Strangeness And Charm

Саймон никак не ожидал увидеть своего напарника у главного входа, когда направлялся к зданию совета привычным неспешным шагом. Дин Хэлтон обычно всегда приходил на собрания ещё раньше викария из-за встроенных в него солнечных батарей, но по большей степени за счёт очередной дозы энергетиков, которую он выпивал во время какого-нибудь онлайн-чемпионата по киберспорту, после чего не мог уснуть. Поначалу Монро даже подумал, что Дин в кои-то веки проявил свои человеческие слабости и проспал, но взглянув на ошеломлённое лицо парня, можно было с уверенностью сказать, что присутствие Уокера сделало своё дело, и, впервые за долгое время, Саймон пришёл на собрание вовремя. — Ты… Рано сегодня. С чего бы это? — даже не поздоровавшись, спросил озадаченный Хэлтон у приближающегося к нему друга, тем самым загоняя его в тупик. — О… Ну, я… — Понимаю, нервы, да? — перебил Дин, спасая Монро от неминуемого краха и заставляя парня кивнуть, соглашаясь с выдвинутой теорией Дина. — Я так и не смог уснуть, думал… Что было бы, если бы я остался? Наверное, не стоило звонить викарию, но я был уверен, что гнилушка в наших руках и… Прости, ладно? Ты же не скажешь Одди, что я ушёл в рабочее время? Дин говорил слишком много и быстро, поэтому не было сомнений в том, что парень переусердствовал с кофеином. Но это было даже на руку Саймону, ведь он никогда не умел на ходу придумывать правдоподобные истории, за что не один раз был пойман с поличным своими родителями. Он был настолько плох в этом, что, казалось, даже такой человек как Дин сразу бы заподозрил что-то неладное. — Действительно, тебе надо было держать рот на замке, потому что мы должны были просто расспросить Ки… Уокера, возможно, немного надавив, но не трепаться об этом до того, как мы что-то узнаем! — произнёс Монро, импульсивно жестикулируя руками. Но заметив, что парень съёжился от такого напора со стороны Саймона, парень решил сгладить ситуацию, теперь похлопывая товарища по плечу: — Ладно, я не скажу ничего Одди, бро. Собеседник заметно расслабился, продолжая свою несвязную речь, а Монро лишь продолжал механически кивать. Сейчас все его мысли то и дело сводились к дому, точнее, к ПЖЧ, который находился там. Парень решил придерживаться тактики молчания, дабы случайно не взболтнуть ничего лишнего, что было совсем несвойственно для парня, всегда высказывающего своё мнение в подобных ситуациях. Но с появлением Уокера в его жизни, Саймону то и дело приходилось переступать через себя, вступать в борьбу и терпеть поражения, уступая место чувствам, которые до этого были закованы в рамки, созданные им же самим. Углубиться в свои размышления под аккомпанемент быстрого бормотания Хэлтона Монро не дала пара, подходящая к зданию совета. Он видел их несколько раз около викария и вспомнил их имена только благодаря Джемайме. Это были Маргарет и Стивен, о которых говорила сестра Уокера накануне. Любезно поздоровавшись со всеми присутствующими, высокий брюнет и блондинка, которая на его фоне казалась миниатюрной куклой, отошли подальше и начали переговариваться между собой, а Саймон, тем временем, обратил внимание на своего внезапно смолкнувшего напарника. — А это кто? — понижая голос, растерянно спросил Дин, поглядывая в сторону парочки. — Судя по их ответным взглядам они задаются тем же вопросом. Это Маргарет и Стивен, члены нашего отряда, — подавив в себе желание закатить глаза, ответил Монро, не уточняя, что именно они были подосланы Одди. Дин так ничего и не ответил, озадаченно хмурясь, когда к компании добровольцев присоединился викарий. Выглядел он ещё похуже Саймона в его самые плохие времена. Видимо, вчера Одди не остановился лишь на одном алкогольном напитке. Его