Раб не значит невольник.

- Прости, я не хотел, - этой фразой он одарил тебя, прежде, чем покинуть еще на месяц. Правда, за этот момент ты понял, что рабом быть хорошо. Ты жил уже не в этой помойке, а в доме. Апартаменты казались настолько шикарными, что ты даже думал, что не достоин их. Тебя кормили отборной пищей, делали бесконечные маски, массажи, обращались с тобой, как с господином, водили тренироваться, проверяли твои способности, удивляясь, насколько ты образован. Они натаскали тебя достаточно хорошо, научив, скорее, быть придворным, гейшей, в какой-то степени, а после позволили тебе самому решать все важные вопросы, но ты все равно не мог и секунды расслабиться ибо был в неведении. А теперь тебя поставили на какую-то непонятную конструкцию, заставив странно изогнуться. Ну и? Как тебе находиться в таком состоянии? - Не очень, - вздыхает парень, ожидая, когда же его отпустят в комнату. В этот момент привезли какой-то предмет. - Не переживай. Это лишь проверка на выносливость. Тебе ведь придется постараться, - говорит девушка, сверкая дьявольским взглядом. Что-то меня напрягает, что она так на тебя смотрит... - Не говори глупостей... Спалился. Теперь и перед прислугой. Ты бы свой ротик на замке держал... - Ты в своем уме? - девушка дает пощечину, вставляя в рот кляп, позже что-то резко насаживая на член парня. От этого чего-то было слишком хорошо. Парень слишком расслабился, не замечая прихода Чжунхона, который подтянулся ближе и стал ласкать тело, стесняясь прикоснуться к паху. - Не делай этого, - рычит Енгук, извиваясь от накатывающего наслаждения. Чжунхон побледнел, слыша грозные рыки. - Нам уже завтра нужно пойти туда. Как ты собираешься... - Отойди! - кричит Банг, ощущая, что сейчас не выдержит и пары секунд, но парень не двигается. - Почему? - паникует Чжунхон и не отстраняется, отчего сперма пачкает его лицо. Сердце замерло. Что делать дальше даже представления не было, однако реакция была удивительной. Парень взял платочек и стер белесые следы со своего лица, сглатывая возможные слезы. Думаешь он простил? - Нет, - обреченно говорит Енгук, думая, как сбежать и в какой момент. - Такое не простишь. - Я ... Не решай за меня! - Чжунхон выбежал, кажется, собираясь как всегда заплакать. *** Вечер. То время суток, что пугает тебя. Не так ли? Сегодняшний вечер особенно пугал. Ты стоишь у порога дома в чистой, выглаженной одежде. Ты не знаешь, что тебя ждет там, в темноте. - Я боюсь, - тихо говорит Банг на ухо Чжунхону. - Я с тобой не говорю, - холодно отвечает Чжунхон, улыбаясь своему дворецкому. - Ваша машина уже подъехала, проходите, - любой человек из персонала этого дома желал бы сейчас оказаться рядом со своим хозяином, который готов будет отдаться лишь за единственную возможность - оказаться выше не только ростом, но не Енгук. Сейчас он был бледнее, только выпавшего снега. - Позвольте, - к Енгуку подошел другой сотрудник с роскошным пальто и одел его на плечи. - Приятного отдыха. Переступить порог здания, похожее на дворец - было непосильной задачей. За ней Енгука ожидало лишь лицемерие и высокомерие. Даже рабы вели себя, как хозяева, хоть они и различались, это различие было лишь в том, что к шее был привязан ошейник с именем хозяина. Характер и способность смотреть на мир сверху вниз были на уровне хозяев. Встав рядом с Чжунхоном он так же почувствовал нервозность. - Чжун...хон, не переживай, - взяв за руку парня, он попытался успокоить младшего. - Ты... нет... мы сможем. - Я чувствую, что хозяином должен быть ты, - Енгук достает из кармана пиджака младшего платочек и стирает пот со лба малыша. - Не говори глупостей, пошли, - Енгук видит, как рабам выдают ошейники и морщится, не желая оказываться в таком положении. Тем не менее он ведет Чжунхона к столу так, чтобы казалось, что он сейчас подчиняется младшему. Подойдя к столику он наклонился так же, как и странный блондин, голос которого показался на удивление мелодичным, когда он обратился к хозяину. Посмотрев на надпись на его ошейнике. он запомнил на будущее его, чтобы спросить потом у Чжунхона, кто он. Дождались. Теперь ты даже не сопротивляешься, когда на тебя одевают ошейник, даже подставляешь под него шею.Что? Так хочется быть подчиненным кому-то? Самому от себя не противно? - Да, да, - устало отвечает Енгук. - Не мешай. Поговорим потом, - он отметает подальше в задворки своего сознания второе я и смотрит на Чжунхона, готового расплакаться. - Да ты издеваешься, - потянув все так же, как и к столу Чжунхона к выходу, он смотрит в ясные детские глаза, всем своим видом выдающие нежелание присутствовать на этом мероприятии. - Чжунхон, - Енгук стирает первую слезинку с лица светловолосого парниши. - Мне это тоже не нравится и мы можем уйти, стоит только попросить. - Енгук, поцелуй меня, - неожиданно выдает Чжунхон, а Банг и не противится, тут же нежно прикасаясь к губам младшего и продлевая поцелуй достаточно долго, чтобы этому удивился даже сам Чжунхон.