – буднично спросил Саске. – Я, – только и оставалось ответить девушке. – Ты никогда не любила его… – пробормотал Учиха, словно ни к кому не обращаясь. Его взгляд блуждал по стенам, словно ища на их что-то очень важное. – Даже презирала… – Саске… – с беспокойством начал Наруто, кладя руку на плечо друга, но тот словно не заметил этого прикосновения. – Ты никогда его не любила… – повторил парень, и в его глазах появился безумный огонек. Сакура с ужасом отступила, смутно понимая, что Саске собирается сказать. – Почему именно ты проводила операцию? – Голос с каждым словом набирал силу. – Кто доверил тебе жизнь моего брата?! Убийца!!! Только крепкие руки Наруто не позволили парню добраться до дрожащей девушки. Расширенные до крайности зеленые глаза были полны слез, рот открывался и закрывался, как у выброшенной на сушу рыбы, но звуки из горла никак не хотели идти. Шизуне бережно взяла ее за плечи и повела куда-то, но девушка ничего не соображала, она лишь видела искаженное яростью и болью лицо Саске, слышала нелепые и страшные обвинения в свой адрес. Кажется, Наруто пытался его успокоить, и, кажется, даже грозился ударить. Обида, боль и возмущение достигли такой силы, что Сакура просто уставилась в потолок и стала ждать, когда все кончится. Старая лампа дневного света нестройно подмигивала ей длинным глазом со своего пыльного, покрытого брызгами краски и налетом штукатурки гофрированного места.