Жизнь в зверинце

Ректор Академии. Мэтр Лотто Фаль. Её основатель. Одна из самых таинстенных личностей в истории континента ожидала меня за створками дубовых дверей. Сейчас лишь я понял, какова опасность, грозящая мне. Уильям неоднократно показывал мне своё благородное происхождение... А я ведь даже не понял этого. Наказание за неуважение к благородному будет воистину ужасно, а здесь, быть может, меня за это казнят! И сейчас меня ведут к представителю здешней верховной власти. От страха стали подкашиваться ноги, безумные мысли с бешеной скоростью метались в голове: "Вырваться, убежать, спастись!". Внезапно Уильям приобнял меня со спины и прошептал мне на ушко: "Иди... Не надо бояться... Я с тобой". И вместе с его словами ко мне пришло успокоение. Нет, - подумал я, - он не может быть таким жестоким. Я знал его всего ничего, но тем не менее ко мне пришла твёрдая уверенность, что я прав. Набрав в грудь побольше воздха, я толкнул дубовые створки. Уильям шёл чуть позади меня. - Поднимитесь на второй этаж, пожалуйста. Мэтр ждёт вас там. Я поднял голову, пытаясь обнаружить источник звонкого голоска и увидел маленького мальчика, лет 7-8. Он стоял на винтовой лестнице, ведущей наверх и перевесившись через перила разглядывал нас. Решив, что не стоит заставлять ректора долго ждать, я стал осторожно подниматься по лестнице, держась двумя руками за перила. Уильям придерживал меня сзади, страхуя от падения. Ступеньки были очень высокими и давались мне с огромным трудом. Наконец, я преодолел последнюю ступеньку и стал оглядываться в поисках кабинета небедомого ректора. Мне этот кабинет представлялся похожим на кабидет директора детского дома: такой же строгий, неуютный, с пугающей атмосферой, кабинет, где тебе ясно дают понять, насколько ты ничтожен. Неожиданно, из-за одной из стен донёсся чей-то смех. Я подошёл к этой стене и в недоумении уставился на неё, пытаясь понять, где же мне найти дверь. Будучи полностью увлечён загадкой двери, я совершенно забыл про Уильяма и не заметил его улыбку. - Может, тебе помочь? - спросил он, с насмешливым участием глядя на меня. - А, д-да, конечно... Простите, надо было сразу попросить... Уильям подошёл к стене и...просто отодвинул её в сторону! Я был поражен произошедшим и не мог подобрать слов, чтоб выразить своё изумление. Вдоволь налюбовавшись моим перекошенным лицом, он расхохотался и воскликнул: "Это ширма!". Внимательнь приглядевшись, я убедился, что это действительно ширма, с наружной части неотличимая от стены. Мне стало стыдно за свою недогадливость и я покраснел до кончиков ушей. - Не стыдно так подшучивать над бедным мальчиком? - произнёс чей-то невероятно красивый, сильный голос с бархатными нотками, которые так присущи истинным мастерам слова, величайшим ораторам мира. Только сейчас я вспомнил о комнате за ширмой и внимательно её осмотрел. На полу, покрытом циновками, сидело 3 или 4 ребёнка, уже знакомый мне мальчик и девочки, чуть постарше. Они играли с животными, которые сидели здесь же: 4 собаки, 2 кошки и кот, а с ними два попугая, сидевшие на руках одной из девочек. В углу стоял камин, согревающий комнату, а перед ним сидел человек, от которого словно исходил неяркий приглушённый свет, свет мудрости и силы. Было невозможно не понять, что это и есть ректор. Именно ему и принадленжали эти слова. - Здравствуй, Станислав! - произнёс он. - Добро пожаловать в Академию!