Раб не значит невольник.

- Гетеросексуал... Со времен, как ты узнал о присутствии в этом мире таких людей, как геи, ты их ненавидел. Помню, не было особой причины для ненависти. Просто из-за того, что они существуют. Из-за своих предубеждений, пару раз ты потерял отличную работу. Такую, на которой тебе бы платили гораздо больше, чем во всех, на которых ты работал до того, как скатился ниже плинтуса. Выше тебя уже даже бомжи, по-моему. Так что, судя по всему, скоро ты пойдешь на повышение, да? - Я не хочу тебя слушать. Не сегодня, - брюнет пытался уснуть, но ни внутренний голос, ни предстоящее ему не давало. Ибо неизвестность пугала, аа вся ситуация бесила. Он бы мог остановить все, но голос, что нещадно прорывался сквозь поток мыслей просто убивал его. Хотелось уже, наконец, хоть как-то избавиться от него. Этот голос, сопровождающий его уже достаточно давно, настолько осточертел и свел Енгука с ума, что он готов был помереть, но все было не так просто. При попытке самоубийства голову словно тисками сжимали, не желая отпускать. Что это было, он не знал, знал лишь одно. Кто-то намеренно хочет, чтобы он страдал как можно дольше. Он уверен был, что в этом не виновата семья, что забрала его в рабство. Это точно не могли быть те слуги, что приходят каждый день, им бы денег не хватило. Возможно, это тот молодой паренек, но и это не факт. Казалось, такое ощущение и в первый раз появлялось, просто он не обратил внимание на него. - Осмелился заговорить? Я думал ты не сможешь. Так, значит, оказавшись в водосточной канаве ты решаешь изменить что-то в своих убеждениях? Думаю, это ты правильно поступаешь. Правда, есть одна проблема. Ты ломаешь не только свои убеждения, таким образом ты ломаешь свою жизнь. То, чем дорожил больше всего. Станешь для него проституткой, выполняющей требования сутенера, собачонкой на цепи, что служит для исполнения трюков. Интересно, сколько бы этот педик заплатил за тебя, придя в стрип клуб? Я бы не захотел и йены платить, судя по всему, он такой же сумасшедший, как и ты... - второе я все продолжало говорить, более настойчиво, чем раньше, в определенный момент показалось, что даже его силуэт появился в отблеске лунного света. Даже когда парень спал, Енгук чувствовал, как громко смеялся этот голос в его голове. Лишь к утру все стало беззвучным. Эта тишина позволила брюнету расслабиться, но ненадолго. - Гуки, - шепча имя, блондин вошел в помещение где находился Енгук на протяжении всей ночи, - я пришел, как и обещал, - тихо говорит юноша и снимает с брюнета оковы. - Сейчас помоешься и пойдем, хорошо? - блондин мягко скрещивает пальцы и легко целует в щеку Енгука. Еле сдерживаешься, чтобы не дать ему в лицо? Насколько ты считаешь это мерзким? - Прости, что так рано начал тебя целовать, - на лице юноши появилась улыбка, смешанная с выражением обеспокоенности. Смотри-ка, заметил... - Все нормально, - Банг слабо улыбается и встает, ощущая свободу от ошейника. Он идет за Чжунхоном и его интересует лишь одна мысль, которую он в конце-концов озвучивает. - Ты не боишься, что я сбегу? - Я уверен, что тебе некуда... или это не так? - блондин подмигивает своему рабу. В этот момент он вспоминает то, как пытался заполучить Банга... ________________ - Господин Чхве, ваш лимузин готов. Вам пора выезжать, - дворецкий блондина редко когда не торопил события, происходящие вокруг молодого юноши, предпочитая провести свободное время в тишине. Сегодня он готовил хозяина к поездке по городу, наподобие вечерней прогулки только для особенно знаменитых и богатых. В случае Чжунхона знаменитостью тут и не пахло. На вид обычный замкнутый в себе мальчишка с отсутствием интереса к жизни. Его мозги в детстве настолько промыли, что теперь он учился и работал словно робот. Никаких желаний, никаких эмоций -только упорное обучение. Он еще один удавшийся эксперимент отца, который будет исправно работать на корпорацию, не покладая рук. В этот вечер, проезжая по городу, водитель лимузина не справился с управлением, скользя по дороге, он врезался в спешащего куда-то молодого человека. В тот момент Чжунхон был растерян. Такой казус, произошедший не по плану, выбил из колеи. Он не знал, что делать в подобных ситуациях, поэтому выбежал и сам на улицу, впервые смотря на город не через затемненное окно лимузина. Увидев распластавшегося по асфальту человека, он почувствовал впервые сострадание и страх. Его впервые бросило в дрожь и, наверняка, это было только начало. Пока парня без сознания везли в больницу, Чжунхон наблюдал, как тот дышит, стирая капли крови, стекающие со лба своим белоснежным платком. Увидь Енгук в тот момент Чжунхона, переживающего впервые подобные ощущения, не подумал бы никогда, что он может быть нормальным, скорее холодный, бездушный, подобравший