Доверие

      Снэл так и просидел до вечера, настолько погрузившись в себя, что не заметил ни возвращения Ораса, ни пришедшего с ним эльфа. Очнулся только когда его невежливо тряхнули за плечо. Конечно же это оказался Алэйл — кто бы еще мог так фамильярничать. Снэл поглядел на его хмурое лицо, покосился на устало присевшего на подоконник Ораса и все понял.       — И зачем ты ему рассказал?       — Затем, что в одного с этим разбираться не дело, — вместо рыжего архимага ответил алхимик. — И даже вдвоем не дело.       Юноша отвернулся. Говорить не хотелось, слишком много он успел обдумать за день. И про Алэйла в том числе. Но тот не уходил, наоборот, опять замер напротив, совсем как после встречи с Эрлией, и внимательно глядел на него.       — Если хочешь знать, меня ей достать нечем, — нарушил тишину Алэйл. — Разве что убить... У меня кроме работы ничего нет.       — А отстранить? — криво улыбнулся Снэл.       — Разве что обвинить в безумии, — хохотнул алхимик. — Ну помучают меня опять пару месяцев... За беспочвенные подозрения её саму из совета выгонят. Так что прекращай, малыш.       Он говорил настолько уверенно, что юноша недолго боролся с собой. Все-таки именно Алэйл был дороже всего их паре — никто другой не сошелся с ними так близко. И дело было вовсе не в постели — алхимик просто как-то все время был рядом, не навязчиво, но...       — Прости. Наверное, я действительно слишком боюсь, — пробормотал Снэл.       — Вот и молодец, — Алэйл знакомым до боли жестом взъерошил его волосы, от чего юноша зажмурился, пытаясь понять, как бы он был без этого, если бы не сумел поверить. Потом тяжелая рука исчезла, послышался шорох, когда Алэйл поднимался на ноги, и Орас спросил:       — Уходишь?       — А чего вам, рыжим, мешать, — хмыкнул алхимик и направился было к двери, когда Снэл, повинуясь какому-то наитию, окликнул его.       — Алэйл! А почему ты ночуешь в лаборатории?       — А чего далеко ходить, — тот пожал плечами, но как-то так, что в искренность слов совершенно не верилось.       — И тебе там лучше, чем с нами? Или ты на меня зол? — Снэл выбрался из кресла, быстро метнулся к эльфу и поймал за руку. — Алэйл?       Тот вздохнул, нехотя поинтересовался:       — Хочешь, чтобы я остался?       — Да, — уверенно кивнул Снэл, и с ним больше не спорили. Наоборот, Орас глянул с одобрением. Его тоже смущала появившаяся в последнее время у друга привычка ночевать среди своих пробирок. Ладно раньше, когда он помогал обустраивать жилой уголок — действительно, некоторые эксперименты требовали почти постоянного присутствия, а так алхимик мог хотя бы прикорнуть ненадолго на более-менее удобной кровати. Но сейчас Алэйл и вовсе перестал появляться в своих комнатах. Как-то заглянувший туда архимаг обнаружил полное запустение и медленно умирающий цветок, забытый на окне. Цветок пришлось забрать с собой и вручить Снэлу, а вот поговорить с Алэйлом никак не получалось.       Так что он терпеливо ждал, пока Снэл окончательно успокоится и придет в себя. Стыдящийся своего утреннего срыва юноша болтал вовсю, теребя обоих. В основном доставалось Алэйлу, впервые севшему с ними за стол. Тарелка риса, появившаяся перед ним, была внимательно осмотрена, и Снэл выразил крайнее удивление тем, что на вид все вроде бы обычно, и чего, мол, его пугали.       — Не в зернах дело, — хмыкнул Алэйл, и Снэл, кивнув, потянулся поглядеть, что в небольших плошках, стоящих рядом с тарелкой. За что и получил по любопытному носу, хорошо хоть в переносном смысле. Алхимик строго-настрого запретил трогать какие-то непонятные соусы и подливки, даже понюхать не разрешил, заявив, что хватило ему уже разок чужого любопытства.       После ужина Алэйл снова попытался уйти, но как-то настолько неуверенно, будто хотел, чтобы его уговорили остаться.       — Что у тебя там? — удивился Орас, от которого это не укрылось.       — Сайла заходила, — сознался наконец Алэйл.       — И ты собрался ночевать там, где все пропахло её духами? — изумился архимаг.       — Знаешь, Орас, в какой-то момент становится все равно, — тихо ответил Алэйл. Снэл только головой крутил, благоразумно молча и пытаясь разобраться в происходящем.       — Неужели ты наконец отпустил её?       — Не знаю... Любви точно больше нет, — Алэйл тяжело вздохнул. — Мы не виделись года два, а сегодня с утра она прибежала. Крику было много.       — О чем хоть?       — Что это якобы я на сына так повлиял, что он человеческого лекаря притащил, — поморщился алхимик.       — Подожди, Алэйл, так тот воин из нашей ветви — твой сын? — не поверил Снэл. Он прекрасно понял о ком речь — встречу с таким же, как он, превращенным забыть было сложно. Их поэтому и познакомили — сочли, что молодой архимаг возможно сумеет помочь только-только ставшему эльфом человеку. Но не вышло — не сошлись характерами. Тихий, замкнутый лекарь просто не понимал кажущегося на его фоне жутко шебутным Снэла.       Оба эльфа кивнули.       — Сайла тоже из нашей ветви, — пояснил Орас. — Она ушла от Алэйла, когда совет счел, что он совершил ошибку.       Алэйл мог бы добавить, что именно из-за любимой женщины когда-то пошел на это... Что раньше его волосы отливали золотом, а фигурой и характером он просто пошел в чернявого отца-воина, не смотря на мирную, спокойную ветвь матери... Мог бы, но не стал. Счел, что это слишком похоже на жалобу. Да это и было бы, по сути дела, жалобой — ведь тогда от него отвернулись все. Жена, до этого твердившая, что ему не хватает мужественности. Родители, которые и так не очень интересовались сыном, слишком увлеченные своими делами. Собственная ветвь — ведь он теперь не принадлежал к ней. Не отвернулся только сын, но на мальчика слишком влияла мать. Тот вырос, но теплых отношений с отцом уже не осталось — разве что деловые, быстрые разговоры, когда ставший воином и редко появлявшийся на родине эльф приходил к родителю за эликсирами.       — А чем она была недовольна? — на всякий случай поинтересовался Снэл.       — Всем, — коротко ответил Алэйл, и юноша не стал больше развивать тему, предпочтя заговорить о чем-нибудь нейтральном. Например о том, что выхоженный цветок, пересаженный в большой вазон, дал бутоны. Потом о работе, о своей идее, и этот разговор затянулся надолго, до самой темноты.       В конце концов Орас, хмыкнув, сказал, что все идеи они проверят завтра. Потянулся, обнял Снэла, сидевшего на диване подле него.       — Алэйл? Ты с нами сегодня?       — Не хочу мешать, — алхимик отвернулся, и рыжий эльф нахмурился.       — Ты нам не мешаешь, — мягко заметил он, пересаживаясь к Алэйлу. — И тебе нужно хоть немного отдохнуть.       Он потянулся к губам эльфа, поцеловал, ласково и терпеливо. Снэл подсел с другой стороны, принявшись расстегивать куртку откинувшегося на спинку дивана Алэйла. Тот не возмущался, но и не помогал, просто расслабился, позволяя делать с собой что угодно. Это было... странно. Обычно он уверенно вел в этой игре, подчиняя себе Ораса, а через того и Снэла.       Сегодня все было по-другому. Оба эльфа пытались добиться от Алэйла привычной реакции, но тот, хоть и был возбужден их прикосновениями, не торопился сгребать Ораса в охапку и раскладывать поудобнее. Даже руку ему на голову не положил, когда рыжий принялся ласкать его плоть губами, только целовался со Снэлом, как-то непривычно бережно. А потом и вовсе поймал собиравшегося сесть на него архимага.       — Орас...       — Да?       — Возьмешь меня?       Эльф замер, изумленный подобной просьбой. Никогда еще Алэйл не изменял своей привычке брать всех самому, пресекая любые попытки доставить удовольствие иными способами. И вот теперь... Орас заглянул ему в глаза, ища, что же изменилось, и буквально отшатнулся, ужаснувшись тому, что глянуло в ответ.       В глазах алхимика плескалось одиночество. Не то, которое до сих пор временами ценил Орас, когда рядом просто никого нет. В конце концов, это сейчас рядом пусто. А так где-то там, поблизости или далеко, есть любимый. Есть друзья и родственники. Есть хоть кто-то.       Одиночество Алэйла было другим. Когда никого не просто нет рядом — никого вообще нет. Никому нет до него ни малейшего дела. И взлети завтра лаборатория на воздух вместе со своим хозяином — лишь Эрлия начнет чисто деловое расследование, выясняя, что же послужило причиной взрыва.       — Алэйл... — резко охрипнув, выдохнул Орас. Взгляд того окончательно потух, и эльф отвернулся.       — Я все понял, — глухо ответил он. — Извини. Я пойду.       — Чт... — Орас осекся и порывисто прижался к нему, целуя так яростно, будто от этого зависела чья-то жизнь. Быть может и зависела. Жизнь Алэйла. Поначалу тот даже не отвечал, видно еще не веря, что его поняли.       — Даже не думай, — Орас, отстранившись, сжал голову эльфа ладонями, заставляя глядеть на себя. — Ты нужен мне. Нужен Снэлу. Слышишь?       — Зачем? — тоскливо спросил Алэйл. — У вас есть вы.       — Просто нужен.       — Нужен, — эхом подтвердил Снэл, прижавшись к боку эльфа. Тот медленно поднял руку, погладил юношу, и замер, услышав тихое, на грани слышимости урчание. Такое можно было сделать только искренне, от души, без малейшей фальши.       — Ты все еще хочешь..? — Орас внимательно вглядывался в лицо Алэйла, пытаясь понять, действительно ли ему это так важно.       — Да...       Рыжий молча сдвинулся вниз, опустился на колени, снова ловя губами поникшую плоть. Подхватил за бедра, потянул, заставляя чуть съехать и упереться ногами в тяжелый стол, который невозможно было сдвинуть с места без магии. Не самая удобная поза, но он не хотел заставлять Алэйла вставать на четвереньки или ложиться на живот. В какой-то момент нужно будет видеть его лицо.       Снэл не мешал супругу, просто почти лежал на Алэйле, поглаживая его и иногда целуя в шею или проводя языком по чувствительному краю уха. Тогда, когда тот особо крепко зажмуривался, чувствуя, как хозяйничают внизу язык и пальцы Ораса, подготавливавшего его так бережно, как только можно было. Архимаг не поленился заклинанием притянуть из спальни флакончик масла, который им со Снэлом уже почти что не требовался. Но сейчас лучше было переборщить, чем недоглядеть.       Стон Алэйла, низкий, грудной, совсем не похожий на те, которые тот издавал, вжимая Ораса в кровать, подсказал, что он на правильном пути. И что можно уже двигать пальцами чуть уверенней, проталкивая внутрь еще один.       И все-таки он спросил:       — Алэйл, ты уверен?       — Да-а... — эльф тяжело дышал, возбужденный до предела и странно желанный сейчас. Снэл, напоследок быстро поцеловав его, сдвинулся в сторону, чтобы не мешать Орасу, и тот толкнулся в первый раз, медленно и осторожно, готовый замереть в любой момент. Алэйл втянул воздух сквозь сжавшиеся зубы.       — Давай...       — Подожди немного, ты же знаешь... — начал было Орас.       — Давай, я сказал! — почти рыкнул Алэйл, пытаясь двинуться сам. И архимаг подчинился, пусть и стараясь быть нежным хотя бы поначалу, прижимая уши от стонов эльфа, где боль мешалась с каким-то странным, на грани мучения удовольствием.       Возможно это и было мукой — заново начинать верить, что теперь есть рядом близкое существо. Не любимое — об этом и речи не шло. Но близкое настолько, насколько это возможно. И Алэйл сам глядел на Ораса, жмурясь лишь от особо резких движений. Глаза он закрыл только тогда, когда Снэл умудрился пристроиться рядом и склонился к его паху, двигая головой в такт быстрым, растерявшим всякую осторожность движениям Ораса. У них это хорошо получалось — двигаться вместе, как единое целое, особенно сейчас, когда это было как никогда важно.       И только протяжный вскрик Алэйла заставил их остановиться. Снэл облизнулся, поднял голову, поглядел на подавшегося назад Ораса. И сам потянулся к нему, обхватывая губами, послушно замирая, когда руки супруга легли ему на затылок, и тот несколько раз толкнулся в самое горло, с тихим стоном выплескивая семя.       Они сели с двух сторон от Алэйла, медленно приходившего в себя.       — Малыш... Снэл... — эльф протянул руку, потрепал юношу по голове. — Ты зачем...       — Все в порядке, — улыбнулся Снэл. — Кажется, я наконец все забыл.       Алэйл улыбнулся в ответ, с трудом сел и притянул их к себе, обняв крепко, но бережно, и понимая, что теперь ему все-таки есть зачем жить. Хотя бы затем, чтобы Орас урчал вот так, как сейчас, потираясь щекой о чужое запястье, а Снэл не боялся ничего, куда больше озабоченный тем, что сейчас упиралось в бедро Алэйла.       — Продолжим? — рука алхимика скользнула вниз по животу юноши.