Королева

— Почему нельзя? — Потому что нельзя. У двери в ванную комнату стоит хмурый полуголый Наруто в одних джинсах, которые благодаря расстегнутому ремню и ширинке, почти спадают с него, обнажая низ живота, косточки бедер и верхнюю часть оранжевых боксеров. Рядом стоит спокойный Саске, искренне не понимающий, почему нельзя пойти в ванную вместе с ним. — Но я хочу пойти с тобой, — упрямо говорит он, пожимая плечами и глядя с уверенностью и спокойствием. — А вот я не хочу, чтобы ты шел со мной. Сколько можно повторять? — страдальчески закатывая глаза, вздыхает Наруто. — Почему не хочешь? — склоняя голову на бок, в который раз спрашивает Саске. Наруто цепляет взглядом черные мазки на его шее и в который раз поражается этой бесспорно прекрасной имитации человека. Лицо, шея, руки, туловище, ноги… Все это было настолько правильным и идеальным, что отличить Саске от обычного подростка было вообще невозможно. А эти черные «мазки» на сгибах можно было с легкостью принять за татуировки. Единственное, что выдавало Королеву — эмоции. Точнее их полное отсутствие. — Послушай, — в который раз устало начал Наруто. — Ты не можешь пойти со мной, потому что мне не нравится мыться с кем-то. Мне не нравится спать с кем-либо в одной постели и иногда даже просто стоять рядом. Меня бесит, когда кто-то нарушает мое личное пространство. Уловил? — изгибая бровь, иронично спрашивает он. — Нет, — мотает головой Саске, глядя с внезапной твердостью и упрямством. — Я пойду с тобой. Наруто на это лишь удивленно приподнял брови и расплылся в наглой улыбке. — Вряд ли, — он цокнул языком и резким движением захлопнул дверь прямо перед Саске. Ванная в квартире Намикадзе была весьма необычная. Высокий потолок, плитка цвета мокрого песка на полу плавно перетекала темными тонами в желтовато-бежевую плитку на стенах. Ванная комната была размером примерно со среднюю гостиную — здесь было очень просторно для обычной ванны. Множество полотенец лежало во встроенных в стены шкафчиках, там же стояли разные предметы гигиены, которых впрочем, было совсем не много. Угловая ванна песочного цвета и душевая кабина напротив, были поставлены так, что отражались в зеркале, установленном на стене напротив двери. Но особое внимание нужно уделить освещению. Оно было трех типов включения: полное, когда освещалось ярко и основательно; среднее, когда подсвечивался лишь пол и пара светильников, встроенных в стены и создавалось особое приглушенное свечение, которое можно было назвать почти романтичным или даже интимным; малое, когда создавалась почти полная темнота, нарушаемая лишь легкой подсветкой на полу, мягко освещающей пол и стены приглушенным теплым светом. Наруто почти всегда выбирал среднее освещение и этот день исключением не стал. Он закрыл дверь и устало выдохнул. Вода в ванне тихим плеском включилась сама, настраиваясь на определенный, заранее выбранный режим температуры. Наруто взъерошил волосы и провел рукой от щеки к подбородку, глядя в зеркало и проверяя, не пора ли бриться. Резкий стук в дверь заставил Узумаки вздрогнуть от неожиданности и обернуться. Размеренное, тихое постукивание в дверь. — Даже не мечтай! — громко крикнул Наруто, стягивая джинсы вместе с боксерами и входя в душ. Стук не прекратился. Размеренный, тихий настолько, что невольно заставляет прислушиваться, но и слишком громкий для стоявшей тишины, прерываемой лишь шумом воды. И ритм. Не меняющийся. Одинаковый. Будто стучит не живое существо, а специально настроенный инструмент. Будто там за дверью стоит что-то, что способно стучать вот так, не меняя ритма и громкости, вечность. Страх колкими осколками впивается в живот и пробегает электрическим разрядом по телу, застывая на кончиках пальцев. Наруто сжимает зубы и проводит ладонями по волосам. Горячая вода успокаивает, смывает страх, однако непрекращающийся стук с каждым ударом напоминает, что за дверью не человек. Наруто резко ударяет кулаком по прочному стеклу кабинки и со