«Вареники»

– Это принцип неопределенности, понимаешь? Как с котом Шредингера, только вместо кота – смс. Пока ты его не открыл, оно может быть о чем угодно и от кого угодно. Именно ты задаешь окончательный вариант, – с жаром доказывает Ирка. – Да ну, фигня. – Петя почему-то слегка раздражается. – При чем тут я, если кто-то уже написал это смс? Кто писал, тот и… – Нет, – поясняет Ирка, – вообще-то, все наоборот. Фишка в том, что в бесконечном множестве миров отправителем может быть кто угодно. И пока ты не открыл сообщение, ты не выбрал, в каком именно мире окажешься. Поэтому я часто не читаю смс сразу. Пытаюсь… ну, сформировать мир, который мне нужен. Как-то повлиять. – Подожди, – прерывает ее Петя. – Ты, типа, хочешь сказать, что когда я писал: «Впусти меня, у вас опять домофон не работает» – ты тут лежала на диване и… формировала мир? Пока я думал, что от холода на фиг коньки отброшу? – Ну… – тянет Ирка. – Я зарплату не хотела спугнуть. Как раз должна была прийти… Петя вдруг окончательно выходит из себя. Ярость застилает ему глаза, руки бросаются вперед и вцепляются во что-то мертвой хваткой, отрывают от пола; трясут, трясут, трясут… Только через несколько секунд испуганный вскрик приводит Петю в чувство. С облегчением он обнаруживает, что схватил Ирку все-таки не за шею – за плечи. И что она жива и вполне может говорить. – Ну зачем ты, Петь? – быстро-быстро лепечет Ирка. – Тут ведь такой же принцип… Пока ты не спрашивал, никакого дивана не было. В одном из миров я была в ванной, в другом – просто не слышала из-за музыки… Ты сейчас сам выбрал тот, в котором был диван. – Боже… – шепчет Петя. – Да ты еще более долбанутая, чем я думал… Он, наконец, отпускает Ирку, молча одевается и уходит. Через какой-то квартал в его куртке оживает телефон. Сообщение. Петя долго смотрит на мерцающий огонек на мобильнике, а потом забрасывает его обратно в карман. В одном – всего одном из бесконечного множества миров – Ирка не устраивает истерику, а, наоборот, извиняется. Пете вдруг хочется задержаться в нем немного дольше.