Теперь нам будет стыдно!

6 глава POV слова Автора Коккури, захваченный желанием найти Инугами, врывается в дом. В его руке была наполовину пустая бутылка, а его тело солидно шатало. Осталось загадкой, как он сумел открыть дверь в таком состоянии, наверное, в этом ему помогло чудо. Вообще-то, если честно, Коккури-сан не ворвался, а ввалился в дом, потеряв опору в виде входной двери. И вот, падая, он случайно разбивает бутылку водки о пол, расплескивая её содержимое во все стороны и естественно, наделав много шума. На сей шум явился очень пьяный Инугами. Он, когда вошёл, очень удивился. Коккури-сан стоял на четвереньках над разбитой бутылкой и оплакивал её. - Эээ... Коккури-сан?.. - удивился он. - А что вы... ой... ты, делаешь? - А?.. Инугами-чан! Я-а как-раз тебя ик-искал... - Коккури, качаясь, поднялся с пола и направился неровным шагом к Инугами. - Искали меня?.. м-м... А зачем?.. - нетрезвый дух собаки не был способен на трезвое мышление и потому, не мог понять, что именно происходит и почему лис идет к нему. Впрочем, лис тоже не мог разобраться в собственных действиях... Пока Инугами пытался понять "почему Куккури-сан искал его в осколках" что было чуть запоздало, объект его размышлений уже подошёл вплотную и обнял его руками за плечи, утыкаясь тёплым носом в покрасневшее ушко. Естественно, попытки хоть что-то понять провалились с крахом для Инугами, как и их тела, что потеряв равновесие, упали на пол. - Коккури-сан!... - воскликнул пес. Ударившись лопатками об пол, и судорожно выдохнул, заливаясь краской, когда неудачливое (а это ещё с какой стороны посмотреть))) колено лиса, при попытке найти опору, задело пах мужчины. От этого случайного вздоха прямо в лисье ушко, зрачки Коккури-сана расширились, почти полностью закрывая золотистую радужку глаза. Его тело содрогнулось и тут же голову заполнили нехорошие, пошлые мысли. Одну из них и осуществил Коккури-сан. Он, уткнувшись носом в шею Инугами, слегка подул на неё горячим дыханием, вызывая стадо мурашек и предвкушающую дрожь по телу своей добровольной жертвы. Потом, почти неощутимо, царапнул зубами кожу и оставил влажный след, кончиком языка, проводя им от нижнего основания уха до ямочки на ключице... ( Поскольку, еще, когда Инугами напивался в одиночестве, он успел избавиться от галстука, пиджака и расстегнуть белоснежную рубашку почти наполовину. Именно в таком вот виде он появился перед Коккури-саном.) ... Действия Лиса будоражили и возбуждали и так возбужденное тело жертвы. Дух продолжал свои манипуляции с Инугами... Одной рукой он расстёгивал до конца рубашку, распахивая её, а второй ласкал открывшиеся участки кожи, вызывая новые влекущие ощущения по телу и редкие, задушенные губами стоны. Язык тем временем изучал открывшиеся ему части тела Инугами. Он прошёлся от впадинки ключицы до пупка, оставляя влажную дорожку на коже и студя её разгорячённым дыханием. Тело пса покрывалось мурашками, и волосы вставали дыбом... - Коккури-с-ан...- тихий шепот-стон сквозь зубы привлёк внимание лиса, когда он уже опускался дорожкой поцелуев от пупка до ремня классических брюк. - Не-наадо, К-оккури-сан!.. - духу собаки было тяжело говорить, так как, рука лиса всё же скользнула под ремень и сквозь боксёры погладила ставшую напряженной плоть. На лице лиса отразилась хищная улыбка, и он вытянул руку из штанов, предварительно легко поцеловав бугорок, сквозь плотную ткань брюк. - Что не надо делать, Инугами-чан?.. - его голос звучал более маняще и дразняще, его лицо оказалось на уровне лица Инугами; их взгляды, наконец, пересеклись... Жертва лихорадочно сглотнула слюну, увидев плескающееся в чёрных зрачках желание, и что-то похожее на нежность вперемешку со свойственной, для лиса, хитростью. Он, Инугами, отдавшись этим глазам, приподнимается на локте и неуверенно прижимается губами в неловком, но искренним поцелуе. Ему тут же ответили, прижав сильным телом к полу и прижимая теснее к телу за талию... Коккури-сан углублял поцелуй, делал его более страстным и возбуждающим. В этот поцелуй он вложил всю ту щемящую нежность и кипящую любовь из своего сердца и в ответ он получал те же чувства с тем же напором и энтузиазмом. Когда оба уже не могли дышать, поцелуй был разорван, но, Коккури-сан тут же прильнул к его шее, оставляя на ней яркий засос. Он приблизился губами к уху Инугами и прошептал пленяющим и властным голосом. - Теперь ты только мой. - И снова поцеловал его глубоким поцелуем. "Только мой..." - отдались эхом слова в голове Инугами, пока его губы целовали