Глава 4.
18 января 2015 г., 04:48
Расиэль не знал, сколько времени он спал, но придя в себя, мальчик решил, что была уже глубокая ночь — вокруг было так темно, хоть глаз выколи. А еще очень жарко. Пот градом стекал по телу мальчика, который к своему ужасу обнаружил, что был абсолютно обнаженным.
— Отец!.. Себастьян!.. Кто-нибудь! — подступившее отчаяние душило малыша, он давился беззвучными рыданиями, в нерешительности пытаясь встать и хотя бы на ощупь понять, что находилось вокруг него. Но он и шагу не сумел бы сделать, так как его ноги оказались скованными, а лодыжки мальчика настолько затекли, что он даже не ощущал сковывающие их цепи.
— Папа... Где ты?.. — в этом месте так тихо, что страшно дышать. Расиэль около часа пролежал в таком беспомощном положении, пока вдалеке, а потом всё ближе и ближе не послышались приближающиеся шаги. И вдруг стало так светло, будто в одно мгновение зажглись десятки лампад.
Когда глаза Расиэля привыкли к свету, он смог оглядеться вокруг. Как оказалось, всё это время мальчик находился в огромной клетке, покрытой плотной черной материей, и кто-то только что сорвал покрывало. Мальчик задрожал от ужаса и весь сжался, в попытке прикрыть наготу от пронзительных взглядов нескольких пар глаз людей, окруживших его клетку.
Расиэль встрепенулся и взглядом загнанного зверька уставился на дверь клетки, которая после щелчка защелки отворилась с противным характерным скрипом, и две грубые мужские руки, сорвав с него цепи, ухватили мальчика за ноги и попытались вытянуть его наружу.
— Нет! Не трогайте меня! — сердце ребенка колотилось как сумасшедшее, больно ударяясь об ребра, страх застилал его разум, придавая силы: Расиэль ухватился за прутья клетки и, отчаянно крича, не давал себя вытащить. И лишь когда еще один мужчина ударил его по пальцам, мальчик вынужденно ослабил хватку, после чего второй сумел-таки вытянуть его наружу. Он бросил его к ногам похитителей. Как оказалось, их было не менее семи человек, но в таком состоянии Расиэль не смог бы точно посчитать. Лиц людей не было видно, так как все они носили длинные белые балахоны с накинутыми на голову капюшонами.
— Не трогайте меня! — жалобно захныкал мальчик, скорчившись на полу под отвратительный издевательский смех своих мучителей. Один из них пнул его ногой в живот, чуть не выбив дух. А затем, резко подняв на руки, уложил на стоящий в центре зала алтарь, и, не взирая на то, что Расиэль отчаянно вырывался и сопротивлялся, распластал его на холодной поверхности, уложив на спину и приковав за руки и за ноги.
— Кто вы? За что?.. Я хочу домой... — голос малыша охрип, и он был в полубреду, едва шевеля губами и мотая головой из стороны в сторону. Из всего, что он смог увидеть, мальчику бросились в глаза расставленные вокруг иконостасы и развешанные на стенах кресты. Расиэль ни разу не был в церкви, и всё, что его окружало, было незнакомым мальчику, иначе он бы сразу догадался, что находился в каком-то полуразрушенном церковном храме. Однако купола у храма не было — на его месте зияла огромная дыра, через которую можно было увидеть черное звездное небо и огромный овал обычно бледной луны, что сейчас светила кроваво-красным светом.
— Братья мои! — не обращая внимания на истерику лежащего на алтаре Расиэля, заговорил один из похитителей, снимая с головы накидку. Это оказался молодой еще человек лет тридцати с белыми, почти седыми волосами и бегающими, светящимися безумством черными глазами. — Наконец-то этот день настал! Сколько лет мы этого ждали! Но Бог на нашей стороне!
Остальные мужчины тоже принялись снимать капюшоны с голов и падать ниц перед иконами.