лицо опухло, руки дрожали, а одышка была такая, как будто мужчина пробежал марафон. Обведя всех взглядом и непозволительно долго задерживаясь на Монро, он поприветствовал всех кивком головы, после чего впустил молодых людей в помещение. Заходя в, уже ставший родным, зал и усаживаясь на своё привычное место, Саймон подумал, что за этим столом переговоров он проводит больше времени, чем у себя дома, и, почти столько же, сколько в пабе «Легион». Воцарившаяся тишина заставила добровольцев периодически обмениваться неловкими взглядами и разглядывать деревянный стол. Но спустя некоторое время, Одди встал со своего места и оперся двумя дрожащими руками о стол, посмотрев на всех присутствующих. — Итак, спасибо, что пришли, — наконец начал викарий. — Как вы могли заметить, я не стал приглашать всех членов нашего отряда, потому что… Не хочу, чтобы все видели твой очередной позор под моим руководством, Монро. Все взгляды сейчас были устремлены на Саймона с распахнутыми глазами, который пытался сдерживать свою челюсть от падения. Самым большим желанием в этот момент было высказать всё накопившееся, разбивая руки об раскрасневшееся лицо мужчины. Сжимая кулаки, парень уже собирался ответить своему работодателю, чувствуя, как начинает выходить из себя. Но не успев даже открыть рот, Одди прервал ещё не начавшуюся тираду Монро: — Постой, я ещё не договорил. Я прекрасно знаю, что не один ты был задействован в этом. Но твой напарник, Дин Хэлтон, оповестил меня о происходящем, в то время как ты действовал за моей спиной. Почему вы вообще оказались у дома этого гниляка? Из-за твоей самоуверенности вы упустили распространителя… — Возможного распространителя, — уточнил Саймон, вновь надевая на себя маску безразличия. Но Одди проигнорировал его слова, продолжая свой монолог: — И я имею право злиться. Давайте послушаем Уильямсов, которые были в доме Уокеров, — присаживаясь обратно на своё место, произнёс викарий, обращаясь к Маргарет и Стивену. — Ну… Сью, мама Кирена, рассказала о том, что её сын был в своей комнате, обещая спуститься чуть позже, — начал Стивен, поднимая глаза на Одди. — Но этого так не произошло, поэтому она поднялась к нему и обнаружила, что Уокера там нет… А также было открыто окно и шкаф, откуда пропала спортивная сумка. Всё это свидетельствует о побеге. — Не думаю, что она врёт или покрывает своего сына, Сью звучала искренне. К тому же семья Уокеров не знает о распространении наркотиков и истинной причине нашего визита. Было видно, что о местонахождении Кирена она знает столько же, сколько и мы, то есть ровным счётом ничего, — добавила Маргарет, накрывая своей ладонью руку мужа, лежащую на столе. — Хорошо, спасибо за предоставленную информацию. Джемайму я отстраню на некоторое время в силу… Определённых обстоятельств. Мы также не будем трогать её родителей, ведь им уже хорошенько досталось при рождении первенца… А что нам поведает Дин Хэлтон? Всё это время Дин находился в некоем ступоре от произнесённых слишком заумных слов, кидая взгляды на всех присутствующих. Но услышав своё имя, парень немного дёрнулся, после чего почесал свой затылок и ответил: — Эм… Мы с Саймоном пытались найти Уокера по горячим следам, как говорится. Но… так и не смогли этого сделать, да. — Когда мы поняли, что Уокер сбежал, то по следам вокруг дома смогли определить, что он направился в сторону леса, поэтому пытались найти его там. Но было темно, поэтому наши поиски не увенчались успехом. Я думаю, что он не мог уйти слишком далеко, — соврал Монро, забыв про свой печальный опыт и надеясь, что его история звучала правдиво. По крайней мере, это было намного лучше, чем вариант Хэлтона, у которого, судя по всему, дела с фантазией обстояли