злостью открывает раздвижную дверь так, что та отъезжает и хлопает о другую дверь. Он хватает длинное махровое полотенце и, наспех обернув его вокруг бедер, открывает дверь в ванну. И сразу же шарахается назад, только силой воли давя в себе крик. И Наруто даже не знает, что именно его напугало. Саске, стоящий настолько близко к двери, что кажется, будто он пытался пройти сквозь нее или его глаза. Расширенные, дикие и звериные. А может, не глаза, а голод, на секунду мелькнувший в них, когда Наруто открыл дверь? Жуткий, необузданный, сильный и беспощадный голод. Узумаки почувствовал, как все нутро буквально разрывает желанием закрыть дверь. Оставить это существо там, хоть за какой-то преградой. — Ты… — голос Наруто внезапно стал каким-то сдавленным и хриплым. — Почему без света? — вдруг тихо роняет он, и чувствует, как страх постепенно отступает. Свет в квартире Намикадзе включался с помощью обычных хлопков в ладони. Собственно, как и в любых других квартирах. Один хлопок — свет включается только в той комнате, где сейчас непосредственно сам человек, два хлопка — еще и в комнате впереди тебя, три хлопка — свет врубался во всей квартире. Это просто и наверняка заложено в памяти Саске. Так почему же он не включил, черт возьми, этот свет?! Почему он стоял тут в темноте?.. — Мне он не нужен, — ровно отвечает Саске, не сводя взгляда с Наруто. Смотрит не моргая, расширенными зрачками и с каким-то хищным спокойствием, давая понять, КТО тут жертва. Узумаки против воли напрягается и отходит чуть в сторону, давая Саске возможность зайти в ванну. — Проходи давай, — настороженно глядя на него, говорит он, решив, что лучше уж видеть, чем давать волю воображению, представляя себе непонятно что. — Правда можно? — с лица спадает мимолетная хищность и сейчас Саске словно успокаивается, смотрит уже не так, не угрожает. Наруто кивает, с удивлением понимая, что дышать снова становится легче, напряжение, повисшее в воздухе, рассеивается. То есть, нужно было лишь впустить это существо и все? — Просто не мешай, — бросает он и, снимая полотенце, вновь заходит в душевую кабину. Саске кивает и оглядывается по сторонам, взгляд задерживается на зеркале. Наруто боковым зрением наблюдает за ним, отмечая тонкие запястья, длинную шею и лицо, которое в бликах приглушенного света, становится еще более хищным. И без того тонкие линии лица заостряются, становясь еще тоньше, а черная радужка будто выходит из круга и заполняет собой всю склеру глаза. Глаза на секунду кажутся абсолютно черными, без белков. Конечно, это лишь воображение Наруто. Саске поворачивает голову к нему и чуть склоняет ее набок, видимо замечая взгляд Наруто. Узумаки непроизвольно отшатывается от стекла кабинки, когда Саске делает шаг в его сторону. Еще шаг и Наруто понимает, что не дышит. Воздух словно застревает в глотке. — Наруто? — тихо зовет Саске, подходит ближе и теперь уже стоит в нескольких сантиметрах от стекла. Он осторожно кладет руку на стекло и пару секунд внимательно смотрит на парня, а затем порывистым движением прижимается к стеклу всем телом. Мягко, прикрывая глаза, прижимаясь щекой к холодной поверхности и положив на нее обе руки. — Что ты делаешь? — выдыхает Наруто, стараясь вернуть утраченный контроль и убить в себе животный страх, который просто разрывается криками о том, что нужно бежать. Бежать от этого существа. — Мне не нравится стекло… — тихо, не открывая глаз, признается Саске. — Я всегда смотрел на всех через стекло. Оно холодное. А за ним всегда были теплые люди… Они теплые, живые, и я чувствую в них жизнь. А в стекле ее нет, — открывая глаза и отстраняясь, он поднимает взгляд на Наруто. «Точно. Он же никогда не покидал лабораторию… Всегда жил в стеклянной клетке», — мысль мелькнула на периферии сознания и исчезла вспышкой перед глазами. Что это? Жалость? Наруто открывает дверь душевой и выходит к Саске, словно ломая что-то между ними. — Стекла больше нет, — зачем-то сообщает он, внимательно