— Молитесь, молитесь, братья! — не унимался беловолосый мужчина. Несколько раз обойдя вокруг алтаря, он брызнул на Расиэля какой-то жидкостью из пиалы, что он держал в своих руках. По всей видимости, это была святая вода. Она абсолютно никак не вредила Расиэлю, но мужчина торжествующе смеялся и взывал к своим «братьям»:
— Смотрите, смотрите, как это дьявольское отродье мучается, корчится, ощущая силу слова Божьего. Мы, Белое братство, не допустим, чтобы такая огромная сила, что запечатана в этом маленьком тельце, служила злу! Мы заберем эту силу и направим на уничтожение ему подобных. Во имя Господа нашего.
Члены братства как по команде собрались вокруг алтаря, у каждого из них в руках сверкнули кинжалы.
— Испьем же кровь его, ибо в ней таится та великая сила, что необходима нам!
Расиэль практически с безразличием смотрел на то, как к нему приближаются эти обезумевшие фанатики. Он почти не дернулся и не издал ни звука, когда один из них сделал надрез на его венах, и все остальные стали подходить по очереди и собирать текущую из ран кровь себе в кубки, а затем пить её большими глотками. Люди буквально впадали в экстаз от вкуса демонической крови и склонялись перед алтарем, начиная молиться еще более неистово.
— А что, малыш, знаешь, за что ты умираешь? — беловолосый склонился над постепенно теряющим сознание мальчиком, у которого уже закатывались глаза. Мужчина приставил свой кинжал в его горлу. — Много лет назад твой отец в этой самой церкви отрекся от учения нашего пастора, Божьего посланника, — на момент мужчина прикрыл глаза, с благоговейным трепетом вспоминая образ Анжелы. — Он думал, что все последователи отреклись от нашей веры, но это не так. Он и его слуга... демон... Скверна! Скверна, которую мы обязаны искоренить! А для этого нам нужны твои силы, юный демон. А знаешь... — беловолосый перешел на шепот и склонился к самому уху мальчика, — ... кто убил твою мамашу?
— Ма... мамочка... — из последних сил выдавил из себя умирающий мальчик.
— Это были мы! Ха-ха-ха! Понимаешь, мы! Мы не хотели лишних жертв, и проникли в поместье, чтобы забрать тебя, и больше никого не тронули бы. Но твоя мамочка встала перед нами, вооруженная двумя шпагами, не давая подобраться к тебе. Нам ничего не оставалось, лишь поджечь поместье, надеясь, что пламя очистит ваши черные души. А знаешь, зачем я тебе всё это говорю?
Расиэль молчал, невидящим взглядом глядя куда-то сквозь нависшего над ним мужчину.
— Да потому что сейчас ты отправишься в Ад, где тебе самое место! И пусть знание того, что твоя мамочка умерла из-за тебя, сделает твоё пребывание там еще более невыносимым! — мужчина разразился безумным смехом и занес над мальчиком руку с кинжалом, в намерении перерезать ему горло. Но вдруг невидящий взгляд Расиэля стал осмысленным. Он в упор посмотрел на беловолосого, и мужчина в ужасе ощутил, что тело его больше не слушается.
— Нет! Что ты делаешь?!.. Прекрати!... Во имя Господа нашего... — не контролируя своих действий, он со всего размаху всадил кинжал себе прямо в сердце. Остальные, увидев, как их лидер захрипел и безвольно осел перед алтарем, в ужасе кинулись прочь из храма.
Расиэль без труда разорвал сковывающие его по руками и ногам цепи и, приняв сидячее положение, с полным безразличием наблюдал, как мужчины, отчаянно крича и зовя на помощь, убивают сами себя теми же кинжалами, что совсем недавно резали его собственную плоть. Оглядев свои раны, мальчик понял, что они уже практически затянулись.
В душе Расиэля была пустота. Мальчику было всё равно, что с ним станет. Он понимал только одно: те, кто убили его маму — мертвы.
Спрыгнув с алтаря, он, совершенно не заботясь, что из одежды на нем сейчас решительно ничего не было, прошел к выходу из храма, просто переступая через валяющиеся на полу трупы, чьи в прошлом белоснежные мантии теперь были залиты алой кровью, а на лицах навсегда застыли гримасы боли и ужаса.
Стоило Расиэлю покинуть церковные стены и очутиться на улице, в следующее мгновение он был подхвачен Себастьяном на руки, а на его плечи был накинут черный плащ дворецкого.