гораздо хуже. Но Одди не оценил этот жест, раздражаясь ещё больше и в очередной раз показывая своё особое отношение к Саймону, которое заключалось в необоснованной неприязни: — Почему ты всегда влезаешь туда, куда не следует, Саймон? Я спросил бы каждого, включая тебя. Выяснения отношений на виду у всех не входили в мои планы, но ты не оставляешь мне выбора. Ты просто эгоистичный ребёнок, от которого исходят лишь одни проблемы, представитель разлагающегося поколения, прозябающий свою жизнь в безделье. Твоё присутствие всегда ставит под сомнение моё руководство, но только из уважения к твоим родителям я готов дать тебе последний шанс. У тебя есть неделя на то, чтобы привести мне распространителя. Будь то Уокер или другая гнилушка, мне всё равно кто это будет. Но если через семь дней ничего не изменится, и Роартон захлестнёт волна бешеных зомби, то, поверь, никакие родственные связи не спасут тебя. Я не позволю, чтобы наш родной город вновь пал после всего того, что мы пережили. Тебе пора повзрослеть и доказать, что ты достоин находиться в числе добровольцев, жить в этом городе и ходить по этим улицам. Ну, а теперь… Благодарю всех за внимание и выметайтесь отсюда! Все, кроме Монро. Несмотря на болезненный вид, Одди по-прежнему оставался суров в своих высказываниях, поддерживая свой авторитет среди подчинённых. Спустя несколько мгновений всеобщего замешательства, Дин Хэлтон и Уильямсы поспешили покинуть помещение, кидая напоследок лишь сочувствующие взгляды на Саймона, не желая перечить викарию. Монро, который стиснул зубы так, что по лицу заходили желваки, красноречиво глядел на своего работодателя и желал поскорее уйти, чтобы желание разбить руки об лицо Одди не стало реальностью. — Наверное, ты думаешь, что я собираюсь дальше отчитывать тебя, но это не так. Я лишь хочу попросить тебя… Проведай своих родителей на досуге, они хорошие люди. И им не хватает тебя. — Это всё? — холодным тоном поинтересовался парень, представляя, как опухшее лицо мужчины сталкивается с деревянной поверхностью стола. — Да, Саймон, — подобно своему подчинённому сказал викарий, после чего Монро поднялся со своего места, ответив кивком головы. — Очень любезно с Вашей стороны так заботиться о моих родителях и обо мне в том числе. Поэтому позвольте отплатить Вам тем же. Пейте много воды и принимайте горячий душ, говорят, что это помогает от похмелья, — в заключение сказал парень, выходя из здания совета и уже не замечая вновь красное от гнева лицо викария Одди. *** После запланированного похода в магазин и нескольких побитых мусорных баков, на которых Саймон протестировал парочку ударов ногами, представляя Одди, парень находился около дверей своего дома с несколькими сумками из супермаркета. Бунгало встретило хозяина звенящей тишиной, и в грудной клетке Монро что-то предательски сжалось. Внушая себе, что так на нём сказывалось излишнее потребление алкогольных напитков, Саймон поставил сумки на один из стульев возле кухонного стола, предварительно снимая свою верхнюю одежду и отмечая отсутствие Уокера и его багажа в гостиной, где тот находился, когда Монро ушёл на собрание. Он решил не делать поспешных выводов и проверить два оставшихся помещения: ванную комнату и собственную спальню, в надежде, что парень затерялся в одной из них, а не сбежал в его отсутствие. Пройдя в ванную, Саймон не обнаружил следов присутствия Уокера и с каждым шагом, приближающим его к собственной комнате и последней надежде, голос викария Одди в голове парня, вещающий о его никчёмности, звучал всё громче. Зарекаясь никогда больше не помогать неблагодарным гнилушкам, да и всем остальным в принципе, Монро с силой распахнул дверь, в пустоту зовя Уокера и безрезультатно