Six months that changed my mind

Мой беспокойный сон был прерван звонком будильника. О нет. Надо в школу. Я нехотя приподнялась с кровати и направилась в ванную комнату, надеясь, что холодный душ поможет мне окончательно проснуться. Что и свершилось. Бодрая и освеженная, я переоделась в черные брюки и футболку и поспешила в комнату к Бри. Только не говорите мне, что она еще не встала. Зайдя в комнату, я застала Бри, зарывшуюся в одеяло и сладко посапывающую. Это было так мило, что не хотелось нарушать сон моей подруги. Но неужели она не поставила будильник? Тут я заметила сломанный будильник, бесцеремонно валяющийся на полу около кровати. О, это, видимо, у Бри своеобразный способ выключения будильника. Достаточно действенный однако. Больше не медлив, я громко отчеканила: — Время 7:10, а Брианна не одета и не собрана! Ну-ка подъем! Бри только поплотнее укуталась. Ну вот пусть потом не говорит, что я не пробовала. Я одним рывком сорвала с подруги одеяло, от чего та мигом распахнула глаза. — Ты совсем обнаглела? Верни мое одеялко! — Семь часов двенадцать минут, — только и сказала я. Но этого было достаточно, чтобы Бри, как ошпаренная, вылетела из кровати и стала метаться по всей комнате. Я же, со спокойной душой и совестью, тоже пошла собираться. Как всегда, на сборы мне не потребовалось больше пятнадцати минут. Решив не терять время зря, я выпила таблетку и успела погрязнуть в размышлениях. Кто был тот таинственный незнакомец? Что ему от меня надо? В чем я ошибаюсь? Но тут меня как током шибануло. В эту пятницу будет ровно десять лет со смерти мамы. Десять лет как мамы нет со мной. Сердце защемило. Уже десятый год я не могу почувствовать ласковое поглаживание по голове, услышать такую смешную мамину шутку. В уголках глаз скопились слезы. Быть может, я бы дала волю своим эмоциям, если бы не так вовремя спустившаяся Бри. — Ну что, пошли? — весело спросила она. Я не сразу отреагировала на ее слова, так как было сложно так резко переключиться с одной темы на другую. — Эй, что с тобой? — У нее было хорошее настроение с самого утра, а мне так не хотелось портить его своими горькими воспоминаниями. — Неужели мисс Копуша соизволила собраться? — включила сарказм я, чтобы Бри не заподозрила ничего. На мои слова подруга надула губки, но буквально через пять секунд залилась звонким смехом.

* * *

Почему-то с самого моего пробуждения я чувствовала, что день не заладится. Уроки проходили сравнительно спокойно. Вплоть до звонка на большую перемену, на которой, как я уже говорила, все мчатся в столовую. Кушать мне опять же не хотелось, поэтому, сообщив Бри о том, что буду повторять историю, я осталась одна в коридоре. В этот момент было такое приятное чувство одиночества, когда никто не сможет тебе помешать читать про Боливара. Но никто смог помешать мне. — Дрянная мерзавка, ты думала, тебе это с рук сойдет? — зло прошипела какая-то блондинка, находившаяся в десяти метрах от меня со своей "свитой". А, это, часом, не та, которую я окунула в салат? Она же вроде. Я не стала обращать внимания на эту девицу и продолжила читать про освободительную борьбу в Латинской Америке. — Смотри на меня, когда с тобой разговаривают, — продолжил тот же писклявый раздражающий голосок. Я фыркнула и отложила учебник, намереваясь высказать этой нарушительнице моего покоя все, что я о ней думаю. Но тут я почувствовала чьи-то еще заинтересованные взгляды на себе. Я повернула голову направо. Зейн Малик и Гарри Стайлс наблюдали за сложившейся ситуацией сбоку. Только я открыла рот, чтобы ответить этой мымре, как, не совсем вовремя, заметила баскетбольный мяч у нее в руках. Что она собирается делать? Но я не успела даже толком подумать об этом, как получила сильный удар в голову. Перед глазами немного помутнело. Не удержавшись на ногах, я рухнула на пол. Я услышала смех Зейна, не совсем естественный смешок Гарри и довольную ухмылку блонди-шлюхи. Отлично просто. Затем я уловила отдаляющиеся шаги. Конечно, никто не поможет мне встать. А что я думала, что Гарри, которому я, рискуя жизнью, спасла сестру от маньяка, поможет мне подняться на ноги? Вот наивная. Голова в это время неодобрительно гудела. Я, сильно вцепившись в шкафчик, стала медленно подниматься с пола, игнорируя нарастающую головную боль. Когда мне это удалось, я как можно скорее попыталась добраться до туалета. Как только я закрыла за собой дверь в кабинке, слезы ручьями потекли из моих глаз. Во мне взыграли три чувства — тоска, обида, отчаяние. Разве я заслужила такое? За что мне все это? Имею я право хотя бы оставшиеся шесть месяцев прожить в мире и спокойствии? Почему после всего, что я сделала Гарри, он лишь посмеялся надо мной? Может, я слишком высокого о себе мнения? Может, я действительно все это заслужила? От этих мыслей я лишь сильнее заплакала. А мамы уже десять лет нет рядом. Она бы нашла, чем утешить меня. Ей бы я раскрыла всю душу. Но я стараюсь, мама. Я пытаюсь выдержать все, правда. Но у меня это не особо получается. Пока слезы обжигали мои щеки, я даже позабыла о головной боли. Но стоило мне вспомнить о ней, как я почувствовала, будто мой мозг раздирается на части. Этот удар мячом мне в голову будто "разбудил" рак моего мозга. Мне кажется, что мне уже пора посетить онколога, давно я не была у него. После всего, что я пережила за последние дни, я была не уверена, что мой мозг будет так же в порядке. Я должна, просто обязана остановить свою небольшую истерику, успокоиться, собраться и продержаться до последнего урока. Еле успокоившись, я вышла из кабинки, умылась и взглянула на зеркало. На меня смотрели заплаканные красные глаза.

* * *

Да, я сделала это. Я дождалась конца последнего урока и мгновенно собралась. После моих ненужных слез в туалете я старалась никому не смотреть в глаза, чтобы никто не увидел их заплаканными. Даже Бри я солгала, что со мной все в порядке. Но со мной все не в порядке. Попрощавшись с подругой, я поймала такси и поехала на прием к онкологу.

* * *

— Постарайтесь быть осторожнее, вам ни к чему эти лишние встряски, удары по голове, старайтесь держаться в стороне от этого. Также старайтесь поменьше нервничать, волнение вам только навредит. Вам нужен покой на пару дней. Старайтесь не перегружать себя. В ближайшие два дня не делайте большой объем домашних заданий, это будет лишней нагрузкой на мозг, я выпишу вам справку, которую вы должны будете показать учителям, тогда они нормально воспримут вашу неготовность к их предмету. — Но, доктор, я не хочу, чтобы кто-то, а тем более учителя, знали о моем диагнозе... — Не волнуйтесь, я об этом позабочусь. В справке не будет напрямую написан ваш диагноз, я лишь сообщу о том, что вам нельзя перегружаться. — Хорошо, спасибо. Онколог быстро начеркал что-то на пожелтевшей бумаге и протянул мне справку. — А сейчас идите домой и хорошенько выспитесь. — Спасибо. — Я буду ждать вас на следующий прием в пятницу. — Эм, а можно в какой-нибудь другой день? В пятницу я вот никак не могу. — Давайте тогда в субботу, все равно моя смена будет в первой половине дня. — Договорились. Ну что ж, до свидания. — Я направилась к выходу из палаты. — До свидания.