глядя на Саске. И Королева осторожно выдыхает, дотрагивается до живота Наруто, словно проверяя. Стекла и вправду больше нет. Под подушечками пальцев прощупывается теплая кожа Наруто, а не холодное стекло. И Саске не понимает, что это сейчас теплом разливается в груди и почему кожу лица сводит от желания улыбнуться… — Хватит уже меня лапать, — фыркает Наруто, хватая длинное полотенце и вновь повязывая его вокруг бедер. Узумаки встряхивает волосами, отряхиваясь от воды, словно большой пес, после дождя. — Наруто! — громкий голос за дверью заставляет его удивленно приподнять брови, а Саске резко обернуться. — Отец? — удивленно спрашивает Наруто, открывая дверь ванной и выглядывая. Минато подлетает к опешившему сыну и крепко обнимает. — Слава Богу, — шепчет он, прикрывая глаза и прижимая его крепче к себе. — С тобой все хорошо? — отстраняясь, хватая Узумаки за плечи и заглядывая в глаза, с тревогой в голосе спрашивает Минато. — Да. В чем дело? — с непониманием и даже неким шоком, роняет Наруто, всерьез удивленный такого рода действиями со стороны отца. С чего бы это ему вести себя так? — Я сейчас тебе все объясню, Наруто… Сейчас, — переводя дыхание и выдавливая измученную улыбку, обещает Минато, но улыбка быстро меркнет, когда он замечает Саске. Его застывший взгляд заставляет Наруто обернуться. — Отец? Ты чего? — не понимая, почему он так смотрит на Саске, изгибает бровь Наруто. — Нам с Наруто нужно поговорить, — почему-то обращаясь к Саске и чуть отходя от сына, спокойно и ровно говорит профессор. — Наедине, — с нажимом добавляет он и мрачнеет. — Нет, — незамедлительно отвечает Саске, снова глядя с резкой, звериной угрозой. — Что значит «нет»? — хмурится Наруто. — Какого хрена ты вообще докладываешь ему? — переводя взгляд на отца, возмущается он. — Наруто, я сейчас все тебе объясню. Пожалуйста, успокойся, — прикрывая глаза и потирая переносицу, просит Минато. — Да уж, будь добр, — буравя недобрым взглядом отца, мрачно отзывается Узумаки. — Саске, стой здесь, хорошо? — Но… — Что? — резко севший голос Минато, прерывает Королеву. — Как ты его назвал? — глаза в ужасе расширяются и Намикадзе непроизвольно делает шаг назад, глядя на сына. — Саске, — глухо повторяет Узумаки, с тревогой смотря на отца и сглатывая. — Он сказал, что его зовут Саске. Отец, что, черт побери, происходит? — шепчет он. Реакция Минато пугает Наруто, хлестко бьет ужасом в нервы. Минато как-то странно смотрит на Саске, поджимает губы и тихо, виновато просит Наруто пойти за ним в гостиную. — Отец, потрудись все мне объяснить, хорошо? — теряя терпение, раздраженно говорит Наруто. Он откровенно не понимал, почему Минато так внезапно вернулся домой, хотя даже если и списать этот факт на Саске, то почему тогда он так странно себя ведет? Если уж на чистоту, то Узумаки вообще никогда раньше не видел отца таким. — Наруто… — голос Саске за спиной заставляет обернуться и посмотреть на это, стоящее совсем близко, существо. — Я правда должен остаться здесь? — поднимая голову, холодно спрашивает он. — Да. Просто немного подожди, — пожимает плечами Наруто и, заметив напряженную настороженность на лице Саске, с легкой улыбкой добавляет, сам не зная зачем: — Отец прочитает мне пару нотаций или «похвалит» за многочисленные прогулы школы, ничего такого. — Я не хочу, — упрямо шепчет Саске, вдруг резко хватая парня за руку и несильно сжимая, требовательно глядя в глаза. Наруто на секунду замирает, а затем вновь спокойно улыбается. «Совсем как ребенок», — мелькает мысль. — Если подождешь здесь немного, то потом, когда я вернусь, мы съездим с тобой… — думая, куда можно съездить с бездушным существом вроде Саске, он вскидывает взгляд к потолку. — К морю. Хорошо? — Наруто добродушно улыбается и высвобождает руку из пальцев Саске. — Хорошо, — четко и тихо говорит Саске, опуская взгляд в пол и… Наруто мог бы поклясться, что сейчас в его глазах отражается едва различаемая грусть. Какого черта происходит?