ожидая отклика. Окинув взглядом пустое помещение, Саймон начал представлять различные варианты расправы над ним, безутешных родителей, чьи надежды он так и не смог оправдать. Он уже успел попрощаться с жизнью, слыша в своей голове звонкий смех Одди, пропитанный злорадством, когда, в самый разгар самобичевания, его внимание вдруг привлекло какое-то движение и шум в районе собственной кровати. Не кто иной, как Кирен Уокер сейчас вылезал из-под двуспальной кровати, собирая своей одеждой всю скопившуюся пыль. Под пристальным взглядом Монро, парень как ни в чём не бывало поднялся с пола, отряхиваясь и поправляя одежду. Спустя несколько секунд, повисшую в воздухе тишину, нарушил вырвавшийся звонкий смех Саймона, который сгибался пополам от хохота, походившего более на истерический припадок. — Такими темпами сюда сбежится весь Роартон. Ты сказал, что постучишь, но не сделал этого и что мне оставалось делать? — буркнул Кирен, переминаясь с ноги на ногу и не зная куда деть глаза, когда Монро всё же успокоился. — О… Мой… Бог, — только и смог вымолвить Саймон, вновь заходясь приступом неконтролируемого смеха. На этот раз лицо Уокера смягчилось и уголки его губ незаметно потянулись вверх, но Кирен сразу же предотвратил зарождающуюся от чего-то улыбку, сжимая губы в тонкую линию. Наконец-то выпрямившись, Монро прочистил горло, всё же сумев произнести сразу несколько предложений: — Я также говорил, что могу забыть об этом. Да и не думаю, что, кроме меня, у кого-то есть ключи от моего же дома. — Но всегда есть вероятность, что кто-то может увязаться за тобой, напрашиваясь в гости! — пытаясь спасти своё положение, произнёс Кирен, всё ещё не решаясь смотреть собеседнику в глаза. — Знаешь, безопасность превыше всего. От последней фразы, сказанной Уокером, Саймон изо всех сил сдерживался, чтобы не прыснуть со смеху, на что Кирен уже раздражённо закатил глаза, сжимая свою челюсть. — Ладно-ладно, ты молодец, — по-прежнему ухмыляясь, ответил парень, — но теперь убирайся из моей комнаты. Решив поднять глаза на добровольца, Кирен не увидел в его взгляде ожидаемой злости. Стараясь не портить это минутное исключение, Уокер ретировался из комнаты с гордо поднятой головой (за что был награждён очередной усмешкой), проходя в гостиную и присаживаясь на уже знакомый диван. Позже к нему присоединился Саймон, который переоделся в свою домашнюю одежду. Потрёпанные штаны и свободная полосатая футболка выглядели на добровольце довольно непривычно, но вместе с тем ещё и... уютно? Кирен по-прежнему отказывался верить, что личность Саймона могла открыться с другой стороны. С трудом отыскав пульт, Монро подключил к телевизору игровую приставку, находящуюся где-то на журнальном столике под кипой различных дисков, и взглянул на Уокера, который всё это время пялился на парня, пытаясь понять, почему впервые за долгое время доброволец не вызывал привычного раздражения. Подумав, что причиной такого поведения являлось задетое самолюбие Кирена из-за недавних событий, Саймон вновь испытал лёгкое покалывание в грудной клетке и принял довольно странное для самого себя решение: — Ну, так как я не могу пригласить в гости Дина или Гэри, почему бы тебе не сыграть со мной? Я в любом случае надеру тебе зад, но это лучше, чем играть одному, верно? — протягивая джойстик, спросил Саймон. Помолчав пару секунд, обрабатывая всю услышанную информацию, Кирен загадочно улыбнулся, принимая игровой пульт: — Это ещё кто кому надерёт зад, Монро. Как оказалось позже, Уокер играл подобно настоящему профи, и сначала Саймон списывал всё на общеизвестное правило «новичкам везёт», но когда на табло высветился счёт 0:3 в пользу Кирена, парень задумался о том, как многократному