собственническим поцелуем. Всё тело пылало жаром от прикосновений Лиса, разум был в плену чужих глаз, а сердце уже давно отдалось этому наплыву чувств. Больше не желая терпеть слишком жарких прелюдий, дух собаки теснее прижимается бёдрами к паху Коккури-сана и схватив того за длинные волосы почти шипит дрожащим голосом в дрогнувшее ушко. - Возьми меня наконец. - и громко застонал когда лис, не заставив ждать, всё же избавил Инугами от всей одежды, в том числе и от так жавших на возбужденный член, брюк. Лис склонил голову над бедрами пса и хитро улыбнулся, поймав одурманенный взгляд обычно фиолетовых, но сейчас почти чёрных глаз. Инугами нетерпеливо дёрнулся и лис всё же взял его член в рот. Из горла Инугами вырывался протяжный вой-рык, когда ловкий язык оглаживал головку твёрдого члена и дразнил чувствительную уретру. Он громко стонал, кусая губы, когда мягкие губы обтягивали возбуждённую плоть и посасывали её. От удовольствия он так же не заметил смазанных слюной пальцев (когда Коккури только успел их облизать?! О_о), которые осторожно и нежно входили, поглаживая изнутри мягкие стенки ануса в поисках простаты и одновременно растягивая узкий проход. Когда лис нашёл простату, Инугами практически был обезумевшим от наслаждения и достаточно растянутым для чужого хозяйства и под очередной жаркий стон, лис медленно вошёл в него вырывая из того почти крик удовольствия, когда почти зразу член утыкается головкой в простату. Капелька пота стекает по напряжённой скуле лиса... Дух собаки судорожно извивается и хватается руками за плечи Коккури-сана, сжимая их и оставляя царапины на коже. Коккури впивался губами в губы Инугами, целуя его и покусывая истерзанные губы. Его движения были быстрыми и мощными, он вбивал гибкое тело в пол, с каждым ударом по простате сводя Инугами сума и подводя его всё ближе к черте бурного - взрывного оргазма. Они кончили не одновременно, сначала Инугами - излившись на торс напряжённого лиса, а потом Коккури - во внутрь разгорячённого тела... Оба были без сил и их тела, до сих пор разгорячённые, содрогались в судороге непрекращающегося оргазма, когда Коккури, еле найдя силы, что бы не упасть на Инугами, а свалится рядом с ним набок, вышел из сжимающегося вокруг него тела.... Кровь, что бурлила в телах обоих, стала постепенно остывать, и они уснули утомлённые и истощённые бурной любовью на полу, и снова в тесных объятьях друг друга... *** Оба спали очень крепко. И проснулись только к обеду нового дня от ощущения прохлады на оголённой коже... Медленно моргая, они одновременно разомкнули объятия и сонно потягивались на холодном деревянном паркете. Инугами, подтягиваясь, вскрикнул от боли в пояснице и скривился, пытаясь перевернутся набок. Коккури-сан, до этого пытался открыть слипшиеся глаза, тут же, после вскрика, распахнул их. Он с безумием во взгляде повернулся в сторону звука. Тело Инугами было полностью голым, бледная кожа сияла в лучах солнца из окна, его фиолетовые волосы были растрёпаны, а по всему телу рассыпаны точки ярких засосов. Лис сглотнул, увидев самый заметный засос на шее, и вспомнил вчерашнюю ночь... Вспомнил слова, сказанные в горячке безумной любви... Вспомнил, и, покраснел, задохнувшись вдохом. Он раскраснелся ещё больше, заметив ощущение блаженства и тепла в душе и теле... Именно там, где ещё вчера чувствовалась тоска, и одиночество теперь плескалась бескрайние море любви. Лицо лиса озарила чистая и искренняя улыбка... Инугами, лёжа, повернулся к Коккури-сану и его глаза удивлённо распахнулись, увидев любовь и нежность в золотых глазах, и такую чистую и искреннюю улыбку, что казалось, сияла ярче солнца за окном. Серебреные волосы были рассыпаны по полу и груди лиса, поблескивая на том же солнце... Инугами, забыв о боли в пояснице, поднялся и коснулся рукой к щеке лиса, склоняясь над ним. - Я люблю тебя... - прошептал он, касаясь к улыбающимся губам своими губами. Нежные ладони коснулись его талии и обняли, прижимая к себе ещё теснее. - Ты только мой... - шепнул Коккури-сан в ушко Инугами и поцелуй скрепил их признания. Лис нежно обнимал его за талию, и они были счастливы, что никому из них пока не нужно страдать от одиночества... Они оба были рядом и любили друг друга сильнее, чем могли думать раньше. Их сердца бьются в одном ритме, они дышат друг другом, их мысли заполнены только своей второй половинкой. Они переполнены счастьем и спокойствием, пока рядом есть он, а значит они всегда будут вместе... Конец 6 главы?!. Нееееет, будет ещё одна маленькая глава.)