Раб не значит невольник.

Чжунхон вот уже который месяц лежит на кушетке психиатрической клиники и обнимает единственную игрушку из детства - память о своем добром старшем брате, что так сильно напоминал Енгука. Характер, внешность, практически все. Он давно не понимал, что происходит вокруг, а посмотри он на себя со стороны, посчитал бы себя роботом. Исполнение каждой из просьб моментально пугали даже санитаров. Они и говорить что-либо лишний раз у палаты и даже вовсе за стеной поликлиники боялись - думали, что парень и на расстоянии их услышит. Все было бы неплохо, не будь парниша важной персоной в поликлинике. За один год пребывания его здесь, за который они должны были полностью излечить парня, заплатили столько денег, что даже уборщику хватило на квартиру в богатом районе. Долго такое продолжаться не могло, так считали сами санитары, качая головой и думая о том, как же им обоим избавиться от треклятой мухи, что летала у них над головой, хоть и приносящая деньги, мешающая спокойно спать. Они перепробовали за четыре месяца уже все, что было в их запасе, но все становилось с каждым днем хуже. В одну из ночей санитары, как и прежде следили за камерами, записывающими действо в палатах и неожиданно заметили один странный момент - Чхве пытался расщирить свое анальное отверстие, выстанывая чье-то имя. Оба сделали звук погромче - это действо представлялось им довольно возбуждающим. Достав ствол из штанов, оба притихли, прислушиваясь к звукам. Стоны тут же заполнили всю комнату, а парни приступили к просмотру интереснейшего фильма во время которого младший парень все выстанывал одно единственное имя - Еннам. ***** - Брааат, - по окончанию выстонал младший, кончая себе в руку и тут же опадая на кровать, как ни в чем не бывало посапывая на кровати. Дыхание оказалось ровным, словно ничего и не было и если не прямое доказательство на видео - запись, и на кровати - сперма, санитары бы могли подумать, что сами сошли с ума. Чхве уставился вновь в одну точку, где видел упомянутого. Самого живого, сидящего скрестив ноги на полу. Так ему казалось, или и вправду это было, никто бы и не сказал. Камера затаила тень парня, как и его образ, спасая незваного гостя от шума последующего в случае его обнаружения. ***** В этот день Енгуку вновь не спалось от горсти лекарств, по мнению самого Гука, и секунды не помогающих ему, только еще больше раззадоривая нервную систему, отчего в нем все больше просыпалось второе я, которое поглощало все больше его самого, давая себе имя и стирая из прошлого моменты жизни Гука, заполняя их бредовыми картинками, что ни разу в жизни не происходили с ним. Глубоко ночью Банг все же заснул, сжимая подушку в своих руках, не подзревая о том, что на этаж выше находится его малыш. ***** Каждый день все действия все чаще повторялись. Тень, скрытая под покровом ночи обретала контур, становились все более четко видны очертания неизвестного а расстояние между кушеткой и парнем неумолимо сокращалось. В конце-концов оставаясь у самой кушетки и нападая на парня, пытаясь снять штаны самому. Экраны санитаров отображали в этот день какой-то сериал. Звуки борьбы едва доходили до их ушей, сплетаясь со звуками поглотившего разум зомбоящика. Банг слышал отчетливо эти звуки. Второе я в это время уже словно в реальной жизни пожирало сознание. Ощущения были жуткими, голова раскалывалась, да еще и мешал чей-то визг. Такой знакомый, незабываемый. Хотелось убить этого пищащего на всю больницу человека, задушить, но в результате он все же уснул, прекращая думать об этом. Скоро должен наступить новый день, наполненый новыми событиями и сюрпризами, что случались, как правило, ночью.