чемпиону теперь жить с этим поражением. Всё это время Саймон старался изо всех сил сконцентрировать своё внимание на экране телевизора. Он не задумывался о том, где Кирен научился так хорошо играть, в его голове крутился лишь один вопрос: почему у Уокера такие огромные ресницы? — О, да тебе просто повезло! — поворачиваясь к Кирену, произнёс недоумевающий парень, не желая принимать своё поражение перед Уокером. Их плечи и колени соприкасались, и это не вызывало никакого дискомфорта. Они находились в таком положении порядка нескольких часов, не замечая пролетающего времени, сражаясь тайм за таймом. Зависнув на пару мгновений, Монро разглядывал лицо перед собой. Но Саймон так и не дождался реакции от Кирена, резко вспоминая про сумки с размораживающимися продуктами, стоящие на кухне: — Чёрт, продукты, — вслух произнёс Монро, чуть было не стукнув себя по лбу. Вскакивая с дивана, Саймон оставил Уокера, озадаченного от такого резкого перехода с одной темы на другую, в одиночестве. Уокер, заинтригованный вопросом, о наличии каких продуктов шла речь, решил проследовать за Монро, надеясь, что парень по-прежнему пребывал в благоприятном расположении духа. Наблюдая за тем, как Саймон пытается реанимировать уже размораживающиеся продукты, Кирен решает разбавить ругательства парня интересующим его вопросом:  — Ты питаешься одними замороженными полуфабрикатами? — Я не Гордон Рамзи, так что примерно в пятидесяти процентов случаев, это так. Тем более вероятность того, что я спалю свою кухню, пытаясь вообразить себя лучшим поваром Америки, снижается к нулю, — ответил Саймон, на мгновение отвлекаясь от своего занятия. — А остальные пятьдесят процентов? — Я пью в пабе, питаясь закусками, которые подают к пиву. Такая откровенность повергла Кирена в оцепенение, заставляя задуматься о здоровье парня, но больше всего его удивляло то, что Монро не выглядел, как заядлый посетитель пабов, пропивающий там всю свою зарплату. Более того, он выглядел очень даже неплохо. Отбросив подобные мысли куда подальше, Уокер решил попытаться возобновить диалог: — Кстати, ты не против, что я убрал свою сумку в твой шкаф? Думаю, она мешала бы, если стояла в проходе. — Знаешь, Уокер, обычно спрашивают, а потом делают, но не наоборот. Мне всё равно, пусть лежит. В помещении вновь воцарилось молчание, а Саймон к тому времени уже успел разобрать сумки и включить электрический чайник. Кирену вдруг стало неуютно и он почувствовал, что, вероятно, вторгается в чужое личное пространство. Поэтому постояв ещё некоторое время в проходе и понаблюдав, как Саймон достаёт из кухонного шкафа кружку и растворимый кофе, парень вернулся в гостиную, усаживаясь на уже привычное место. Но Монро не заставил себя долго ждать и буквально через несколько секунд оказался в комнате с Уокером. — Я ухожу на дневное дежурство, поэтому ты опять останешься один. Надеюсь, когда я приду, мне не придётся разыскивать тебя по всем углам, — усмехаясь, проинформировал о своём скором уходе Саймон, вспоминая события, произошедшие несколько часов назад, что было довольно непривычно, ведь посвящать кого-то в свои планы было для него несвойственно. Вновь переодевшись в свою уличную одежду и по пути выпив кружку отвратительного кофе, Монро направился к входной двери, своеобразно прощаясь с Уокером: — Не могу обещать, что не забуду постучать, перед тем как войти в собственный дом, поэтому можешь заранее убрать под кроватью, если вдруг не успел этого сделать сегодня. Проигнорировав очередную издевку от Монро, Кирен подумал, что Саймон действительно говорит правду о том, что пятьдесят процентов своего времени он проводит в пабе, ведь парень так ничего и не съел за все время нахождения Уокера в его доме.