— С ним всё в порядке? — по Сиэлю было не понять, тревожится он за сына или же нет, но он лично вышел встретить их с Себастьяном, стоило дворецкому с мальчиком на руках переступить порог поместья.
— По-видимому, да, господин. На храм была наложена защита, но как только господин Расиэль очутился вне его стен, я сразу же ощутил его и явился забрать домой.
Расиэль был очень слаб. Он заснул практически сразу и не слышал рассказа Михаэлиса о том, что тот увидел в церковном храме.
— Хм, выходит, сила Расиэля всё же проявилась? — задумчиво спросил Сиэля, сидя у себя в кабинете и попирая голову рукой. — Значит, тебе известно, что мы должны будем сделать.
— Да, мой господин, — дворецкий склонил голову в почтительном поклоне.
Через два дня они провели ритуал, навсегда запечатывающий силы демона. Увы, так же просто избавиться от болезненных воспоминаний было невозможно. После всего, что ему довелось пережить, Расиэль был уверен, что радость и способность чувствовать и любить навсегда покинули его сердце.
* * *
Лондон, 1905 год
Прошло пять лет. — Господин Расиэль, пожалуйста, держите спину ровнее, — снисходительно улыбнувшись, Михаэлис встал за спиной у мальчика и мягко опустил руки ему на плечи, заставляя его выровняться. — А теперь начнем с начала. — Я больше не желаю заниматься на скрипке, Себастьян, — недовольно фыркнул мальчик, передавая инструмент в руки дворецкого. — Лучше приготовь мне чего-нибудь сладкого. — Как прикажете, — поклонившись молодому господину, слуга снял учительские очки и спрятал их в карман, после чего собрался отправиться на кухню. «Ах, всё же тринадцатилетний господин Расиэль временами так напоминает своего отца в этом возрасте», — Себастьян усмехнулся. Неужели демонам знакомо чувство ностальгии? Но уже у выхода из музыкальной комнаты усмешка Михаэлиса сползла с его лица, стоило ему встретиться взглядом с Фантомхайвом-старшим, что, как оказалось, всё это время стоял здесь, подпирая плечом стену и наблюдая за ними. — Я надеюсь, ты уже нашел нового слугу для моего сына? Хоть ты и демон-дворецкий и неплохо справляешься со своими обязанностями, и дальше делить тебя с Расиэлем я совершенно не желаю. Ты принадлежишь мне, Себастьян. — Без всяких сомнений, господин, — дворецкий прикрыл глаза и попытался скрыть усмешку — в стоящем перед ним молодом мужчине не трудно было узнать того самого капризного мальчика, которого он когда-то так любил. И всё же, за прошедшие пять лет Сиэль изменился. Он, кажется, уже почти смирился с теми чувствами, что так и не умерли в его сердце. Как только он узнал, что Лиззи отомщена, возведенная Сиэлем стена равнодушия дала трещину. «Демоны умеют чувствовать», — теперь он был уверен в этом. «Но пожалуй, то, что он ревнует меня к своему сыну, господин никогда не признает», — как же Михаэлиса забавляла эта ситуация!* * *
Действительно, было объявлено, что граф Сиэль Фантомхайв ищет нового слугу для своего сына, который будет его наследнику не только дворецким, но так же в случае опасности сумеет спасти его жизнь. Слухи быстро распространились по всему Лондону и дошли даже до самых низших слоёв общества. Бедно одетый молодой человек, стоящий у фирменного магазина, на витрине которого была выставлена продукция компании «Фантом», краем уха случайно подслушал разговор двух юных леди, которые проходили мимо. Одна из них сообщила второй, что её матушка собирается предложить графу Фантомхайву услуги её личного дворецкого. Видимо, у неё были виды на юного наследника, Расиэля Фантомхайва, как на выгодную партию для своей дочери. — Слугу, значит, себе ищут? — усмехнулся молодой человек, провожая девушек пристальным взглядом глаз цвета запекшейся крови, которые на миг полыхнули ярким демоническим огоньком. — Что ж. Значит, уже очень скоро мы увидимся... Папочка.