такую шавку как он лишь из сожаления к тому, что в своей жизни не сделал ничего хорошего еще ни разу. На тот момент у Чхве были темные волосы, будто прилизанные назад, а костюм не казался обыденным. Уж скорее более парадно выходным. ***** - Этого парня, которого мы сбили два дня назад, узнайте о нем все, что возможно, - Чхве сидел в своей комнате, оборудованной под офис и смотрел на своего шофера. - Уже узнал. На данный момент он работает на четырех работах, живет в однокомнатной квартире. Спит по четыре часа в сутки. Иногда ходит в кино. Это все. - Отлично. Предложите ему работу в корпорации, - посмотрев на мужчину, он размашисто расписался в одной из бумаг, ставя на ней печать. - И да, передайте это моему отцу. **** - Извините, хозяин, тот человек не хочет работать на вас, - плохие новости редко произносились в этом доме по той простой причине, что за них могли уволить, но и не сказать мужчина не мог. Это могло оказаться более плохим знаком. - Устройте тогда ему такую жизнь, чтобы он рабство счел за радость... _________ Банг ничего не ответил, и не стоило. Это показалось ему странным. - Пошли, - потащив Eнгука за собой, блондин нервно облизнулся. В его мозг закрадывалась одна настойчивая но плохая для обоих мысль "отец может узнать все, что тут было", но и от этого расставаться с идеей быть целый день с Енгуком, не было желания... - Я бы хотел один помыться, - слабо улыбнулся Енгук, когда парень снимал с него рубашку. - Нет, - Чжунхон продолжил раздевать брюнета, наслаждаясь мышцами, которые несмотря ни на что сохранились. - Ты же... обещал, - растерялся старший. - Я сделаю для тебя все, только при условии, что ты будешь рядом, но если ты не хочешь, то тебе же будет хуже, - туго завязав шнурки на штанах раба, блондин посмотрел с яростью в глазах на Банга - Ладно. Можешь хотя бы отвернуться? Я стесняюсь. - Нет я хочу видеть каждое твое движение, все твое тело, я хочу видеть как ты будешь себя трогать и наслаждаться теплой водой, чтобы ты... - с наслаждением произнес блондин. - Не продолжай, прошу! - воскликнул Банг. И быстро залез в ванную, включая воду. Все тело было напряжено, от пристального взгляда можно было бы свихнуться, но, Чжунхон вскоре отвернулся, чтобы ответить на звонок. За время, что Хон говорил, Енгук быстро ополоснулся и взял первое и единственное в ванной полотенце, закутываясь в него. - Хороший мальчик, погладил Хон парня по щеке. Тебе нравится ощущать, как полотенце окружает твое тело? Чувствуешь, будто я обнимаю твое тело? - ты знаешь, что он прав, ты это ощущаешь прикосновение полотенца. Видишь перед собой его образ, закрывая глаза? Чувствуешь прикосноения его кожи к себе и паху? Хотя кого я спрашиваю? Конечно же да. Надеялся, что в его личной ванной будет обычное полотенце. Ты неудачник, не получится у тебя просто так избавиться от этого ощущения... и без того поднадоевший голос смешивающийся со словами Чжунхона, убивал сознание Енгука. - Хватит! - Енгук снимает с себя полотенце и остается без ничего вновь. - Ч... что? Ты это мне? - жестокость, проявляемая в голосе молодого человека испугала не на шутку. - Нет. Я это... - я не смогу объяснить. Прости. - Спорим он хочет тебя? задорный тон, будто он хотел не только насмехаться над Енгуком , а что-то еще, будто он диктовал правила жизни Енгуку. Настолько в это вреия казался подозрительным голос. - Все в порядке? - обеспокоенность в голосе сменила и положение обстоятельств, хотя голос не прекращал нашептывать о беспомощности Банга. -Заткнись! Я тебя ненавижу, уйди! - все сказанное было адресованно не младшему, но тот так не думал, хотя никто бы так не смог подумать, окажись в подобной ситуации. - Прости, я переборщил, да? Я обещаю исправиться, только скажи, что не так? Хотя... все и так понятно, прости. Я выйду, а ты одевайся. Только не убегай, молю тебя. Хорошо? - Енгук кивнул и отвернулся забрать вещи. Одевшись, он вышел, вновь чувствуя, как парень припал к его ногам. - Я понимаю, что не достоин тебя, но умоляю, прими меня таким. - Да что с тобой не так?! - возмутился брюнет. Ощущение, словно перед ним напичканный до предела гормональными таблеками ребенок стоял. - Умоляю... Умоляю... - каждые пять секунд повторял блондин, сжимая брюки в кулаках. - Я тебя прощаю, но обьясни, что происходит? - Я не хочу тебя терять, молю... - блондин был будто не в этом мире. Какиие бы вопросы не были заданы, все сводилось к мольбам младшего. В конце-концов, уже совсем не понимая, что дальше делать, Енгук сел на пол, рядом с плачущим Чжунхоном и обнял его, целуя в щеку. Хоть в этот момент подступила тошнота, помогли действия незамедлительно. - Енгук... иди к себе... сегодня ничего не получится, - сжимаясь в калачик, тихо прошептал младший. - И не забудь что... что я люблю тебя...